Оглавление
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ГЛАВА 12
- ГЛАВА 13
- ГЛАВА 14
- ГЛАВА 15
- ГЛАВА 16
- ГЛАВА 17
- ГЛАВА 18
- ГЛАВА 19
- ГЛАВА 20
- ГЛАВА 21
- ГЛАВА 22
- ГЛАВА 23
- ГЛАВА 24
- ГЛАВА 25
- ГЛАВА 26
- ГЛАВА 27
- ГЛАВА 28
- ГЛАВА 29
- ГЛАВА 30
- ГЛАВА 31
- ГЛАВА 32
- ГЛАВА 33
- ГЛАВА 34
- ГЛАВА 35
- ЭПИЛОГ
Он – хладнокровный убийца. Человек, скрывающийся за маской. Я нашла его в даркнете, чтобы убить мужа-садиста. И он выполнит свой заказ. Вот только что потребует взамен?
ГЛАВА 1
Владислав замахивается и бьет меня наотмашь. Так, что я отлетаю к стене и больно ударяюсь спиной. Спирает дыхание, кружится голова. Я сползаю по стене вниз.
- Ну что, дрянь, еще хочешь? – муж хватает меня за волосы, дергает вверх. Тащит за собой в спальню, второй рукой снимает с себя галстук.
Мне противно и гадко от мысли, что сейчас он будет принуждать меня к сексу. Я ненавижу его. Ненавижу наш секс. Ненавижу все, что касается его.
Так, конечно, было не всегда. Когда-то я любила его. До дрожи любила.
Мы познакомились на улице, банально столкнулись на тротуаре. Я пролила на него свой кофе, а он вместо того, чтобы обматерить меня, улыбнулся. Он вообще часто улыбался. Раньше.
Эта улыбка и очаровала меня.
Все началось после свадьбы. Первые красные флаги я старалась не замечать. А они были. Плохое настроение, резкие фразы, брошенные мне со злом в голосе. Задержки на работе и остывший нетронутый ужин на столе. Потом крики, скандалы. А потом первая пощечина.
Я была в шоке. Я не верила, что такое может происходить у нас с ним. Ведь Влад такой чуткий и хороший. Он просто не может быть таким.
После первой пощечины он просил у меня прощенья с цветами и золотым кулоном. И я поверила.
Все началось в тот вечер, когда нас навестила мать Влада. Я угощала ее лично приготовленными блюдами, обхаживала, как самую важную гостью. Но выйдя из кухни, услышала, как она недовольно ворчит на Влада.
- Мог бы и получше жену найти. Я же тебя знакомила с Танечкой. Она и собой хороша, и хозяйка что надо. А эта ни рыба, ни мясо. Даже готовить не умеет.
Влад молчал. Это и поразило меня больше всего.
Я не выдержала тогда. Не знала, чем все закончится. Вошла на кухню и сказала свекрови, чтобы та убиралась из нашего дома.
Свекровь кричала и брызгала слюной. Называла сына тюфяком и неудачником. А потом ушла, хлопнув дверью.
Мы с Владом долго сидели в тишине. Я смотрела на него, ища поддержки, а он пялился в пол. А потом молча поднялся, так же молча подошел и, замахнувшись, ударил меня наотмашь. Я упала со стула, а он принялся пинать меня ногами.
В тот вечер я поняла, что мой муж садист.
Потом настало время борьбы. Да, я пыталась бороться за себя. Пыталась развестись, уйти. Он мешал мне. Ловил прямо на улице или выводил за руку из квартиры подруги и тащил домой.
Я обращалась в полицию, писала заявления, которые никто не хотел принимать. Иногда, конечно, принимали, когда я приносила справку о побоях, но в итоге дело загадочным образом закрывалось. Владу было достаточно заплатить и можно измываться надо мной и дальше. Что он и делал.
Иногда он избивал меня до потери сознания, а сам уходил из дома. Я приходила в себя, каждый раз собирала себя по кусочкам морально. Потому что побои заживали, а раны, нанесенные морально лишь множились.
В один прекрасный день я узнала, что беременна. Эта новость меня оглушила, привела в ужас. Но Владислав был рад. Стоя на коленях, целовал мои руки и обещал, что теперь у нас все будет хорошо. И я, глядя на него прежнего, снова верила. Хотела верить.
Но все продолжилось с новой силой. Да, он бил меня беременную. Нещадно толкал и лупил кулаками по голове. Запретил общаться с единственной подругой и перевез к нам жить свою маму.
Ад стал еще горячее. Днем надо мной издевалась свекровь, а по вечерам муженек. Оба доказывали мне, что я никто, что я мусор под их ногами и нещадно били.
Однажды, уже на большом сроке, я дала сдачи свекрови. Она толкнула меня, а я толкнула ее в ответ и та упала. В ту же минуту она позвонила Владу и тот, примчавшись домой, избил меня до гематом.
У меня начались преждевременные роды. Благо, доченька родилась здоровой и крепенькой. Мое маленькое солнышко. Моя единственная отрада.
После родов, пока я восстанавливалась и кормила грудью, побои, пинки и тычки продолжались. Но я научилась абстрагироваться. Я терпела, потому что Влад пообещал забрать у меня дочь, если попытаюсь сбежать или обратиться в органы еще раз.
Я знала – он может. У него были средства и возможности. А я больше всего на свете боялась потерять свою дочь.
В таком пекле я жила пять лет. Когда дочери исполнилось четыре, она впервые увидела, как папа бьет маму. И бросилась меня защищать. Влад взмахнул рукой и дочь отлетела в сторону. Я пронзительно закричала, но тут же была заткнута кулаком мужа.
Ульяна ударилась лицом о кровать и на ее щеке проступил синяк.
В тот вечер я решила, что он больше не притронется к моей дочери. Я сделаю все для этого. Все возможное и невозможное.
Сначала я планировала его убийство сама. Но хорошо поразмыслив, пришла к выводу, что это не вариант. Меня посадят за этого подонка, а Ульяша останется сиротой. Такого будущего я ей не желала.
Как-то во время готовки, я включила для фона криминальный канал. И услышала, что убили какого-то депутата. Убийцу не нашли, но предполагали, что его наняли в даркнете.
Подняв глаза на экран, я застыла. Вот оно. Решение всех моих проблем.
ГЛАВА 2
В парке было многолюдно и шумно. Я даже удивилась, что он назначил встречу именно там, где много народу. Хотя ему лучше знать…
«Я на месте. Жду вас.» - быстро настучала сообщение, отправила его в мессенджер на незнакомый номер, который мне дал пользователь даркнета, и села на лавочку.
Ответ не получила, но вместо этого, кто-то положил руку мне на плечо.
- Не оглядывайся.
Я сглотнула и застыла.
- Это… Вы?
- Я.
- Давай фотографию и адрес. И переписку сотри.
Я подала через плечо бумажку с адресом офиса мужа и его фотографию. Рука дрогнула. Что я делаю? Я ли это?
- Не передумаешь? – с какой-то насмешкой спросил мужчина.
Я, глядя прямо перед собой, мотнула головой.
- Нет, - откашлялась. – Не передумаю. Только… Сделайте это быстро. Чтобы ему не было больно, - нет, я не жалела Влада. Я ненавидела его всей душой. Но я не чудовище. Я не такая, как он.
- Не вопрос. Расценки мои уже знаешь. Я сам напишу, когда выполню заказ, - голос уверенный, с хрипотцой.
- Хорошо. Скажите, а… - я медленно повернула голову и поняла, что его уже нет. Исчез, будто и не было.
По коже пробежался мороз. Неужели я сделала это? И все так просто случится? Я избавлюсь, наконец, от Влада?
Закрыв глаза, я медленно выдохнула. Нужно собраться с мыслями и идти в сад за дочкой. И вести себя нужно так, словно ничего не случилось. И не случится. Не знаю, правда, как смогу разыграть убитую горем вдову. Я ненавижу своего мужа. Презираю.
Свекровь встречала меня у порога, прижимая компресс ко лбу.
- Ну наконец-то! Явились! Где можно столько шляться?!
- Мы в парк зашли, Ульяша хотела мороженое, - отвечаю, глядя на дочь. Мороженое мы купили по пути, в магазине. Но Ульяна не проговорится, она на моей стороне. Малышка лижет мороженое, заговорщицки смотрит на меня.
- В парк они зашли! Мороженого им захотелось! Я тут от мигрени по стенам ползаю, а они гуляют!
- Ну простите нас, Светлана Григорьевна, - тихо и забито произношу я. – Ульяша ребенок, в конце концов.
- Да плевать мне на твоего ребенка! Поняла?! Мне плохо! Я голодна! Быстро готовь еду, скоро Владик с работы приедет, а у тебя на кухне конь не валялся!
- Хорошо, Светлана Григорьевна, - покорно тащусь на в комнату, быстро переодеваюсь, потом переодеваю Ульяшу.
- Мамоцька, а папа сколо плидет? – тихо спрашивает меня дочь. Она тоже боится отца и знает, если бабушка чем-то недовольна, то обязательно нажалуется на нас папе. А тот уже выпишет маме хороших люлей. Она боится за меня.
- Надеюсь, что не скоро, - улыбаюсь дочери, целую ее в лобик. – Ну все, поиграй в своей комнате, я пойду готовить ужин.
- Холосо, - послушно кивает моя малышка и идет к своим куклам.
Я иду на кухню выполнять свои обязанности. Руки трясутся и сердце отбивает чечетку. Даже не верится, что скоро все изменится. Каких-то пару дней и все… Я свободна. Богатая вдова. Не то чтобы я думала о деньгах мужа, я не из-за них все затеяла. Но это будет приятный бонус за годы моих мучений.
В горле пересыхает от одной мысли, что я заказала собственного мужа. Меня трясет и коробит, но я не дам заднюю. Все решено.
Вечером приезжает Влад. Свекровь, как обычно, жалуется ему, что я долго ходила за Ульяной. И, конечно же, в спальне меня ждет серьезный разговор.
- Где ты была?
- За Ульяшей ходила. Как обычно, - твердо произношу я. Смотрю ему в глаза. Звериные, красные от алкоголя глаза. От него несет спиртным, что для меня очень не хорошо.
- Мама сказала, что вас долго не было. Хахаля себе завела?
- Что? Да с чего ты взял такое? Просто зашли в парк, немного прогулялись, - начинаю отступать от него, но Влад ловит меня за грудки.
- А я разрешал вам гулять по паркам? – шипит злобно.
Я опускаю глаза.
- Прости.
Он пару секунд смотрит на меня, а потом резко отталкивает.
- Виски мне налей!
Я спешу к бару, тихо выдыхаю. Пронесло. Осталось узнать пароль от сейфа. Мне понадобятся деньги, а их у меня только на карманные расходы. Услуги киллера не оплатить.
Приношу Владу бокал, улыбаюсь. Сама себе не верю. Как я могу так спокойно улыбаться тому, кого убьют по моей указке? Вот уж правду говорят, с волками жить…
- Дорогой, ты мне выдашь денег на продукты? Я планировала завтра сходить в магазин.
Он молча идет к сейфу, а я встаю позади и, прищурившись, наблюдаю. Запоминаю простой код, отвожу взгляд, когда он поворачивается.
- На, - сует мне деньги.
Я беру их, про себя повторяю код.
ГЛАВА 3
- Вставай, разлеглась! Кто завтрак будет готовить? Я, что ли, больная у плиты буду стоять? Я уже голодна! – услышав противный голос свекрови, с трудом открываю глаза. Смотрю на часы. Время полдесятого.
Я проснулась рано утром, накормила Влада, всей душой веря в то, что это в последний раз. Потом отвела дочь в садик и слегла с температурой.
Но болеть некогда. Свекровь-тварь голодает. Сама ни за что у плиты не встанет.
С мыслью, что скоро все это закончится, я бреду на кухню стряпать завтрак свекрови. После этого, накрыв на стол, возвращаюсь в спальню и буквально падаю на кровать. У меня жар и мне плохо. Кружится голова. У меня нет сил дойти даже до аптеки, чтобы купить себе лекарства.
Ненадолго засыпаю, но вскоре распахиваю глаза от истошного крика свекрови. Как же я ненавижу эту женщину. С трудом встаю с кровати и, держась за голову, словно в бреду, иду на ее вопли.
Свекровь лежит посреди гостиной и, закрыв глаза ладонями, голосит и качается.
- Что с вами? – спрашиваю равнодушно. Мне, и правда, не интересно, какой спектакль она сейчас разыгрывает. Но то, что я слышу потом едва не сбивает меня с ног.
- Убили! Моего Владика застрелили! Мой сынооок!! Влаааадиииик!
- Что? – выдыхаю. В глубине души я думала, что надо мной пошутил тот тип из даркнета. Оказывается… Это случилось.
Я медленно оседаю на диван, смотрю, как корчится в агонии свекровь. Мне ее не жаль. Но и совсем ничего не чувствовать я не могу. Влад мой муж. Был им…
А теперь, получается, его нет? Все?
В кармане халата вибрирует телефон, и я на автомате достаю его. Тупо смотрю на экран.
«Работа выполнена. Ты знаешь, сколько стоят мои услуги. Жду на прежнем месте через час»
Я сглатываю, снова смотрю на свекровь. Та, вся в соплях и истерике, на коленях подползает ко мне.
- У меня ноги… Не держат… Ты поезжай туда. Найди моего Владика… Его не могли убить… Я не верю.
И тут мне становится жаль свекровь. Я вижу в ее глазах боль матери. Я сама мать и прекрасно знаю, что значит бояться за своего ребенка. А услышать, что его больше нет… Это чересчур даже для такой гадины, как она.
Я, конечно, понимаю, что никакой ошибки нет. Влада убили. Но ей обещаю поехать.
Сама несусь в нашу с мужем спальню, открываю сейф. И обалдеваю, потому что там ничего нет. Почти. Тысяч десять на карманные расходы. Киллеру я должна намного больше.
- О, нет, - зажимаю рот ладонью, отхожу от сейфа. Что я буду делать? Чем рассчитаюсь с киллером? Он же и меня убьет! С такими людьми не шутят.
Но на встречу с ним иду. С пустыми карманами.
Сижу на лавочке, тяжело вздыхаю. Он, как и в прошлый раз, подходит сзади.
- Где деньги? – вздрагиваю от его голоса, медленно поворачиваю голову. – Не смотри на меня, - жестко приказывает мужчина и я киваю.
- Да… Простите.
- Так что с деньгами?
- Простите, у меня такая ситуация… Денег нет. Я думала, что они есть, но оказалось… В общем, деньги будут, но позже.
- Когда? – его голос стальной, пугающий.
Я закрываю глаза и поджимаю губы.
- Когда я войду в наследство. Сейчас у меня нет возможности снять деньги со счета. Финансами распоряжался муж.
- Что ж ты не взяла у него денег? – насмешливо интересуется киллер. Его это забавляет?
- Я не знаю, что вам сказать…
- Я зато знаю. Ты отдашь мне деньги сразу же, как только его закопают. Мне плевать, где ты их возьмешь. Неделя тебе. Ровно через неделю на этом месте. Попытаешься привести ментов, я грохну и тебя. Поняла?
Я отрывисто киваю, потому что слов нет.
Он тихо уходит. Я быстро оглядываюсь и вижу, как за кусты заходит высокий и крепкий с виду мужчина в черной бейсболке, натянутой на глаза. Это он… Но мне это ничего не даст. Нужны деньги.
К офису еду скрепя сердце. Я знаю, что увижу там и, честно говоря, видеть не хочу. Но я сама заварила эту кашу и теперь обязана ее расхлебывать.
Тело Влада увезла скорая. Вокруг полно полиции и мне не пробраться в офис. Я отвечаю на какие-то вопросы, пытаюсь плакать, но слез, как назло, нету. И я боюсь, что это вызовет подозрения.
После общения с полицией мчусь за дочерью в сад. Привожу ее домой и натыкаюсь на свекровь, сидящую на стуле у входной двери. У нее в руках пальто и сумочка, но встать она, похоже, не может.
- Я к Владику поеду. Как он там? – смотрит на меня так, как не смотрела никогда. И мне снова ее жаль.
- Его нет, Светлана Григорьевна. Полиция сказала правду. Завтра придут к нам домой, брать показания.
Свекровь воет, раскачивается со стороны в сторону, а Ульяша поднимает голову и молча вопросительно смотрит на меня.
- Пойдем, малышка. Тебе нужно поесть.
- Поесть?! – орет свекровь и хватает меня за кофту. – Ее отца убили, а ты поесть?!
- Отпустите меня! – вырываю кофту из ее лапищ и, склонившись к ее лицу, шепчу: - Не трогайте меня больше никогда. За вас больше некому вступиться.
ГЛАВА 4
После похорон Влада я веду свекровь под руку к машине такси. Она покачивается и тихо воет, а я… У меня нет никаких эмоций. И это пугает. Я убила человека, но ничего не чувствую. Пусть не своими руками убила, но все же…
На данный момент меня больше всего волнуют деньги. Вернее, где их взять. В офисе Влада я нашла немного налички, но этого слишком мало. Все лежит на счетах, к которым я получу доступ не ранее, чем через полгода. За это время киллер меня убьет и сам же закопает.
Вечер. Дома непривычно тихо и спокойно. Свекровь, наглотавшись таблеток, уснула в своей комнате, а я играю с дочерью в детской. Ульяша пока не понимает, что произошло и это хорошо. Хотя с другой стороны… Она никогда не была привязана к отцу. Она видела, как он бьет меня, как выписывает пощечины и оплеухи, слышала, как материт и оскорбляет последними словами. Не думаю, что она будет по нему скучать.
Я не могу сказать, что мне очень хорошо. Но спокойно. Меня больше не пинают и не швыряют о стены. Больше никто ко мне не притронется. И свекровь я больше не боюсь. С завтрашнего утра она научится сама себе готовить завтрак. А я буду растить свою дочь и всю свою жизнь посвящу ей.
На ночь забираю Ульяшу к себе в кровать, чего никогда не разрешал Влад. Мы засыпаем вместе и я забываю обо всех проблемах.
Утром спим долго, никто нас не будит. А когда все же просыпаюсь, аккуратно перекладываю дочь на соседнюю подушку и иду на кухню. В квартире подозрительно тихо.
Свекровь нахожу на кухне. Она сидит за столом, окруженная блистерами таблеток, и смотрит в одну точку.
- Светлана Григорьевна?
- А? – она поднимает голову, удивленно смотрит на меня, будто не ожидала увидеть.
- Как вы себя чувствуете?
- Да какое тебе дело? – отвечает флегматично она, а я, вздохнув, иду к кофемашине.
Делаю себе кофе, сажусь за стол.
- Я хотела с вами поговорить насчет квартиры. Жить вместе с вами мы не сможем по понятным причинам. Квартира эта нажита в браке, а значит, я имею на половину полное право. Давайте разменяем трешку на двушку и однокомнатную. Нам с Ульяшей хватит однушки, если вы, конечно, не решите оставить внучке двушку.
Свекровь долго смотрит на меня. Переваривает. А потом начинает смеяться. Неприятно так, зло.
- Ах ты ж, сука! Нагуляла девку, повесила на моего сыночка, а теперь не успели его ноги остыть, как ты квартиру делить вздумала?! Тварь! – она ударяет кулаком по столу, а я, даже не вздрогнув, смотрю гадине в глаза.
- Во-первых, Ульяна – дочь Влада. Это можно легко проверить. Во-вторых, будь вы нормальным человеком, я бы ухаживала за вами до конца ваших дней. Но вы, Светлана Григорьевна, сволочь. И жить с вами мы не будем. Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Будем делить квартиру через суд.
Свекровь больше ничего не говорит, лишь смотрит на меня волком. Но меня это не парит. Я допиваю свой кофе и лезу в холодильник за Ульяшкиным творожком. Готовлю завтрак только для дочери, у самой нет аппетита, а готовить свекрови я больше принципиально не буду. И она это хорошо понимает.
Пока Ульяна, болтая ножками на стуле, ест свой завтрак, мы со свекровью переглядываемся, как заклятые враги. Хотя оно так и есть. После я отвожу Ульяшу в садик и иду к единственной подруге, с которой общалась все эти годы тайком. Влад не разрешал мне иметь друзей.
Теперь же я свободна от чьих-либо запретов.
Оля встречает меня радостно, но потом сочувствует. Я поджимаю губы, молча киваю.
- Оль, мы можем поговорить? – смотрю на нее из-за чашки с чаем, нервно покусываю щеку изнутри.
- Конечно, дорогая. Что у тебя случилось? Ну, помимо всего этого?..
- Оль, займи мне денег.
- Не вопрос. Сколько?
Я озвучиваю сумму, и глаза Оли расширяются.
- Ого. У меня столько нет… А зачем тебе столько?
- У меня некоторые проблемы появились… Собираюсь судиться со свекровью.
- Ааааа… - тянет Оля. – Слушай, Ник, ну таких денег у меня нет. Могу дать четвертую часть. Если это тебе поможет.
Я нервно кусаю губы. Не поможет. Вряд ли киллера устроит такая сумма. Он ждет от меня все. Но если с ним по-человечески поговорить… Можно попробовать. Все равно у меня нет другого выхода.
- Ладно, - вздыхаю. – Давай сколько есть.
ГЛАВА 5
Неделя пролетела ужасно быстро. И вот я уже сижу на скамейке в парке, жду его… Мне очень страшно. Я не знаю, что ему говорить. Деньги у меня появятся только спустя полгода. Это огромный срок. Вряд ли он согласится столько ждать.
Он приходит вовремя и, как обычно, подходит сзади тихо, почти неслышно.
- Принесла?
Я молча подаю через плечо сверток с деньгами.
- Что это? – раздраженно спрашивает он и сверток летит мне в затылок. Пачка денег падает на землю. – Где моя оплата?
- Это все, что у меня есть на данный момент. Больше я не смогла достать. Но если вы подождете полгода, я дам больше, чем должна.
- Ты что шутишь, что ли?
- Извините, - опускаю голову, уже готовая к тому, что по ней сейчас прилетит. Он меня просто пристукнет и уйдет. Но тогда я не смогу отдать ему деньги… Значит, шанс выжить есть. – Через полгода я вступлю в наследство. У моего мужа все деньги на счетах. Я никак не могу взять их сейчас. Поймите меня. Пожалуйста.
- Меня не интересуют тупые отмазки, - шепчет он мне на ухо, а я вздрагиваю от такого близкого контакта. – Я хочу свои деньги.
- Я понимаю, но…
- Заткнись. Иначе отправишься за мужем, - холодок пробегает по спине, когда он кладет руку мне на шею сзади и чуть сдавливает. - Или же я возьму с тебя оплату по-другому. Тебе не понравится. Хотя… Как знать.
И он уходит, больше ничего не сказав. Я изумленно оглядываюсь, но его уже и след простыл. Что это было? Он мне угрожал… а потом просто ушел. Как это понимать?
Ответ на свой вопрос я обрела позже, когда возвращалась домой из магазина. Из самого супермаркета я ощущала на себе чей-то взгляд. Поначалу думала, что это паранойя, что не удивительно, ведь совсем недавно я убила своего мужа. Но потом поняла, что это не так. За мной действительно кто-то следил.
Я оглядывалась всю дорогу, но так никого и не увидела. Проезжали машины, мимо проходили люди. Но никого, кто бы смотрел на меня. Однако его присутствие я ощущала кожей, по которой бежали мурашки.
Ускорив шаг, я нырнула в подземный переход, в толпу народу, желая затеряться. Но уже у дома снова обернулась и увидела его. Высокого мужчину во всем черном. Все бы ничего, но я уже свернула к подъезду. И теперь он знает, где я живу.
В том, что это был убийца я не сомневалась. Больше некому.
Сворачивать в другую сторону уже поздно. Он понял, что это мой дом. Меня трясло от ужаса. Ладно я, но он теперь знает, где живет мой ребенок!
Залетев в квартиру, я с силой захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Пакеты из рук выпали на пол, рассыпались яблоки. Я всхлипнула и прикусила губу.
Тут из кухни вышла свекровь. Зыркнула на меня недовольно, уперла руки в бока.
- Ну что, шалава, пришла? А я тебя ждала! – злобно ухмыльнулась и из кухни к ней подошел какой-то мужик. Низкий, полный и на морде написано, что преступник.
То, как он смотрел на меня, заставило сглотнуть и выровняться. Пятиться было некуда, я сама закрыла дверь на замок. И открыть ее не успею. Но я попыталась. Резко развернувшись, схватилась за ключ, но провернуть его не успела.
Мужик схватил меня за волосы и, больно дернув, повалил на пол.
- Давай, покажи этой мрази! – с радостным визгом подпрыгнула свекровь.
На меня посыпались пинки ногами. Он бил меня по животу, голове и бедрам. Бил сильно и часто. Я закрывала лицо руками, но вскоре, когда снова прилетело по голове, ослабла и перестала закрываться.
- Все, хватит! – приказала ему свекровь и, присев, схватила меня за грудки. – Слушай сюда, тварь! О квартире можешь забыть! Сегодня же забирай свое отродье и проваливай из моего дома! А рыпнешься – убью! – прошипела старая гадина и резко толкнула меня в грудь, отчего я еще раз ударилась головой об пол. – Ну все, иди, - сунула мужику деньги, а тот поспешил к двери.
Когда бандит ушел, а свекровь, довольно напевая, ушла в свою комнату, я начала подниматься с пола. Из носа капала кровь, кружилась голова. Я кое-как встала, поковыляла в свою спальню. Быстро похватала необходимые вещи себе и Ульяше и сложила их в большую спортивную сумку. Стараясь не обращать внимания на боль во всем теле, я вышла из квартиры и захромала вниз по лестнице.
ГЛАВА 6
Оля сочувственно смотрела на меня, пока я, держа бокал с вином трясущейся рукой, опустошала его. Я не позволяла себе расклеиться, пока забирала Ульяшу из садика, где меня удивленно разглядывала воспитательница. Не позволяла себе поплыть, пока не пришла с дочерью к Оле. А потом пошла в душ и меня прорвало. Я ревела, сидя в ванне около часа.
Оля ни о чем не расспрашивала, только помогла мне обработать раны на лице и открыла бутылку вина.
- Я постелю вам в своей комнате, а сама посплю на диване. Я все равно поздно засыпаю.
- Нет, Оль. Я не хочу тебя стеснять. Мы с Ульяшей и на диване поместимся.
- Не обсуждается! Тебе нужно отдохнуть.
- Спасибо, Оль, - попыталась улыбнуться я. – Кстати, вот твои деньги, - я достала из сумки деньги, которые не захотел брать киллер. – Не пригодились.
- Ник, может поделишься со мной, что происходит? – осторожно начала Оля, а я закрыла лицо руками и снова заревела.
- Я наделала столько ошибок… Не знаю теперь, как выпутаться.
Подруга вздохнула и, подсев ближе, обняла меня за плечи.
- Поживете пока у меня. А там, глядишь, все наладится. Только скажи, кто это с тобой сделал?
- Свекровь наняла какого-то уголовника, чтобы избил меня. За квартиру.
- Что? Она что, совсем с ума сошла?! Срочно писать заявление в полицию!
- Нет, Оль. Я не буду обращаться в органы. Не спрашивай почему. Просто не буду. Скорее бы прошло полгода и я вступила в наследство. Возьму тогда Ульянку и уедем с ней куда-нибудь подальше. Я хочу, чтобы у нее было нормальное детство.
- Мамоська, посему ты плацес? – Ульяна, увидев в садике мое побитое лицо, не произнесла ни слова. Такое она уже видела, когда меня метелил ее отец. А сейчас она стояла возле стола и смотрела на меня непонимающим взглядом. Она чувствует, что что-то изменилось.
- Все хорошо, крошка моя. Мама уже не плачет, - я взяла ее на руки, крепко прижала к себе.
Вздрогнули вместе с дочерью, когда запищал мой телефон, уведомляя о входящем сообщении. Я взглянула на экран и обомлела.
«Ты не спрячешься от меня. Я буду ходить у тебя попятам, пока ты не отдашь мои деньги. Подруге привет.»
Сообщение пришло из засекреченного номера, но я знала, кто его написал. Убийца.
Откуда у него мой номер? Он все это время следил за мной? Видел мою дочь?.. И, похоже, знает, где мы сейчас находимся.
Я судорожно схватила ртом воздух, прижалась губами к виску Ульяши.
- Не бойся, малышка моя. Нам больше никто не навредит. Мама всегда будет рядом, - я врала ей. Пусть хотя бы дочь не боится.
Несколько дней мы с Ульяшей не выходили на улицу. Оля уходила на работу утром, а возвращалась к вечеру. Мы с доченькой играли, вместе готовили еду и отсыпались. В сад я ее больше не водила. Боялась, что убийца нагрянет и туда. Ему ничего не стоит похитить моего ребенка и требовать деньги.
Я не знала, как мы протянем эти полгода, но другого выхода не видела. Только сидеть взаперти и ждать.
Но на седьмой день мне все же пришлось выйти из дома. Закончились продукты и я не хотела напрягать Олю. Она и так приняла нас, как родных.
Достав из своей сумочки заначку, я отсчитала несколько купюр и включила Ульяше мультики.
- Малыш, посмотри пока телевизор, а мамочка быстро сходит в магазин и вернется. Договорились?
- А ты купис мне соколадку? – глазами милого котенка дочь взглянула на меня.
- Куплю. Только сиди и к двери не подходи, ладно?
- Холосо, - согласилось мое солнышко.
Заперев входную дверь на три оборота, я быстро побежала по лестнице. Перед этим надела Олино пальто и шляпу, которую надвинула на глаза. Шла до магазина быстро, стараясь не оглядываться по сторонам. И все равно мне казалось, что кто-то следит за мной. Он следит…
Нырнув в теплое помещение небольшого супермаркета, взяла корзину и быстро пошла по рядам, хватая нужные продукты. Врезавшись в высокого мужчину, отпрянула и подняла на него глаза.
Высокий, в бейсболке… С темной щетиной и пронзительным взглядом. Я успела заметить только это. Он опустил голову, надвинул бейсболку на лоб и закрыл козырьком половину лица.
Я застыла. Это он. Это точно он.
- Ты долго не выходила из укрытия, - из-под козырька было видно, как он ухмыльнулся одним уголком рта. – Что с твоим лицом?
Я развернулась и побежала, уронив корзину с продуктами. Налетела на какую-то женщину и едва не сбила ее с ног. Та что-то крикнула мне вслед, но я уже ничего не слышала из-за стука пульса в висках. Добежав до дома, я заскочила в подъезд и, превозмогая боль в мышцах, добежала по лестнице до квартиры.
Только заперевшись на все замки, я смогла выдохнуть и осесть под дверью.
- Мамоська, ты купила соколадку? – увидела перед собой дочь и, закрыв глаза, откинула голову назад.
ГЛАВА 7
Время шло, а я понимала, что дальше так не может продолжаться. Я не могу прятаться всю жизнь. Не могу держать дочь все время взаперти. Рано или поздно, я должна выйти на улицу.
Решив повторить поход в магазин, я оделась и бросила в сумочку Олин перцовый баллончик. Вряд ли он спасет меня от убийцы, но может хотя бы задержит.
- Мамоська, я тозе хоцю на улицу, - дочь заглянула мне в лицо с надеждой в глазах.
- Малыш… Нельзя. Не сейчас.
- Ну, мамаааа, - Ульяша скривилась, готовясь заплакать. – Позалуйста! – без своих передних зубиков и с огромными голубыми глазами малышка вызывала улыбку и умиление.
- Хорошо. Давай оденем тебя, - вздохнула я.
Рано или поздно мне придется вывести ее на улицу. Вдруг убийца потерял наш след? А если нет… Он все равно знает, что у меня есть дочь. Если что, я смогу ее защитить. Буду орать, драться, выцарапаю ему глаза. Но он не прикоснется к моей малышке.
Выйдя из подъезда, я огляделась вокруг. Ни подозрительных машин, ни подозрительных людей. Все тихо. Открыв дверь подъезда, позвала Ульяну и крепко взяла ее за руку.
Шли мы медленно, я все время оглядывалась, готовая в любой момент схватить дочь на руки и бежать. Но бежать не пришлось. Мы зашли в магазин, купили продукты домой и сладости для Ульяши.
Назад дочь шла в припрыжку, посасывая леденец. Домой мы добрались без происшествий, и я облегченно вздохнула. Ровно до тех пор, пока не пришло сообщение со скрытого номера.
«У тебя милая дочь. Она знает, что мама убила папу?»
Сердце ухнуло вниз, я сглотнула. Поставила пакеты на кухне и села на стул, не сводя взгляда с сообщения. Он снова следил за мной. За нами. И теперь намекает на то, что моей дочери может грозить опасность.
«Не смей трогать мою дочь! Оставь нас в покое!» - быстро настучала ответ и кликнула на «Отправить». Только сообщение не скрытый номер не отправилось и зависло с красным восклицательным знаком.
Я выдохнула, уронив голову на стол.
Я пойду к нему сама. Это нужно прекращать.
Пока Ульяша смотрела мультики, облизывая свой леденец, я тихо оделась и выскользнула из квартиры. На улице уже вечерело, и я поежилась от холода.
Встав посреди двора, я застыла. Не двинусь с места, пока он не придет. А он где-то рядом – это я знала наверняка.
И он пришел. Будто понял, что я его жду. Я не услышала его шагов. Но почувствовала его присутствие кожей. Резко повернулась, посмотрела ему в лицо. Правда, мало что увидела, кроме щетины. Хотелось сорвать с него бейсболку и посмотреть в глаза. Но я, конечно же, не решилась.
- Что скажешь, красавица? – криво изогнулись его губы. – Деньги приготовила?
- Нет. У меня их нет. Месяц уже прошел. Наследство я получу уже через пять месяцев. Это не так много, ты мог бы и подождать, а не преследовать меня и угрожать дочерью.
- Угрожать? Ты еще не знаешь, как я угрожаю. И уж точно я не воюю с детьми. Я просто дал тебе знать, что все вижу. Каждый твой шаг. Я всегда рядом. Почти.
- Так что насчет наследства? Ты подождешь? Прекратишь меня преследовать? – обнаглела я и прикусила щеку изнутри. Ему ничего не стоит сейчас свернуть мне шею.
- Не прекращу. Пока ты под моим присмотром. Чтобы не наделала глупостей. Ты ведь умная девочка?
- Ты о том, пойду ли я в полицию?
- И об этом тоже.
- И что же ты сделаешь, если я решусь на это?
- Мне придется заткнуть тебе рот. Не спрашивай как. Тебе не понравится.
- То есть, ты будешь ходить за мной еще пять месяцев?
- Именно.
Я вздохнула, осмотрелась по сторонам. Как назло ни единой живой души вокруг.
- Но ты ведь не навредишь нам?
Он молчал. Стоял передо мной и молчал. И от этой тишины по коже пополз мороз.
- Ты думаешь об этом, да?
- Думаю, - согласился он. – Кстати, почему ты переехала?
- Это не… Не важно, - промямлила я.
- А кто тебя избил месяц назад?
- Я пойду, - осторожно проговорила я, не поднимая глаз.
- Иди. Увидимся, - снова усмехнулся он.
Я быстро повернулась и бросилась прочь, проклиная киллера, даркнет и все, что меня сподвигло ввязаться в это дело.
Забежав в квартиру, я быстро заперлась на все замки и сняла куртку. Тут же пропищал телефон, уведомляя о сообщении.
«А знаешь, ты могла бы расплатиться со мной по-другому»
Я прилипла к стене, не понимая, что только что прочитала. Это он… О чем?
ГЛАВА 8
- Не надо! Не убивай! Сколько тебе за меня заплатили? Я дам больше! – пузатый мужик полз на заднице по полу, пытаясь сбежать от Ивана, но тот медленно наступал, поднимая оружие.
- Больше не получится. Я всегда выполняю свои заказы.
- Ннннеее… - раздался тихий хлопок, жирдяй свалился на пол.
Иван бросил на пол использованное оружие, неспеша пошел к лифту, не боясь камер видеонаблюдения. Маска и капюшон скрывали его лицо.
Вышел на улицу, глубоко вдохнул. Пора ехать к ней.
К сногсшибательной красотке, которой не повезло попасть в его лапы. Усмехнулся. Она пугливая, но в то же время смелая. С ним еще никто так не разговаривал.
Иван знал, что Ника не будет бежать или жаловаться полиции. Но ему нравилось за ней следить. Как за испуганной зайчишкой.
Она боится за свою дочь, но даже не подозревает, что нужна ему вовсе не девчонка. Ему нравится играть с ней, с Никой Воропаевой. С некоторых пор одинокой вдовой. Интересно, что побудило ее заказать мужа? Наследство?
Ну, конечно же, оно. Все бабы любят денежки. А муж… Ну, видать, не угодил чем-то. Или ей просто захотелось иметь денежки без придатка в виде муженька. Опасная девка. Хоть и сексуальная.
Приехав к дому ее подружки, припарковался, откинулся на спинку сидения. Отпил из бумажного стакана кофе, глянул на ее окно. Свет горел. Значит, она дома. Ее подружка приходит позже. Просто наблюдать за ее окнами было уже мало и он, допив кофе, вышел из машины. Приложил уже готовый магнитный ключ к замку подъезда. Дверь с писком открылась и он проскользнул вовнутрь.
Позвонил в дверь, закрыл глазок ладонью.
- Кто там? – услышал ее голос и кайфанул от него. В нем звучали нотки страха и это заводило даже больше ее испуганных глаз. – Оль, это ты?
- Нет, Ника. Это не Оля, - проговорил негромко, но был уверен, она расслышала.
За дверью повисла тишина. Она поняла, кто пришел. Хотел бы он сейчас видеть ее лицо.
- Что… Что тебе нужно? Мы же договорились…
- Я пришел за ответом на мое сообщение.
- Каким еще… А что ты имел в виду? Как еще я могу с тобой рассчитаться?
Иван оценил дверь. Хлипкая. Такую он снесет за несколько ударов. Но шуметь не хотелось. Он никогда не забывает об осторожности.
- Выйди, Ника. Поговорим.
Она на некоторое время затихла, но вопреки его мыслям вышла, осторожно открыв дверь.
- Откуда ты знаешь мое имя? Что тебе нужно? – испуганно взглянула на его маску. – Зачем ты пришел?..
- Тебя увидеть, - ухмыльнулся он.
- Зачем? – повторила она упрямо и, оглянувшись назад, шагнула в подъезд, закрыла за собой дверь.
- Я хочу предложить тебе поиграть. Выиграешь – прощу долг.
- Поиграть? – нахмурилась она и это тоже показалось ему сексуальным.
- Да. Приходи сюда завтра. Одна, разумеется. Попытаешься кому-то растрепать – грохну всех, кого ты притащишь за собой, - протянул ей сложенную вчетверо бумажку и она взяла ее дрожащей рукой.
*****
Развернула лист бумаги, прочитала адрес гостиницы, подняла глаза и… Поняла, что он уже ушел. Тихо и бесшумно. Как всегда.
- Что это значит? Зачем? – прошептала в пустоту и аккуратно сложила бумагу. – Чего тебе от меня нужно? – захныкала от страха и поймала на себе взгляд соседа, поднимающегося по лестнице.
Быстро забежала в квартиру, захлопнула дверь.
- Мамоська, посли иглать! – Ульяша, как оказалось, все это время стояла под дверью.
- Не сейчас, малыш. Пойди поиграй со своим зайкой, ладно? А мама пойдет готовить ужин.
Ужин готовила на автомате. И то, только для Оли и Ульяны. У самой аппетита не было. Я была в ужасе от своих догадок. Неужели убийца позвал меня в гостиницу, чтобы… Ну, разумеется. Что еще делают в гостиницах малознакомые люди.
К такому повороту я не была готова. Я даже согласна находиться под его присмотром еще пять месяцев, но только не это! Я не шлюха! Я не продаюсь! И я пойду завтра в эту проклятую гостиницу, чтобы сказать ему это в лицо!
Когда пришла Оля, я вздрогнула и осторожно выглянула из кухни.
- Привет! – устало улыбнулась подруга. – Вкусно пахнет, что готовишь?
За ужином мы с Олей выпили бутылку вина и я немного расслабилась. Но горький осадок в душе все-таки остался.
- Ты какая-то задумчивая стала, - заметила подруга. – Все о свекрови думаешь? Да пусть подавится этой квартирой.
- Нет, Оль. У меня проблемы посерьезнее. Только я не могу пока тебе об этом рассказать. Прости.
Я боялась реакции Оли, боялась, что она меня не поймет. Никто бы не понял. Я убила собственного мужа и теперь на крючке у киллера. Узнай это, подруга сразу же перестанет быть подругой.
- Ну, как знаешь. Только я дам все же совет. Не загоняйся. Все само собой решится.
- Ага. Хотелось бы мне так думать…
ГЛАВА 9
Такси остановилось прямо у входа в гостиницу. Я вышла из машины и подняла взгляд вверх. Гостиница не из дешевых. Может это какая-то ошибка? Посмотрела еще раз на адрес, который он написал мне на бумаге. Все верно. По идее он уже ждет меня в сто одиннадцатом номере. Но как же не хочется туда идти… А вдруг он помимо того, что убийца, еще и маньяк? Что если он сделает со мной что-то?..
Телефон завибрировал в кармане, я достала его и прочла:
«Смелее, красавица. Я не кусаюсь. Почти.»
Подняла еще раз голову вверх, пытаясь разглядеть его, следящего за мной из окна. Облизнула губы, кивнула сама себе.
- Ладно. Я смогу постоять за себя, - и зашагала к двери.
На ресепшене меня встречала улыбчивая девушка в форме с эмблемой гостиницы. Я молча трясущейся рукой показала ей уже порядком помятую бумажку.
- А, вас уже ожидают. Вам к лифту, и налево.
- Спасибо, - буркнула я и неспеша побрела в сто одиннадцатый номер.
Дверь была приоткрыта. Он ждал. Я потопталась немного, а потом толкнула дверь и вошла.
Он стоял спиной ко мне, смотрел в окно. Вот откуда он меня видел.
- Закрой дверь, Ника.
Я на секундочку прикрыла глаза, покачала головой. Куда я вляпалась? Да лучше бы сама прибила Влада сковородкой.
Дверь закрыла, но проходить вглубь номера не торопилась.
- Знаешь, зачем я позвал тебя сюда?
- Нет, - хотя чего уж там. Догадываюсь.
- Я предлагаю тебе оплатить долг здесь и сейчас. Раздевайся и ложись на кровать.
Я сделала несколько несмелых шагов, откашлялась.
- Я не буду с тобой спать. Я отдам деньги.
- Да-да, я помню. Через пять месяцев, - по голосу было слышно, что он улыбается. И меня это взбесило.
- Да. Через пять месяцев. Так уж вышло. Я в этом не виновата. Но спать с тобой за деньги…
- А за что еще ты готова спать со мной? – он повернулся и я уставилась на его маску. Я видела лишь щетинистый подбородок и его глаза. Взгляд острый, опасный. А губы, как я и догадывалась, изогнуты в ухмылке. – К примеру за свой покой? Или за дочь?
- Ты же говорил, что не воюешь с детьми, - выдохнула я, задрожав от ужаса.
- Говорил. Не воюю. Мне просто интересны твои границы.
- Мои границы таковы, что я не буду спать с тобой, чтобы рассчитаться. Я лучше потерплю еще твои издевательства и отдам деньги.
Я заметила, что он медленно приближается ко мне и застыла, не в силах двинуться с места. Так и стояла столбом, пока он не подошел. Склонив голову набок, он смотрел мне в лицо, разглядывал его.
- Почему ты убила своего мужа?
Я прилипла к полу от его пронзительного взгляда, сунула руку в карман куртки и сжала перцовый баллончик.
- Тебя это не касается.
- Ты не любила его?
- Я же сказала, тебя это не… - договорить мне он не дал, схватил за горло и приблизил свое лицо к моему.
- Если я спросил – ты отвечаешь.
Я дернула головой, потому что его губы коснулись моего виска. И меня словно током пробило.
- Он… Издевался надо мной. Бил меня. И я боялась, что он переключится и на дочь.
- Хмм… - он о чем-то задумался. – А я думал, ты просто хотела прибрать к рукам его деньжата.
- И это тоже, - честно ответила я. – Я заслужила спокойную, обеспеченную жизнь.
- Тогда почему ушла из дома и кто тебя избил? – его губы все так же находились вблизи моего виска. Говорил он негромко, почти шепотом.
- Свекровь. Наняла какого-то бандита и он избил меня.
- Получается, это она тебя выгнала, - заключил он.
- Мне плевать. Главное, что я теперь свободна.
- Ты не свободна, Ника. Ты сейчас принадлежишь мне.
- Это ненадолго. Я потерплю. Но спать с тобой не буду, - в кармане еще крепче сжала баллончик.
- Как знаешь. Я не насильник. Но для тебя это был бы хороший вариант избавиться от меня. И отпусти уже эту штуку. Ты ведь не будешь ее использовать.
Я широко распахнула глаза и медленно отпустила баллончик. Вытащила руку из кармана.
- Я могу уйти?
- Можешь. Я не буду удерживать тебя насильно.
- И мне ничего за это не будет? – уточнила настороженно.
Он усмехнулся.
- Нет, если ты пообещаешь приходить сюда почаще. Я напишу тебе.
- Зачем?
- Мне так хочется. Ника, - он проговорил мое имя с нехорошей ухмылкой.
- А тебя?.. Как зовут тебя? – осмелилась спросить я.
- Может быть со временем узнаешь. А теперь иди. Ты свободна. Пока.
ГЛАВА 10
За окном мело, снег облеплял стекло пушистыми хлопьями. Мы с Ульяшей сидели на подоконнике, пили горячий шоколад. Малышка считала пальчиком снежинки, а я смотрела на его машину. Большую, черную… Страшную. Это был он. Я знала это. Я видела его почти каждый день.
Из-за снегопада было плохо видно, но я знала, что он там, внутри. Сидит и смотрит на мои окна. Зачем? Почему он следит за мной? Неужели это когда-то закончится?
Оставалось четыре месяца. Всего ничего, казалось бы…
Но для меня каждый день был вечностью.
- Мамоська, пойдем лепить снеговика? – подняла на меня мордашку дочь.
- Нет, малыш, не сейчас. Позже.
Ульяша надула губы и прилипла лбом к стеклу. А у меня пиликнул телефон.
Сообщение. От него.
«Выходи, Ника. Я тебя жду.»
Я сглотнула и закрыла глаза. Ему что, скучно? Зачем он надо мной издевается?
- Солнышко, я выйду на улицу. Ненадолго. Скоро вернусь и принесу тебе что-нибудь вкусненькое, - в последнее время я старалась экономить деньги. Их у меня осталось не так много. А еще нужно как-то протянуть до вступления в наследство.
- А морозеное купис? – с надеждой посмотрела на меня дочь.
- Куплю, - вздохнула я.
Накинув куртку, я вышла на улицу, дошла до его машины. Дверь открылась и я нырнула в теплый салон. Молча прижалась боком к двери, стараясь на него не смотреть. Он все равно был в бейсболке, закрывающей глаза.
- Не поздороваешься со старым другом? – услышала насмешливое. Как же, с другом.
- Что тебе нужно?
- Ты. Поедем в гостиницу?
- Нет. У меня… Не важно. Я никуда не поеду.
- У тебя дочь одна дома, - с первого раза угадал он.
- И это тоже.
- А что еще?
- Я не буду с тобой спать, говорила уже.
- Я не для этого тебя зову в гостиницу.
- А для чего?
- Хочу кое-что показать тебе.
- А может просто подождешь свои деньги?
Он хмыкнул и взял меня за подбородок, чтобы повернуть мое лицо к себе. Я вздрогнула сначала от горячего касания его пальцев, а потом от его взгляда. Я видела его лицо полностью впервые. Довольно красивое лицо. По-мужски красивое. Несколько шрамов у правой брови, высокий лоб, прямой нос. На какое-то мгновение я застыла.
- А может мы о них забудем? А ты станешь посговорчивее?
- Это вряд ли. Я отдам деньги, - проморгавшись, пришла в себя.
- И все же я хочу показать тебе свой сюрприз.
- Какой еще сюрприз? – напряглась я, стиснув пальцы в кулаки.
- Пойдем к багажнику, - бросил он и вышел из машины.
Я неосторожно вывалилась из джипа и пошла куда он сказал.
В багажнике лежал связанный по рукам и ногам бандит, который избил меня. Я вытаращила на него глаза, открыла рот. Его лицо, казалось, побывало в улье, а рот был заклеен скотчем. Но я все равно узнала эту мразь.
- Узнаешь? – спросил убийца.
- Да, нооо…
- Что с ним сделать?
- У меня нет денег. Просто отпусти его.
- Деньги мне не нужны. Считай это бонусной услугой.
- Мне не нужны твои услуги.
- Ладно. Дам время тебе подумать, - киллер захлопнул багажник. – А теперь поехали в гостиницу. Это ненадолго.
- Я не могу оставить дочь, - занервничала я. Я категорически не понимала, что он делает и зачем.
- Сегодня у твоей подруги короткий рабочий день. Через полчаса она придет домой и присмотрит за твоей дочерью. А ты поедешь со мной.
- Откуда ты… - я не договорила. И так понятно, что он следит за мной днем и, возможно даже, ночью. Он уже все знает обо мне.
Оля, и правда, пришла через полчаса. Согласилась посидеть с Ульяшей, а я оделась и пошла к нему. Перцовый баллончик так и остался стоять на тумбочке. Он мне вряд ли поможет.
А в гостинице меня ждала свекровь. И какой-то мужчина в очках. Нет, свекровь не была избита или связана, но напугана до предела. Ее руки тряслись, а глаза бегали по сторонам. Увидев меня и его, она всхлипнула.
- Я все подписала! Вот! Возьми! – она протянула мне какие-то бумаги, второй рукой смахивая слезы. – Только скажи ему, чтобы отпустил меня. Ты меня больше не увидишь! Прости за все!
Я ошарашенно взяла бумаги, опустила на них взгляд. Свекровь отказывалась от своей доли в квартире в мою пользу. Внизу стояла печать и подпись нотариуса. Этот мужчина в очках, видимо, и был тем самым нотариусом.
- Спасибо. Можешь идти, - киллер протянул мужчине несколько купюр и тот, молча взяв свой портфель, покинул номер.
Свекровь задрожала еще сильнее.
- Не убивайте, прошу!
- Решай, что с ней делать, - послышалось над моей головой.
- Отпусти ее. И того… в багажнике. Пожалуйста.
Мстить я никому не хотела. Тем более его руками. Его услуги мне дорого обходятся. Да и свекровь уже наказана.
- Как скажешь. Жди меня здесь. Я скоро вернусь, - он взял под руку мою бывшую свекровь, заставил ее подняться с дивана и повел прочь из номера. Я же опустилась на краешек того самого дивана, снова уставилась на бумаги.
ГЛАВА 11
- Ну что, теперь перестанешь дрожать? – спросил он, открывая бар. Что-то налил в бокал, протянул мне.
- Я не пью.
- Ммм… Это хорошо, что не пьешь. А я, если ты не против, выпью, - он уселся в кресло напротив, где сидел нотариус.
Я неловко перекладывала из руки в руку бумаги, не зная, что с ними делать. Другое дело, если бы у свекрови вдруг появилась совесть и она сама отдала мне квартиру, но тут же все иначе…
- Сколько еще я тебе должна? За все это?.. – Я вновь посмотрела на него. Сегодня он решил не прятать лицо? Почему? Не боится меня? Или проверяет?
- Я же сказал, это бонус. Ты ведь хотела наладить свою жизнь, когда заказала мужа? Вот, получай свое по праву.
- Почему ты это делаешь?
- Мне стало скучно, - еле заметно улыбнулся он, от чего на небритых щеках появились ямочки. Надо же… Киллер с ямочками.
- Я даже не знаю, что сказать…
- Скажи «спасибо».
- Спасибо.
- Вот так лучше.
- А я… могу идти? – спросила, осторожно глянув на него.
- А ты хочешь?
- Хочу, - и это правда. В его присутствии мне страшно и неловко. Хотя пора бы уже привыкнуть к тому, что он ходит у меня по пятам. Будто решает, что со мной делать. Вот и сейчас. Застыл на мне долгим взглядом, перекатывает в пальцах бокал.
- А может познакомимся поближе?
- В каком смысле? – вытаращилась на него я.
Он усмехнулся.
- Меня зовут Иван.
- Ааа… Ну, как зовут меня ты знаешь, - потупилась себе под ноги. Ему идет его имя. Иван. Вроде как простое и обычное, но ему подходит.
- Знаю. Но хотел услышать что-нибудь о тебе.
- Зачем?
Он залпом допил содержимое бокала, поставил его на стол.
- Мне интересно, как ты живешь, чем ты живешь.
- Ты просто хочешь меня… - я взглянула на кровать, прикусила губу.
- И это тоже. Почему нет? Мы ведь взрослые люди.
- Сними себе девушку на ночь, а мне пора. Меня дома ждут, - я вскочила, забросила на плечо сумку.
- Я отвезу тебя, - поднялся он.
- Вот уж нет!
- Да. Иначе, ты не выйдешь отсюда. Останешься со мной на ночь, - уголок его губ пополз вверх.
- Не останусь! – повысила голос я.
- Тогда я тебя отвезу, - монотонно повторил он и, надев бейсболку, открыл дверь номера. – Идешь или остаешься?
Я поспешила за ним. А что еще мне оставалось? Этот ненормальный привязался, как банный лист, не оторвать.
В машине он с усмешкой смотрел на то, как я пристегиваюсь.
- Что? – не выдержала я.
- Ничего. Ты забавная. Ника.
- Я обычная.
- Обычные не заказывают своих мужей. Ты смелая.
- Мне просто надоели издевательства и побои.
- Почему он тебя бил? Как можно бить такую… - он прикусил нижнюю губу, а потом усмехнулся. – Красавицу?
Мне снова стало неловко от его комплимента.
- Ну его это, судя по всему, мало волновало, - ответила, отвернувшись к окну.
- Никогда не понимал мужиков, которые бьют женщин.
- Ты их вообще убиваешь, - вырвалось у меня. На сей раз за губу себя укусила я.
- Я не убиваю женщин и детей, - серьезно проговорил он.
- Даже если много заплатят?
- Никогда. Это мое табу.
- Никогда бы не подумала, что у убийцы есть принципы, - продолжала нарываться я.
- Теперь будешь знать, - буркнул он, ловко выруливая на шоссе.
- Можешь не гнать так? Ты выпил.
- Я держу себя под контролем. Всегда. Можешь не бояться.
Я молча кивнула и опять уставилась в окно. Мимо пролетали машины, в них люди торопились домой. И я тоже торопилась к своей малышке. А он? Ему есть куда спешить? Судя по тому, что он преследует меня днем и ночью… Нет.
- У тебя есть семья или… кто-нибудь? – спросила неожиданно даже для самой себя.
Иван бросил на меня быстрый взгляд.
- Нет.
- Вообще никого?
- Я детдомовский. Тридцать семь лет назад меня оставили на пороге приюта. Это все, что я о себе знаю.
- Но ты бы мог узнать. Обо мне же ты узнал. Не пробовал найти свою семью?
- Они мне не семья, раз бросили. Я в них уже давно не нуждаюсь.
- Ясно, - буркнула я.
Мы доехали до дома Оли и я поспешила дернуть за ручку двери. Но она не открылась. Я молча уставилась на Ивана, а он положил голову на подголовник.
- Ты же не думала, что я так просто тебя отпущу? Мне твоего «Спасибо» мало.
- И чего же ты хочешь? – вздернула бровь я.
А он вдруг резко подался ко мне, усмехнулся.
- Мне нравится выражение твоего лица. Такое невинное и в то же время порочное.
Я вздохнула, призывая себя к спокойствию.
- Чего ты хочешь?
- Поцелуй. Один поцелуй и ты сможешь уйти к своей дочери.
- Нет, - ответила твердо я, глядя в его светло-карие глаза.
- Нет?
- Нет.
- Что ж, посидим в машине. Здесь тепло и удобно, - он откинулся на кресло, начал тыкать по экрану встроенного компьютера. Негромко заиграла музыка.
- Ты серьезно? – возмутилась я, на что он кивнул.
- Вполне.
- Ладно. Один поцелуй. И я ухожу, - и больше никогда и ни за что не сяду в его машину.
- Ну так давай, целуй, - на полном серьезе заявил он.
Я сглотнула потянулась к его щеке. С неприязнью, надо сказать, потянулась. Мне не нравятся его дурацкие игры и предложения прыгнуть к нему в койку.
Иван резко повернул лицо и мои губы соприкоснулись с его губами. Я отпрянула, будто обожглась.
- Ну так себе поцелуй. В следующий раз буду рассчитывать на большее.
Он нажал кнопку и замки щелкнули.
Я поспешила открыть дверь и выскочить на улицу.
- И тебе доброй ночи! Ника! – услышала вслед, но не обернулась.
ГЛАВА 12
Прошел еще один месяц. Мы с Ульяшей вернулись домой, где бывшей свекровью даже не пахло. Больше в нашей жизни она не появлялась, хотя я и выходила из квартиры, сжимая в руке перцовый баллончик.
Не появлялся больше и он… Иван. Будто в воду канул. Возможно, понял, что ничего с меня не поимеет в ближайшее время и решил дождаться моего наследства. Не могу сказать, что меня это не радовало. Теперь я чувствовала себя свободней. Правда, длилось это недолго.
- Мамоська, а мозно мне соколадку? – состроила бровки домиком Ульяша, а я заглянула в корзину и поджала губы. С некоторых пор я ограничиваю наши покупки в целях экономии. Но как откажешь этой мордашке?
Вздохнула и улыбнулась ей.
- Бери шоколадку, так и быть.
Малышка обрадовалась,