Оглавление
- АННОТАЦИЯ
- ПРОЛОГ
- ГЛАВА 1
- ГЛАВА 2
- ГЛАВА 3
- ГЛАВА 4
- ГЛАВА 5
- ГЛАВА 6
- ГЛАВА 7
- ГЛАВА 8
- ГЛАВА 9
- ГЛАВА 10
- ГЛАВА 11
- ГЛАВА 12
- ГЛАВА 13
- ГЛАВА 14
- ГЛАВА 15
- ГЛАВА 16
- ГЛАВА 17
- ГЛАВА 18
- ГЛАВА 19
- ГЛАВА 20
- ГЛАВА 21
- ГЛАВА 22
- ГЛАВА 23
- ГЛАВА 24
- ГЛАВА 25
- ГЛАВА 26
- ГЛАВА 27
- ГЛАВА 28
- ЭПИЛОГ
АННОТАЦИЯ
Он ждёт её в мире, где только холод и снег. Когда расцветёт аленький цветочек, он освободится. Но он этого не знает – дракон Редж Рельвальд ненавидит цветы.
И почему Алю забросило к этому несносному дракону? Она всего-то на утреннике должна была сыграть цветочную фею!
Теперь они оба пленники.
Нежная попаданка и дракон с куском льда вместо сердца,
Волшебная сказка,
Аленький цветочек, который должен расцвести во льдах,
Коварный злодей,
Любовь, которая всех спасёт!
Новогоднее настроение и ХЭ!
ПРОЛОГ
Минуту назад Алевтина стояла около стены в тёплом, украшенном к празднику холле дворца культуры, вдыхала хвойный аромат, слышала знакомые с детства песенки… Куда всё подевалось? И где старушка, хлопнувшая в ладоши и осыпавшая собеседницу серебристой пыльцой? Каким-таким образом человека можно в мгновение ока перенести за тысячи километров из современного мегаполиса в ледяную безжизненную пустыню?
Алевтина балансировала на краю глубокой расщелины и, сколько ни озиралась, не видела вокруг ничего, кроме снега, торосов, серой дымки вместо неба. Тишина. Свежесть. Мороз. А ещё дракон! Огромный монстр летел прямо на ошарашенную происходящим девушку. Это сон? Галлюцинация?
Жуткий ящер приближался стремительно и метил прямиком туда, где застыла испуганная и ничего не понимающая Аля. Она попятилась, кожаные подошвы модельных туфелек заскользили на отполированном стылыми ветрами льду, ноги выехали из-под владелицы, Алевтина упала, больно ударившись локтем, а потом и затылком.
Торосы и сугробы медленно поползли назад, спину сковало холодом, по ней будто тёркой прошлись. Ах нет! Это не мир поплыл, а наоборот — Аля неотвратимо соскальзывала в расщелину. Она судорожно хваталась немеющими руками за выбоинки, за бугорки, за трещины, но скрюченные пальцы срывались, лишь немного тормозя повисшую над обрывом девушку.
У-у-ух! Рядом полыхнуло. Жуткий летающий монстр приближался, и его намерения не выглядели мирными. То справа, то слева от Али огненные языки лизали шершавый наст. Кажется, тут кого-то хотят поджарить. За секунду до падения вспомнились слова старушки-волшебницы, которая собиралась подарить Алевтину дракону. Тогда её слова прозвучали бредом сумасшедшей, а сейчас…
Девушка завизжала, ничего не соображая от испуга, сорвалась и полетела в ледяную пропасть.
ГЛАВА 1
«Реально не понимаю, как можно вместо классной тусы с друзьями выбрать кривляние на детском утреннике! Короче, жду пять минут, если не отзовёшься, обзваниваю бывших. Получается, ты меня продинамила, не думай, что не найду с кем поехать».
Алевтина уже пятый раз перечитывала сообщение и не представляла, что ей делать.
— Как ты не понимаешь? — шептала она мобильнику, — я не могу подвести людей!
Конечно, роль у Али небольшая, но очень важная для сюжета новогодней сказки. У неё есть слова и красивая романтичная песня. Фею цветов собирается заколдовать ледяная царица, если коварный план злой волшебницы сработает, люди перестанут мечтать, а загаданные желания никогда не исполнятся. А какой Новый год без желаний? Что за жизнь, если нельзя мечтать?
Очень хотелось позвонить Владу, поговорить с ним ещё раз, объяснить… Увы, в помещениях за сценой во всю шла подготовка к спектаклю. В одних комнатах распевались, в других прогоняли сложные сцены, в коридоре плясали Цветы и Снежинки, неподалёку от них разминались акробаты, даже на лестнице сидели парни-лесорубы и с такими серьёзными лицами бубнили под нос шутливые куплеты, будто зачитывали приговор суда.
Обсуждать по телефону личные проблемы в предстартовой суете было затруднительно, Алевтина, надеясь отыскать укромный уголок, пошла в вестибюль, где уже собирались гости праздника.
Ах, как же красиво! В центре огромного холла возвышалась украшенная мигающими гирляндами ёлка, с высокого потолка свисали огромные зеркальные шары и сказочные фонарики. В дальнем углу стоял фанерный сказочный домик, где после утренника будут раздавать подарки, а рядом с ним ещё одна вечнозелёная красавица, усыпанная сверкающим конфетти и увешанная фигурками птиц, животных и мифических существ. Девушка направилась туда, надеясь спрятаться в уголке и позвонить Владу. Её остановила Снегурочка:
— Аля! Помоги!
— Что? — растерянно оглянулась Алевтина.
— Ещё четверть часа до начала, а ребятишек уже ведут. Нужно организовать хоровод…
Действительно, вестибюль наполнялся детьми в маскарадных костюмах, кое-кто из них уже откровенно скучал, а некоторые начали баловаться.
Ответить Аля не успела, телефон булькнул очередным сообщением. Снегурочка понимающе кивнула и побежала ловить двух скоморохов, которые пытались бочком-бочком пробраться к выходу из ДК — воздухом подышать.
Алевтиной овладело волнение, пальцы, открывающие мессенджер, подрагивали, сердце замирало от недоброго предчувствия.
И не напрасно.
«И чего, спрашивается, ты бегала за мной три месяца? Удали мой номер, мы снова встречаемся с Настей».
ГЛАВА 2
Аля так и не дошла до намеченной точки, но поспешно кликнула на зелёную кнопочку, поднесла трубку к уху, прослушала механическую фразу. Робот сообщал, что абонент в настоящее время не может говорить. «Не хочет» — это точнее.
Влад совершенно прав, она бегала за ним. Не буквально, конечно, но харизматичный парень ужасно ей нравился, и это было очевидно всем. Ему в первую очередь. Всё равно, его вопрос прозвучал обидно. Ещё бы сказал «вешалась»! Нет, она вела себя скромно, просто не могла прятать сияющие глаза.
— Алова! — окликнули её. — Ты зачем явилась? Сегодня Вика играет фею.
Организатор культурных мероприятий — дородная женщина с башней из обесцвеченных волос, из которой ради праздника был выпущен завитой локон, — смотрела удивлённо и строго.
— Почему Вика? — растерялась Алевтина. — Режиссёр объявил, что сегодня первый состав участвует. Вы что-то путаете, Александра Петровна.
— Я никогда ничего не путаю! А тебя должны были предупредить.
— Нет… Никто ничего… — девушка стала поспешно открывать входящие сообщения, испугавшись, что отвлеклась на Влада и не заметила инфу, присланную режиссёром. — Но раз уж я приехала, и готова…
Алевтина успела надеть костюм феи — чудесное алое платье — и причесаться, и нанести макияж…
— Возражения не принимаются! — отрезала организаторша. — Ты что, драться будешь, чтобы на сцену выйти?
— Зачем драться, я просто поговорю с Викой, она завтра должна…
— Стопэ! — Александра Петровна подошла ближе и, дыхнув ароматом мятного освежителя, прошипела: — Посмеешь выйти на сцену, я попрошу звукорежиссёра замедлить твою фонограмму. Посмотрим, как запоёшь.
Кому захочется портить хорошо отрепетированную песню?
Аля кивнула.
Очень-очень обидно. Алевтина из-за сегодняшнего спектакля поссорилась со своим парнем! Могла спокойно ехать в лес и отмечать Новый год в компании его близких друзей, а вместо этого будет сидеть за кулисами и смотреть как Вика изображает фею желаний.
– Аль, ну ты как? – её за рукав потянула впопыхах подбежавшая Снегурочка. – А я ещё удивилась, когда тебя увидела, думала – восторжествовала справедливость, отыграли назад!
– Ты про что?
– Сегодня в зале будет вступительная комиссия из театрального, вот Змея Петровна и протащила в последний момент в первый состав Вику. Племянница как-никак!
Аля в артистки не собиралась, поэтому, если бы предупредили по-человечески, уступила бы сама. Она, как девушка ответственная, боялась подвести людей…
– Почему так внезапно? – спросила у Снегурочки. А той уже надо было бежать обратно.
– Так ведь режиссер не разрешал! Первый состав сыгрался хорошо, к чему замены? Змея Петровна наврала, что ты болеешь.
А ей, стало быть, не придумала, что сорвать, чтоб не приходила вовсе… Да и зачем, если можно обойтись угрозами? Аля ведь не из тех, кто побежит жаловаться…
ГЛАВА 3
Вестибюль заполнили звонкие зимние песни. Снегурочка и её помощники-скоморохи организовали игру «Ручеёк». Дети веселились, родители умилялись, артисты работали. Алевтина почувствовала себя лишней на этом празднике, её душили слёзы, хотелось спрятаться, забиться куда-нибудь, закрыть глаза и зажать уши ладонями. Поддавшись подсознательному желанию, девушка забежала за ель у фанерного домика, прижалась к отштукатуренной стене лбом и тихонько заскулила, кусая губы. Вздрогнула, когда её тронули за плечо, и низкий женский, немного сиплый голос протяжно произнёс:
— Я тебе помогу, детонька. Послушай меня.
Оглянувшись, Аля торопливым движением смахнула слёзы и удивлённо уставилась на старушку. Та как будто сошла с иллюстрации из библиотечной книги сказок: круглое пенсне на крупном рыхлом носу, сосудистая сеточка на скулах, тонкие седые брови, внимательные колючие глаза… Шляпка с вуалью на убранных в пучок волосах, приталенное тёмное платье с высоким воротником и двумя десятками блестящих пуговиц наводили на мысль, что бабуля участвует в спектакле, но Аля ни разу её не видела на репетициях.
— Вы добрая волшебница?
— А ты догадливая, ну, рассказывай…
Алевтина решила, что старушка проявляет не сочувствие, а любопытство, и отрицательно покачала головой. На что в такой ситуации жаловаться? На собственную наивность? Рассказывать, как она была счастлива, когда Влад обратил на неё внимание, а потом сама же и совершила глупость, отказавшись отмечать в его компании Новый год? Ради чего, спрашивается! Участие в сказочном представлении сорвалось. Без феи в исполнении Аловой, всё прекрасно состоится, а значит, нужно было ехать в лес, отдыхать в коттедже, кататься на лыжах, наряжать ёлку под окном, сидеть у камина, дарить и принимать подарки. Теперь же остаётся только рыдать в компании чудной старушенции.
Кстати, а откуда она взялась? Аля посмотрела по сторонам, оценивая ситуацию. Проходя сюда из холла, бабуле пришлось бы потеснить плачущую девушку. Дверца в домик с подарками заперта, вон даже замок висит. Здесь точно никого не было, когда Аля пряталась от чужих взглядов. Такое впечатление, что «добрая волшебница» материализовалась из воздуха.
— Я пойду, — девушка сделала шаг в сторону, — мне нужно…
— Стой, детонька, — её схватили за руку, проявив неожиданную для пожилого человека силу. — Я готова выполнить любое твоё желание. Что тебе хочется больше всего? О чём мечтаешь?
ГЛАВА 4
Алевтина усмехнулась, передёрнув плечами, отвела взгляд и стала рассматривать ёлочные игрушки. Пузатенький гном, серебристый единорог, объятый огнём феникс, похожий на облачко барашек, горланящий петух, распахнувший крылья дракон. Глаза качавшегося на еловой ветке мифического ящера сверкнули, будто сигналя о чём-то. Аля вздохнула и заговорила:
— Мечтаю? О чём и все девушки. Хочется взаимной, искренней, настоящей любви, чтобы самый дорогой и близкий тебе человек не предал, не обидел, не разочаровал.
— Договорились, — поспешила отреагировать старушка, всё ещё держа Алю за локоть. — Твоё желание исполнится, но не просто так. Тебе тоже придётся кое-что сделать для этого.
— Я готова сделать всё что угодно, только вряд ли вы сумеете…
— Молчи! — оборвала её сердитая бабка. — Не смей сомневаться! Вот, возьми.
Алевтина посмотрела на протягиваемый ей цветок, хмыкнула, удивляясь странным поступкам собеседницы. Она принимает Алю за ребёнка или просто сумасшедшая?
— Аленький цветочек?
— Это брошь. Я помогу, дай-ка… — она, сосредоточенно хмурясь, приколола нежный цветок Але на грудь и уверенно заявила: — Как только загадаешь что-то, оторви один лепесток. Желание исполнится. Только не спеши, сначала хорошенько подумай.
Девушка благодарно кивнула и попятилась, чтобы поскорее избавиться от общества чудной старухи:
— Очень красивая брошь. Жалко портить. Так я пойду?
— Ты обещала мне кое-что, помнишь?
— Э-э-э…
— Я подарю тебя дракону.
Аля испуганно покосилась на ёлочную игрушку, та снова сверкнула блестящими глазами.
— То есть как? Как можно подарить дракону человека?
— А вот так! — старуха звонко хлопнула в ладоши, от чего всё пространство вокруг заполнилось серебристой пыльцой.
Алевтина чихнула от неожиданности. Бодрая музыка, гремевшая в вестибюле, смолкла, как и голоса. Наряженная ёлка и фанерный домик исчезли. Стало холодно и бело. В следующее мгновение девушка обнаружила себя среди ледяной пустыни на краю глубокой расщелины — вокруг никого и ничего кроме снега, торосов, серой дымки вместо неба. Тишина. Свежесть. Мороз. А ещё дракон! Огромный монстр летел прямо на ошарашенную происходящим девушку. Это сон? Галлюцинации? Что вообще происходит?
ГЛАВА 5
Он увидел пламя во льдах. Обманчивыми всполохами оно отражалась в мутных, тёмных глыбах, раскрашивая их алым. Ползущие по льду языки огня распускались, как прекрасный цветок посреди снежной пустыни.
“Вон он!” – подумал Режд, кружа над ледяными наносами. Вот тот цветок, что должен спасти его от этого ледяного плена.
“Или я совсем спятил”.
Откуда в его ледяной темнице взяться пламенному цветку? Ответ очевиден – ниоткуда. А дракон, что днями и ночами, слившимися для него в одну вереницу бесконечного, тягостного, мучительного заточения, вынужденного бездействия, позорного, разрушительного плена, не мог быть уверен в твердости своего рассудка.
Он исследовал этот остров вдоль и поперек. Он пытался улететь с него, пробираясь огненной стрелой сквозь ледяную бурю, разрывая своим телом толщи снегов и борясь со шквалистым ветром – но вокруг было всё одно – зима, мрак, холод и постоянно подкрадывающаяся из каждого угла тьма.
И посреди этого льда ему нужно найти цветок. Насмешка тех, кто заточил его здесь, не иначе. Тогда почему так стучит сердце? Почему ему стало тесно в груди? Горячее дыхание вырывается наружу, опаляя лёд, когти царапают ледяные пики, ему надо снизиться. Ведь там внизу там маняще, обещающе, пламенно горит…
Что это? Это не цветок! И никакое не пламя, как дракон подумал раньше, мгновением назад. Там, внизу, в расселине между ледяных скал, сжавшись в комочек, над уходящей вниз бездной, застряла девушка?
Самая обыкновенная девушка?
Ну нет, это точно морок! Привидится ведь такое! Должно быть, духи шутят над ним, насылают видения. Девушкам здесь неоткуда взяться, это призрак – подразнить его, сделать ему больнее, горше. Посмеяться над ним, ещё раз заставить его думать, что он больше не властен над своим разумом.
Подумать только – лишить его возможности обращаться человеком в любой момент, когда ему хочется, когда заблагорассудится! Это его неотъемлемое право, его сущность! И с ним, с драконом – вот так?
Если он добудет цветок – сможет выбраться из ледяного плена… Вернуться в родное королевство, где всё замерло в ожидании своего правителя. Где остановилось время. И он, как дурак, поверил, что увидел этот цветок.
Обыкновенный человек – что может быть горше этого видения? Редж разочарованно дыхнул огнем. Он хотел сжечь морок, порожденный чей-то злой волей, чьей-то шуткой. И этот морок, девушка в красном платье, неожиданно завизжала – как маленькая букашка. Она закрыла голову руками и покатилась по расселине вниз, должно быть, в тёмную воду, полную ледяной крошки.
Дыхание дракона должно было достать её и испепелить, но оно внезапно от чего-то отразилось. Может, льдина упала так невовремя? Хотя дракону показалось, что он почувствовал какую-то магию. Словно девушку защитил невидимый щит.
Тем лучше, разбираться, с чем он таким столкнулся, ему не хотелось. Кто заслал сюда эту девицу – будь она настоящей девицей, ведьмой или и вовсе – призраком или мороком – как он подумал сразу – это всё не его забота, кто её сюда заслал, тот пускай и позаботится о ней. Если посчитает нужным.
Редж решил, что пора возвращаться в замок. Небо темнело, тучи сгущались на заснеженных горах, поднимался ветер. Дракона давно не тревожило – насколько опасно летать в плохую погоду – там, где он сейчас оказался – погода плохой была всегда. Он даже получал изощренное удовольствие от борьбы со стихией. Как будто это единственное, что ему вообще осталось.
Хоть с чем-то бороться, сталкиваться, чтобы ощущать что-то. Хотя бы риск, боль, усталость. А не только съедающую драконью душу, изнывающую по свободе, тоску.
Замок был зажат в расщелине горы, посреди ледяных скал. Его высокие башни были припорошены снегом, снизу к нему подходило холодное море. Ветер здесь был привычно сильным и Редж заблаговременно взял курс на одну из самых высоких из башен, чтобы ориентироваться на неё, как на маяк, и, в последний момент, избежав столкновения, опуститься на продуваемую всеми ветрами террасу.
В замок он уже заходил в своём человеческом обличии. Этот дом – жалкая копия его родового замка, оставшегося во временной ловушке, заснувшего королевства – был единственным местом, где дракон мог принимать свой человеческий облик.
Редж, как и любой дракон, был силён и красив, но вряд ли друиды и феи его наказали за это. Наказывать драконов за самолюбование – эка невидаль. Нет, Редж знал, что на самом деле причина его проклятия – куда более глубокая. Возможно, если ему удастся когда-нибудь докопаться до правды, он поймет, почему он заперт здесь и как ему выбраться. И никакой цветочек тогда ему будет не нужен.
ГЛАВА 6
Минуту назад Алевтина стояла около стены в тёплом, украшенном к празднику холле дворца культуры, вдыхала хвойный аромат, слышала знакомые с детства песенки… Куда всё подевалось? И где старушка, хлопнувшая в ладоши и осыпавшая собеседницу серебристой пыльцой? Каким-таким образом человека можно в мгновение ока перенести за тысячи километров из современного мегаполиса в ледяную безжизненную пустыню?
Алевтина балансировала на краю глубокой расщелины и, сколько ни озиралась, не видела вокруг ничего, кроме снега, торосов, серой дымки вместо неба. Тишина. Свежесть. Мороз. А ещё дракон! Огромный монстр летел прямо на ошарашенную происходящим девушку. Это сон? Галлюцинация?
Жуткий ящер приближался стремительно и метил прямиком туда, где застыла испуганная и ничего не понимающая Аля. Она попятилась, кожаные подошвы модельных туфелек заскользили на отполированном стылыми ветрами льду, ноги выехали из-под владелицы, Алевтина упала, больно ударившись локтем, а потом и затылком.
Торосы и сугробы медленно поползли назад, спину сковало холодом, по ней будто тёркой прошлись. Ах нет! Это не мир поплыл, а наоборот — Аля неотвратимо соскальзывала в расщелину. Она судорожно хваталась немеющими руками за выбоинки, за бугорки, за трещины, но скрюченные пальцы срывались, лишь немного тормозя повисшую над обрывом девушку.
У-у-ух! Рядом полыхнуло. Жуткий летающий монстр приближался, и его намерения не выглядели мирными. То справа, то слева от Али огненные языки лизали шершавый наст. Кажется, тут кого-то хотят поджарить. За секунду до падения вспомнились слова старушки-волшебницы, которая собиралась подарить Алевтину дракону. Тогда её слова прозвучали бредом сумасшедшей, а сейчас…
Девушка завизжала, ничего не соображая от испуга, сорвалась и полетела в ледяную пропасть.
Падение казалось бесконечным. Алое платье — костюм сказочной феи — то раздувалось парусом, то хлопало и облепляло ноги. Алю вертело и вращало, словно попавший в восходящие потоки воздуха багряный кленовый листок. Девушка успела попрощаться с жизнью, не сомневаясь, что её вот-вот расплющит о ледяной уступ или поглотит чёрная бездна, наполненная водой, которую покрывала снежная крупа. Что уберегло её от неминуемой смерти? Быть может, высшие силы, к которым она подсознательно обратилась? Или всё проще: у кого-то могущественного были далеко идущие планы на Алевтину Алову?
Она на удивление мягко приводнилась, распластавшись на небольшой, но крепкой льдине. Лежала, дрожала, вспоминая кадры из фильма «Титаник». Вот только молодую, красивую и нарядную девушку отличало от героини то, что ей никто не мог прийти на помощь.
Разве что… Аленький цветочек! Брошь! Полоумная бабка вручила её, обещая, что лепестки исполняют желания. Других вариантов не было, пришлось надеяться на это.
Алевтина повозилась, устраиваясь на льдине поудобнее, чтобы не соскользнуть в холодную воду и не утонуть, так и не попытавшись прибегнуть к последнему средству.
Бережно, почти не дыша, отделила один лепесток от брошки, вытянула руку и разжала пальцы:
— Верните меня туда, откуда взяли: во дворец культуры на детский праздник. Пожалуйста!
Крошечный огонёк вспорхнул и полетел вокруг девушки. Она, стуча зубами от холода, наблюдала за пируэтом и постепенно теряла надежду.
Желание и не думало исполняться!
Увидев, как оторванный лепесток вернулся обратно и прирос к броши, Аля заплакала. Вернее, глаза наполнились слезами, и те застыли на ресницах. Даже моргнуть по-человечески не получалось! Как же холодно! Девушка в отчаянии снова оторвала упрямый лепесток и, с силой швырнув его, закричала:
— Я хочу в тепло! В тепло!
Она почувствовала, как невидимые мягкие лапы обхватили её, согревая, а спустя мгновение всё переменилось. Исчезли суровые скалы, чёрная вода и льдина-корабль, будто кто-то могущественный по щелчку пальцев поменял декорации. А ещё через мгновение Алевтина робко предположила: она пожелала попасть в тепло, и это желание исполнилось.
ГЛАВА 7
Холод прощальным подарком ударил в спину, когда тяжелые ворота за спиной Али захлопнулись сами собой. Она не успела понять, что произошло? Неужели сработало? Оторвала лепесток и переместилась в тепло? Но где она?
Очень тихо. И ощущение от этой тишины странное, словно Аля погрузилась в вязкий сироп, в чужой странный сон. Кажется, она попала в ледяной замок.
Перед ней простирался огромный зал, высеченный прямо в ледяной горе. Стены были прозрачными, вроде голубого кварца, а в глубине льда замерли нити инея, похожие на белые молнии. Под потолком висели потускневшие хрустальные гирлянды, словно клочья застывшего снега.
Она сделала шаг, и под ногами тихо хрустнула ледяная крошка.
– Что это за место? – спросила она вслух. Здесь было куда теплее, чем снаружи. Но только в сравнении. Потому как это место не выглядело жилым. Воздух более сырой, не морозный и колючий, как снаружи, и не слышно завываний ветра.
И вдруг воздух перед Алей дрогнул. Было похоже на колыхание дымка от потухшей свечи на ветру.
– Добро пожаловать в замок его Величества Дракона Реджа Рельвальда.
Алевтина испугалась и отпрянула! Прямо перед ней, словно из зыбкого тумана, сформировался силуэт старика: полупрозрачный, высокий, в старинном камзоле с позолоченными пуговицами. Веки его слегка отсвечивали голубым, будто за ними тлели ледяные искры. Он медленно и очень церемонно поклонился.
– Позвольте поприветствовать вас от имени моего господина, – сказал он. – Я Тибериус, камердинер его величества. И… – он поднял глаза, будто прислушиваясь к чему-то, – я ваш скромный проводник по этому месту.
Но вдруг что-то зашумело, словно что-то или кто-то приземлился на крышу. Странный призрак старика исчез. По коридору послышались шаги – громкие, быстрые, отчётливые.
И тут к Алевтине вышел элегантно одетый, очень красивый мужчина.
Наружность его и удивляла, и заставляла несколько робеть. Радовало хотя бы то, что он настоящий. Человек! Да, странно одет, выглядит так, словно сошёл со страниц книг или фильмов – очень красив, силён, статен и даже несколько пугающий в своей решительности. Но человек – не какое-то непонятное чудовище, что пролетало над Алевтиной там, во льдах, и напугало до смерти!
– Как я рада, что здесь кто-то есть! – воскликнула она и побежала к нему навстречу. Однако её остановил надменный взгляд.
На неё смотрели, как на букашку, попавшую в стакан молока, будто бы решая: помочь, или понаблюдать, как эта мелочь барахтается.
Аля попятилась, озираясь. Уж лучше бы призрачный старик остался с ней. Пусть он тормозной и слишком церемонный, но настроен был доброжелательно, разговаривал с уважением. Ах, зачем он слинял? Оставаться один на один с красивым отморозком такое себе…
Надменный взгляд незнакомца пугал с каждой длинной секундой всё больше. Девушку снова стало потряхивать. Она собралась с духом и спросила, стуча зубами:
— Почему здесь так холодно? Отопление за неуплату отключили?
Не ответив ей, мужчина задал свой вопрос:
— Кто ты такая? — Он в три длинных шага преодолел разделяющее их расстояние, грубо схватив Алю за плечи, развернул её к себе спиной и провёл шершавой ладонью по открытой глубоким вырезом спине. — Ничего не понимаю! Где твои крылья?
— К-как-кие к-крылья? — заикаясь, переспросила испуганная девушка.
— Я видел, как ты свалилась в расщелину! Выбраться из неё невозможно, только если взлететь.
— Видели? — Алевтина передёрнула плечами, вырываясь из хватки, отскочила и повернулась, сердито глядя в лицо негодяю. — Наблюдали, как человек погибает, и не потрудились помочь? Да кто вы после этого?
Мужчина криво усмехнулся, скрестил руки на груди, приняв величественную позу, и произнёс следующую реплику тоном обвинителя:
— Притворщица! Делаешь вид, что не представляешь, куда попала? Разве тебе не объяснили, отправляя шпионить?
— Меня? Шпионить? Вы ненормальный?
Она не успела моргнуть, как мужчина снова оказался очень близко и навис над ней, буравя взглядом:
— Как ты разговариваешь с королём? В школе фей не учат этикету?
— Откуда вы знаете, что я фея? — этому Аля удивилась даже больше, чем тому факту, что перед ней тот самый владелец замка, его величество Дракон Редж Рельвальд, о котором разглагольствовал старик Тибериус.
Дракон? Алевтина наконец осознала весь ужас положения. Так вот почему он видел, как она упала в пропасть! Не просто не стал помогать, а напугал до смерти, появившись в образе чудовища, и спровоцировал её неминуемую гибель. Возмущённые слова застряли в горле, стало ещё страшнее. По всему выходило, что старая карга — ведьма или кто она там — в буквальном смысле подарила несчастную девушку дракону!
Тот продолжал гнуть свою линию:
— Итак, ты признаёшься!
Алевтина спросила, не услышав собственного голоса:
— В чём?
— В том, что ты фея.
— Да, я фея цветов, — кивнула девушка, — такая мне досталась роль…
На последние слова дракон внимания не обратил. Он воздел руки, потрясая ими, и взревел:
— Цветов! Фея цветов, да ещё бескрылая! Старуха Айсильвен решила посмеяться надо мной!
— Её зовут Айсильвен? — обрадованно поинтересовалась Аля, подумав, что дракон говорит о бабке, подарившей ей брошь-цветок.
— Прекрати сейчас же изображать идиотку! — ещё сильнее взревел дракон. — Можно подумать, ты не знакома с могущественной Файлин Айсильвен, матерью всех фей!
— В нашей постановке нет такого персонажа, — смело парировала девушка. — И потрудитесь не оскорблять меня. А ещё и аристократ! Теперь понятно, почему ваш замок в таком запустении, а свита и слуги разбежались.
— Цветов! Подумать только! — не слушая ее, распалялся дракон. — Только этого мне не хватало!
— Вот именно! — подхватила его мысль Алевтина. — Здесь ужасно мрачно. Бездушные скульптуры, весь этот стылый камень… Только призраки согласятся жить в этой мертвецкой! Надеюсь, у вас есть хотя бы зимний сад? Вы ведь богаты, почему не…
— Замолчи! Фея цветов! — дракон окончательно разгневался и, схватившись за голову, устремился прочь, крича на ходу: — Убирайся туда, откуда тебя прислали! И не смей говорить со мной о растениях, я их терпеть не могу! Мертвецкая! Да как только…
Конец фразы Аля уже не слышала, поскольку мужчина стремительно покинул помещение, а двери, распахнувшиеся без всякой посторонней помощи, сразу же плотно за ним закрылись.
Девушка смотрела вслед этому безумцу и не представляла, что ей делать дальше. Попробовать ещё разок загадать желание? Вдруг получится вернуться домой!
ГЛАВА 8
У Реджа голова разболелась от всех расспросов этой невесть откуда взявшейся чудачки. Фея цветов, значит? Смешно. Ведь наверняка её подослали спевшиеся с эльфами феи. Другого варианта и быть не может, иначе – откуда ей тут взяться?
И историю она рассказала совершенно дурацкую – они что, даже не в состоянии придумать хоть какой-то внятный план?
И кто она – шпионка? Надзиратель? Вот эта хрупкая девочка?
Ну если Тибериус хочет, то пусть сам с ней развлекается. Любезничает, сколько влезет.
Наверняка она только притворяется дурочкой, но и сама знает, что этот замок – всего лишь отражение его настоящего замка. Искаженное и унылое, мало похожее на оригинал.
И откуда тут взяться цветам, да и зачем они нужны дракону, скажите на милость?
Значит, его замок похож на склеп какого-то мертвеца? Тут разве что зловещих скелетов не хватает? Что за буйная фантазия?
Да, несколько сурово, но и вокруг не цветущий оазис. На его родной земле замок смотрелся вполне уместно, да и тут, как ни грустно было признать, вполне вписался в общую картину стужи, холода и погодного уныния.
Несмотря на все бури и ветра – замок стоял. Ни одной трещины в стенах, ни одной покосившейся башни!
Зимний сад – она сказала? Растения по всем залам? Какие растения будут цвести посреди морозов? И вообще – всё это женские глупости!
Да эта незнакомка, должно быть, с ума сошла? Или, всё-таки, не незнакомка, а настоящая цветочная фея?
Фей Редж знал не то чтобы близко, и когда всё-таки вынужденно свёл знакомство – всё закончилось катастрофой.
Собственно, как раз из-за одной обидчивой феи он здесь.
По своему высокому происхождению Редж был вынужден посещать всевозможные светские мероприятия и являлся желанным гостем на пышных балах. Однажды его пригласили на большой праздник, который назывался чем-то вроде “Песни цветения”.
Друиды отмечали день, когда в их лесах начинали цвести деревья. По этому случаю зал был украшен цветами. И это слабо сказано – украшен цветами – цветы были везде – в узорах на полу и стенах, вплетенными в ковры, выступающими из картин, ваз, подвесных кашпо.
Видимо, на какой-то из цветочков у Реджа началась аллергическая реакция, и единственное, что ему хотелось, чихать, и хорошо, что не огнём, а то этот дом на дереве, сам полностью из дерева тоже, того и глядишь, воспламенится.
Скепсис скрыть было невозможно, а ещё дракону было ужасно скучно, так что когда одна фея втянула его в разговор о цветах, он, скажем там, оказался слегка несдержан и, в конечном итоге, после долгих пререканий, в грубой форме высказал своё мнение обо всех этих “Песнях цветения”, которые для друидов и фей, несомненно, имели глубокий, сакральный смысл.
Фею звали Файлин Айсильвен, её имя Редж запомнил, потому что именно она возмутилась настолько, что создала заклинание, отправившее Реджа в ледяной плен – до тех пор, пока не одумается.
Редж конечно же, решил, что феечка спятила.
Как его, могущественного дракона, властителя своих земель, хозяина огромного замка, можно сослать в какую-то ледяную крепость – во временную ловушку, в вечный сон в снегах – туда, где вообще всё застыло, и только его жалкое подобие дома – это искаженное отражение замка, ещё хоть как-то функционирует?
Нет, конечно, Редж в это поверить не мог. Женщины – существа взбалмошные, но не настолько ведь?!
Уже после Редж припомнил, что Файлин Айсильвен – могущественная фея, ей от роду тысяча, если не больше, лет, и он действительно умудрился оскорбить её в лучших чувствах. Оказалось, что он сломал её любимый цветок Эдельфлин – Ледяной бутон рассвета. Кто ж знал? Этот бутон, если что, никак не подписан!
Ну сломал он её цветок, ну назвал взбалмошной девицей, ну посмеялся над её возмущением… Там ведь было что-то ещё? Он сказал, что ни феи, ни друиды, без них, драконов, не смогли бы существовать тысячи лет, минуя всяческие несчастия и нападения сил зла.
Кто, как ни драконы приходят на помощь, когда они действительно нужны? Кто обладает реальной силой и боевой магией? Кто способен прожигать дыры в пространстве и никого не боится!? Он, конечно! Это он, а никакая ни фея с её глупостями…
Редж был отправлен сюда за гордыню. И если до этого происшествия он, в общем-то, был славным малым, то тут его драконью сущность переклинило.
Он обозлился.
Он обозлился страшно, чудовищно. Он эту молодящуюся старуху Файлин Айсильвен собирался сжечь, он сто раз проклинал её. И долго верил, что это такая злая шутка. Он собирался разнести в клочья этот снежный плен. Он думал, что пробьётся. Ведь что магия каких-то фей против его драконьей мощи? Против его магии? Ничто – пыль, пыльца с их растений и цветочков…
Он думал так долго и бился, бился… всё без толку.
Тогда он решил, что это глупый розыгрыш и, так и быть, когда его отпустят, он у Файлин Айсильвен попросит прощения. Хотя бы за свои грубые слова и поведение. Ну не совсем же она ополоумела, чтоб за какой-то цветок…
Шли дни, месяцы, после годы… Дракон понял, что фея ополоумела или про него забыла или… Каким бы “или” ни было, выхода нет!
И тут он вспомнил, что она сказала что-то про цветок.
Его должен спасти цветок!
Цветочек аленький для дракона!
Конечно, завидев эту, что тоже назвалась феей, Редж разозлился. И он оставил девчонку Тибериусу – старому слуге, что смог перенестись с ним бесплотным духом в это зазеркалье. Остальные подданные уснули в родном королевстве дракона, где остановилось время. Дракон знает об этом от Тибериуса. И видит в одном из зеркал.
Старый Тибериус не лишён магии. Но что с неё толку, раз действует она только в стенах замка, а за пределами легко рассеивается? Тибериус хороший камердинер, верный слуга, но не сильный маг. Хотя магия его не лишена… хм, творческой жилки.
Если эта засланка не шпионка, то они с его верным слугой быстро споются.
Сам Редж вновь отправился летать по острову. Раз здесь откуда-то появилась девушка, значит, возможно, где-то есть брешь? Редж вырвется из плена силой, и тогда в родном королевстве всё наладится. Не нужны ему никакие цветы.
ГЛАВА 9
Аля снова осталась одна в этом странном месте. Хозяин замка, у которого она пыталась узнать, что происходит и где она, повёл себя грубо, напугал её и ушёл!
Да уж, определённо не везёт ей с мужчинами… Или все красавчики на самом деле напыщенные индюки и очень высокого мнения о себе?
Что ей теперь делать? Вокруг только голые стены… Никогда в жизни Алевтина так не мёрзла! Пальцы на руках и ногах потеряли чувствительность, ресницы слиплись от инея, зубы стучали, а волоски по всему телу встали дыбом. Как же хочется согреться!
— Вот глупая! — воскликнула она. — Совсем забыла про волшебную брошь.
Она посетовала, что, выполняя предыдущую просьбу, цветок нарушил права потребителей, и впору жаловаться на плохое качество предоставляемых услуг! Увы, пока дело дойдёт до разборок, можно совсем окоченеть, поэтому Аля предпочла пожертвовать ещё одним желанием и собиралась оторвать следующий лепесток, но отвлеклась, услышав посторонний звук: глубоко под сводами что-то щёлкнуло. Звон был похож на треск льда, когда весной он ломается под солнцем.
Аля осмотрелась и заметила, что в стенах вспыхнули тонкие голубоватые прожилки, будто по льду разливался внутренний свет. Эти трещины, похожие на едва проклюнувшиеся из земли травинки, медленно ползли вверх, освещая путь.
– Что происходит? Кто здесь? Тибериус, это… это вы? – спросила Аля шёпотом.
– Я тут, госпожа, но не имею отношения к происходящему, это замок встречает вас! – мягко ответил призрак, появляясь перед Алевтиной. Он протянул руку и сделал приглашающий жест. – Позвольте показать вам гостевые покои. Мы разожжём камин, там будет тепло!
Аля последовала за Тибериусом по длинному коридору, и чем глубже они уходили внутрь, тем больше замок оживал. Потолочные льдинки звякали, словно невидимые пальцы перебирали их, как струны большого музыкального инструмента вроде арфы. Хрустальные льдистые люстры медленно вспыхивали, наполняя коридор бледным сиянием.
Аля и Тибериус остановились у массивной двери, украшенной ледяной резьбой в виде раскрытых драконьих крыльев.
– Здесь вы сможете отдохнуть, – сказал призрак старого камердинера.
Дверь тихо дрогнула и открылась сама собой.
— Что-то это всё мне напоминает… — прошептала себе под нос гостья драконьего замка, заходя в просторный зал.
Овальный ковёр, покрывавший почти весь пол, секунду назад был голубовато-серебристым от инея, но в мгновение ока стряхнул его с себя, засияв яркими геометрическими узорами. Потревоженные снежинки взвились в воздух и растаяли, подарив гостье свежесть морозного утра — так себя чувствует накатавшийся с ледяной горы и наигравшийся в снежки ребёнок, возвращаясь в домашнее тепло.
Призрачный старик выполнил своё обещание: огромный камин, помещённый между двумя стрельчатыми окнами с морозным узором на стёклах, заполыхал сам собой. Аля начала согреваться, постанывая от того, что переохлаждённые пальцы и даже кончик носа и скулы сильно защипало. К счастью, это неприятное ощущение быстро прошло.
— А жизнь-то налаживается, — с улыбкой констатировала Алевтина, она пересекла комнату, села в кресло около камина и вытянула ноги к огню. — Можно считать запрос выполненным, хоть и с задержкой. Так и быть, не буду жаловаться.
Тибериус подошёл и участливо взглянул в лицо девушке:
— Кому и на что вы хотите жаловаться, госпожа? Уверяю, замок зачарован, он выполнит любое ваше повеление.
Алевтина отмахнулась от вопроса. Понятно же, что она шутит! Старик явно не в теме. Зато слова о зачарованности замка её заинтересовали, и она решила уточнить, как это работает.
— Допустим, я захочу чай с плюшками! Да не простой, а какой-нибудь особенный. Удивите меня.
Ещё не стихло раскатистое эхо, как перед лицом гостьи прямо из воздуха возник изящный столик с гнутыми ножками, покрытый кружевной скатертью. Свисающие концы скатерти трепетали, словно крылья бабочки. Столик спланировал и опустился на пол. Тут же на нём возник стеклянный чайник с ярко-жёлтым напитком, фарфоровая чашка с блюдцем и блюдо, наполненное румяными, источавшими дивный аромат свежей выпечки плюшками. Некоторые из них были щедро посыпаны кунжутом, некоторые — корицей, а часть сверкали глянцем тёмного шоколада.
Удержаться и не попробовать это всё было невозможно! Аля страшно проголодалась! Она потратила все калории до единой, пытаясь согреться сначала на ледяной скале, а потом во время беседы с неприветливым хозяином замка.
Напиток оказался наивкуснейшим! В нём чувствовался вкус облепихи, апельсина и мяты. И ещё чего-то, что Аля не могла определить. Она с удовольствием откусывала булочки, запивая их и смакуя чай. Стоило выпить всё до дна и подставить чашку, как чайник взмывал в воздух и наполнял её до краёв. При этом напиток в прозрачном сосуде не убывал.
— Ой, кажется, мне этого много, — икнув, сообщила гостья и покрутила головой, ища камердинера.
— Тибериус!
Старик тут же возник в двух шагах от неё и поклонился:
— Что угодно, госпожа?
— Хотелось бы понять, как тут всё устроено. Удобства есть, по крайней мере?
— Есть всё, чего пожелаете, — ласково улыбнулся призрак и указал прозрачной рукой в дальний угол комнаты: — Извольте осмотреть спальню и будуар.
Аля отправилась на экскурсию по гостевым покоям, попутно расспрашивая призрака о причинах мерзкого нрава и плохого воспитания его величества Реджа Рельвальда. Как можно было довести волшебный замок до такого ужасного и неприспособленного для жизни холостяцкого логова?
ГЛАВА 10
Замок преображался на глазах. Алевтина действительно чувствовала себя феей — настоящей волшебницей. Любая фантазия, возникающая у неё в голове, тут же воплощалась. В гостевых покоях, да и во всех помещениях, в которые девушка из любопытства заглядывала, становилось тепло, уютно, красиво. Она с восторгом осматривала одну комнату за другой и довольно скоро утомилась. Даже необычный и великолепный музей наскучит, если восхищаться им в одиночку. Не принимать же в расчёт следующего по пятам старика-камердинера!
Тибериус, при всей обходительности, оставался призраком — выдержанным, галантным и ужасно постным. Алевтина мучилась выбором: то ли отправить дедулю с глаз долой, чтобы спокойно поразмыслить над тем, как обмануть брошь-цветок и, нужным образом сформулировав желание, выбраться из ледяной ловушки, то ли расспросить камердинера — собрать свидетельские показания и, основываясь на них, составить план спасения. Зря что ли она с Владом смотрела шпионские и детективные сериалы?
Так и не приняв окончательного решения, девушка задавала простые вопросы, изображая интерес к судьбе и личности хозяина замка.
— Вы называли Реджа королём, — Аля указала на висевший на стене портрет молодого мужчины с идеальной осанкой и высокомерным взглядом. Художник изобразил его в короне и мантии, а золотая рама была украшена гербами, — но где же его подданные? Почему ваш хозяин выбрал уединение?
— Вам лучше расспросить его, госпожа. Я не смею сплетничать…
— Хм… — Алевтине не понравилось, это виляние, а сердце неприятно кольнула догадка: — …дело в несчастной любви?
Ей не верилось, что такому необыкновенному красавцу, к тому же облечённому властью, может отказать какая-нибудь гордячка.
— Вы очень догадливы, — на бесстрастном лице промелькнуло удивление, — всему виной чувства, но не любовь, а ненависть.
Уточнять, чья именно ненависть заставила Реджа скрываться во льдах, Тибериус не стал, а просто глянул на следующий портрет. Аля тоже посмотрела туда и вскрикнула:
— Цветы! Какой великолепный букет! Удивительно, нигде больше я не заметила ничего похожего. Как дракон терпит…
— Это её величество, королева-мать. Её последний портрет.
У Али, как говорят, челюсть отвисла. С полотна смотрела очень красивая брюнетка, едва ли старше тридцати.
— Она умерла молодой?
— Так и было, — печально вздохнул призрак. — И королева, и художник.
— Их обоих убили? — сдавленно прошептала Алевтина.
— Цветы. Картина была почти закончена, когда её величество изъявила желание оживить её, и приказала принести букет. — Тибериус подошел ближе и указал на цветы. — Они оказались зачарованными, источали ядовитый аромат. Королева умерла тем же вечером, художник дотянул до утра.
— Какой ужас! Так вот почему Редж ненавидит цветы, с их помощью убили его маму.
— Именно так, — подтвердил призрак камердинера. — А вскоре произошла новая трагедия. Его величество Жак Рельвальд не смог перенести потерю. Он винил себя в случившейся трагедии, вспомнив давнее проклятье, которому в своё время не придал значения.
— Отец Реджа тоже умер? — ужаснулась Аля.
— М-м-м… не совсем, — призрак отвёл взгляд.
Он точно не хотел продолжать, но гостья настаивала:
— Как можно умереть не совсем? Как дракон может умереть не совсем? Говорите, Тибериус! — Аля чувствовала дрожь по всему телу, голос ей почти не подчинялся.
— Его величество Жак Рельвальд погрузился в отчаяние и удалился от дел, а совсем юному Реджу пришлось занять трон.
Алевтина покачнулась, простонала и повела рукой, ища опору, невольно коснулась картины, отпрянула и поспешила прочь. Её что-то тревожило. Очарование волшебства испарилось, оставив лишь теснящее грудь беспокойство. Как ни странно, девушка забыла о желании поскорее попасть домой, даже про цветок забыла. Вихрь эмоций захватил её и нес в каминный зал — ближе к огню, туда, где можно согреться и немного успокоить нервы.
— Да что же это такое? — сердилась Алевтина, присев на краешек кресла и вытянув руки перед собой. — Почему меня так трясёт?
Казалось бы, какое ей дело до дворцовых интриг неведомой ей страны и абсолютно чужого мира. Почему её так сильно поразила трагедия молодого короля — дракона Реджа Рельвальда? Каким чудом иномирянка прикоснулась к его истерзанному сердцу, в котором с юности остались незаживающие раны?
Сквозь слёзы, застилавшие глаза, Аля смотрела на огонь.
Но что это? Вглядываясь в пламя, Алевтина отчётливо различила в нём изображение: силуэт стиснутого ледяными глыбами дракона.
ГЛАВА 11
Редж был уверен, что есть какая-то щель, брешь, лазейка, через которую эта феечка к нему попала. Феи смеются над ним, сами могут ходить туда-сюда, когда им вздумается, а его держат в заточении.
Наверняка где-то есть брешь…
Он залетал так высоко, как мог, боролся со шквалистым ветром, гнул шею, сворачивая ледяные торосы и топил огненным дыханием снег. В отчаянии так разошёлся, что долго бил в одну точку. Как вдруг всей своей драконьей громадиной провалился, как ему сначала показалось, и вовсе под землю.
Он падал долго, извивался, царапался когтями, пытаясь зацепиться, но под тяжестью собственного веса его увлекало вниз. Когтям не за что зацепиться, лёд крошился, крылья негде развернуть, даже рискуя сломать их…
Дракон оказался на самом тёмном дне. Ударившись при падении, лежал ничком на холодном камне, пока не пришёл в себя.
– Ну надо же, ты открыл для меня выход, – сказал кто-то над его ухом.
– Ты кто? – прохрипел Редж.
– Тот, кого заточили здесь… Хочешь, я расскажу тебе про… тебя?
– Я про себя всё знаю.
– Какая ирония… Твой отец тоже был гордецом и пострадал от собственной гордости.
– Что ты знаешь про него?! – Редж дёрнулся. Его придавило льдом. С трудом открыв глаза, он увидел лишь темноту. – Кто здесь? Лучше бы тебе молчать!
– Такой же самонадеянный самовлюблённый гордец. Думаешь, я ничего про тебя не знаю?
– Да кто ты? Буря тебя разорви! – Редж рванулся снова, сверху на него попадали ледяные глыбы.
– Ты ведь нынешний король Таландии? Теплая страна, брр – аж сводит зубы. Как можно жить в таком нежном климате? Именно поэтому ваши маги такие слабаки. Я мог бы легко захватить вас, если б не неудача.
– Неужели я говорю с так называемым повелителем севера, или, подожди, как ты себя назвал – владыкой снега? – Редж зарычал, изображая драконий смех. – Это тебя мой отец, объединив под нашим флагом весь континент и собрав вместе всех магов, растоптал и отдал на суд? Это тебя приговорили к вечному изгнанию? Погоди, погоди… Дай-ка припомню твоё имя… Нет, прости, не помню! – Редж рассмеялся снова. – Тебя уже никто не помнит, глупец. Значит, тебя сослали… сюда?
До дракона начала доходить абсурдность всей ситуации. Неужели он оказался там же, где и опасный враг всего его народа, величественный маг, властитель севера, который захотел однажды захватить все южные земли и сделать из них свою ледяную пустыню?
С ним долго бились. Битву выиграл отец Реджа – Жак Рельвальд, величайший король всех времен.
Чем думала та безмозглая фея?
Редж попытался припомнить детали. Драконы живут довольно долго, и эту историю отец рассказывал ему, когда Редж был малым драконёнком. Обернув его же магию против владыки льда, великие маги во главе с королём Жаком заключили преступника где-то в безвременье, на летающем острове, который находится как бы вне пространства.
А теперь здесь Редж.
– Смейся, глупец, – скрежетал голос. – Только глупцы могут смеяться в лицо великому магу севера Мору Окочеру Нейту! Твой отец тоже смеялся. Он не придал