Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ЭПИЛОГ
АННОТАЦИЯ
Я сглотнула, пытаясь избавиться от кома в горле; в глазах стояли непрошеные слезы. Я не хотела плакать при этом жестоком человеке, но удержать их не смогла. Я смотрела на него, а слезы редкими каплями ползли по моим щекам. Фамильяр встал со своего места, подошел ближе и положил голову мне на колени. Я наклонилась, пряча мокрое от слез лицо. – Только не надо размазывать свои слезы по моему питомцу, – опять недовольно заявил ректор. А мне захотелось пульнуть молнией и в него.❤️
ГЛАВА 1
Мое тело предало меня. Я была сильной и хотела жить полной жизнью: заниматься спортом, научиться танцевать, путешествовать по миру. Но проклятое, слабое тело не давало выбора.
Всю жизнь я провела в инвалидной коляске, чувствуя, как медленно утекает из меня жизнь. Только мечтала о том, что было бы, если бы судьба распорядилась иначе.
Сколько я видела слабых духом людей, хнычущих от малейшей неудачи? Не перечесть. Я никогда не жаловалась. Я училась в вузе, узнавала мир, как могла, и наслаждалась жизнью, даже несмотря на то, что она мне почти была недоступна.
Моя душа была словно в тюрьме, заключенная в немощное тело. Но я все равно видела только светлые стороны своего существования.
Но однажды и оно закончилось. Мое тело отказало окончательно. Сердце перестало биться, и, чувствуя, что не могу сделать следующий вдох, я закричала мысленно: «Нет! Еще слишком рано, я хочу жить!»
Сознание померкло на секунду, а когда я открыла глаза, на меня навалились странные ощущения. Грудь сдавливало, и вдохнуть получалось с трудом. В висках стуком отдавалась пульсация крови. Я попыталась закричать, но из горла вырвался только странный хрип.
– Держите ее, – раздался напряженный мужской голос совсем рядом, и я почувствовала, как чьи-то руки сжимают мои запястья, задранные вверх.
Не успев порадоваться, что вообще ощущаю это, я поняла, что меня крепко держат, пока другие руки трогают мою грудь через одежду, больно сжимая нежную кожу. Чья-то рука шарит под юбкой, ощупывает бедро, нагло пробираясь к нижнему белью.
Я растерялась, не понимая, что происходит, но тут же забилась изо всех сил, пытаясь вырваться. Разберусь потом, но сейчас нужно освободиться от болезненного захвата. Я пнула куда-то в темноту, завизжала во все горло. Звук получился странный: тоненький и одновременно хрипящий.
– Ты говорил, она не станет сопротивляться.
– Не болтай, лучше держи ее крепче и зажми рот.
Я впервые за долгие годы чувствовала свое тело, и это придавало мне сил. Не знаю, что происходит, но явно что-то плохое. Я вцепилась зубами в задевшую мое лицо руку. Дико, со всей силы, как животное. Рот наполнился вкусом крови. Но меня это не остановило, я сжала зубы еще сильнее. Мое тело живо, и оно чувствует! Я не позволю причинить ему вред.
Я разозлилась, как никогда в своей жизни до этого. Почувствовала, как внутри поднимается волна холода, и выплеснула всю эту ненависть на неизвестных обидчиков. Комната озарилась неоново-синей вспышкой, а мое тело внезапно словно током ударило.
Ударило, кажется, не только меня: темные силуэты отпрянули в стороны.
Я оттолкнула с дороги ближайшего, побежала к двери. Она оказалась не заперта, и я очутилась в странном коридоре: мрачные сводчатые стены из серого камня без единого украшения, словно я в старинном замке.
Я бежала просто наугад, свернула в первый же поворот, а потом еще и еще, придерживая на груди разорванную одежду. Юбка у платья была длинная, путалась в ногах при беге, а верх так и норовил сползти с плеч, стоило отпустить разорванную горловину.
Я спустилась вниз по крутой лестнице, побежала навстречу прохладному воздуху и запаху сада, а потом пошла по мощеной камнем дорожке между пышных, цветущих кустов, запыхавшись от долгого бега. Спряталась в поникших ветвях ближайшего дерева, дрожа от пережитого нервной дрожью, и расплакалась. Не от страха, от радости.
Впервые я почувствовала, что такое настоящая истерика. Я улыбалась, радуясь, что жива и подвижна, и одновременно тряслась от ужаса.
– Что вы здесь делаете в это время ночи? – раздалось внезапно рядом. Ветви дерева раздвинулись, и я, все также радостно улыбаясь, уставилась заплаканными глазами на полуобнаженного мужчину.
Судорожно сглотнула, разглядывая его накачанные руки и влажный, покрытый капельками пота пресс. А потом увидела в его руке меч – настоящий такой, прям металлический меч, блеснувший в свете двух лун.
Ой.
– Отвечай.
– Я, я… – Я не знала, что ему отвечать. Так и подмывало сказать, что плюшками балуюсь… но боюсь, мой юмор он не оценит. Две луны в темном ночном небе насмешливо смотрели на меня своими прекрасными лицами.
Кто я? Где я?
Я явно уже не та, которая боролась за каждый болезненный вздох последние несколько месяцев. И в моем мире всего одна луна.
– Что вы тут делаете, ученица? – строго спросил мужчина.
– Учусь, – ответила я. Раз он назвал меня ученицей, то… Но мой ответ, видимо, показался ему нелогичным.
– Чему вы учитесь, сидя в кустах, леди?
«Мимикрировать», – чуть не вырвалось у меня, и это была бы правда! Но я понимала, что это опять был бы неправильный ответ. Мужчина засунул меч в ножны на поясе, шагнул ко мне ближе и схватил за плечи, поднимая на ноги.
Я смотрела в его синие мерцающие золотом глаза, в которых вспыхивали и гасли яркие искры. Замерла, восторженно наблюдая за этими переливами.
– Что вы там прячете, приворотный амулет? – зло спросил он и дернул мою руку к себе.
Ту самую, которая сжимала ткань на разорванном платье спереди. Не спорю, наверняка это выглядело так, будто я прижимаю к груди что-то, зажатое в кулаке, но зачем же сразу дергать?
Я даже не успела ничего объяснить. Разорванное платье имело и без того глубокий вырез, и теперь вся моя грудь оказалась на свежем воздухе.
– Что вы делаете! – возмутилась я. – Я просто держала платье, оно порвалось.
Мужчина окатил меня презрительным взглядом, положил одну ладонь на грудь, сжал, словно проверяя на упругость, и наклонился низко к моему лицу так, что его горячее дыхание задевало мои мокрые от слез щеки.
– Леди, если вас можно так назвать, неужели вы думали, что можете соблазнить меня парой сомнительных прелестей?
ГЛАВА 2
Я задохнулась от возмущения: мало того, что стоит и пялится вполне себе с удовольствием, мало того, что облапал, так он еще и недовольство размерами высказывает?
– Вы! Вы отвратительный, самодовольный хам! И уберите от меня свои грязные лапы сейчас же!
А дальше я применила уже опробованную ранее тактику: пинок в колено, от которого, к сожалению, он успел уклониться, а потом волна холода летит в него вполне себе видимым синеватым разрядом.
Меня качнуло, я почувствовала, как кружится моя голова, как расплываются перед глазами луны на темном небе, а тело немеет, а потом я потеряла сознание.
– Найти всех, наказывать буду показательно, – первое, что я услышала очнувшись, был этот голос. Властный, резкий. Он неприятно резал слух надменными нотками и был слишком громким для того, чтобы продолжать его игнорировать. В ответ раздался тихий шепот, и слов разобрать не удалось.
– Мне плевать, что они сыны знатных семей, здесь все такие! Это не дает им права издеваться над слабой девушкой. Драконы должны быть примером, а не упиваться безнаказанностью. Пусть забирают своих детей, если их не устраивают мои методы. Академия от этого не обеднеет.
Я нерешительно ощупала себя. Может, я все же умерла? Или у меня галлюцинации от лекарств? Но голос раздался снова.
– Да. Король дал добро на любые мои действия. Развели тут бардак.
Я приоткрыла глаза. Кровать. Большая, просто огромная кровать, комната богатая, с арочными окнами. Да и все здесь огромное, кажется, кроме меня. Приподняла тонкую руку с почти прозрачной кожей.
В спальню быстрым шагом вошел высокий блондин. Я приподнялась, пытаясь сесть, потянула одеяло повыше, прикрываясь. Тело под одеялом было абсолютно голым, и я, краснея, подняла на него глаза. Надеюсь, раздевал меня не он? Потому что это был тот самый тип с отвратительными манерами, который лапал меня в кустах. Только в этот раз одетый.
– Я говорил вам, что придётся несладко, леди Амелия?
Кивнула неуверенно. Может, и говорил. Только не мне, а бывшей хозяйке этого тела. Леди Амелия… Мне нравится это имя.
– Рассказывайте все, что помните. Зелье, которым вас опоили, сработало отвратительно. Преподавателю по зельеварению я выговор сделаю.
Это он сейчас серьёзно? Выговор он сделает, чтобы учили лучше, и в следующий раз у тех подонков всё получилось?
– Зелье чуть не отправило вас на тот свет, надеюсь, память не стёрло полностью? Что вы молчите?
Он сел на край кровати, впился в меня взглядом, а я лихорадочно соображала.
Что лучше: признаться во всём и сразу или воспользоваться предоставленной возможностью и свалить всё на проблемы с памятью?
– Я не понимаю, что произошло, – выдавила из себя абсолютную правду.
Он посмотрел подозрительно, наклонился чуть ближе, вызывая панику. Вдруг опять руки распускать начнёт? А я тут голая совсем и в кровати!
Моё сердце бешено стучало в груди, и я безуспешно пыталась взять себя в руки.
– Произошло то, чего стоило ждать с самого начала вашего поступления в Академию, – с неприязнью сообщил мне мужчина.
– Вы полукровка, и в вас не должно было быть магии. Но она есть, и нам пришлось взять вас из тех трущоб, в которых вы обитали, и позволить учиться в лучшей академии королевства. А вы вместо того, чтобы быть благодарной и тихо поглощать предоставленные вам знания, умудрились привлечь к себе внимание наших лучших учеников. Не знаю, кто из них позарился на ваше немощное тело, и знать не хочу.
Он с отвращением окинул меня взглядом, задержался на голых плечах, выглядывающих из-под одеяла. Скривил губы, словно ничего ужаснее в жизни не видел.
Я лежала и не знала, как реагировать на этот поток информации.
– Отлежитесь здесь, я разберусь с ситуацией, виновные будут наказаны. Но предупреждаю вас в последний раз: ведите себя тихо и скромно! Вы нищая сирота, изгой, от которого даже ведьмы отказались, несмотря на последнее желание вашей матери. Отец никогда не признает вас. Единственный шанс для вас – закончить обучение в моей Академии и попытаться найти непритязательного мужа. – Мужчина встал и вышел из комнаты, оставляя меня с полным хаосом в голове.
Стоило ему уйти, я встала, пошатываясь: голова немного кружилась, и пошла знакомиться с новой собой.
Огромное зеркало в полный рост стояло в углу комнаты. Я встала перед ним, жадно рассматривая свое новое тело. Не знаю, почему он так смотрел на меня.
Выглядела я вполне прилично: две руки и ноги, да даже глаза – два. Очень худая девушка с синяками по всему телу и неровно обрезанными волосами с синими прядями. Огромные глаза и впалые щеки.
Было понятно, что при должной заботе я буду выглядеть намного приятнее, но и сейчас отвращения я не вызывала, скорее уж жалость. Улыбнулась своему отражению счастливо и вернулась в кровать.
Я справлюсь со всем, что мне приготовила новая жизнь. Я справлялась и с более страшными проблемами. Подумаешь, изгой.
ГЛАВА 3
На следующий день меня выдворили из ректорской спальни. Деловитая служанка, неодобрительно посматривая на меня, помогла одеться и проводила меня до отведенной мне комнаты.
– Столько времени на вас потратил, на диване спал, стыдились бы, леди, – бурчала она, придерживая меня под локоток, – мазью дорогущей вас сам мазал.
Стыдится у меня не получалось ровно до ее слов о том, что меня мазью мазали лично ректорской рукой.
Вот же извращенец.
Все таки полапал мое безвольное тельце, пока я в отключке была!
Представила как ректор с отвращением на лице одним пальцем намазывает мои синяки и ушибы. Хихикнула нервно.
– Простите, а как вас зовут? – поинтересовалась у женщины. Та посмотрела на меня странно, – Леста, леди.
– Очень приятно, госпожа Леста, – я присела в реверансе, точнее попыталась, ноги еще плохо держали меня, пожилая женщина улыбнулась, словно делая над собой усилие.
– Надеюсь, вы будете осторожней, леди, – Леста смотрела на меня уже не так недовольно.
– У меня с памятью плохо, – тяжело вздохнула я, пытаясь вызвать жалость. – Вы не расскажете мне, что произошло, я не хочу снова вызвать неудовольствия ректора, – скромно потупилась я.
На неудовольствие напыщенного мужчины мне было плевать, но узнать побольше о себе было необходимо.
– Ох леди, вам и так тяжело было, а теперь и совсем пропадете, – женщина посмотрела на меня с брезгливым сочувствием.
– Когда вас в школу-то взяли, все шептались, что дракон вашу матушку снасильничал, померла она родами полукровку рожая, а ведьмы, хоть и принимают сирот, да только от любви рожденных. Вот вы в людском приюте и очутились.
Ведьмы от меня отказались. Я наполовину ведьма наполовину дракон.
Это как вообще?
Почему-то представила огромного трехголового ящера, похотливо домогающегося ведьму в остроконечной шапке. Ведьма выписывала круги в небе, улепетывая от зверюги на старой метле. Дракон насилующий ведьму в моей голове совершенно не укладывался.
– Вы, леди, голодали недоедали, а как магия в вас проснулась, девать вас стало некуда. У людей вас не оставишь. А всем магам по королевскому указу сразу дворянство дается. Да только толку вам с него? Одно имя. Земель-то не выдают.
Куча вопросов вертелось у меня в голове, но задавать их я поостереглась.
– Вот и получается, что вы среди благородных отпрысков знатных магических рас одна такая, ни денег, ни знаний, ни родственников, которые защитить могут. И в дракона обратится не сможете, так все говорят. Не хватает сил полукровкам.
Пока все не так страшно, как могло быть.
Обратиться в дракона? Ну может для предыдущей Амелии это и было важно, а для меня нет.
В прошлой жизни я ходить не могла, не мне мечтать о полетах.
Я просто хочу жить, путешествовать, дружить, любить. Испытать все чувства на свете.
Значит первая моя задача, понять, что нужно сделать, чтобы меня оставили в покое эти самые покушавшиеся на мою девичью честь, а потом учиться.
Проще простого.
В комнате нас ждала еще одна девушка, с ужасом уставившись на меня.
– Амелия, – она кажется даже побледнела. Что они сделали с твоими волосами. Я не знала, что сказать, но служанка спасла положение.
– Леди Намира, на леди Амелию было совершено покушение, ее волосы, – Леста замялась, – пострадали и их пришлось обрезать.
Как я поняла, это была официальная версия, которая предлагалась мне к озвучиванию всем любопытствующим.
Но стоило двери за служанкой ректора закрыться, девушка бросилась ко мне с объятиями, – бедняжка, они обрезали твои волосы, всхлипывала она у меня на груди. Я не знала, как реагировать, но на всякий случай, погладила ее по спине, успокаивая, – Ничего, это всего лишь волосы, новые отрастут.
– Но как же ты покажешься на занятиях? Такие волосы носят только падшие женщины, неужели ты отважишьмя выйти так из комнаты.
Я пожала плечами, каре как каре не налысо же побрили. Впрочем, возможно здесь это было шокирующе коротко. Но что я могла поделать? Ходить в платочке, вызывая шепотки и усмешки?
Завтра мне предстояло явиться на занятия и я честно сидела за учебниками полночи, но не понимала и половины. Да я и не рассчитывала, что что-то пойму. В зельеварении хотя бы было что-то знакомое, а вот основы магии драконов…
Я потерла усталые глаза и решила не мучить себя ночными посиделками.
Все я выучу, просто надо пойти в библиотеку и найти учебники попроще. Что-то вроде руководства для чайников по магии.
Утром я увидела, как моя соседка привела свою форму в порядок одним взмахом руки и мое стремление к учебе резко выросло.
– Можешь меня так научить? – попросила я девушку, – у меня провалы в памяти после вчерашнего.
– Конечно, Амелия, – делаешь вот такой жест, представляешь руну чистоты на объекте и вливаешь в нее силу, а потом просто активируешь. Только у тебя и раньше не всегда получалось, а сейчас наверное не стоит рисковать? Может я сама?
– Да, если тебе не трудно, – согласилась я, лихорадочно записывая все ее объяснения в тетрадку.
Моя форма тоже приобрела свежий вид и мы отправились на занятия.
В классе было шумно, но стоило мне появиться в дверях, шум смолк и головы одна за другой поворачивались, разглядывая, кто с жалостью, а кто с неприкрытым презрением.
Презрительных лиц было сильно больше.
Я гордо встряхнула короткими волосами и лучезарно улыбнувшись классу, уверенно прошла к свободному месту.
Села как ни в чем не бывало, достала тетрадь и учебник, принялась усиленно его изучать.
ГЛАВА 4
На меня бросали неприязненные взгляды. Не только парни, но и немногочисленные девушки. Волосы и правда у всех девушек были длинные.
Но если настоящую Амелию они и смогли запугать этими взглядами, то меня этим не проймешь. После урока, прежде чем одноклассники успели опомнится, я резво подскочила к удивленному преподавателю.
– Многоуважаемый магистр Таодор, не могу ли я украсть пару минут вашего драгоценного времени. Меня всегда очень интересовала теория магии, но я обнаружила у себя огромные пробелы по этому исключительно важному предмету.
Кашу медом не испортить, говорила одна добрая женщина-повар в моем далеком детстве.
И я свято верила в ее правоту. Мне не трудно, а магистру вон как приятно. Приосанился даже, кивает головой поощрительно, мол, продолжайте, продолжайте, странная леди.
– Что именно вы хотели узнать?
Мы так и вышли вместе из класса, лектор шел на следующий урок, а я приклеилась тем самым медом, к его рукаву намертво.
– Понимаете, я бы хотела позаниматься самостоятельно и освежить базовые познания в теории, не могли бы вы посоветовать мне пару книг из библиотеки, попроще?
Магистр Таодор посмотрел на меня удивленно, но одобрительно.
– Конечно, леди… он замялся, вопросительно глядя на меня.
– Амелия, – подсказала я.
– Леди Амелия, ваша внезапная тяга к обучению удивительна, но похвальна, начните с Основы теории магии. Магистра Дорина. Очень, очень хорошая книга. Наиподробнейшая, – магистр говорил это с таким видом, словно сам написал этот трактат.
Я рассыпалась в благодарностях. Записала название книги. И побежала на следующее занятие.
Из первого я вынесла только название предмета и имя преподавателя. Посмотрим, что меня ждет на втором. Второй урок был по изучению рун.
Я воспряла духом. Помесь геометрии и черчения, а с этим у меня всегда было все хорошо.
Преподаватель рисовал в воздухе объемную руну, мы наблюдали, запоминая порядок ее возникновения, а потом, нарисовав ее на бумаге и написав предназначение, дружно пытались представить у себя в голове.
Получалось у меня неплохо.
Я так увлеклась, представляя руну огня, что ощутила чужое присутствие рядом, только когда у моего уха прозвучало, – Обтрепыш, ты ректору нажаловалась и осмелела? Думаешь, если его кровать грела, то он тебя защитит?
Я удивленно повернула голову. На меня смотрели зеленые глаза красивого парня. Жгучий брюнет с зелеными прядями в волосах частично заплетенными в косички.
Никогда не понимала, как люди, у которых все есть, еще и такие красивые, могут быть злыми? Вот что им не так? Чего надо для полного счастья и любви к окружающим?
– Зелень болотная, тебе что надо? Мало папиных денег для счастья? Надо еще девочку пообижать, чтобы совсем себя хорошо почувствовать? – поинтересовалась я.
Парень от такого мягко сказать удивился. – Ты как разговариваешь с наследником рода зеленых драконов?
– Как заслужил! Это не ты случаем, два дня назад ночью мне в любви признаваться пытался?
– Какой любви? Что ты несешь? – опешил дракон.
– В плотской, – зло прошипела я и заехала ему в бок острым костлявым локтем. Парень на меня глаза выпучил, сидит как рыба ртом хватает, воздух набрать пытается.
– Еще раз полезешь, я тебя вместе со всей школой спалю, – тихо прошептала я.
– Да не было меня там, идиотка ненормальная, – все таки справился с добычей кислорода парень.
– А кто был?
Он, конечно отвечать не собирался, но глазами в определенную сторону стрельнул.
Прямо в сидевшую за соседним рядом столов компанию. Компания пялилась на нас не скрываясь, что добавляло уверенности в их причастности и я тоже уставилась на них.
Трое парней, высокие, наглые – это по мордам видно, богатые – это уже по одежде и камешкам на пальцах.
Прищурилась хищно. А ведь они убийцы.
Девочка-то не выдержала. Не знаю, действительно ли они ее насиловать собирались или просто запугивали, раз уж ректор так однозначно высказывался о моей женской непривлекательности, но они все равно убийцы.
Она этот мир покинула. А я пришла. Я, конечно, продолжению своей жизни рада. Но девченку жалко до слез. И они получат по заслугам. Пока не знаю как и когда, но получат.
Надо бы, помимо книг для занятий, в библиотеке законами этой страны поинтересоваться. Месть местью, но провести остаток жизни в местной тюрьме тоже не хочется.
После окончания урока девушки остались в классе на урок по домоводству, а парней отправили тренироваться. Я бы лучше тоже сейчас спортом занялась, этому телу не помешало бы округлиться в правильных местах.
Стоило парням выйти из класса, девицы взялись за меня всерьез.
– Я всегда говорила, что ее из дома удовольствий забрали, – фыркнула яркая блондинка с длинной косой. – А сейчас ее вид как раз стал соответствовать ее сути, – она уставилась на мои волосы.
– А вы, леди, откуда такие подробности о домах удовольствия знаете, приходилось бывать? – мило поинтересовалась я.
Леди возмущенно запыхтела, но что ответить так сразу не нашла. Зато вторая с удовольствием пришла ей на помощь.
– Оборвыш, ты с каких пор рот раскрывать стала?
– Вообще, с рождения умею, а вы когда научились?
– Да ты просто обнаглевшая хамка! Так говорить с дочерью драконов!
О! Еще одна, ну хоть не наследница, как тот зеленоволосый.
– А ты на меня папе моему пожалуйся, может накажет меня за плохое поведение, – пожала плечами, отворачиваясь я. Эти их детские претензии меня не трогали.