Непокорное счастье для генерала-дракона. Мира Гром, Сима Гольдман

Оглавление

• АННОТАЦИЯ:
• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10
• ГЛАВА 11
• ГЛАВА 12
• ГЛАВА 13
• ГЛАВА 14
• ГЛАВА 15
• ГЛАВА 16
• ГЛАВА 17
• ГЛАВА 18
• ГЛАВА 19
• ГЛАВА 20
• ГЛАВА 21
• ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ:

Попасть в тело невесты посла и тут же оказаться в темнице — что может быть хуже? Выяснить, что дочь императора пропала, а её брат в исчезновении обвиняет меня!

   Чего пристал, дракон? Не трогала я твою сестру и замуж по приказу выходить не собираюсь! И не нужно так на меня смотреть, будто сам на мне жениться хочешь!

   В книге вас ждут:

   ❤️ Суровый генерал-дракон

   ❤️ Неунывающая попаданка

   ❤️ Противостояние характеров

   ❤️ Истинная пара

ГЛАВА 1

Лилибет

   — Тихо! — Чья-то рука зажала мне рот, не дав даже опомниться.

   Я вцепилась в запястье и попыталась увернуться от ладони, но это было бесполезно. Силы оказались неравны. Негодяй держал крепко.

   От человека, нарушившего мой сон, разило тушеной капустой и сырым луком. Омерзительная смесь.

   Я поморщилась от отвращения, но сделать ничего не могла.

   — Не кричите. Если будете молчать, я отпущу, — сообщил незваный гость.

   Покачала головой, якобы соглашаясь с ним, но едва он убрал руку, вдохнула посильнее и заорала что было сил.

   — Дура! — припечатал он и наотмашь ударил меня по лицу.

   Перед глазами заплясали яркие вспышки. От резкой боли я тут же заткнулась, пытаясь сообразить, что происходит.

   То ли адреналин придал мне сил, то ли жажда жить, но я все же попыталась откатиться. Негодяй ухватил меня за край ночнушки и бесцеремонно стащил с кровати. Хрустнула ткань, а я рухнула на колени.

   — Пустите! Убирайтесь отсюда, — прошипела я со злостью, хотя внутри все дрожало от страха.

   Вот уж переехала в новую квартиру. А говорили, что соседи здесь хорошие, адекватные.

   Как он вообще попал ко мне? Неужели через балкон перелез?! Дверь я точно закрывала, да еще и проверила несколько раз.

   Глянула в ту сторону, где должен был быть коридор, и…

   В тусклом свете единственной свечи, непонятно откуда взявшейся, вырисовывались силуэты абсолютно неизвестной мне комнаты.

   Мамочки… Где это я?!

   Пока мысли метались, словно в бреду, мужик не отступал. Он ухватил меня за руку, резко поставил на ноги и толкнул к массивной двустворчатой двери.

   Перед глазами все поплыло, но страх только усиливал жажду борьбы за собственную жизнь.

   Мужчина что-то прошипел и ругнулся, а затем уже обратился ко мне:

   — Пошевеливайтесь, леди. Альва ждет вас в допросной. Негоже заставлять наследника ждать, — поторопил он.

   Куда безопасней будет попытаться сбежать при первой появившейся возможности, чем вступать в неравный бой.

   Как только этот маньяк отстал на пару шагов, резко бросилась к двери, распахнула ее, но тут же впечаталась в его сообщника, караулившего снаружи.

   Здесь света было больше. Я успела рассмотреть, что оба мужчины одеты в странные доспехи, а длинный коридор освещен десятками факелов, закрепленных на каменных стенах.

   Пока приходила в себя, меня с двух сторон ухватили под руки и потащили по коридору. Мысли роились в голове, я пыталась осознать, куда попала и как мне отсюда выбраться?

   Каменный пол холодил босые стопы, прохладный ночной ветер пробирался под рубашку, и совсем скоро я начала дрожать.

   Сначала пыталась запомнить путь, но череда коридоров и лестниц сменяла друг друга, перед глазами рябило, и я совершенно запуталась.

   — Пустите! — собравшись с духом, выкрикнула я, попытавшись вывернуться из крепких мужских рук. — Вам это так просто с рук не сойдет!

   — Ишь, чего удумала! Угрожать мне? — прорычал в ответ один из громил.

   Буквально через пару мгновений меня наконец дотащили до массивной двери и втолкнули в какую-то комнату, а я буквально остолбенела.

   Если они преследовали цель меня запугать, то им это удалось. Пахло здесь еще хуже, чем от разбудившего меня негодяя. Стены, пол, узкое окошко… Ощущение создалось такое, будто меня притащили в какую-то средневековую темницу. Запёкшаяся кровь, ржавчина, какие-то инструменты, покрытые непонятно чем…

   Один из мужчин приблизился и усадил меня на стул, сильно сдавив плечо. От боли я едва не заскулила, но нельзя было выказывать страха, чтобы этим не могли воспользоваться.

   Но и это было еще не все. Отделившись от стены, словно тень, показался высокий мужчина, одетый во все черное.

   Я видела лишь часть его лица, но и этого было достаточно, чтобы застыть каменным изваянием. Темные волосы были взъерошены, а глаза следили за каждым моим движением.

   Он не торопился выходить на свет полностью, чтобы я могла осознать: со мной тут не станут церемониться. Тонкие губы растянулись в хищной ухмылке, но взгляд был совершенно другим: холодным и сосредоточенным. На миг мне показалось, что, если он сделает еще шаг, я умру от страха на месте.

   Удивительно, но сейчас я не боялась за свою честь. У меня в голове билась одна-единственная мысль: выжить. Почему-то интуиция упорно твердила, что насиловать меня здесь никто не собирается, а вот что они будут делать… оставалось загадкой.

   Убедившись, что я осознала всю серьезность ситуации, мужчина сделал шаг в моем направлении и задал абсолютно бессмысленный вопрос. Сумасшедший, что ли? Так хотелось нахамить ему, взять что-нибудь тяжелое и хорошенько стукнуть.

   Все это не могло быть реальным. Неужели это чей-то нелепый розыгрыш? Бред.

   Я судорожно пыталась вспомнить, кто из моих знакомых мог придумать подобное, но у меня даже предположений не было.

   — Вероятно, произошла какая-то ошибка… — попыталась возразить я, но мужчина нахмурился, и в его глазах блеснул недобрый такой огонь.

   Серьезно, в самом буквальном смысле — огонь. Настоящий. Словно вместо зрачков у него были раскаленные угли. Может, мне от страха это только показалось?

   — Лилибет, — сказал он мягко. Мужчина обращался сейчас явно ко мне, но от звука его голоса я оцепенела и совсем не верила в благие намерения. — Я предлагаю тебе все рассказать и сразу же обрести свободу. Эта ночь покажется просто ночным кошмаром, о котором ты вскоре позабудешь, наслаждаясь придворной жизнью…

   — Либо? — спросила я, совершенно не понимая всего этого фарса.

   Каким кошмаром? Я в нем прожила почти всю жизнь.

   Какие придворные? Мы давно живем в цивилизованном мире. А этот их дурацкий розыгрыш… Ни единому слову не верю.

   — Либо ты сгниешь в одной из тюремных камер, — пригрозил он мне, подавшись вперед, словно хищник, который готовился к прыжку.

   Стало действительно страшно. Нет, умом я понимала, что рано или поздно тому, кто устроил шоу, надоест эта нелепая игра, и я со спокойной душой подам заявление на организатора за похищение человека. А сейчас…

   Один раз меня уже ударили, больше мне не хотелось. Хотела возразить ему, попытаться объяснить, что попала сюда случайно и вообще в подобных игрищах не участвую, но скрипнула дверь, и я снова услышала голос разбудившего меня стражника:

   — Альва, там жених леди Лилибет явился и…

   — Требую немедленно отпустить мою невесту! — Я обернулась и увидела, как в допросную буквально влетел еще один мужчина.

   Рослый, статный. На нем был темно-синий костюм, расшитый серебряным узором, высокие кожаные сапоги до колена. Черные волосы с седыми прядями на висках были рассыпаны по плечам, брови нахмурены, а губы недовольно поджаты.

   На вид ему было хорошо так за сорок, и он мне скорее в отцы годился, нежели в женихи. Да, ввиду того, что в этой комнате невестой могла быть только я, вариантов не было: он говорил обо мне.

   Пока я рассматривала вошедшего, брюнет чуть отошел, и уже через миг послышался скрежет металла. Боже, они что, сейчас драться будут?!

   Генерал Эрик Гильберт

   — Пустите! — доносились крики из коридора. — Вам это так просто с рук не сойдет!

   — Ишь, чего удумала! Угрожать мне? — рычал в ответ стражник.

   Исчезновение наследницы императора было делом государственной важности. Действовать нужно было быстро и решительно.

   В следующий миг в допросную буквально втащили взъерошенную светловолосую девицу. Она сопротивлялась, цепляясь за дверной проем, но силы были неравны. Стражник с громким стуком захлопнул за ней тяжелую дубовую дверь, и допросная погрузилась в полумрак.

   Здесь все было создано, чтобы устрашать. Заставлять сердца трепетать и сжиматься от страха и неизвестности. Высокие каменные стены, покрытые трещинами, давили со всех сторон. На полу — грязные каменные плиты, холодные и скользкие, пропитанные запахом крови и смертных приговоров.

   В углу — массивный железный стол с цепями и кандалами, зловеще поблескивающими в свете свечей. На окнах — ржавые решетки, из которых торчали острые шипы.

   Девица замерла. Видимо, впечатлилась, но… Эту юную особу, казалось, ничего не страшило. Она стояла, гордо выпрямившись, несмотря на растрепанные волосы и порванную местами ночную сорочку. Ее взгляд был полон решимости и упрямства.

   В свете свечей ее простое одеяние казалось почти призрачным, обрисовывая точеный силуэт. Длинные стройные ноги, изящные руки с тонкими запястьями, высокая грудь — все это подчеркивало ее красоту и силу духа.

   Стражник, тяжело дыша, подошел к ней и схватил за плечо. Девушка резко обернулась, ее глаза вспыхнули гневом. Она что-то прошипела, но воин только сильнее сжал пальцы. Она поморщилась от боли.

   — Молчите, леди! — рявкнул он, усаживая ее на стул.

   Девушка дернулась, но вырваться не смогла. Она окинула допросную презрительным взглядом, словно бросая вызов всему, что ее окружало. В этот момент она была похожа на дикую кошку, попавшую в клетку.

   Настал черед моего выхода.

   Внешне я был абсолютно спокоен, ничто не выдавало моих эмоций и первобытного пламени, что из-за пропажи сестры бушевало сейчас внутри, готовое вырваться и испепелить все вокруг.

   — А теперь перейдем к делу. — Сделал шаг вперед, частично выходя из тени, и сразу начал допрос, не давая девице опомниться. — Где Ингрид Рианн Гильберт?

   Я намеренно произнес полное имя сестры, чтобы допрашиваемая ощутила всю важность вопроса.

   Стражники, заметив меня, кивнули и сразу удалились, оставив нас с допрашиваемой фрейлиной наедине.

   Из узкого окна лился тусклый лунный свет, освещая лишь часть моего лица и создавая атмосферу загадочности. Это тоже должно было влиять на собеседницу, подавляя ее волю.

   Девушка вздрогнула и замерла, словно испуганный зверек. Ее губы задрожали, а глаза широко распахнулись.

   — Кто? — переспросила, запинаясь.

   Ее голос звучал тихо и неуверенно. Больше не было слышно вызова. От строптивости не осталось и следа.

   Появилась возможность как следует рассмотреть фрейлину сестры. Обнаженная фарфоровая кожа на руках и плечах покрылась мелкими мурашками. Лицо казалось бледным, но не болезненным. Тени играли на высоких скулах и тонких чертах.

   Стало даже немного жаль девушку, но мой разум должен был оставаться холодным. Дело требовало жесткости и решительности. Иного пути не было.

   — Дочь его сиятельства великого императора Гойдриха Рема Гильберта и твоя госпожа, — освежил память девице.

   Ее бездонные синие глаза расширились, но понимания в них не промелькнуло.

   Неужели стража опростоволосилась и доставила на допрос не ту девушку? Но ошибки быть не могло, и пусть я только сегодня вернулся с присоединенных к империи земель, пусть многие годы не был при дворе, чутье не могло подвести меня.

   — Простите, но я не знаю, о ком вы говорите, — попыталась оправдаться она. — Вероятно, произошла какая-то ошибка…

   Ошибка? Очень в этом сомневаюсь.

   — Лилибет, — мой голос стал обманчиво мягким, — я предлагаю тебе все рассказать и сразу же обрести свободу. Эта ночь покажется просто ночным кошмаром, о котором ты вскоре позабудешь, наслаждаясь придворной жизнью…

   — Либо?.. — Она упрямо вздернула подбородок, а в голосе появились странные нотки вызова.

   Я устало покачал головой. Нет, по-хорошему она не хотела. Что ж, придется по-плохому.

   — Либо ты сгниешь в одной из тюремных камер. — Слова были хлесткими и попали точно в цель.

   Спина девушки выпрямилась, а плечи расправились.

   Воздух напитался запахом страха. Таким знакомым и сладким.

   — Но я…

   — Мне нужна правда. Немедленно! Даже не думай юлить, — прорычал я, почувствовав, что она готовится солгать. — Я не в настроении слушать сказки. Отвечай!

   Зашел за спину девушки и чуть наклонился. В нос ударил терпкий аромат ее страха, смешанный с чем-то загадочным, таинственным. Но все мои мысли сейчас занимала Ингрид, нужно было сосредоточиться и продолжить допрос.

   Едва я набрал полную грудь воздуха, чтобы задать очередной вопрос, в допросную снова ворвалась узкая полоска света, и послышался голос стражника:

   — Альва, там жених леди Лилибет явился и…

   — Требую немедленно отпустить мою невесту! — Оттолкнув караульного, к нам влетел разъяренный посол Иммерии, Теодор Норберт. Увидев меня, он схватился за рукоять и обнажил клинок.

ГЛАВА 2

Генерал Эрик Гильберт

   Это было ожидаемо.

   Ну, конечно же, рано или поздно посол Иммерии должен был разнюхать, что его невесту вытащили из постели и притащили в допросную, но не так же быстро. Все же удивительно, как стремительно расползаются слухи по дворцу даже в ночное время.

   Я взял со стола цепь и протащил ее по каменному полу. Звон металла эхом разнесся по допросной. Девушка вскрикнула от неожиданности.

   Ее глаза распахнулись, снова окунув меня в глубокую морскую синеву. Ресницы дрогнули, притягивая взгляд. Губы чуть приоткрылись от удивления и испуга. Светлые волосы, растрепанные после сна, спадали мягкими волнами на плечи и спину, обрамляя лицо. Тонкие пальцы подрагивали, выдавая ее волнение.

   В девушке крылась какая-то тайна, которую хотелось разгадать. Это было невозможно объяснить, но что-то в ней привлекало мое внимание, но не настолько, чтобы позабыть о главной цели. Мне нужна была информация.

   Быстро. Четко. Немедленно.

   — Посол Норберт, мне жаль, что побеспокоили вас в столь поздний час, но я вынужден допросить вашу невесту по делу государственной важности, — попытался достучаться до разума разгневанного мужчины, не отрывая взгляда от фрейлины.

   С Иммерией мы совсем недавно подписали мирное соглашение, и она капитулировала, а наши войска отступили. Посол прибыл, чтобы жениться на леди Лилибет, дочери нашего бывшего посла в Иммерии, лорда Кателла, тем самым поставив точку в этом вопросе. Но сегодня вся дипломатия могла полететь в Бездну, потому что информация о нахождении моей сестры была гораздо важнее, чем мир с крошечной страной.

   — Альва, — тон Норберта стал требовательным, что мне очень не понравилось, — я требую немедленно освободить мою невесту. Ей нужно готовиться к свадьбе. Уже на рассвете нас должны венчать.

   На рассвете? Так быстро? Что ж, если птичка запоет, то к нужному часу сможет сказать свое заветное “да” у алтаря.

   — Тогда вам стоит покинуть помещение, чтобы мы успели закончить беседу с леди Лилибет, — оскалился я. — Уверяю, ей ничего не угрожает, если она будет достаточно откровенна со мной.

   Узкие губы посла вытянулись в тонкую линию, подчеркивая его недовольство.

   — Репутация леди страдает, пока она находится наедине с вами в… темнице, — процедил он сквозь зубы, брезгливо осматриваясь.

   Его голос звучал низко и угрожающе. Воздух между нами становился напряженным. Диалог не заладился. Значит, не стоило оттягивать неизбежное.

   Я лишь покачал головой, стараясь не выдать своего презрения.

   — Стража, — скомандовал я, — взять посла Норберта.

   — За что? — почти взвизгнул мужчина, сразу же переменившись в лице.

   Странный вопрос. Наследник империи, генерал, мог без особых проблем найти повод, чтобы упрятать за решетку любого, кто встанет на его пути. Сейчас на кону стояла жизнь и репутация моей собственной сестры, и я ни перед чем не собирался останавливаться.

   — За подозрение в пособничестве и сговоре против империи, — жестко ответил я, возвращаясь взглядом к девушке.

   Стража не заставила себя долго ждать. Они были готовы в один момент исполнить любой мой приказ, что и сделали. Посла схватили под локти, он попытался вырваться, но караульные держали его крепко, не давая возможности даже шелохнуться. Норберт упирался ногами и сыпал бранью на разных языках, но сопротивление было бесполезно.

   Они потащили его к выходу, не обращая внимания на крики, проклятия и угрозы. Слова раздавались эхом в каменных коридорах темницы.

   Я зашел за спину девушки и наклонился к ее уху. В нос ударил аромат свежей утренней росы.

   — А теперь, леди Лилибет, начнем сначала… Где Ингрид?

   — Я уже говорила, что это ошибка, — продолжала настаивать на своем девушка. — Простите, но я понятия не имею, что вам нужно.

   Крепкий орешек, но у меня и не такие начинали говорить.

   — Неужели вы не сожалеете, что из-за какого-то упрямства посол Норберт окажется в соседней камере и вместо праздничного завтрака вам светит тюремная похлебка? — Я начал аккуратно переходить к угрозам. — Вам не жаль, что мужчина, который вам небезразличен, сейчас арестован и подозревается в сговоре?

   Лицо леди Лилибет вытянулось от удивления. Девушка была в растерянности. Будь она мужчиной, я бы действовал жестче, поэтому пусть считает, что ей крупно повезло.

   — Вы не поверите, я проснулась в другом мире или жутком кошмаре и понятия не имею, как тут оказалась, — отчеканила девушка, стрельнув глазами.

   Я покачал головой.

   — Вы правы, не поверю. — В моей ладони, раскрытой прямо перед лицом допрашиваемой, вспыхнуло пламя.

   Она еще не знает, как поступали на войне с теми, кто работал на противника. Жаль, что фрейлине нельзя было показать всю остроту настоящего допроса.

   — Но это правда, — выкрикнула девушка, вскакивая с места. — Я… я… не помню. Меня ударил стражник, и на миг в глазах потемнело. Кажется, я даже потеряла сознание, а потом меня притащили сюда и…

   И кажется, у нас проблемы гораздо больших масштабов, чем предполагалось.

   Испепелю идиотов. Только потери памяти мне не хватало.

   Лилибет

   После того, как моего так называемого жениха выволокли за дверь, я окончательно растерялась.

   Его шок от ареста, сопротивление… Все это не выглядело наигранно. Не знаю, актер он или нет, но я окончательно поверила в то, что происходящее не просто реально… Каждой клеточкой своего тела почувствовала нависшую надо мной угрозу.

   Если до этого Альва, или как там его, со мной говорил жестко, но не слишком, то сейчас его запугивания приобрели совсем другой характер.

   Нет, он все так же прожигал меня внимательным, цепким взглядом, однако что-то изменилось, и только до полной дуры не дошло бы, что этот маньяк церемониться не станет и ответы на свои вопросы получит действительно любой ценой. Проще было бы и правда все ему рассказать, но… Я ведь действительно ничего не знала!

   По телу пробежала мелкая дрожь, перед глазами затанцевали черные пятна, и я едва не потеряла сознание от страха. Уж что-что, а инстинкт самосохранения у меня всегда был.

   От отчаяния хотелось разрыдаться, но я сдержалась из последних сил и соврала, что ничего не помню. Хотя отчасти это было правдой. Ответа на вопрос мужчины я не то что не помнила, знать не знала!

   Альва помрачнел, взгляд потемнел, и губы он поджал так, что они превратились в тонкую линию. А тусклый свет и игра теней завершили образ: сделали его лицо совсем уж хищным и устрашающим.

   Я сглотнула, вжала голову в плечи и заставила себя продолжать смотреть ему в глаза.

   — Ну и что вы хмуритесь? Я правда не знаю никакой Ингрид. Если бы знала — уже бы все рассказала. Что дальше?! — не выдержала я.

   Правда, старалась говорить уверенно, но голос меня выдавал. И, к слову, дрожал сейчас не только голос…

   Я с трудом сдерживала жгучее желание встать и уйти отсюда. Да, вот так просто. И пусть думает, что хочет.

   Только вот знать бы еще, куда мне идти? Я же ни черта не понимала, где находилась и как меня сюда доставили.

   — То есть замуж ты уже не хочешь? — хмыкнул этот маньяк и подошел ближе.

   — За того посла? Точно нет. — Качнула головой, продолжая смотреть мужчине в глаза.

   — Быстро же ты меняешь свои взгляды. Мне доложили, что буквально сегодня вечером ты танцевала от счастья. Что же изменилось теперь?

   — Повторяю еще раз: я не помню ни его, ни вас, ни какую-то Ингрид. Меня схватили посреди ночи, вытащили из постели, ударили… — зачем-то стала перечислять ему все свои злоключения, но мужчина не проникся, а даже, наоборот, помрачнел еще сильнее, будто не верил ни единому моему слову.

   — Замолчи. — Он качнул головой, отошел к окну и сквозь толстые решетки принялся смотреть куда-то вдаль.

   Эх, спасать меня явно больше никто не собирался, и, по-хорошему, нужно было хватать ноги в руки и пытаться бежать, пока он на меня не смотрит, но… За дверью наверняка стояли стражники, и вздумай я дернуться, как я тут же оказалась бы на прежнем месте, только во второй раз меня непременно привязали бы к этому злосчастному стулу.

   — Я с удовольствием бы помолчала, но у меня очень сильно замерзли ноги. Если в ближайшее время я не согреюсь — уже к обеду свалюсь с простудой, — сказала стремительно пропадающим от стресса и холода голосом.

   Мужчина сделал глубокий вдох и медленно повернулся ко мне.

   — Так закончи скорее свои мучения. Расскажи мне, где Ингрид, и я прикажу отвести тебя в комнату и принести горячего чаю. Это жених заставил тебя участвовать в похищении? — Альва с каждым словом подходил все ближе, надвигался на меня, словно грозовая туча.

   Его взгляд не сулил мне ничего хорошего, и я буквально кожей чувствовала опасность, исходящую от этого мужчины.

   Почти все его тело было скрыто одеждой, но ткань не могла спрятать от меня рельеф его мышц. Однако это не мешало двигаться ему невероятно грациозно, словно он был не человек вовсе, а самый настоящий хищник.

   Я как-то враз согрелась, и мне даже жарко стало, а он все наступал, будто пытался сломать меня таким нехитрым образом.

   — Я без понятия, кто и в чем участвовал. Могу говорить только за себя: я ни в каких заговорах и похищениях не участвовала, и даже в мыслях у меня подобного не было, — заговорила я, чтобы хоть как-то успокоить сердце, которое сейчас колотилось так, словно пыталось настучаться перед смертью.

   — А только что ты говорила, что ничего не помнишь… — вкрадчиво произнес он, склонившись к моему лицу.

   Я замерла на вдохе, совершенно позабыв, как дышать.

   — Не помню, — подтвердила, глядя на него, будто кролик на удава.

   — Но уверена, что ни в чем не участвовала?

   — Уверена.

   — Лилибет, так дело не пойдет. Мне все еще нужны ответы, и я теряю терпение, — прошептал он, обжигая меня горячим дыханием, а затем резко поднял руку, будто собирался меня ударить.

   По телу пробежала мелкая дрожь, а на лбу проступил холодный пот. Лицо все еще ныло после стражника, и к новой порции боли я не была готова.

   Втянула голову в плечи и зажмурилась.

ГЛАВА 3

Генерал Эрик Гильберт

   — Я требую немедленно отпустить мою дочь! — послышался голос со стороны коридора.

   Что за ночь, не допросная, а проходной двор!

   С каждой минутой волна раздражения распространялась по телу, вызывая желание кого-нибудь поджарить. Желательно заживо.

   В следующее мгновение тяжелая дверь распахнулась с грохотом, а в проеме возник лорд Кателл, отец Лилибет. Его лицо потемнело от гнева, а глаза метали молнии, которые были нацелены прямо в меня.

   — Ваша светлость, — приветствовал я его. — Вижу, вам уже сообщили.

   — Ваше высочество, — он чуть склонил голову в знак приветствия, но это было лишь формальностью, — по какому праву вы удерживаете мою дочь?

   — Леди Кателл — важный свидетель по делу государственной важности, — отрапортовал я, бросая взгляд на испуганную девушку.

   Ее тело сотрясала мелкая дрожь, а глаза в страхе метались по допросной. Я пытался выловить тень узнавания родственника, но ничего не происходило. Она бросила на лорда единственный любопытный взгляд, но тут же отвела взор и покачала головой, словно не веря в происходящее.

   Это было занятно. Оставалось только отчаянно надеяться, что потеря памяти была временной.

   — Мне бы хотелось задать ей еще пару вопросов. — Я не сводил взгляда с девушки, пытаясь прочитать ее эмоции в этот момент, но даже тени не проскользнуло по бледной коже. — Это займет совсем немного времени.

   Такими темпами допрос мог затянуться до утра, но мне, привыкшему к тактике ведения переговоров, это было нетрудно, а неподготовленная девушка могла и не выдержать подобного давления. Можно было предположить, что Лилибет говорила правду, тогда в глазах всего света я буду выглядеть идиотом, пытавшим нежную девушку в ночи при отце, но приходилось чем-то жертвовать. Например, репутацией.

   — Вы уже задали достаточно вопросов, — отрезал лорд Кателл, приближаясь к дочери.

   Он снял с себя плащ и накинул на плечи Лилибет, укрывая от моего взора ее стройное тело. Девушка нерешительно подняла глаза на отца и благодарно кивнула.

   Я наблюдал за этой картиной не отрываясь, пытался выискать несостыковки в ее словах, но девушка однозначно отреагировала так, словно никогда ранее лорда Кателла не видела.

    Все же ночь была изнурительной, а силы леди Лилибет не были безграничными.

   — Приношу извинения за доставленное неудобство, — попытался сгладить ситуацию.

   Ссора со старым приятелем отца не сулила ничего хорошего.

   — Кому они нужны, — вызывающе проговорил лорд Кателл. — Если у вас еще остались вопросы, то время на них истекло. Утром моя девочка выходит замуж за посла Иммерии, и ей следует отдохнуть и набраться сил.

   Впервые за долгие годы службы меня отчитали, как малолетнего мальчишку. Это было неприятно, но я был готов поступиться гордостью ради истины.

   — Разумеется, — согласился я, умолчав, что жених леди сейчас находился в одной из камер, всего в паре десятков метров от нас.

   Из головы все не шел вариант, что Нортон мог быть причастным к исчезновению Ингрид и действовал он через фрейлину — леди Лилибет. Тогда его стоило дожать, а пока только прощупывать другие ниточки.

   Свадьба этой пары сейчас была как кость в горле. Мир был хрупок, а жених мог в любой момент забрать девушку и вернуться на родину, что было совершенно некстати.

   Воспротивиться воле лорда Кателла я все же не мог. У него был высокий чин и репутация, к тому же давние приятельские отношения с императором, что делало его почти недосягаемым даже для моих рук. Без прямых доказательств соучастия девушки я был бессилен.

   — Обо всем этом непременно станет известно его императорскому величеству! — пригрозил мне лорд и тут же, нежно приобняв дочь за плечи, повел ее в сторону выхода.

   Выбор пал на леди Лилибет не случайно. Как мне сообщили, девушка была последней, кого видели выходящей из спальни сестры. После чего девушка отправилась к себе, а потом ее привели уже ко мне. Были еще непроверенные варианты, но этот — самый правдоподобный и удобный.

   Я вышел в коридор. Пара караульных стояла на страже, готовые выполнить любой мой приказ. Доспехи блестели в тусклом свете факелов, отбрасывая длинные тени на холодный каменный пол. Нужно было бы отдать распоряжения, но взор устремился к удаляющейся фигурке девушки, закутанной в плотный темный плащ.

   Словно почувствовав мой взгляд, Лилибет вдруг немного помедлила и слегка повернула голову. Мы встретились глазами.

   Что-то в ней все-таки было...

   — Следующего, — прорычал я, стараясь успокоиться и сосредоточиться на деле.

   Мой голос эхом разнесся по коридору, заставив караульных вздрогнуть.

   Лилибет

   Пусть этот лорд и не был моим отцом, но по крайней мере он не желал мне зла. Поэтому я покорно поплелась за ним. Только обернулась, чтобы еще разочек, хотя бы ненадолго, взглянуть на Альву. Красив, зараза…

   В общем-то, нормальная практика. Хороших девочек всегда тянет к негодяям. И этот брюнет наверняка не исключение из правил. Неизвестно еще, что было бы дальше, если бы мне пришлось остаться в допросной вместе с ним.

   На миг наши глаза встретились, и я уловила в его взгляде что-то такое… Безмолвное обещание, что мы скоро увидимся снова. От этого вдруг стало страшно, и я поспешила поскорее отвернуться.

   Всю дорогу до спальни папаша молчал. Заговорил, только когда мы оказались в комнате:

   — Лилибет, Альва не причинил тебе вреда?

   Во взгляде и в голосе этого мужчины было столько искренней заботы, что мне стало совсем уж не по себе.

   Если все видят во мне эту Лилибет, то где же она сама? Куда делась дочь этого мужчины? И почему на ее месте оказалась я?!

   — Нет, все нормально. Стражники были грубы, но теперь это позади. И, если честно, я очень устала… — сказала со вздохом, желая как можно скорее остаться в одиночестве. Нужно было успокоиться и хорошенько подумать, что делать дальше.

   — Отдыхай, доченька. Сегодня самый важный день в твоей жизни. Постарайся хоть немного поспать. Служанка разбудит тебя, чтобы подготовить к церемонии. Скоро ты станешь женой лорда Норберта и уедешь в новый дом, где даже Альва не сможет тебя достать.

   Отец Лилибет улыбнулся, погладил меня по волосам и вышел из комнаты, а я замерла, удивленно уставившись на свои локоны. И как я их раньше не почувствовала?!

   Заметила зеркало в углу и кинулась к нему.

   — Мамочки… — прошептала непослушными губами.

   Отражение было моим и не моим одновременно. На меня смотрела девушка на пару лет моложе, немного стройнее и бледнее. От привычного загара не осталось и следа, а вместо темно-русого каре по плечам рассыпались длинные светлые локоны.

   Я попыталась найти, где их можно отцепить, решив, что волосы мне банально нарастили, но… Нет, они были самыми что ни на есть настоящими!

   — Да как же так?! — Потерла лицо руками и увидела, что ногти не накрашены.

   Скинула сорочку и принялась вертеться перед зеркалом, пытаясь понять, какие еще есть отличия.

   Родинка под грудью была на месте, небольшое родимое пятно в форме полумесяца тоже красовалось на плече. Тело было мое, но совсем не мое!

   Вдоволь налюбовавшись, залезла в шкаф, достала чистую одежду. Порванной рубашкой обтерла ноги, а потом оделась, не дожидаясь служанки. Да, это оказалось совсем непросто, потому что от количества шнуровок я сначала обалдела, а потом обматерила все на свете.

   — Уф… — шумно выдохнула и обессиленно рухнула в кресло.

   Прикрыла на миг глаза, и это было ошибкой. Вот кто в своем уме позволит себе расслабиться в чужом, незнакомом доме?

   Мне снова зажали рот и в этот раз прошептали прямо на ухо:

   — Заорешь — убью. Если поняла — кивни.

   Вариантов у меня особо не было и, руководствуясь инстинктом самосохранения, я слегка качнула головой.

   — Не оборачивайся, — последовал новый приказ и за ним вопрос: — О чем ты говорила с наследником?

   — С наследником? — не сразу поняла, о ком идет речь, но ответила тихо, вспомнив, что в прошлый раз не послушала, заорала и получила по лицу.

   — О чем тебя спрашивал Альва? — Мужчина стал терять терпение, и я поспешила рассказать все, что знала.

   — Он спрашивал меня, куда делась Ингрид…

   — И что ты ему напела, птичка? — Шепот стал совсем уж зловещим.

   — Ничего. Я не знаю, где она.

   — Вот и умница. Будешь и дальше хорошей девочкой — проживешь долгую и счастливую жизнь в Иммерии, — прозвучало не очень убедительно, я попыталась обернуться, но рука в черной перчатке коснулась моего лица, так и не дав посмотреть назад.

   — Альва раскроет заговор. Он настроен очень решительно, — зачем-то поделилась я своими наблюдениями.

   — В твоих интересах, чтобы этого не произошло. С рассветом ты выйдешь замуж, и все закончится, не вздумай наделать ошибок. Эрик с его допросами покажется тебе ребенком, если ты подведешь нас! — получила я очередную угрозу.

   — Только вот жених под арестом, — недовольно ответила шептуну, заметив его отражение в небольшом, отполированном до блеска блюде.

   Увы, но это мне ничего не дало. На мужчине был капюшон, и лицо оказалось закрыто чем-то вроде шарфа. Видны были только глаза, но в полумраке я даже не могла с уверенностью сказать, серые они или зеленые.

   Мужчина был выше меня на голову, широкоплеч, в руке он держал кинжал, а на поясе я заметила еще и меч. Безумное средневековье какое-то!

   Интересно, это все бутафория, или оружие настоящее? Эх, любопытство не порок, но проверять на себе как-то не хотелось.

   — Не переживай, собственную свадьбу посол Норберт не пропустит.

   Хотела возразить, сказать, что не собираюсь участвовать в их заговоре, но в этот момент в дверь тихо постучали.

   — Пусть уходят, — настойчиво произнес мужчина.

   — Кто там? — поинтересовалась я.

   — Леди, просыпайтесь, вам пора одеваться, — донесся до меня звонкий девичий голосок.

   — Уходи, без тебя обойдусь! — твердо заявила я, почувствовав чужую руку на своей шее. Еще в самом деле придушит меня и сбежит, пока будут выламывать дверь…

   — Но, леди Лилибет, так ведь нельзя! — воскликнула служанка и подергала за ручку. — Откройте, или я позову лорда Кателла!

   Да, сейчас я впервые в жизни пожалела, что заперлась в комнате. Лучше бы оставила дверь открытой…

   — Подожди, — недовольно крикнула я и тихо поинтересовалась: — Она явно уходить не собирается, так и будем стоять?

   Мужчина сжал мое горло чуть сильнее, кожу обожгло горячим дыханием. И я замерла на вдохе, в ужасе ожидая, что будет дальше.

ГЛАВА 4

Генерал Эрик Гильберт

   Кабинет был погружен в полумрак, лишь тусклый свет утреннего солнца, проникающего сквозь занавеси, едва освещал массивный дубовый стол и бумаги.

   Сигнал артефакта связи вырвал меня из сосредоточенного изучения показаний окружения Ингрид. Я замер, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Отец никогда не вызывал меня без веской причины. Значит, ему уже успели донести обо всем. И я даже догадывался, кто это был.

   — Эрик, — не стал ходить вокруг да около отец, — что там у тебя происходит?!

   Я надеялся, что у меня будет больше времени, прежде чем Кателл свяжется с отцом. Исчезновение Ингрид должно было пока оставаться тайной, но по вполне понятным причинам император даже в свое отсутствие знал обо всем.

   — Ваше императорское величество, рад приветствовать. — Родственные связи не имели значения, когда разговор начинался с подобного тона. — У меня все под контролем.

   — Стоило мне отправиться в провинции, как ты уже наворотил дел! У наследника империи нет права на ошибку! Все это достанется однажды тебе — учись ответственности! — Он пылал гневом так, что артефакт накалился и завибрировал.

   Внутри меня начала подниматься волна раздражения. Мы всегда были на ножах, и этот разговор не предвещал ничего хорошего. Завоевать похвалу отца всегда казалось чем-то нереальным.

   — Я разберусь, — коротко ответил, стараясь поскорее завершить разговор.

   Впереди ждал опрос других фрейлин и пары горничных. Если дочка Кателла не смогла связать и пары слов, чтобы приблизить меня к Ингрид, то другие могли оказаться более полезными свидетелями.

   — Будь так добр, — недовольно бросил отец. — Леди Лилибет должна сегодня же выйти замуж за Норберта. Это вопрос государственной важности. То, что она провела ночь в твоем обществе накануне свадьбы, может негативно отразиться на ее репутации. Только представь, какой урон ты нанесешь империи и фамилии Кателлов!

   Я отлично это понимал. Но поиск сестры был важнее, чем какая-то фрейлина и ее посол-жених.

   От одного воспоминания о синеве глаз девушки внутри меня вновь вспыхнуло непонятное чувство. Это было странно и волнующе. Закаленный службой, я смог воспитать в себе дисциплину, чтобы не обращать внимания на такие мелочи, но в ней было что-то, заставляющее сердце биться сильнее.

   — Посол задержан по подозрению...

   — Какое подозрение?! Немедленно отпустить его. Норберт сегодня женится на девчонке Кателл и заберет ее в Иммерию, чтобы представить местной власти. Это и есть политика, сын!

   — Отец… — прорычал я, но тут же прикусил язык.

   — Мальчишка! Ты еще не наигрался в своих солдатиков?! Возможно, проблема в том, что все эти годы я надеялся на твою ответственность, а стоило давно женить и заняться укреплением внутренней власти рода, а не игрой в войну.

   Завести семью? Эта мысль никогда даже не приходила мне на ум. Короткие связи с прелестницами высшего света, которые случались в перерывах между защитой границ империи, меня вполне удовлетворяли. Главное — нужно было выбирать среди тех дам, которые бы не навязали мне брачные узы: замужние либо вдовы. Они были ласковыми и страстными любовницами, но в то же время никогда не заговаривали о чем-то большем. Это были головокружительные романы, которые не обязывали ни к чему серьезному. Как раз то, что мне требовалось. Но брак...

   — Я не готов жениться, — отрезал решительно, так, чтобы у отца не осталось сомнений в моих намерениях.

   — А я не готов оставить империю тому, кто готов нести ответственность только за себя. Даю тебе месяц... нет, неделю, чтобы представить совету свою невесту, либо я сошлю тебя в такую глушь, где только белок можно гонять! Ты меня понял? — Тон отца не оставлял сомнений: он выполнит свою угрозу, если я посмею ослушаться. Это был не родительский совет, а приказ, которые я сам привык отдавать. — И отпусти Норберта. Репутация леди Кателл и так почти уничтожена твоей охотой.

   — Если нужно, я и сам женюсь на Лилибет! — вырвалось против воли на эмоциях.

   Повисла тишина.

   Я обдумывал то, что только что сказал, а отец, вероятно, высчитывал выгоду от этого союза.

   Мысль связать свою жизнь с белокурой фрейлиной не вызывала отторжения. Скорее, казалась чем-то естественным, что пугало еще больше.

   — Дочь бывшего посла неравная пара для наследника империи. Особенно, если ее репутация уничтожена, — назидательно проговорил отец. — Помни, девушка и посол не должны пострадать. Их имена не должны фигурировать ни в одном скандале. Сделай все тихо.

   — А как же Ингрид?

   Безопасность сестры — единственное, что сейчас меня интересовало по-настоящему.

   — Ингрид? Найти, спасти и уничтожить всех, кто к этому причастен. На нее у меня свои планы.

   Генерал Эрик Гильберт

   — О, Альва, я так рада нашей встрече! Вы наконец вернулись! — завопило от восторга очередное пустоголовое создание, прикрывающее отсутствие интеллекта пышной гривой огненных волос.

   Признаю, очаровательное видение, но все эти охи и вздохи начинали утомлять и раздражать.

   — Верно, а теперь, леди… — Это была уже пятая фрейлина Ингрид, поэтому мозг постепенно начинал плавиться от бесконечного щебета и попыток флиртовать. — Сель, подскажите, чем именно запомнился вам вчерашний вечер? В открытую говорить, что сестра пропала, было пока рано. Стоило попытаться распутать этот клубок до того, как новость облетит всю империю. Вот только стайка взволнованных фрейлин ничуть не помогала мне своими показаниями.

   Я не учел, что женщины — создания довольно сложные и нужно их изолировать друг от друга, о чем я быстро догадался, когда пригласил в утреннюю столовую и попытался опросить. Говорили они дружно, много и громко, но слаженно, в один голос. От гомона, наполнившего помещение, быстро разболелась голова, а пламя едва не вырвалось из-под контроля. Поэтому пришлось все переиграть и принимать дев по одной в кабинете.

   Вопросы были простыми. Где провели вечер? Как? Чем запомнился? Как вела себя сестра в последнее время? Были ли какие-то происшествия… Но все сводилось к одному: надежды не оправдались.

   — О, вчера… вечером… Так вы же прибыли вчера, и мы праздновали...

   Все, как одна, запомнили исключительно мое прибытие, но никто не обратил особого внимания ни на Ингрид, ни на леди Лилибет.

   На этот раз я решил закинуть удочку на удачу. Сделать опасный ход, который мог спровоцировать поток откровенности.

   — Я тут слышал, что у Ингрид появился ухажер. — Такое даже представить себе было сложно, с учетом ее замкнутого, ограниченного одним дворцом, образа жизни, но ведь тонкая женская натура готова на все, лишь бы выдать секреты другой, прикрывшись давлением со стороны. В общем, женщины были прекрасны во всем, особенно в сплетнях. — Покорно взываю к вам и умоляю о помощи, расскажите мне о нем.

   Для большей достоверности пришлось пасть к ее ногам. От неожиданности леди Сель охнула и тут же застыла. Я уже знал, что ее щеки густо покраснели, а дыхание сбилось. Разумеется, очаровательная фрейлина была в восторге от близости наследника императорского престола. Шанс стать будущей правительницей льстил каждой, но эту стратегию я решил опробовать на последней. Ее предшественницы ничего толкового не выдали под рычанием, угрозами и методичным потоком вопросов.

   Шансов оставалось немного, а время было не на моей стороне. Я был готов даже поклясться в вечной любви, только бы это развязало язык этой юной особы.

   — Ох, Альва, — протяжно выдохнула взволнованная фрейлина. — Ну вы же понимаете, что не могу я доносить на свою госпожу. Это неправильно...

   Я провел рукой по ее щиколотке, отчего глаза девушки заблестели.

   Говорят, рыженькие — страстные натуры. На практике проверять не хотелось. Особенно, когда перед глазами все время стоял образ другой девушки, но на войне все средства хороши. Поэтому беззастенчиво пользовался положением и ярким румянцем на щеках и шее девицы.

   — Леди Сель, — это не донос. Неужели вы не одарите своей милостью обеспокоенного брата, сердце которого разрывается от тревоги за младшую сестренку?

   Я медленно поднялся с колен и сел на край стола, немного склонился над девушкой. Взяв ее руку в свою, почувствовал, как она слегка подрагивает от волнения. Ее кожа была прохладной и нежной, словно шелк, и я прижал ее к губам, запечатлевая долгий поцелуй на маленькой изящной ладошке. Фрейлина, казалось, вовсе перестала дышать. Ее грудь едва заметно поднималась и опускалась, а глаза засветились странным огоньком. Любопытство. Страх. Трепет.

   — Она очень близка с леди Кателл. Уверена, что если и есть у нее воздыхатель, то только Лилибет ответит вам на этот вопрос...

   Кателл. Опять всплыла эта девица. Та самая, у которой потеря памяти.

   Мысль соблазнить леди Сель пришла внезапно, и таким образом удалось хотя бы немного развязать ей язык, что было неплохо. Это был единственный толковый диалог из всех, которые я вел за это утро.

   Где-то там сейчас шла в часовню леди Лилибет, в памяти которой скрывалась информация об Ингрид. Оставалось только достучаться до нее.

   Дело осложнялось замужеством девушки. Вариантов тут было немного, и один хуже другого. Но выбора не было. Я должен был действовать решительно и докопаться до правды.

   — Я вам помогла? — вырвал из размышлений взволнованный голосок фрейлины.

   — О, еще как помогли, — улыбнулся я. — Вы просто очаровательны, леди Сель.

   Вновь поцеловал ладошку девушки и направился на выход.

   — Но куда же вы? — Ее голос дрожал, а глаза светились надеждой.

   Все-таки очаровательное создание, хоть и пустоголовое.

   — Дела государственной важности зовут меня.

   Отец сдерет с меня три шкуры, когда узнает, что по моей вине сорвалась свадьба Лилибет и ее посла. Но другого варианта в сложившихся обстоятельствах я просто не видел. Пусть девица ненавидит меня после этого, но память я ей освежу.

ГЛАВА 5

Лилибет

   От страха я едва не потеряла сознание. Все-таки когда твою шею сжимает сильная мужская рука, ноги перестают слушаться автоматически.

   — Пустите, — прошептала едва слышно.

   — Помни: ты не должна наделать никаких глупостей, иначе тебе не жить, — сказал мужчина, резко убрал руки, толкнул меня к двери и… исчез. Наверное, выскользнул в окно.

   Сумасшедший!

   Я по инерции прошла несколько шагов, чуть не врезалась в край стола и рухнула на колени.

   Сдержать слезы оказалось сложнее, чем я могла себе представить. Стук повторился более настойчиво. Пришлось собрать в кулак всю силу воли, чтобы подняться, заставить себя расправить плечи, дежурно улыбнуться и открыть дверь.

   — Госпожа, у вас все в порядке? — поинтересовалась невысокая светловолосая девушка в простом хлопковом платье и белом переднике.

   — Да, — ответила утвердительно, стараясь скрыть легкую дрожь в голосе.

   Какое там в порядке? Меня трясло и колотило. Хотелось захлопнуть перед ней дверь, закрыться и спрятаться под кровать. А еще лучше — выскользнуть в окно и сбежать подальше отсюда, чтобы никто не нашел.

   Только куда я побегу в незнакомом месте? От страха даже коленки дрожали, но мне нельзя было показывать слабость. Я не хотела, чтобы даже служанка видела мое волнение.

   Девушка посмотрела на меня внимательным, недоверчивым взглядом и тихо произнесла:

   — Леди Лилибет, у нас мало времени. Давайте поскорей снимем с вас это платье и наденем свадебное. Лорд Кателл будет очень недоволен, если мы не успеем к нужному часу.

   Может, у меня получится сбежать по пути к жениху? Отсюда меня точно подобру-поздорову не выпустят. Наверное, стоит попробовать…

   — Хорошо. — Прикрыла глаза и потерла виски, в которых после бессонной ночи пульсировала тупая боль.

   Девушка кивнула, вышла в коридор, а вернулась вместе с другой служанкой. Следом лакеи принялись заносить какие-то сундуки разных размеров.

   — Риза, это последний, — сообщила ей вторая, слегка поклонилась мне и быстро покинула комнату.

   Ну, слава богу, теперь я хотя бы знаю, как зовут девушку.

   Риза распахнула самый большой сундук, достала из него аккуратно сложенное синее платье, расшитое серебристыми нитями. Уложила его на кровать и повернулась ко мне:

   — Давайте для начала вас разденем, — проговорила она и тут же принялась за дело.

   Едва лишь выбранное мной платье оказалось расправленным на вешалке, я почувствовала, как пол вдруг словно поехал из-под ног. Как будто меня лишили защиты.

   Мне хотелось сбежать, скрыться, спрятаться от участи, которая предназначалась не мне. Однако я лишь улыбнулась через силу, когда Риза потянулась за синим платьем.

   Прохладная ткань коснулась кожи, вызывая легкий озноб. Платье еще не сидело как следует, и Риза осторожно расправила его, чтобы подготовиться к затягиванию корсета.

   Она встала у меня за спиной и взялась за шнуровку.

   — Готовы? — спросила тихо.

   — Да, — ответила я, но прозвучало как-то обреченно.

   Риза начала затягивать шнуровку. Сначала я почти не чувствовала ничего, но с каждым новым движением ткань все плотнее обхватывала мою талию. Я ощущала, как корсет сдавливает грудную клетку, заставляя дышать неглубоко. Она тянула шнуры равномерно, мастерски затягивая их так, чтобы добиться идеальной посадки.

   — Не слишком туго, леди Лилибет? — поинтересовалась она, остановившись на мгновение.

   — Вполне терпимо, — ответила я, хотя на самом деле с трудом могла дышать.

   Убедившись, что корсет затянут правильно, Риза завязала шнурки и спрятала концы под тканью. Затем она переключилась на множество мелких пуговиц.

   Ее пальцы ловко загоняли круглые жемчужинки в петельки, одну за другой.

   — Почти закончили, — подбодрила служанка, обратив внимание на мой тяжелый вздох.

   Наконец последняя пуговица была застегнута. Риза обошла меня и поправила вырез платья, слегка подтянула ткань на плечах, чтобы все сидело идеально. Затем девушка наклонилась, чтобы расправить длинную юбку и аккуратно разложить шлейф, который струился за мной, словно водопад.

   — Не забудьте о перчатках, госпожа, — напомнила она, подавая тонкое кружево.

   Я покорно надела их и поняла, что не узнаю незнакомку, которая отражалась сейчас в зеркале.

   Риза усадила меня на невысокий пуфик, взяла щетку и начала аккуратно расчесывать мои волосы, укладывая их в изящную прическу. Несколько свободных локонов она оставила обрамлять мое лицо.

   Затем из самого маленького сундучка достала украшения и застегнула на моей шее изящное ожерелье с сапфирами, а мне показалось, что на меня надели ошейник и совсем скоро посадят на цепь.

    Служанка сделала шаг назад и смерила меня внимательным взглядом, оценивая результат своей работы.

   — Вы великолепны, — сказала она с легкой улыбкой.

   Я посмотрела на свое отражение в высоком зеркале. Девушка в нем выглядела как принцесса из сказки: изящное синее платье, сияющие украшения, идеальная прическа. Но… это был кто угодно другой, только не я.

   — Спасибо, Риза, — прошептала, пытаясь сдержать слезы.

   Раздался стук в дверь, и в комнату заглянул отец этой “принцессы”.

   — Ох, дочка, ты восхитительна! — с улыбкой сказал он. — Идем, мы уже опаздываем в храм.

   Мужчина подошел ближе и подал мне руку, а я вдруг осознала, насколько ничтожно мала вероятность того, что мне удастся сбежать из-под такой охраны. А после свадьбы… Все станет совсем печально.

   Лилибет

   — Девочка моя, это простое предсвадебное волнение, — проговорил лорд Кателл, заметив мое состояние. — Я знаю Теодора много лет, и он способен позаботиться о твоем благополучии, как никто другой.

   Я старалась сохранять бодрость духа, но выходило плохо. Не верилось, что настоящая Лилибет была в восторге от седеющего жениха, который был вдвое старше ее.

   Но отец выглядел довольным. Его лицо буквально светилось гордостью и радостью, пока он вел красавицу-дочку под руку к экипажу. Вот только преисполненный благими намерениями мужчина даже не предполагал, что под маской его Лилибет скрывалась совершенно другая девушка — я. Ему были неведомы мои истинные чувства и эмоции, которые скрыть было трудно, как я ни старалась.

   Возможно, стоило открыться, но это был рискованный шаг. Был совсем крошечный шанс, что лорд Кателл смог бы помочь мне. Однако страх был слишком велик, чтобы я отважилась на этот отчаянный поступок.

   Пока еще было трудно поверить до конца во все происходящее. Перспектива не самая радужная: в итоге оказаться в палате с мягкими белыми стенами и в смирительной рубашке, но еще страшнее будет, если все окажется реальностью, а я попала в другой мир.

   Но каков шанс, что это возможно? Разве люди могут перемещаться сквозь миры?

   Вопросов копилось все больше и больше, а ответов пока не было ни на один из них.

   — Лили, ты у меня такая взрослая уже, — продолжал умиляться отец. — Еще совсем недавно ты была такой крохой, а теперь выходишь замуж. И за кого! За посла Иммерии!

   Даже не знала, радоваться этому или плакать, но замуж я однозначно не хотела. Возможно, когда-нибудь, по большой любви, но не за незнакомца, который старше меня вдвое.

   — Дети быстро растут, — ответила я скорее из вежливости, чтобы отцу не казалось, что я витаю в облаках.

   — Ты права, — кивнул лорд Кателл, открывая передо мной дверцу экипажа. — Сегодня ты так красива, прямо как твоя мать в день нашей свадьбы.

   Отец сел рядом и отвернулся, но я успела заметить, как на его глазах заблестели слезы. Мне было даже жаль его. Он казался мне добрым и заботливым человеком, который старался ради блага своего ребенка, ошибочно полагая, что брак с богатым и именитым чиновником мог быть удачным.

   Воспользовавшись тем, что все замолчали, я отвернулась к окну, чтобы рассмотреть происходящее по ту сторону.

   Мелькали деревья, остриженные причудливыми формами, красивые клумбы с яркими цветами…

   — Я не хочу замуж, — наконец отважилась проговорить я, но глаз на лорда Кателла так и не подняла.

   Просто не хотела видеть его разочарованного взгляда.

   — Это все нервы, — постарался он успокоить меня. — Волноваться — это нормально, Лилибет. Но это скоро пройдет, не переживай. Я буду рядом.

   В его словах было столько заботы, но только это не помогало. Я-то понимала, что замуж выдавали не меня, а Лилибет. И это ей предстояло прожить с нелюбимым недолгую и несчастливую жизнь, до конца его дней.

   — Ну вот и прибыли, — радостно объявил мужчина. — Только не переживай, все будет хорошо. Ты будешь счастлива с Теодором, поверь.

   Я бы, может, и хотела поверить, но… верилось в это с трудом.

   Лорд Кателл помог мне выбраться из экипажа. Не прошло и минуты, как ко мне тут же подбежали нарядные девушки, которые помогли расправить складки платья и шлейф.

   Я постаралась отвлечься на что-то, лишь бы не думать о том, в каком спектакле участвовала. Этого ведь не могло происходить на самом деле — просто невозможно. Пройдет еще мгновение — и я проснусь…

   Только вот этот дурацкий сон никак не хотел заканчиваться. Меня взяли под руки, затащили в храм. Дышать было тяжело, корсет сдавливал грудь, во рту пересохло, и я изо всех сил старалась не разрыдаться, не выдать свои эмоции посторонним. Казалось, что если я сдамся хотя бы на мгновение — меня тут же схватят, но поведут уже не под венец, а на костер или в психушку. Оба варианта меня категорически не устраивали.

   Сердце колотилось, словно сумасшедшее. От страха на лбу проступила испарина, пальцы вспотели, и мне жутко хотелось снять перчатки. Я в панике вертела головой по сторонам, все надеялась найти хоть какой-то выход, сбежать отсюда, спрятаться от них всех, но у меня совершенно не было ни одной здравой идеи.

   Как можно уйти отсюда, если сотни взглядов прикованы к моей персоне? Как скрыться из виду, когда за тобой неустанно следят?

   Никак.

   Меня подвели к невысоким ступеням, заставили подняться к алтарю, у которого уже ждал нежеланный жених. От одной мысли о том, что после свадьбы этот мужчина поведет меня в спальню, пробивал озноб. Хотелось на весь зал закричать, что я не пойду за него замуж, и кинуться к выходу. Только я трезво оценивала, что мое мнение здесь никого не интересует и, даже если я скажу “нет”, меня все равно отдадут замуж.

   Никогда не была суеверной, но… Я почему-то всегда испытывала трепет перед клятвами у алтаря. Возможно, это были лишь мечты маленькой наивной девочки, но мне хотелось верить, что выйду замуж один раз и на всю жизнь.

   И сейчас передо мной стоял совершенно незнакомый мужчина, смотрел на меня, словно удав на кролика, и едва заметно облизывал губы. Видимо, сгорал от нетерпения поскорее оказаться со мной наедине.

   Из коридора показался старик в нарядной рясе, все присутствующие разом стихли, а я…

   Перед глазами все поплыло, и мир погрузился во мрак.

ГЛАВА 6

Генерал Эрик Гильберт

   Настроение было скверным. Сегодня, казалось, уже ничего не могло испортить его еще сильнее.

   Шторы были плотно занавешены, скрывая спальню от посторонних звуков и света. Больше суток поисков и допросов не дали результатов, но принесли дикую усталость. Голова была готова вот-вот взорваться от мыслей, роящихся в ней.

   Допрос десятка свидетелей ничего не дал. Стоило бы признать свое бессилие и пустить в ход поисковые артефакты, но они в последнее время все чаще ошибались и находили близких по крови, а не самих пропавших. Это сильно осложняло дело. К тому же тогда придется придать огласке факт пропажи сестры, а этого хотелось избежать. Отца беспокоила репутация Ингрид, а меня — ее благополучие.

   Я махнул рукой, вспыхнули свечи, и почти моментально комната наполнилась запахом трав и воска, мягким светом, и… перед глазами предстало чудное видение. Или чудесатое.

   — Альва, — произнесла девушка, выступая вперед.

   Застать меня врасплох было почти невозможно, но этой молодой особе удалось невероятное. Я потерял бдительность и мог поплатиться за это жизнью, если бы это был недруг.

   — Леди Сель, — поприветствовал я девушку, окинув ее внимательным взглядом.

   Она начала медленно приближаться ко мне, шаг за шагом. Изгибы тела были плавными, а мерное покачивание бедер могло бы свести с ума любого мужчину. Или почти любого.

   Она была прекрасна, как сон, но ее красота совершенно не трогала меня. В ней не было той искры, которая могла бы зажечь огонь в моей душе.

   Прошли те времена, когда меня можно было так просто очаровать. Хотя леди Лилибет была совсем иной. Она была чистой, живой и настоящей, словно пламя, которое невозможно приручить. Той самой девушкой, которая могла растопить любое сердце.

   — Наш разговор подарил мне надежду, что между нами вспыхнула искра. — Девушка ослепительно улыбнулась, встав прямо передо мной

   Огненная грива распущенных волос струилась по телу, прикрывая плечи и грудь, спускаясь до округлых бедер.

   — Боюсь вас огорчить, но...

   — Тш-ш… — Она приложила указательный палец к моим губам, заставляя замолчать. — У нас с вами тонкая связь. Вы ее чувствуете?

   Леди Сель оказалась решительной. Она взяла мою руку и приложила к своей груди. Ее сердце трепетало под моей ладонью, а глаза светились надеждой.

   — О, да. Чувствую, — пришлось согласиться с ее весомым доводом, но руку я все же поспешил убрать.

   — Я недостоин сорвать этот цветок. К тому же вам придется распрощаться с дворцовой должностью фрейлины. — Был шанс, что она внемлет доводам рассудка хотя бы из страха потерять свое место.

   Леди Сель обольстительно улыбнулась, но эта игра мне начинала надоедать.

   — Вам не о чем переживать. — Ее ладони легли мне на грудь, а ловкие пальчики пробежались по пуговицам рубашки, ловко их расстегивая.

   Я перехватил ее руки и развел их в стороны, стараясь оградить себя от домогательств этой настойчивой особы. Впервые в жизни мне приходилось столкнуться с такой проблемой. Кому рассказать — не поверят в лучшем случае, в худшем — засмеют.

   — Сель, вы просто чудесная девушка, но боюсь вас разочаровать. Уверяю, я не тот мужчина, который вам нужен, и к тому же у меня скверный характер. Согласитесь, вам подойдет чуткий партнер, который будет любить вас вечно, а я...

   — А вы идеальны, — мечтательно выдохнула соблазнительница.

   Девушка привстала на цыпочки и потянулась к моим губам.

   Все.

   Продолжать этот спектакль больше не было ни сил, ни желания.

   — Отставить! — прорычал я, отстраняясь.

   Осмотрелся, но нигде не заметил платья или халата, которым можно было бы прикрыть этот срам. Сорвал с постели покрывало и закутал в него девушку.

   Она пыталась сопротивляться и даже как-то возражать, но меня мало волновали ее вскрики. Леди Сель думала, что это какая-то эротическая игра, но мне было не до смеха. Если кто-то застанет в спальне наследника империи с обнаженной девицей, то по дворцу пойдут слухи, которые изрядно попортят мне нервы, а ей репутацию. Лишние проблемы были ни к чему ни мне, ни, надеюсь, ей.

   — Альва, могу я называть вас Эриком? — продолжала она заигрывать, пока я обхватывал руками кокон с ней.

   — Можете, но только мысленно, — рыкнул в ответ.

   Дотащив девицу до двери, на миг замер, оценивая шансы открыть ее ногой. Маловероятно, что получится. Пришлось поставить на пол свою ношу и все же открыть рукой.

   Свет из коридора хлынул в спальню. Я выглянул. Чисто. На горизонте никого не было видно.

   — Где ваша спальня?

   — Моя? — охнула девушка. — Но мы могли бы задержаться в вашей.

   Она явно не понимала, чем это нам грозило.

   — Сель, у меня нет времени на игры с вами!

   — Я могу заглянуть к вам завтра. Скажем, в полночь…

    Пустоголовое создание!

   — Ни завтра, ни послезавтра, ни через месяц, ни через год! — не выдержали мои нервы. — Вы не интересны мне, леди.

   Это было жестко, но по-другому она не понимала.

   Ее глаза сверкнули холодным блеском, словно она готова была пронзить меня взглядом. Губы сжались в тонкую линию, а слезы заблестели на ресницах.

   — Не интересна, значит? Я знаю, что вы лжете! — ее голос сорвался до истерических нот.

   Я покачал головой. Это было невыносимо.

   — Леди Сель, я должен…

   — Я все поняла. — Появилась небольшая надежда, что так оно и было, но тут же в зачатке умерла. — Вы просто придерживаетесь традиций и планировали за мной ухаживать, как полагается настоящему мужчине.

    Ничто не могло испортить этот день? Я ошибся. Могло!

   Генерал Эрик Гильберт

   — Альва. — Камердинер низко поклонился и опустил глаза в ожидании дальнейших указаний.

   Нужно было осторожно разузнать, как дела у леди Кателл, которая сегодня стала Норберт, выйдя замуж за посла Иммерии. Было бы жестоко отправлять снова стражу, чтобы они забрали невесту прямо со свадебного ужина, но я не мог больше ждать. Мне нужно было немедленно увидеть ее, вдохнуть нежный аромат волос и утонуть в синеве ее глаз.

   Я попытался прогнать из головы навязчивый образ девушки, которая сегодня станет чужой женой. Не стоило даже думать о ней, но мои мысли то и дело возвращались к фрейлине моей сестры. В ней была какая-то притягательная магия, которой я не мог противостоять, как ни старался.

   — На который час назначено празднество по случаю свадьбы посла? — осторожно поинтересовался я.

   За годы службы Терриан привык ничему не удивляться. Он прошел со мной путь от столицы нашей империи до самой Иммерии. Я ценил его за три качества: он не задавал лишних вопросов, был безоговорочно преданным и обладал отменным вкусом. Это было все, что требовалось от слуги наследнику императора. Но сегодня я все-таки смог его поразить своим желанием выбраться в свет.

   — Свадьбу отложили.

   — Вот как, — я постарался сделать вид, что эта тема мне совершенно не интересна, — и почему же?

   Терриан пожал плечами, но ничего не ответил. Значит, при дворе старались об этом не особо распространяться. Что же могло послужить причиной отсрочки столь желанного брака?

   Вопросы копились, а ответов все не было.

   — Подготовь мне одежду, — отдал я распоряжение, поглощенный собственными мыслями.

   — Встреча с кем-то особенным?

   — Что? — Я не сразу понял, о чем речь.

   Обычно молчаливый страж моего спокойствия и комфорта даже бровью не повел.

   — Встреча официальная или личная?

   — Официальная. — Кивнул ему и отправился приводить себя в порядок.

   Уже через час я стоял у спальни фрейлины. Поднял руку, чтобы постучать, но замер. Что, если она уже спит? Или, возможно, была не одна? Вопросы терзали меня, но долг и желание увидеться вновь были сильнее доводов рассудка.

   Собравшись с духом, все же решился, стараясь сделать это как можно тише. Звук эхом разнесся по коридору, нарушая тишину. За дверью послышался шорох, и через мгновение она медленно открылась. На пороге возникла заспанная служанка.

   — Альва? — благоговейным шепотом произнесла она, низко поклонившись.

   — Могу ли я увидеть леди Кателл?

   Глаза девушки округлились от удивления, но она тут же отступила в сторону.

   Я кивнул и прошел внутрь. В спальне Лилибет царил полумрак. В камине потрескивали поленья, на столе горели свечи. В воздухе витал слабый аромат целебных трав.

   Волна беспокойства мелкой дрожью пробежала по телу. Сработал инстинкт, который вел меня к постели, скрытой от внешнего мира плотной бархатной тканью балдахина. Откинув полог, наконец увидел хрупкую фигуру под легким одеялом. Ее волосы разметались по подушке.

   — Что с ней? — Во рту пересохло от волнения.

   — Леди Кателл переволновалась и сейчас отдыхает, — пояснила девушка, отступая назад.

   Я осторожно присел на край кровати, стараясь быть как можно более осторожным. Одно мое присутствие в спальне незамужней девицы ставило под сомнение мой профессионализм.

   Ресницы Лилибет слегка дрогнули, и она медленно открыла глаза, встречая мой взгляд. В ее глазах мелькнуло удивление, сменившееся узнаванием.

   — Ты? — прошептала она сонным голосом, позабыв о том, как стоит приветствовать наследника престола.

   Свет свечей падал на ее лицо, подчеркивая изящные черты и глубокие глаза, в которых читалось удивление.

   — Я, — ответил ей, не в силах отвести от нее взгляд. — Как ты себя чувствуешь?

   Она слегка улыбнулась, и ее лицо озарилось теплом.

   — Спасибо, уже лучше, — ответила она, приподнимаясь на локтях. — Хотя, кажется, я немного запуталась во времени и пространстве.

   Я не совсем понял, о чем она, но улыбнулся в ответ, чувствуя, как напряжение покидает меня.

   — Это не так уж и плохо, — сказал я, взяв ее за руку. — Я рад, что с тобой все в порядке.

   Мне было необходимо чувствовать ее тепло, находиться рядом с ней и тонуть в синих глазах. Даже мысли о ней заставляли забыть обо всем на свете.

   Возникла неловкая пауза, подобных которой до этого момента не было в моей жизни. Обычно барышни пытались со мной кокетничать, привлекая внимание, но с Лилибет все было иначе. Она не стремилась к близости, не льстила и не притворялась. Девушка была искренней и настоящей — именно это влекло меня к ней.

   — Что вы делаете в спальне моей дочери?! — громом прозвучало в тишине, заполняя мгновение нашего молчания.

   Лилибет вздрогнула и тут же напряглась. Я заметил ее испуганный взгляд. Захотелось защитить ее от всего на свете.

   — Обычный визит. У меня появилась пара вопросов к леди Кателл по делу. — Поднялся и предстал перед разъяренным отцом.

   Мои слова нисколько не подействовали на него. Налитые кровью глаза пылали гневом, а вздутые на шее вены вызывали опасения о его состоянии.

   — Если у вас есть вопросы, Альва, вызывайте официальным письмом, но не смейте являться к чужой невесте. Обо всем непременно будет доложено нашему императору, а теперь — вон из спальни моей дочери!

ГЛАВА 7

Лилибет

   Пожалуй, за последнее время, обморок — лучшее, что случилось со мной. Очнулась уже в комнате. Служанки успели раздеть меня, уложить в постель и даже заботливо приложили ко лбу влажное полотенце.

   Вот так, совершенно случайно, я получила отсрочку перед казнью в виде нежеланного замужества. Даже думать не хотелось, как сейчас злился лорд Кателл, а вот насколько был разочарован жених — вполне можно было представить.

   Это была идеальная возможность оттянуть свадьбу до тех пор, пока я не найду способ сбежать — продолжать изображать из себя больную. Вокруг все хлопотали, кружились, охали. Постоянно заходил отец этой Лилибет, смотрел на меня, тяжело вздыхал и уходил.

   Даже жених разок нагрянул, чтобы справиться о здоровье.

   — Лили, как ты? — спросил он, присев в кресло рядом с кроватью, и взял меня за руку.

   — Уже лучше… — сказала тихо, будто у меня не было сил даже говорить.

   — Поправляйся скорее. Это сейчас самое главное. — Погладил меня по волосам и ушел, чем несказанно порадовал.

   — Дочка, что с тобой? — Папаня словно проснулся, услышал, что я могу говорить, и полез с вопросами.

   — Не знаю. — Тяжело вздохнула, коснулась запястьем лба и прикрыла глаза. — Сил нет, дышать тяжело…

   — Лекарь уже осмотрел тебя. Сказал, что со здоровьем все в порядке. Оставил успокоительные капли. Неужели ты так переволновалась из-за свадьбы?

   — Ох, папенька, не знаю… — ответила ему и закатила глаза, словно вот-вот снова потеряю сознание.

   — Свадьбу отложили до завтра. Соберись, дочка. Для тебя главное — найти в себе силы и выдержать церемонию, немного посидишь на торжестве и уйдешь. Поправляйся, отдыхай, не буду тебе мешать. — Поцеловал меня в лоб и ушел.

   Лежать и изображать больную оказалось не так-то просто. Совсем скоро тело затекло, и хотелось банально размять ноги, но бдительная служанка не спускала с меня внимательного взгляда.

   — Риза, — обратилась к ней, когда стало совсем уж невыносимо.

   — Да, я тут. Что вам угодно, леди? — Она тут же подскочила с места и кинулась ко мне.

   — Ингрид так и не нашли? — поинтересовалась я, в надежде хоть немного больше узнать о происходящем вокруг.

   Стоило мне только потянуть за ниточку, как девушка с удовольствием разговорилась и успела очень много рассказать мне о жизни здесь. В этом мире и во дворце.

   Да, послушав ее, я почему-то окончательно поверила, что действительно нахожусь в другом мире, каким бы бредом это ни казалось. Конечно, до этого я догадывалась, что это все не просто спектакль или розыгрыш, но хотелось все-таки верить, что происходящее нереально.

   Да и никто не стал бы устраивать для меня подобное. Слишком дорого обошлись бы декорации и актеры. Так что…

   И после разговора со служанкой мне действительно стало дурно. Если до этого я думала, что мне достаточно сбежать отсюда и добраться до цивилизации, то сейчас вообще понятия не имела, что делать дальше.

   А еще раз все происходящее реально, то и мужик с ножом тоже вполне сможет снова нагрянуть и даже закончить начатое. Или Альва снова на допрос вызовет…

   Что делать? Что говорить? Как жить чужой жизнью?

   Уж не знаю, чем думала эта леди, а я замуж за посла точно не хочу.

   Паника сдавливала грудь, мне действительно стало нечем дышать. Я пыталась успокоить себя мыслями о том, что какой-то выход непременно должен быть, всегда есть выход из любой ситуации. Так как мне выбраться отсюда?

   За окном же успело стемнеть, когда я услышала скрип двери. Думала, опять отец пришел проверить, как поживает его любимая доченька, но…

   — Ты?! — изумленно прошептала я, увидев Альву, заявившегося в спальню Лилибет. Риза успела рассказать мне, что Альва — это не имя, а титул принца, а зовут его Эрик.

   Меня даже холодный пот прошиб от страха, что этот мужчина опять потащит меня в допросную и будет задавать вопросы, на которые у меня нет ответов.

   И вот теперь я действительно обрадовалась, когда зашел отец и попытался прогнать наследника.

   Может, стоит рассказать им о моем визитере? Объяснить, что мне угрожают. Или все же не стоит? Кому я вообще могу доверять?

   Если кто-то узнает, что леди подменили… Уф-ф-ф. Меня же отправят в психлечебницу в лучшем случае или попросту убьют!

   Бросила взгляд на отца, затем на Эрика и приподнялась на локтях, а затем вообще села, закутавшись в одеяло.

   — Папа, не нужно. Все в порядке. Я понимаю, насколько сложная ситуация. — Взяла лорда за руку и измученно улыбнулась.

   Его взгляд тут же потеплел, гнев сменился на милость, и мужчина присел на край кровати рядом со мной.

   — Альва, можете задавать свои вопросы сколько угодно, только я не смогу на них ответить. Вообще ничего не помню… — вздохнула я и для верности добавила: — Даже не уверена, что за столом возьму правильные приборы для разных блюд.

   — Что ж… Если что-нибудь вспомните, немедленно приходите ко мне, абсолютно в любое время. — Альва как-то по-военному коротко кивнул, развернулся и покинул комнату быстрым шагом.

   — Ох, дочка, — вздохнул лорд, — не отстанет он от тебя. Ничего, я о его поведении сообщу императору. Никто не смеет так с тобой обращаться!

   — Спасибо. — Заставила себя улыбнуться и наконец позволила себе встать, чтобы пройтись.

   От страха и эмоций, переполнявших меня, ноги слушались не очень хорошо. Да и все внутри дрожало от перенапряжения.

   Кое-как дошла до окна, распахнула деревянные створки и сделала глубокий вдох.

   Прохладный воздух ворвался в комнату бодрящей свежестью, легкий ветерок пробрался под тонкую сорочку и пощекотал босые ноги.

   Надо же, я всегда так мечтала о длинных волосах, а сейчас они меня раздражали. Светлые локоны были напоминанием, что я нахожусь в чужом теле и должна жить чужой жизнью.

   — Отец, можно я побуду одна? — спросила, обернувшись, и с печалью во взгляде посмотрела на мужчину.

   — Почему у меня такое чувство, что ты постоянно меня выгоняешь? — хмыкнул он, а я сглотнула.

   — Нет, что ты… Просто мне не хочется расстраивать тебя своим болезненным видом…

   — Хорошо, но если что — сразу зови меня, — сказал он и быстрым шагом направился к двери.

   — Фух, — с облегчением выдохнула я, едва успела остаться в одиночестве.

   Правда, прошло всего несколько минут, как я уже начала жалеть, что выгнала всех.

   Ветер успел задуть свечи, и в комнате стало темно. В камине еще тлели угли, но их света не хватало, чтобы осветить хотя бы клочок пространства.

   По стенам поползли черные тени, где-то вдалеке послышался пронзительный вой и глухое уханье совы. Из подпола доносились шорохи, а по коридору кто-то расхаживал из стороны в сторону, постукивая каблуками.

   Я сглотнула и вернулась в постель. Возможно, сейчас было самое время для того, чтобы попытаться бежать, но в неизвестном мире это было слишком опасной затеей.

   Беспокойство все нарастало. Я всегда боялась темноты, а сейчас буквально сходила с ума.

   Зажмурилась в надежде быстро уснуть, но куда там! Отдохнула за день, так что сна не было ни в одном глазу.

   Чтобы хоть как-то успокоиться, представила себе циферблат часов и принялась отсчитывать секунды.

   Раз. Два. Три… Четыре тысячи девятьсот девяносто пять.

   Тихий щелчок щеколды показался мне раскатом грома. Следом за ним — едва слышные шаги. А следующий миг я почувствовала, кто-то присел на край кровати и коснулся моей руки.

   Ну что за мир, в котором все так и норовят подкрасться в темноте?!

   Лилибет

   Я вздрогнула и, кажется, в очередной раз за сегодня забыла, как дышать.

   — Лили, — позвали меня тихим шепотом.

   Я же только голову в плечи вжала, понимая, что мышеловка захлопнулась и этот тип в маске теперь может делать со мной все, что ему вздумается.

   — Лили, ты чего? Это же я, Ингрид! — Незваная гостья перестала шептать.

   Тихий голос действительно был женским, нежным и мелодичным.

   До меня не сразу дошло, кто это. А вот когда дошло…

   Я открыла глаза и удивленно захлопала ресницами, рассматривая темноволосую девушку, которая держала в руке свечу.

   — Так… тебя не похитили? — невольно нахмурилась я.

   — Ах, Лили, бедняжка. Неужели ты и правда потеряла память? — Она поставила свечу на тумбочку и тут же крепко меня обняла. — Ох, дорогая моя подруга… Как же так?!

   — Не знаю, — прошептала я, искренне поверив, что в порыве дружеской любви девушка и правда может меня задушить. — Альва весь дворец на уши поставил, тебя ищет.

   — Ничего, не найдет. Как же не вовремя братец приперся… — Она устало потерла лицо руками, скинула туфельки и с ногами залезла ко мне на кровать. — Если бы не он, все было бы иначе! Ненавижу его…

   Девушка вдруг всхлипнула, по щеке покатилась слеза.

   — Не плачь. — Я накрыла рукой ее холодные пальцы. — Лучше объясни мне, почему ты прячешься?

   — Я не прячусь, Лили. Мне нужно выбраться из дворца. Дарий ждет меня, чтобы увезти отсюда. Я больше не хочу быть птичкой в золотой клетке…

   — Да, мнения у женщин тут не спрашивают, — вздохнула я и, сама не знаю зачем, спросила: — Скажи, Ингрид, неужели я правда хотела выйти замуж за посла?

   — Ты даже этого не помнишь? — От удивления она даже голос повысила, на миг позабыв, что прячется.

   — Увы, — вздохнула я и развела руками.

   — Надо же… Это так грустно. Нет, ты не любила его. Посол просто любезно согласился помочь нам, чтобы ты тоже могла уехать и быть рядом со мной, после того, как мы с Дарием поженимся.

   Интересно получается. Ради подруги леди Лилибет готова была до самой смерти немолодого мужа жить с нелюбимым мужчиной? А как же настоящая семья, дети? К чему такие жертвы? Почему нельзя было просто убежать вместе?

   Ладно, это уже дело третье. Сейчас можно сделать вывод, что Лилибет прикрывала подругу, но только теперь здесь не она, а я. И мне жутко не нравилось все происходящее.

   — Ты что, передумала? Не хочешь замуж за Теодора? Может, ты решила остаться здесь? — Голос девушки задрожал, на глаза снова навернулись слезы.

   — Я не знаю, извини. Пока что мне очень страшно выходить замуж, — честно призналась я.

   — Ох, Лили… Не предавай меня хотя бы ты! Отец ни за что не согласится на наш с Дарием брак. Он постоянно твердил, что его дочь выйдет замуж только за победителя, а Иммерия сдала свои позиции…

   — Брат переживает за тебя. Представляешь, что будет, если тебя так и не найдут? Он все вокруг перевернет, заглянет в каждый угол, под каждый камень, но все равно обязательно найдет. Что тогда? — спросила, чувствуя себя последней скотиной.

   Кто я такая, чтобы отговаривать девушку от ее любви?

   Почему-то при одной только мысли об этом тут же вспомнилось лицо Эрика. Его суровый, колючий взгляд, рельеф мышц под белой рубахой, волевой подбородок, тонкие губы, которые он поджимал, когда злился.

   — Лили, умоляю тебя, выходи завтра замуж. Я без тебя не справлюсь… — Ингрид сложила руки в молитвенном жесте, посмотрела мне в глаза, словно беззащитный щенок.

   — Можно я подумаю до утра? — почувствовав ее отчаяние, я не смогла сказать категоричное “нет”, но и согласиться тоже не могла.

   — Спасибо тебе! — Только она восприняла мой ответ как положительный, кинулась на шею, обняла крепко, даже в щеку поцеловала.

   — Где тебя искать, если что? — спросила я, заранее догадываясь, что ответ мне не понравится.

   — Так я же у себя в комнате сижу, — пожала она плечами. — Ты сама мне говорила: если хочешь что-то спрятать, положи это на самое видное место. Я так и сделала…

   — А тут ты как оказалась?

   — Через тайный ход. Идем, я покажу тебе, как пройти в мою комнату. — Не слушая никаких возражений, она схватила меня за руку и поволокла за собой. Хорошо хоть тапки дала надеть…

   Спустя пару минут блужданий по темным коридорам, щедро украшенным паутиной, мы вышли в богато обставленные покои. Я с трудом сдержалась, чтобы не присвистнуть от восхищения. Будто действительно королевская комната…

   Огромная люстра, в которой сейчас тускло горели шарики, чем-то напоминавшие лампочки; идеально сочетающаяся друг с другом мебель, огромная кровать с целой кучей подушек и нарядным балдахином, золотые статуэтки расставлены на полках, несколько стеллажей с книгами у стен… Да, я когда-то мечтала, что куплю себе квартиру и обставлю ее примерно так же. А что? Красиво же… Красиво и ладно!

   — Нужно возвращаться, — озвучила я, глянув на черную дыру прохода в мою спальню.

   — Хорошо, — кивнула девушка и громко чихнула: — Апчхи!

   — Будь здорова, сестренка, — донесся с одного из двух кресел, стоявших у камина, уже печально известный мне голос.

ГЛАВА 8.

Генерал Эрик Гильберт

   — Вы сошли с ума?! — Я был в ярости, расхаживая перед тюремной камерой, куда поместил подруг-заговорщиц. — Вы понимаете, чем это может обернуться для вас?! Чем грозит всей империи?!

   Девушки, бросив на меня испуганные взгляды, поспешно отвернулись. Мне было недостаточно видеть их стыдливый румянец, все мое существо жаждало немедленной расплаты над этими интриганками.

   Я почти не сомневался, кто был инициатором этой безумной затеи — конечно, Ингрид. Только она могла договориться с подругой о подобном. На войне такая выходка стоила бы виновницам жизни!

   — Эрик, — голос сестры дрогнул, но она все же осмелилась и посмотрела мне в глаза, — ты не понимаешь, это не просто игра, я...

   — Не желаю ничего слышать. Посидите-ка лучше здесь остаток ночи и молитесь всем богам, чтобы к утру у меня поднялось настроение и я не решил вас казнить как изменниц.

   Я отдал короткие распоряжения стражникам, которые должны были дежурить у решетки. Приготовился уже покинуть душный коридор, как вновь услышал голос Ингрид:

   — Эрик! — выкрикнула она. — Выпусти нас! Мы не сделали ничего плохого.

   Выпустить? Пусть скажет спасибо, что она моя сестра и я не велел ее выпороть для начала на площади, а потом не принялся допрашивать со всей страстью к делу. Пытки пока никто не отменял.

   А ведь стоило бы узнать, кто был пособником в побеге, кроме леди Кателл, и имена всех, кто был причастен к делу. Но ночь в камере, уверен, развяжет им языки: к утру и они запоют, как птицы.

   — Не зли меня, сестренка. Только так я могу быть уверен, что ты никуда не сбежишь. А пока мне предстоит трудный разговор с Норбертом. — Я бросил быстрый взгляд на леди Кателл и проговорил, глядя прямо в глаза: — Нужно же как-то ему объяснить, почему его свадьба теперь под большим вопросом и почему, даже женившись, у него есть шанс быстро стать вдовцом.

   Лицо Лилибет побледнело, и на миг мое сердце сжалось от желания защитить ее от всех бед и укрыть своим крылом, но пришлось напомнить себе, что она была соучастницей в побеге Ингрид и не заслуживала ни толики доверия.

   Я развернулся, оставив караулить двух стражников, которые всегда были готовы выполнить любой мой приказ, и направился к выходу. Позади доносился голос сестры, но ни слова не было слышно от Лилибет.

   Широким шагом я быстро поднялся по лестнице и оказался во дворце. Сейчас стоило решить, что делать дальше. Казнить — не казню, но стоило обязательно наказать девушек. Причем таким образом, чтобы раз и навсегда отбить желание к бегству и подобным выходкам.

   Лишенная материнской ласки и заботы, Ингрид совершенно отбилась от рук и купалась в восторгах двора, позабыв об ответственности за каждый шаг. Все, что мы делали, имело свои последствия, с которыми и стоило познакомить сестру.

   Я вошел в свой кабинет и налил себе «Яд дракона». Сделав глоток, опустился в кресло, чтобы все обдумать. Золотистая жидкость обожгла горло и согрела изнутри, но никак не успокоила натянутые нервы.

   Мои мысли кружились вокруг светловолосой красавицы с бездонными глазами, которая, как оказалось, все же смогла меня обвести вокруг пальца, ссылаясь на потерю памяти. Как я мог поверить в эту историю?

   Покачав головой, я налил себе еще один бокал и стал наблюдать за камином. Поленья потрескивали, и угли под ними сияли, словно самоцветы.

   Кто бы мог подумать, что когда я вернусь из спальни леди Кателл, то найду под дверью записку, в которой аккуратным убористым почерком будет написано, чтобы я свои поиски продолжил в спальне пропавшей. Сначала скомкал послание, но потом вдруг решил проверить донос и отправился в комнату Ингрид. Прошло совсем немного времени, и я услышал голоса. Они были совсем тихими, но заставили меня задержаться.

   Не прошло и пары минут, как появились девушки. Поначалу хотелось сразу выдать себя, но азарт заставил затаиться и прислушаться к их словам. Голос Ингрид я узнал бы из тысячи. Скрываться больше не имело смысла.

   Все остальное время сестра пыталась просить, умолять и требовать, но так и не раскрыла имени своего ухажера. Впрочем, утро нас рассудит. Две девицы в одной камере не выдержат столько времени. Засыпать не стоило, чтобы по первому же сообщению явиться в темницу — взять у них признательные показания.

   Всех казню, кто причастен к побегу Ингрид. И тех, кто даже знал или догадывался о ее местоположении, но молчал. И синеглазую бестию, которая никак не шла из моей головы.

   Что же касалось Норберта, то бедолагу ждали не самые радостные новости, как и лорда Кателла, но с ними стоило разобраться уже поутру.

   Медленно я поднялся с кресла и направился в смежную комнату. Свечи не горели, а в спальне было тихо. Поселилась надежда на спокойный сон хотя бы на пару часов.

   Махнул рукой — и камин вспыхнул синим пламенем. Таким же, как…

   Стоило выкинуть из головы предательницу, которая могла так беззастенчиво лгать, глядя в глаза. Стоило, но шорох в постели отвлек от мыслей о ней. Пламя в камине вспыхнуло с новой силой и озарило спальню.

   Я устало покачал головой, когда увидел вновь леди Сель.

   Бесстыжая девица снова оказалась в моей постели в чем мать родила.

   — Я надеялась, что вы не позволите мне замерзнуть в вашей кровати, — совершенно невинно проговорила она, лукаво улыбаясь.

   А мне в очередной раз за прошедшие сутки захотелось убивать. Или все же воспользоваться девицей и снять напряжение, раз ей так надо?

   Генерал Эрик Гильберт

   — Объясни мне, тебя хоть на сутки одного оставить можно? — прогремел голос императора, стремительно влетающего в кабинет ранним утром.

   Он был не просто зол: отец был в гневе.

   — Ваше императорское величество, — приветствовал я его по форме, поднявшись и расправив плечи. — Так скоро завершилась поездка?

   — Не заговаривай мне зубы. Ты хоть понимаешь, каким дураком я себя почувствовал, когда ночью получил сообщение от Кателла, что его дочь опозорена и заточена в темницу. А потом он добил меня, сообщив, что не одна, а с подругой — Ингрид Рианн. Пришлось впервые за последний век расправить крылья, чтобы быстро вернуться ко двору. Нет, бесспорно, что ты сдержал слово и нашел пропавшую сестру, но у всего есть границы!

   Границы были у империи, и я защищал их долгие годы. Да, жизнь в походах, под палящим солнцем и ледяными ночами, сбила спесь и светский лоск. Но она закалила характер, научила выживать и находить решения даже в самых сложных ситуациях.

   — Ваше…

   Император перебил, сверля меня взглядом:

   — За такой короткий срок ты умудрился потерять сестру, уничтожить репутацию леди, сорвать ее свадьбу…

   — Я выполнял свой долг перед империей. — Это не было оправданием, лишь констатацией факта.

   — Эрик! — прикрикнул отец. — Как ты мог допустить это?! У тебя из-под носа похитили сестру…

   — А потом оказалось, что она сама себя похитила, — продолжил я его высказывание.

   Он сверкнул вновь гневным взглядом, но продолжил:

   — Ты опорочил девушку…

   — Я ведь даже не успел раздеться, — “искренне” изумился я.

   Император прищурился, его глаза сверкнули холодным блеском, как две льдинки. Он сложил руки на груди и посмотрел на меня с легкой усмешкой, словно издеваясь.

   — Какой из тебя правитель, Эрик? Ты даже с одним дворцом и стайкой барышень справиться не можешь. Все, с меня довольно. Немедленно вытаскивай их из темницы. Ингрид отправлю в монастырь, Кателл — в отчий дом, подальше от двора, а тебя разжалую, пока не научишься выдержке.

   Я кипел от злости. Она волнами накатывала на меня, но, постаравшись перебороть себя, выглянул за дверь и отдал приказ освободить пленниц из темницы, затем перевел взгляд на отца.

   Император всегда был горяч и скор на расправу, но это не мешало ему быть прекрасным правителем. Он ко всем был внимателен и старался помочь, выслушать и поспособствовать справедливому решению вопроса. Правда, ко мне он был всегда строг и никогда не прощал ошибок. Для него не было никаких цветов, кроме черного и белого. Так и со мной он всегда стремился добиться совершенного результата. Самый быстрый в небе, самый сильный в борьбе… Ему всегда было мало моих успехов, он хотел большего.

   Когда-то я еще хотел доказать ему, что чего-то стою, но в конечном итоге стало понятно: это невозможно.

   — Я генерал имперской армии! — Выдержка покинула меня. — Ты не можешь разжаловать заслуженного героя империи.

   Отец покачал головой, но зло прищурился. Он не терпел, чтобы с ним спорили.

   — Тогда я отправлю тебя на покой. Все, решено! Сегодня же отправляйся в замок на севере. Там тихо, спокойно, и нет никакой угрозы, что кого-то похитят у тебя из-под носа.

   Если и было что-то ужасное для вояки, так это уединенная жизнь в отдаленных землях, в которых беспрестанно дуют ветра и больше нет ничего путного.

   В дверь осторожно постучали, и на пороге появились Ингрид и Лилибет. Обе были бледны.