Тьма. 1. Кости демона. Наталья Жильцова

От автора:

   Этой книги не должно было быть.

   Этой истории тоже. Она была лишь небольшой зарисовкой, экспромтом, ответом на вопрос читателей о том, какими бы могли стать дети Анхайлига с Наташей и Тени с Артуром. И таковой она была десять лет.

   Романом она стала только благодаря тем, кто все эти десять лет ждал и надеялся. Тем, кто убедил меня в том, что маленькая зарисовка должна получить полноценную жизнь.

   Спасибо, что верили, поддерживали и терпеливо ждали все это время. Мне было сложно возвращаться к миру Тени спустя столько лет, но я надеюсь, что все получилось, и эта история вам понравится.

   С уважением ко всем Вам, Наталья Жильцова.

   Наталья Жильцова

   КОСТИ ДЕМОНА

   Она искала древнего демона. Но нашла собственного

   «Чума на оба ваши дома!»

   Шекспир «Ромео и Джульетта»

   Пролог

   — Отдай моего скелета!

   — Зачем девочке кости?

   — Отдай! Мое!

   — Да ты даже с ним управляться-то толком, поди, не умеешь, — хмыкнул он.

   — Не умею? — взвилась девчонка. — Я?! А ну-ка!

   И он неожиданно почувствовал, как связь с умертвием рвется.

   Девчонка перехватила управление! У него! Какая-то человеческая малолетка лет восьми от роду!

   — Мое! — гордо сообщила та.

   — Вы еще подеритесь, — буркнула сидящая с книжкой неподалеку Ведана — старшая сестра нахалки.

   — И подерусь! — тут же задиристо отреагировала девчонка, тряхнув темной копной волос.

   — Я не поднимаю руку на женщин, — высокомерно сообщил он.

   — Тем лучше! — обрадовалась девчонка. — Значит, я точно победю!

   И, вооружившись берцовой костью отвоеванного скелета, ринулась на него.

   — Какого?.. Ты! Ненормальная! — взвыл он, инстинктивно отбивая удар, но теряя при этом всю напускную надменность. — Да чтоб… Да прекрати уже!

   На шестом замахе он не выдержал. Стараясь действовать осторожно, чтобы не приведи Грент не покалечить ненормальную принцесску, выхватил кость из ее руки… и тут же получил кулаком под дых!

   Он!

   Чувствуя, как в душе поднимается волна гнева и раздражения, он понял, что нужно срочно брать себя в руки. Иначе потом придется оправдываться перед своими и ее родителями за какие-нибудь не слишком хорошие последствия. Тем более он все-таки на десять лет старше.

   — Все, довольно! — рыкнул он и, скрутив девчонку, прижал спиной к себе. — Успокойся, Аделина, не буду я трогать твоих скелетов больше. Обещаю.

   — То-то же, — довольно выдохнула та.

   Дыхание ее было прерывистым, запыхавшимся, сердце билось часто. Он вдруг ярко, отчетливо почувствовал запах ее крови с оттенком каких-то лесных трав и сглотнул. Нет, это была не жажда. Это было что-то…

   — Отпусти меня уже, — пихнулась девчонка, возвращая его в реальность.

   — И советую побыстрее, — добавила Ведана. — Родители идут.

   Он и сам уже почувствовал приближение Анхайлига и отца, и расцепил руки. Но, увы, недостаточно быстро.

   — Ксандер Лоренц Вайленбергский, какого Грента вы тут устроили? — холодно процедил отец.

   — Он моего скелета забрать хотел, — тут же наябедничала девчонка, отходя к Анхайлигу.

   Вот только некромант оправдывать собственную дочь не спешил. Вместо этого он нахмурился и уточнил:

   — А зачем тебе вообще понадобился скелет в саду, Лина?

   — Э… — та мгновенно смутилась и потупилась. — Так я это… просто…

   — Ведана? — взгляд Анхайлига скользнул к старшей из дочерей.

   — Не спрашивай, пап, — поморщилась та. — Мне вот даже думать об этом противно.

   — Да что б ты понимала в кладоискании! — огрызнулась Аделина и тут же зажала руками рот.

   — Клад? В королевском саду?! — выдохнул некромант. — Какой, к демонам, клад, Лина?!

   — Ну так… из демонов… — отчаянно краснея, выдавила та. — Они же тут… сражались… вот я и подумала, пару косточек… хотя бы…

   — Кости демонов?! — Анхайлиг схватился за голову, а его спутник расхохотался. — Артур, вот чего ты ржешь?!

   — А что? Вполне себе интерес, — фыркнул тот и, посмотрев на Аделину, доверительно сообщил: — Но место вы, юная леди, выбрали неудачное. Демоны, насколько я помню, преимущественно по северной стороне дворца нападали. Там больше шансов…

   — Артур! Нет там никаких шансов! — отрезал некромант. — Я там все самолично испепелил!

   — А-а, ну раз так, тогда да, только здесь рыть и осталось…

   — Не язви, — рыкнул Анхайлиг недовольно. Потом перевел взгляд на дочь и отчеканил: — Лина, ты наказана за неподобающее поведение. Марш к себе в комнату.

   — Ну па-ап! — жалобно заныла та.

   — Наказана, я сказал! И чтобы до завтрашнего утра носа из нее не показывала!

   Хлюпнув этим самым носом, темноволосая костеискательница резко развернулась и обиженно умчалась в сторону дворца.

   Ксандер задумчиво смотрел ей вслед. Демонов искала, значит? Интересно… о-очень интересно…

   * * *

   Остаток дня Лина провела рассерженная и унылая. Окончательно настроение испортила вечерняя нотация бабушки о правилах поведения юных леди.

   — Не пристало принцессам драться с принцами, — холодно чеканила она. — Даже если это архивампиры. Мы все от вампиров не в восторге, а твой отец особенно. Но разве ты хоть раз видела, чтобы Анхайлиг бросался на них с костью наперевес?

   — Нет, — тяжело выдохнув, согласилась Аделина.

   — Ты понимаешь степень своей ответственности и вины?

   — Да, — кивнула Аделина вновь, хотя в душе была абсолютно с бабулей не согласна.

   Это был ее скелет! И она имела полное право отстаивать свою вещь!

   Однако спорить с бабулей, которая пусть и выглядит молодо, но на деле является четырехсотлетним архимагом-менталистом, не решался даже Анхайлиг. Что уж говорить об Аделине!

   В общем, после отчитки у младшей принцессы даже аппетит пропал. Решив поскорее завершить неудачный день, Аделина плюнула на все и забралась в кровать. Но…

   Посреди ночи ее вдруг разбудило ощущение чужого присутствия.

   В ее комнате посторонний!

   Лина резко открыла глаза, попутно на рефлексах, как учил брат, начиная сплетать танатос.

   — Эй! Потише! — зашипели рядом, тут же перехватывая ее руки.

   Охнув, Аделина дернулась и только потом увидела появившегося из темной дымки дневного знакомца. Длинные пепельные волосы, бледное лицо, вспыхнувшие изумрудом глаза… короче, в ее спальне каким-то образом очутился Ксандер Вайленбергский собственной упыриной персоной!

   —Ты чего тут делаешь? — сердито зашипела Аделина.

   — Да не пугайся ты, — отпуская ее руки, миролюбиво сообщил тот. — Я только узнать хотел, ты действительно искала кости демонов?

   — А ты не веришь? — принцесса поджала губы. — Насмехаться пришел?

   — Делать мне больше нечего, как по ночам ради насмешек защиту дворца обходить, — скривился Ксандер. — Просто интересно стало, реально ли здесь действительно что-то найти? Меня тоже эти кости интересуют.

   Глаза Аделины тотчас загорелись. О любимой теме она могла говорить часами.

   — Реально! — с жаром сообщила она. — Я ведь не просто так искать взялась! Пару недель назад в розарии неподалеку такую штуку откопала! Смотри!

   Принцесса спрыгнула с кровати и, как есть, босиком и в одной ночнушке прошлепала к туалетному столику. Выдвинув один из ящичков, она пошарила где-то в его недрах и достала старый пожелтевший костяной осколок.

   — Во! — продемонстрировала Аделина. — Зуб даю, он не человеческий и даже не собачий. Я их хорошо различаю.

   — Хм. — Ксандер слегка нахмурился. — А ведь и вправду, странный запах… можно?

   Аделина на мгновение задумчиво поджала губы, словно не зная, можно ли доверить ночному гостю свой трофей. Но потом все же протянула, буркнув:

   — Помни, ты дал слово.

   — Да не претендую я на твои кости, — рассеяно согласился вампир, принимая осколок и прокручивая меж пальцев. — Но изучить надо. Занятно. Ты своему отцу находку показывала?

   — Ты что! — Аделина покрутила пальцем у виска. — Он же уничтожит сразу! Еще и нотацию прочитает о том, что нечего лишнее внимание инквизиторов привлекать. Мол, если тут хоть что-то обнаружится, то они толпой попрут. А отец их на дух не переносит.

   — Угу, в курсе, — Ксандер кивнул, попутно окончательно убеждаясь, что кость действительно не принадлежит ни одному из известных ему живых существ. Это было интересно. Действительно интересно. — Ты можешь показать, в каком конкретно месте нашла осколок? — возвращая трофей, попросил он.

   Девчонка оживилась.

   — Могу, — кивнула она, но потом вдруг поникла и отрицательно качнула головой и кисло сообщила: — Точнее, нет. Не могу. Мне же из комнаты выходить запретили.

   — Не проблема. В окно выберемся, — кивнул Ксандер на оное, нимало не смущаясь высоты третьего этажа. — Я вполне могу спрыгнуть отсюда с тобой на руках, а потом так же подняться обратно.

   Однако Аделина только тяжело вздохнула.

   — На мне следилок куча, — мрачно сообщила она. — От отца и от брата старшего. Да еще Ведана наверняка почует и заложит… бабушке. А бабушка — это у-у! В общем, извини. В другой раз как-нибудь, ладно?

   Ксандер прищурился и быстро осмотрел ауру принцессы. Потом уважительно хмыкнул и признал, что та права. Такое количество высокоуровневых плетений он замаскировать и заблокировать не смог бы.

   Пока что.

   Но кости ведь никуда не убегут, верно? Не сейчас, так позже они с Аделиной до них доберутся. Главное выучиться.

   Архивампир тряхнул пепельными волосами и легко улыбнулся.

   — Хорошо. Я запомнил.

   Глава 1

   Десять лет спустя

   В просторной спальне с аскетичного вида мебелью из черного дерева царил самый настоящий бардак, если не сказать больше — хаос. Утреннее солнце через высокие стрельчатые окна освещало стопки разбросанных книг, какие-то странного предназначения предметы, шипастые конструкции и раскрытый шкаф с грудой вытащенных оттуда вещей.

   Посреди всего этого «великолепия» стоял высокий, лет двадцати семи на вид, мужчина в строгой черной униформе без опознавательных знаков. Его длинные, собранные в хвост пепельные волосы были перехвачены тонким обручем из серебристого металла — серендила с ярким, в цвет глаз, крупным изумрудом. И только по этой единственной детали сторонний наблюдатель мог бы догадаться, что статус у мужчины не из последних.

   Впрочем, статусы на данный момент хозяина спальни не волновали совершенно. Он был занят важным делом: держа в руках небольшую лопату, разыскивал среди вещей достаточно вместительную сумку.

   — Ксандер! Ты собрался? — раздался вдруг оклик, и в спальню вошла изящная женщина, внешне чем-то неуловимо похожая на него. И, увидев, что он держит в руках, изумленно приподняла брови. — Зачем тебе на официальном мероприятии лопата?

   — Лопата? — На лице мужчины, отразилось самое искреннее недоумение. Он перевел взгляд на оную и, быстро отбросив к кровати, заверил: — Ах, это? Конечно не за чем, мам. Это я так, шкаф разбирал, гляжу — лопата. Вот, вспоминал, кой демон я ее туда запихнул, и когда…

   — Понятно. — Ее королевское величество Амелинда Вайленбергская, а это была именно она, улыбнулась. — Заканчивай быстрее. Вылет через полчаса, и отец тебя уже ждет.

   — Да я уже почти… вот буквально минут десять, и буду готов, — поспешно заверил Ксандер. И отыскав, наконец, взглядом подходящую сумку, схватил ее и начал неразборчиво утрамбовывать вещами.

   Увидев такой специфический способ сбора, Амелинда скептично прищурилась.

   — Может, тебе помочь?

   — Не, мам, спасибо. Я сам.

   — Уверен? Мне кажется, тот охотничий костюм тебе совершенно не нужен, — с сомнением отметила та. — А вот мундир для торжественных церемоний, наоборот, не помешал бы.

   — Зачем? — Удивился Ксандер. — Это же обычная дипломатическая поездка.

   — Ну-у, теоретически да, — Амелинда усмехнулась. — А на практике, птичка нашептала, что дэлатерийцы могут попытаться попутно посвататься к одной из дочерей Анхайлига.

   — Дэлатерийцы? — Ксандер пренебрежительно фыркнул. — Мелкое королевство. Ведану Охотник им не отдаст. Не выгодно.

   — Возможно. Но есть еще и Аделина. Вроде бы девушке недавно восемнадцать исполнилось. Вполне уже возраст.

   — Угу. Ладно, мам, я возьму этот демонов мундир. И скоро буду.

   Амелинда удовлетворенно кивнула и вышла. Когда за матерью закрылась дверь, Ксандер слегка поджал губы.

   — Надеюсь, эти типы не решат свататься в первый же день, — тихо пробормотал он. — Иначе вся затея дракону под хвост…

   И, схватив с кровати лопату, запихнул в сумку. За ней последовал шипастый, переливающийся лилово-фиолетовыми оттенками артефактный напульсник, а сверху был небрежно брошен парадный мундир.

   Что ж. Пожалуй, на этот раз он достаточно хорошо подготовился к визиту в Карминскую столицу. Несколько лет изучения магической защиты и способов, как ее обойти, не прошли даром. Теперь все необходимое у Ксандера есть, а, значит, скоро он наконец-то получит то, что уже давно хотел — кости демона.

   Довольно улыбаясь, Ксандер набросил плащ и приколол к форме застежкой с изображением герба Вайленберга — коронованной виверны. Потом пристегнул на пояс меч, подхватил дорожную сумку и, насвистывая веселый мотивчик, вышел из спальни.

   Все должно пройти замечательно, иначе и быть не может.

   Когда Ксандер подошел к восточному выходу, делегация из двенадцати титулованных вампиров во главе с отцом — Его королевским величеством архивампиром Артуром Вайленбергским, уже находилась здесь. И, судя по всему, ждали только его.

   В отличие от Ксандера, отец, как и полагается монарху, был при полном параде. Темно-синюю форму Артура украшали черные шелковые аксельбанты, а перекинутая через левое плечо перевязь серебрилась вышитым гербом Вайленберга. Голову архивампира охватывал тускло мерцающий венец из серендила, усыпанный сапфирами.

   — Рад, что ты наконец-то заинтересовался изучением дипломатии, — увидев его, вместо приветствия с нотками неудовольствия произнес отец. — И первым делом советую запомнить, что опоздания в этой среде неприемлемы.

   — Да чего я там опоздал-то? На пару минут всего, — беспечно отмахнулся Ксандер, все еще находясь во власти хорошего настроения. — Да и вообще, Охотник — не дама, подождет…

   — Ксандер!

   Глаза Артура сердито полыхнули ультрамарином.

   Мигом осознав, что и впрямь перегнул, он тотчас поднял руки.

   — Все, все, понял, осознал, каюсь.

   — Надеюсь, что так, — холодно произнес отец и развернулся к выходу. — Пойдем. Дракон-экспресс ждет.

   * * *

   — Аделина! Ты готова?

   — Да, почти… почти совсем!

   Едва заслышав голос старшей сестры, молодая темноволосая девушка спешно метнулась от окна к туалетному столику и наугад схватила одну из расчесок. Впрочем, это ее не спасло. Едва оказавшись на пороге комнаты, Ведана быстрым взглядом обвела спальню и хмуро констатировала:

   — Так и знала. Опять из рогатки стреляла. — Она сплела руки на груди и с укором уставилась на Аделину. — Тебе сколько лет, Лина? И вообще, ты ведь прекрасно знаешь, что у нас скоро прием! Делегация Вайленберга на подлете, а ты еще даже не одета!

   В такие моменты Ведана настолько походила на маму, что Аделине аж жутко становилось. И дело тут даже не в огненном цвете волос, а во всем остальном.

   К примеру, Аделина во многом была папиной дочкой. И прищур карих глаз, и сильный дар к некромантии она переняла от Анхайлига Террано. А вот Ведана росла копией матери — Наталии Карминской. И чем старше становилась, тем сильнее бросалось в глаза это сходство, до цвета глаз, до малейшей черточки. Казалось, будто отца у нее вовсе не было. Да и вообще, это просто мама свой мираж создала.

   Кстати, вот в такие моменты Аделине всегда очень хотелось, чтобы вместо Веданы и впрямь оказался мираж. Ибо в отличие от спокойной и миролюбивой мамы, этот «мираж» слишком уж любил отчитывать и требовать соблюдения правил приличия. И избавиться от всевидящей сестры-прорицательницы не получалось никак. Но — увы.

   Поэтому приходилось только кивать, соглашаться и терпеть… чтобы потом сделать по-своему.

   — Лина, ты вообще слушаешь, что я тебе говорю? — вернул ее в реальность строгий голос Веданы.

   — Да, да, слушаю, — тут же механически кивнула та и послушно повторила: — Скоро прилетает делегация вампиров. А я не одета. Кошмар и ужас.

   — Так чего ждешь? Где София и Гвен? Почему они до сих пор не подготовили тебе платье?

   — Ну-у… я их пару часов назад погулять отпустила, — нехотя призналась Аделина.

   — С ума сошла?! Это что за диверсии?! — Ведана метнулась к гардеробной и начала спешно перебирать наряды.

   — А, может, ну их, упырей этих? Я ради дэлатерийцев вчера уже одевалась и даже все знаки внимания их принца-колобка вытерпела, — с тоской протянула Аделина, до последнего надеясь избежать очередных нескольких часов торжественной скуки.

   Вместо ответа сестра решительно вытащила темно-вишневое, с серебром, платье и рыкнула:

   — Сорочку сняла и спиной повернулась! А то бабушку позову!

   Это был сокрушительный аргумент. Общения с бабушкой в их семье не мог вынести никто, кроме самой Веданы. Единственной, кто готов был слушать четырехсотлетнюю архимага-менталиста, дабы пополнить собственные и без того энциклопедические знания в магии иллюзий. Так что, смирившись с неизбежностью, Аделина сбросила тонкую сорочку и послушно позволила сестре начать упаковывать себя в тяжелое атласное платье.

   — И, кстати, они не упыри, а вампиры! — попутно назидательно отметила Ведана. — Не вздумай ляпнуть подобное во время приема, нечего отца позорить!

   — Да папа первый их так называет!

   — Папе можно, он бывший Охотник, причем на голову убийцей Велиаром тронутый. Ему простят, а тебе — нет!

   — Резонно, — признала Аделина и тяжело вздохнула. — Эх, везет же брату. Сидит себе в Карминской академии, изображает доброго архимага и не парится… а мне туда даже возможности поступить не дали.

   — А смысл? — Ведана недоуменно изогнула бровь. — Ты и так знаешь много больше, чем там преподают. А чего не знаешь — Род и папа тебя и дома обучат.

   — До-ома, — протянула Аделина и выразительно поморщилась. — В этом и проблема. Дома! А мне этот дом уже поперек горла-ай! — пискнула она, когда сестра стала затягивать корсет.

   — Глупая. Далась тебе эта академия. Там ведь неизвестно кого встретить можно, а тут спокойно и безопасно.

   — Да я и так вся — ходячая безопасность! Не считая собственных знаний, на мне столько всего понавешано, и папиного, и брата, что… ой! Да что ж ты так сильно тянешь-то!

   — Терпи! Красота требует жертв!

   — Да перед кем мне там красоваться? Перед упырями… И-ы-ы! Хорошо, хорошо, вампирами! Я запомнила, только не тяни-и-и!

   — Вот так-то лучше, — отходя, наконец, удовлетворенно заключила Ведана и кивнула на пуфик перед туалетным столиком. — Садись.

   И потянулась к расческе.

   — Только не это! — Взвыла Аделина, ибо прекрасно знала, насколько тяжелая у старшей сестренки рука.

   Однако даже попытка хотя бы отскочить от Веданы подальше успехом не увенчалась. Та тоже повадки своей непутевой родственницы знала как облупленные, так что перехватила беглянку мгновенно.

   — Сама виновата, нечего было камеристок отпускать! А простоволосую на прием я тебя не пущу!

   — Ну Веда-аночка! Может ты мне какую-нибудь иллюзию просто сделае-ешь?! Ну пожа-алуйста-а! — заныла Аделина.

   — Никаких иллюзий! Архивампиры преспокойно видят сквозь них, — отрезала та. — Так что садись и терпи.

   Следующие четверть часа Ведана орудовала расческой, заколками и заклинаниями для укладки и завивки. Все это время из окна спальни младшей принцессы Карминии раздавался печально-болезненный вой вперемежку с весьма резкими словечками и ругательствами.

   Зато результат получился более чем достойным: собственные покои Аделина покидала с пышной прической. Овал ее лица подчеркивали несколько крупных локонов, остальные же сложно переплетенные волосы удерживала рубиновая диадема.

   — Опаздываем, — вполголоса пробормотала Ведана и, подхватив сестру под руку, поторопила: — Быстрее, делегация уже на подходе. Отец начинает сердиться.

   В большой приемный зал запыхавшиеся девушки влетели буквально в последний момент. И едва встали по обеим сторонам от отца и матери, как прозвучал голос герольда, объявляющего о прибытии их величества Артура Вайленбергского. Да не одного!

   На этот раз архивампир, как оказалось, взял с собой сына Ксандера.

   Аделина слегка оживилась. Несмотря на то, что прошло десять лет, этого парня она помнила хорошо. Слишком уж яркой была их ссора, а потом обсуждение общего увлечения. После того вечера она даже какое-то время ждала, что Ксандер вот-вот вновь вернется, чтобы отыскать кости. Обещал ведь, вроде как! А у нее самой больше ничего обнаружить не получилось.

   Но прошло полгода, потом пролетел год, другой… а вампир так и не появился. С того раза Артур Вайленбергский всегда наносил визиты в Карминию один. Поначалу Аделина злилась и обижалась, но, повзрослев, выбросила Ксандера из головы. Детский максимализм уступил место здравомыслию и осознанию: молодому вампиру и кроме костей наверняка было чем заняться.

   Так что теперь она смотрела на входящего вслед за отцом и делегацией пепельноволосого архивампира почти спокойно. Лишь вскользь отметила, что давний знакомец еще больше прибавил в росте и плечах. Сейчас перед ней был уже не юноша, а хорошо сложенный мужчина. С красивыми, чем-то напоминающими Артура чертами лица, и застывшем на нем выражением холодного равнодушия.

   Типичный вампир, одним словом. Такой, каким ему, судя по описаниям отца, и полагалось быть…

   Ровно до того момента, пока изумрудный взгляд Ксандера не наткнулся на нее.

   Нет, ни единая черточка на его лице не дрогнула, однако в глазах архивампира Аделина прочитала мгновенное узнавание и даже более того — интерес.

   Следующие несколько минут, пока отец и Артур Вайленбергский чинно и формально приветствовали друг друга, Аделина пыталась справиться со все нарастающим возбуждением. А еще лихорадочно вспоминала, куда несколько месяцев назад запихнула лопату. Даже с легким книксеном для приветствия архивампира-монарха из-за этого припозднилась, отчего удостоилась укоряющих взглядов матери и Веданы.

   После Артура Вайленбергского подошел и сам Ксандер. В ответ на очередной книксен он галантно поцеловал руку Аделины, а потом, прежде чем отпустить, легко сжал ее пальцы.

   Девушка вновь столкнулась с внимательным изумрудным взглядом и вдруг почувствовала касание чужого сознания, вслед за чем в голове раздался тихий, едва уловимый шепот: «Я помню. Я приду».

   Не позволить сердцу окончательно пуститься в пляс удалось только благодаря выработанному с детства самоконтролю и осознанию того, что рядом вампиры и родители. Ведь они мгновенно почуяли бы столь сильную реакцию на, казалось бы, простое приветствие, а вызывать лишних подозрений не хотелось.

   Так же Аделине приходилось сдерживаться последующие несколько часов, которые длился официальный прием, а затем и торжественный ужин. Особенно ужин! Ведь на нем, кроме вампиров, присутствовали и дэлатерийцы вместе с ненавистным ей Самсоном Дэлатерийским. Или, по-простому, принцем-«колобком».

   Смазливого полноватого Самсона с прилизанными по последней дэлатерийской моде русыми волосами, как назло, посадили по правую руку от нее. Так что все время ужина Лине приходилось сдерживать не только возбуждение, но и раздражение от ухаживаний принца. А еще ловить скользящие взгляды сидящих напротив Ксандера и Веданы. И стараться не слишком часто коситься на большие напольные часы в золоченой дубовой оправе, стоявшие у дальней стены.

   Последнее получалось хуже всего. Во всяком случае, Ведана засекла ее дважды, а на третий раз послала такой ментальный тычок, что Аделина едва десертом не подавилась. Закашлявшейся девушке пришлось принимать стакан воды от заботливого «колобка», а потом еще и благодарить за помощь. И улыбаться! Под внимательнейшим надзором старшей сестры…

   «Ну Веданка, я тебе это еще припомню! — мысленно пообещала Лина. — Влюбись только!»

   «Не дождешься», — раздался в голове сухой смешок, и Ведана, продемонстрировав идеальную улыбку, перевела взор на тарелку с фруктовым муссом.

   Пришлось и Аделине возвращаться к десерту. И, заодно, к вежливой беседе с принцем о погоде в Карминии, о природе Карминии, о разнообразии сортов роз в Карминии…

   — А ведь у вас неплохой розарий во дворце имеется, насколько мне известно, — внезапно присоединился к беседе Ксандер. — Уверен, там можно найти настоящую редкость.

   — Правда? Отчего же вы не упомянули об этом раньше, Аделина? — оживился Самсон.

   — Да, — Лина кивнула, рефлекторно сжав десертную ложечку. Она-то прекрасно понимала, какие редкости имел в виду архивампир. — Я просто настолько привыкла к тому, что он у нас есть, что… банально забыла.

   — Женская забывчивость — это так мило, — Ксандер слегка улыбнулся. — Вы ведь не откажите нам с Самсоном в небольшой экскурсии по столь интересному месту?

   — Э-э…

   — Разумеется, не откажет. Она ведь знает, насколько Самсон увлечен этими цветами, — вступила в разговор Ведана, посылая замявшейся Лине укоризненный взгляд. А потом, слегка прищурясь, пытливо посмотрела на вампира: — А давно ли вас интересуют розы, Ксандер?

   Аделина выражение лица сестры опознала сразу. Когда Ведана устраивала вот такой допрос, скрыть что-либо от нее было нереально.

   Однако Ксандер даже бровью не повел.

   — Верите, Ваше Высочество, кажется, я любил их всю жизнь, — как ни в чем не бывало сообщил он. — Еще десерта?

   Не удержавшись, Аделина хихикнула и тут же спряталась за чашкой чая. Слишком уж яростно сверкнули глаза старшей сестрички с явным пожеланием чего-то не очень хорошего.

   Благо вскоре ужин наконец-то подошел к концу, и подавиться Лина не успела. Хотя всерьез опасалась, даже несмотря на то, что вообще-то это она тут по проклятиям специализировалась.

   Всю обратную дорогу Ведана читала нотации и правила этикета за столом, но это были мелочи. Аделина, даже не вслушиваясь, просто согласно кивала и выразительно зевала, демонстрируя, насколько сильно устала. Сестра, конечно, не особо поверила, но махнула рукой и оставила ее в покое. А Аделине того и надо было!

   Едва она вошла в свои покои и закрыла дверь, вся наигранная усталость слетела как по мановению руки. Аделина вихрем понеслась в спальню переодеваться. Сбросив платье, выкопала из шкафа удобные брюки из тонкой кожи и легкую рубашку. Потом быстро переобулась, сменив туфельки на тонкой шпильке на мягкие сапожки, и начала судорожно перебирать дальние углы гардеробной.

   — Да где же она, где?.. — нервно бормотала Аделина себе под нос. — Ведь куда-то сюда клала! Не могли же ее демоновы камеристки обнаружить?

   — Чего потеряла? — раздался за ее спиной бодрый мужской голос.

   От неожиданности Аделина дернулась и пребольно ударилась головой об одну из полок.

   — Да что б его! — зашипела она, оборачиваясь, и сердито уставилась на стоявшего в дверях гардеробной Ксандера Вайленбергского. — Тебя нормально ходить не учили?

   — Конечно, учили, — тот кивнул, отчего пепельные волосы скользнули на плечи. — Я так и хожу — нормально, бесшумно.

   Сейчас Ксандер ни малейшим образом не напоминал холодного и надменного мужчину, каким казался на официальном приеме. Церемониальную одежду наследник Вайленбергского королевства, как и Аделина, сменил на удобные брюки и рубашку. На губах Ксандера играла легкая полуулыбка, а в глазах горел азартный огонек.

   Впрочем, Аделина и сама едва губы не кусала от нетерпения.

   — Так что ищешь-то? — повторил вопрос вампир.

   — Лопату! — девушка с досадой оглядела гардеробную. — Только не помню, куда ее запихнула.

   — Брось, у меня есть, — успокоил Ксандер, демонстрируя небольшой заплечный рюкзак. — Только на этот раз она все равно не пригодится. Так пошли. Нам бы хоть с местом сейчас определиться.

   — Да, пожалуй, ты прав, — признала Аделина и поморщилась. — Я пыталась искать сама, но больше ничего не обнаружила. Да и не давали мне особо копать. Незаметно не получалось особо, а на виду — только внимание привлекать.

   — Не проблема. Я маскировочный артефакт привез, — Ксандер вынул из кармана шипастый, мерцающий фиолетовыми искорками напульсник. — Мар-шаэсс, гномы делали. Почти четыре года за ним охотился. Реально редкая и древняя вещь, но работает безотказно: с этой штукой даже по крови не отыскать. Несколько зарядов там еще осталось, но сегодня он не нужен. Мы просто сбегаем по-быстрому, посмотрим, где у вас тут что. А как всерьез за раскопки возьмемся, используешь.

   — Хорошо, — Лина кивнула и, взяв артефакт, запихнула на самую дальнюю полку.

   — Готова? — едва она вышла из гардеробной, уточнил Ксандер.

   — Конечно!

   — Тогда держись, — хмыкнул архивампир и, подхватив девушку на руки, выпрыгнул из окна.

   Испугаться Аделина не успела, только на миг дыхание перехватило от полета вниз. Руки спружинившего на землю вампира держали крепко и бережно. И осознание этого почему-то вызвало у нее странное, непривычное чувство стеснительности.

   — Куда дальше? — не отпуская девушку, поинтересовался Ксандер.

   — Направо, там розарий…

   Договорить Лина не успела. Архивампир рванулся вперед с такой скоростью, что мир перед ее глазами на несколько мгновений превратился в смазанные полосы. Когда же зрение восстановилось, оказалось, что они стоят прямо перед темной куполообразной оранжереей розария.

   — Здесь? — уточнил Ксандер.

   — Ага, — слегка растерянная от непривычного способа передвижения подтвердила Аделина, после чего была поставлена на землю.

   — Веди.

   Девушка глубоко вздохнула и взялась за ручку входной двери.

   — Надеюсь, внутри никого нет, — осторожно открывая, пробормотала она.

   — Никого, — заверил Ксандер и отрицательно качнул головой, отчего пепельные волосы в лунном свете засеребрились. — Я живых за несколько миль чую. Тут пусто.

   Оранжерея встретила их теплом, особенно ощутимым после ночной прохлады, и чуть влажным, наполненным ароматами роз воздухом. Ободренная словами вампира о том, что они одни, Аделина быстрым уверенным шагом двинулась в противоположный конец розария. Туда, где несколько лет назад отыскала свой первый и единственный трофей. А вскоре остановилась перед пышным кустом бледно-лиловых роз.

   — Смотри, вот это место, — она повела рукой перед собой. — Конкретно вот тут, под этим кустом, я откопала ту кость.

   Лина схватилась за ветки и слегка приподняла, указывая на точное место.

   Внезапно в нос Ксандеру ударил дурманящий запах крови. Вот только вместо привычной жажды вампир неожиданно ощутил странную глухую ярость, словно ранение обладательницы этой крови было недопустимо.

   — Блин! — ругнулась в то же время Аделина.

   — Что с тобой? — хрипло спросил он.

   — Палец о шип поцарапала. Ерунда, — девушка облизнула ранку, и та затянулась.

   А запах остался. И пусть объективно Ксандер понимал, что на шипе осталась лишь небольшая капля крови, для него эта капля сейчас казалась едва ли не океаном. Он погружался в этот океан, чувствовал его солоноватый привкус, тонул в багровом мареве, которое застилало глаза все сильнее…

   — Ксандер? Ты меня слушаешь, вообще?

   Эмоции недовольства Аделины вернули архивампира в реальность.

   — А? Конечно, — поспешно откликнулся он, напрягая слуховую память и заставляя себя вспомнить то, что говорила девушка. После чего уже уверенно кивнул и подтвердил: — Да, согласен. Если ты прикажешь садовникам взрыхлить землю, то последующие раскопки будут не так заметны.

   — Вот и отлично, — Лина улыбнулась. — Как раз днем предстоит прогулка с колобком в розарий, тут и обратим внимание на чахлость кустиков.

   — Колобком? — Ксандер слегка приподнял бровь.

   — Ну ты же видел принца дэлатерийского, — девушка слегка поморщилась.

   — Как непочтительно, — архивампир ухмыльнулся.

   Аделина в ответ только фыркнула и, развернувшись к выходу, потребовала:

   — Пошли. Тебе еще меня обратно в спальню поднимать.

   — Ага, — Ксандер, было, последовал за ней, но спохватился: — Иди, сейчас догоню. Только сделаю наш куст действительно слегка чахлым.

   — С магией осторожно, не спались, — предупредила Аделина.

   — Даже Охотник не почует, — заверил Ксандер.

   Хихикнув, девушка направилась к выходу. Он же склонился над кустом и, едва касаясь, провел рукой по веточкам, отчего листья на них тотчас печально поникли.

   Ксандер не солгал: этого воздействия не опознал бы ни один маг. Потому что он не насылал проклятие и вообще не воздействовал на розы темной магией. Вампир попросту вытянул из них часть жизненной энергии.

   Удовлетворенно оглядев дело рук своих, Ксандер улыбнулся и внезапно вновь ощутил шедший от куста тонкий, едва уловимый запах крови Аделины. Особенный запах. Запах, который он теперь точно не спутает ни с каким другим…

   «Да какого ж демона?! Я ведь не голоден!»

   Очнувшись, Ксандер обнаружил, что, замерев, глубоко, жадно вдыхает этот запах. И не выдержал. Отломил окровавленный шип, вынул из-под рубашки небольшой медальон с изображениями родителей и запихнул шип между ними. Только после того, как раздался щелчок, одуряющий запах исчез.

   Стараясь не задумываться о причинах собственной реакции на определенную кровь, Ксандер резко развернулся и едва ли не бегом помчался догонять Аделину.

   По счастью, и на обратном пути им никто не встретился, и спустя несколько минут оба уже стояли в спальне принцессы.

   — Жаль, что ничего толком не успели, — Аделина вздохнула. — А завтра вечером бал, точно времени не будет.

   — Не страшно. Главное, место осмотрели. А дальше я могу установить маяк телепорта и прийти через несколько дней, когда будет поспокойнее. Там уж никто нас не отвлечет. Нужно только твое разрешение.

   Девушка мигом оживилась.

   — Здорово! Я только «за»!

   Ксандер довольно улыбнулся. А потом вдруг сообразил: ему только что дали полный доступ на территорию Карминского дворца! Просто так, без задней мысли!

   И, с одной стороны, это был настоящий карт-бланш для вампиров на будущее, но…

   «А если бы на моем месте оказался еще кто-нибудь?»

   Мысль неприятно кольнула. Беспечность девушки в будущем могла ей очень дорого стоить, а Ксандеру почему-то очень не хотелось, чтобы с Аделиной что-то случилось.

   — Лина, — позвал он. — Пожалуйста, больше не веди себя так беспечно.

   — В смысле?

   — Я тебе вреда не причиню, но кто-то еще вполне мог бы воспользоваться таким шансом. Ты же всю защиту для меня только что отключила.

   — Э-э… упс, — Аделина растерянно посмотрела на вампира. — Надеюсь, папа не узнает…

   — Ну я уж точно не скажу, — заверил тот. — Ладно. Отдыхай и спрячь подальше артефакт. Главное, чтобы его не обнаружили.

   — Не обнаружат, — заверила Аделина. — Уж поверь, я даже от сестры вещи прятать научилась.

   — Впечатляет, — фыркнул Ксандер и, царапнув руку, оставил каплю своей крови около одежного шкафа.

   Короткое заклинание, и маячок готов. Неактивный, едва заметный, если специально не искать, но вполне способный дать архивампиру тонкий наводящий лучик для перемещения в эту комнату.

   — Ну, вот и все. Через несколько дней продолжим, — удовлетворенно произнес он и, кивнув Аделине на прощание, направился к окну.

   — Ксандер!

   Оклик девушки остановил вампира буквально в шаге от прыжка.

   Обернулся он сразу и вопросительно изогнул бровь.

   — Можно тебя… попросить кое о чем? — замявшись, выдохнула она.

   — Можно, — разрешил Ксандер, почему-то даже не задумавшись. — Что нужно?

   — Ты ведь… ну, можешь на людей влиять? Говорят, архивампиры на это все способны.

   — Да. Могу.

   — Так… — девушка собралась с духом и выпалила: — Повлияй на Самсона Дэлатерийского, пожалуйста! Я понимаю, что это опасно и может привести к дипломатическому скандалу, но если ты можешь незаметно, то…

   — Лина, просто скажи, что конкретно тебе нужно?

   Аделина неожиданно потупилась и еле слышно выдавила:

   — Чтобы… чтобы он завтра не попросил у отца моей руки. Я дико не хочу замуж. Тем более за этого мямлю. А официального повода для отказа нет и… — она подняла несчастные глаза и посмотрела прямо на архивампира. — Пожалуйста, Ксандер.

   На короткий миг глаза мужчины вспыхнули изумрудом. А потом он легко улыбнулся и, подмигнув, заверил:

   — Не переживай так. Не хочешь — не выйдешь. Это не проблема.

   И выпрыгнул из окна.

   Аделина с облегчением вздохнула и, успокаиваясь, уже с улыбкой направилась к кровати. Кажется, жизнь налаживалась.

   Правда, если бы она выглянула на улицу, то, пожалуй, сильно удивилась бы. Потому как архивампир без тени недавней улыбки прижался лбом к одному из деревьев, стиснув пальцы до хруста костей и пытаясь вернуть себе хотя бы часть самообладания.

   Самообладания, которое Ксандер утратил, осознав, наконец, как сильно влип. Что значит его демоново влечение к крови Аделины, отчего такая реакция на ее запах, и почему он не может ей отказать.

   Хотелось выть от бессилия, хотелось убить кого-нибудь, хотелось сделать хоть что-то, лишь бы найти выход. Но — увы. Впервые в жизни он чувствовал себя беспомощным, загнанным в клетку зверем.

   Лишь спустя четверть часа у Ксандера появились силы наконец-то отойти от дерева и подумать о насущных делах.

   «В конце концов все проблемы решаемы, а времени у меня много, — подбодрил себя архивампир. — Да и маяк установлен, так что переместиться сюда теперь не составит труда. Доступ к Аделине есть, и это главное».

   Ксандер тряхнул пепельноволосой головой и решительно направился к дворцу. Скоро новый день и много встреч, во время которых нельзя ни словом, ни взглядом, ни единым жестом или эмоцией себя выдать.

   А еще осталось одно важное дело: просьба Лины, которую он выполнит с огромным удовольствием.

   Глава 2

   Утром Аделина проснулась в замечательном настроении. Даже беспрепятственно позволила камеристкам упаковать себя в платье с тугим корсетом, подчеркивающим талию и грудь, которое, по их заверениям и восхищенным вздохам, должно было поразить потенциального жениха. Пусть никто до последнего момента не догадывается о том, что Лина хочет саботировать помолвку.

   Впервые за последние дни она чувствовала, что давящий груз этой самой помолвки почти исчез, а впереди забрезжила свобода. Теперь даже предстоящий день расшаркиваний с принцем-«колобком» не казался особенно страшным. Переживет как-нибудь! Главное, чтобы Ксандер смог выполнить ее просьбу.

   Ксандер… кто бы мог подумать, что архивампир окажется более живым и понимающим, чем все ее родственники? Общаться с ним было намного проще, чем даже с сестрой. И главное — разговаривать с Ксандером Аделине нравилось, тем более он единственный, кто разделял ее увлечения.

   Вспоминая события прошлой ночи, Лина невольно улыбнулась, а затем смутилась. Ведь ее с рождения учили, что вампиры — зло. Им нет доверия. Но Ксандер против нее ничего не замышлял и вообще вел себя предельно открыто и искренне. Лина это чувствовала.

   Да и вообще, война с вампирами осталась давно в прошлом. Все уже долгие годы живут в мире. Конечно, отец и брат еще помнят старые времена и вряд ли смогут избавиться от предубеждений. Но она, Лина, или тот же Ксандер выросли в спокойное время. Им друг друга ненавидеть не с чего.

   «К тому же мать Ксандера не вампирша, а полукровка: наполовину темная эльфийка, наполовину человек. Так что он вдвойне к людям лоялен должен быть», — мысленно заключила Аделина.

   Правда, даже при этих аргументах она понимала, что если отец узнает об их с Ксандером ночном общении, то все равно взбесится.

   Да кто угодно взбесится, если узнает, что архивампир уже несколько раз объявлялся прямо в ее спальне! Эх, жаль нельзя сообщить об этом Ведане. Как бы она тогда орала-а!

   Аделина стеснительно хихикнула и отправилась на завтрак. Из-за приезда высокопоставленных гостей его накрыли в большой пурпурной столовой. Утреннее солнце освещало сквозь цепочку стрельчатых витражей длинный, заставленный множеством блюд стол, во главе которого сидели отец и мама. По правую руку от отца устроилась шикарная брюнетка — бабушка не сняла иллюзию даже несмотря на то, что присутствующие здесь же архивампиры видели сквозь нее. А напротив вампиров расположилась делегация из Делатерита с королем Бальтазаром Четвертым в ее центре.

   Лина же по протоколу должна была сесть по левую руку от принца Самсона. Направляясь к своему месту, она позавидовала Ведане, которую устроили напротив, рядом с принцем Ксандером.

   «Да и вообще, кому нужен этот торжественный завтрак? — размышляла она. — Явно не отцу — он всю эту напыщенную светскую жизнь ненавидит. И не вампирам — они вообще большую часть нашей еды жуют лишь из вежливости. Неужели все устроили только ради делатерийцев? Но зачем? Чего такого отец нашел в их королевстве, спрашивается? Да, они соседи, но ведь не особо великие и значимые… нет, не понимаю я этой политики».

   Тем временем прозвучали очередные обязательные речи о том, как все счастливы собраться вместе, заверения о взаимной дружбе и уважении, и завтрак наконец начался.

   Утром Лина по обыкновению ела мало, так что едва касалась изысканных блюд, которые ставила перед ней прислуга. Ни запеченный фазан в медовом соусе, ни выпечка с шафраном и разнообразными начинками, ни десерт из груш, фаршированных миндалем, ее особо не интересовали. Особенно с учетом того, что рядом весьма активно и шумно поглощал все это Его Высочество принц Самсон.

   Одно радовало: сегодня он был на удивление молчалив и задумчив, и ограничивался лишь дежурными вежливыми фразами, не допекая Лину лишними разговорами.

   Правда, родители, напротив, радости от такой неожиданной перемены поведения Самсона не испытывали. То отец, то мама, и даже бабушка периодически поглядывали в его сторону. Да и король Бальтазар Делатерийский несколько раз бросил на сына странный взгляд. Только Ксандеру, казалось, было все равно: архивампир просто меланхолично жевал мясо, ни на кого не глядя.

   А вот сидящая напротив Ведана с подозрением косилась на Аделину, словно что-то подозревала. Но Лина в ответ только мило улыбалась сестре, всем видом показывая, что к странному поведению потенциального жениха никакого отношения не имеет. Вон, даже приоделась понаряднее, чтобы впечатление произвести! Так что ее винить уж точно не в чем! А у принца, может, несварение какое-нибудь, или сон дурной приснился. Вот и молчит, думает.

   Впрочем, когда завтрак подошел к концу, Самсон все-таки слегка оживился.

   — Ваше Высочество, вы ведь не забыли о своем обещании показать ваш розарий? — обратился он к Лине. — Вчера я расспросил слуг, и они так вдохновенно о нем рассказывали, что теперь я просто не могу уехать, не увидев это чудо собственными глазами.

   Взгляды всех королевских семейств и придворных дружно устремились на Аделину. И та не стала их разочаровывать, с обворожительной улыбкой сообщив:

   — Конечно, Ваше Высочество. Я с удовольствием покажу его и предупреждаю: если вы ожидаете увидеть обычные розы, то будете разочарованы.

   — Замечательно! — обрадовался Самсон и начал подниматься.

   — А вы, Ксандер, еще не передумали к нам присоединиться? — Лина вопросительно посмотрела на архивампира.

   — После столь интригующего обещания? Напротив, теперь мне стало еще интереснее, — заверил тот и тоже поднялся. — Я уже предвкушаю эту прогулку.

   — И все же это так удивительно — влечение к розам у вампира, — прокомментировала Ведана, одновременно почему-то вновь наградив подозрительным взглядом сестру.

   Вот все-таки явно она что-то чуяла! Только не могла понять, что… к счастью. Архивампира-то не просмотреть даже прорицательнице.

   А Ксандер, понимая это, лишь еще больше развеселился.

   — Это все благодаря матушке, — изобразив на лице обворожительную клыкастую улыбку, сообщил Ведане он. — От нее мне передалась некоторая сентиментальность. Вы ведь знаете, что подверженность сильным эмоциям — фамильная черта Антеро?

   Ведана растерянно моргнула — такого ответа она точно не ожидала. Да и родители тоже! Отец и Его Величество Артур Вайленбергский дружно поперхнулись, после чего Артур наградил сына сердитым высверком глаз.

   Аделина же едва сдержалась, чтобы не хихикнуть. Поняла, что Ксандер, судя по всему, еще и на нервах у своего отца решил поиграть зачем-то. И, резко поднявшись, чтобы не дать повода отвлекшемуся Самсону себе помочь, заявила:

   — В таком случае, пойдемте на прогулку! Погода изумительная!

   — А вы не составите нам компанию? — предложил Ведане Ксандер и вежливо протянул ей руку, помогая встать.

   Руку архивампира та принимала с совершенно непроницаемым видом, но отказать не смогла. Воспитание не позволило.

   — Конечно, — выдавила Ведана. — Безусловно.

   И они вчетвером под облегченными взглядами родителей покинули столовую. Причем если Лина с Самсоном просто шли рядом, то Ксандер руку Веданы так и не отпустил, уверенно расположив у себя на локте. И ведь наверняка знал, что принцесса вампиров не выносит! Но словно специально ее изводил.

   Зачем? Это Аделина поняла, когда ненадолго получившая свободу при выходе из дворца Ведана наградила ее мученическим взглядом и мысленно взвыла:

   «Как мне избавиться от этого упыря?!»

   «Ты же говорила, что упырями называть их не вежливо», — не удержалась от язвительной шпильки Лина.

   Однако отказывать в помощи сестре не стала, тем более это входило и в ее планы. Поэтому вслух произнесла:

   — Сестренка, может, о розах нашего розария Самсону подробнее ты расскажешь? Я не так сильна в ботанике, к сожалению, и цветами могу лишь восхищаться, а ты их как раз наоборот, очень любишь.

   — Да, конечно, — с облегчением выпалила та и сама подскочила к оживившемуся принцу-«колобку» поближе.

   Аделина же с Ксандером одновременно, не сговариваясь, притормозили и таким образом оказались за их спинами.

   — Ваше Высочество? — улыбнувшись, он предложил руку.

   — Благодарю, Ваше Высочество, — с такой же улыбкой ответила Лина, принимая ее и мысленно аплодируя сообразительности архивампира.

   В столь короткий срок довести сестру и избавиться от ее лишнего внимания даже у Аделины редко когда получалось!

   А теперь, благодаря Ксандеру, можно наслаждаться спокойной прогулкой по солнечному саду и не вслушиваться в непрерывную трескотню принца Самсона о том, какие редкие сорта роз растут в его оранжереях, как дорого они ему обходятся и как восхищаются ими гости.

   Наконец все четверо подошли к высокой арке, увитой алыми плетистыми розами, за которой начинался знаменитый королевский розарий. Ведана потянула за ручку двери, и та бесшумно открылась, пропуская внутрь.

   — Вот мы и на месте, — произнесла она, посторонившись.

   Самсон шагнул внутрь и замер, впечатленный. Даже Ксандер одобрительно хмыкнул. И было отчего! Сейчас, при солнечном свете, розарий выглядел куда более величественно, чем ночью.

   Под огромным куполом росли розы всех возможных и невозможных цветов: от белоснежных и синевато-лиловых до багряных и золотистых, будто впитавших само солнце. Некоторые бутоны мерцали, словно наполненные звездной пылью, а лепестки других были так тонки, что просвечивали насквозь.

   Насыщенный тягучим сладким ароматом воздух дрожал от едва уловимого перезвона, словно каждая роза тихо пела свою собственную песню.

   — Это… это волшебство, — с запинкой произнес принц.

   — Каждый цветок здесь выращен с помощью древнего заклинания, известного только нашим садовникам, — с гордостью произнесла Ведана.

   — Так пойдемте же внутрь, я хочу увидеть их все! — выдохнул Самсон и в нетерпении двинулся вперед, увлекая за собой Ведану.

   Переглянувшись, Лина и Ксандер последовали за ними. Все шло ровно так, как они и планировали. Оставалось лишь пройти по дорожке вперед, поддакивая Самсону и дружно восхищаясь цветами, чтобы почти в самом конце розария вдруг услышать озабоченный возглас Веданы:

   — А это что такое?

   И остановиться около наполовину увядшего розового куста.

   Среди пышущих жизнью цветущих собратьев он выделялся настолько, что не заметить было невозможно. Лиловые цветы поникли, а листья начали желтеть.

   — Позвольте, я посмотрю, — тотчас подскочил к кусту Самсон и, быстро его оглядев, сообщил: — Недостаток питания и видимое истощение. Полагаю, у него что-то случилось с корнями.

   — Кто-то их подгрыз? — ахнула Лина с самым обеспокоенным видом.

   — Вполне вероятно, — Самсон кивнул. — У вас здесь разве не стоит защита от землероек?

   — Вообще-то должна быть, — неуверенно протянула Ведана. — Надо будет сообщить садовникам. Еще не хватало тут подобной напасти.

   — Да-да, обязательно сообщите, — поддержал Ксандер. — У вас потрясающая коллекция роз. Нельзя, чтобы они пострадали. Потеря каждого экземпляра будет невосполнимой!

   Ведана недоверчиво посмотрела на архивампира, но на его обычно лишенном эмоций лице сейчас читалось выражение самого искреннего сопереживания. И во взгляде сестры впервые промелькнуло удивленное одобрение.

   Заметив это, Лина едва сдержала изумленный вздох. Сестра поверила! Действительно поверила в то, что архивампир всерьез любит розы! Ксандеру удалось обмануть одну из сильнейших прорицательниц!

   — Как?! — не выдержав, одними губами спросила Лина, когда Ведана и Самсон развернулись к выходу.

   «Мы можем быть очень убедительны, если захотим. Даже для прорицателей», — раздался в голове тихий смех. Ксандер улыбнулся и, вновь подхватив ее под руку, двинулся вслед за Веданой и Самсоном.

   Правда, на полдороге до дворца четверка все же разделилась. Ведана и увязавшийся за ней Самсон пошли искать садовников.

   — Ну, вот мы все и подготовили, — провожая их взглядом, довольно констатировал Ксандер. — Теперь можем копать когда угодно, хоть этой ночью.

   — Этой не получится. У нас же прощальный торжественный бал, — напомнила Лина и поморщилась. — Опять затянется допоздна, потом еще гости полночи по дворцу разгуливать и праздновать будут. В общем, только через пару дней тут все уляжется.

   — М-да, у вампиров с подобными мероприятиями все же попроще, — Ксандер покачал головой. — Но ничего. Значит, перемещусь к тебе через два дня…

   Он вдруг осекся, а лицо архивампира из живого и улыбчивого вновь застыло безжизненной маской. Лина быстро скользнула взглядом по округе и увидела, что на видневшееся впереди широкое мраморное крыльцо дворца выходит Его Величество Артур Вайленбергский. И пусть идти до крыльца оставалось еще прилично, Лина знала, что вампиры обладали острым зрением и слухом, а значит, все опасные разговоры следовало отложить на потом.

   К крыльцу они подошли чинно и неспешно, вышагивая по дорожке со всем присущим королевским отпрыскам достоинством. После чего Ксандер отпустил руку Аделины и, коротко поклонившись, вежливо произнес:

   — Благодарю за приятную прогулку, Ваше Высочество.

   — Рада, что вы оценили наш розарий. Надеюсь когда-нибудь увидеть и ваш, — откликнулась Аделина и заученно улыбнулась одновременно ему и Артуру Вайленбергскому. — Хорошего дня, Ваше Величество.

   — И вам, принцесса, — ответил тот. — Мы всегда рады гостям, так что возможность этого визита находится исключительно в руках вашего отца.

   «То есть, совершенно исключена, угу», — мысленно фыркнула Лина и заметила проскользнувшую на губах Ксандера мгновенную понимающую полуулыбку.

   Впрочем, формальный вежливый разговор ни к чему ее не обязывал, так что Аделина вежливо поблагодарила короля за приглашение и, извинившись, поспешила к себе. В отличие от мужчин, ей к предстоящему балу необходимо было начинать готовиться намного раньше.

   Проводив принцессу задумчивым взглядом, Артур покосился в сторону гуляющих неподалеку придворных и накинул вокруг себя с сыном полог тишины. После чего хмуро посмотрел на Ксандера и недовольно спросил:

   — Ты что за цирк устроил на завтраке? Какая, к демонам, любовь к розам и ботанике? Ты одуванчик от ромашки едва отличаешь.

   — Не цирк, — опроверг Ксандер. — Просто хотел произвести приятное впечатление на Ведану. Она так сильно не переносит вампиров, что, находясь рядом, это было невозможно терпеть. Зато теперь она смягчилась, хотя бы по отношению ко мне. Разве это плохо?

   Однако объяснение отца не удовлетворило.

   — Плохо будет через несколько месяцев, когда карминцы нанесут ответный визит в Вайленберг и никаких роз не обнаружат, — заявил он. — Тогда тебя возненавидят еще больше, посчитав лжецом.

   — Пф-ф, Охотник дочерей к нам никогда не отпустит, и ты сам это прекрасно знаешь, — беспечно отмахнулся Ксандер.

   — Верно. Но неужели ты думаешь, он забудет сегодняшний разговор и не решит поинтересоваться столь нетипичным увлечением для архивампира сам? — раздраженно ответил отец. — Да демона с два. Анхайлиг не упустит возможность для такой шпильки. А самое паршивое, тогда он узнает, что архивампиры способны скрывать правду даже от сильнейших прорицателей людей. И все из-за твоей глупой мальчишеской выходки.

   Осознав проблему, Ксандер почувствовал себя виноватым. А это чувство он сильно не любил.

   — Ну, значит, построим розарий, — буркнул он. — Лично под контроль стройку возьму. Впереди еще полгода, должны успеть. Заодно маме подарок сделаем, уверен, ей понравится.

   — Хм… — отец неожиданно задумался. — Может, и впрямь понравится. Ладно, разберемся. А сейчас пошли, нас ждут на заключительный этап переговоров по землям кочевников.

   — Если бы заключительный, — Ксандер хмыкнул. — Вы с Анхайлигом Дикие земли и Андолину уже больше двадцати лет делите, и все никак.

   Дикие земли, наполненные кочевниками, и впрямь были огромным бесхозным куском лакомой территории, разделяющей Вайленберг — королевство вампиров, и Карминию. Артур, которому справиться с кочевниками не доставляло особых проблем, почти заключил соглашение с прошлой королевской династией Карминии о том, чтобы те отдали ему маленький граничный городок — Андолину. Тогда у него бы появился веский повод под видом избавления от опасности для сородичей и объединения королевских границ эти земли захватить.

   Но весь план архивампира рухнул, когда карминская династия оказалась практически полностью уничтожена, и вместо глупого внушаемого королька на трон взошел Анхайлиг. Темный архимаг вампиров не переваривал со времен давней войны, к тому же обладал куда более острым умом, чем его предшественник. План Артура он раскусил сразу же и напрочь отказался продавать Андолину вампирам. Причем, занятый сначала восстановлением Алтели — столицы, пострадавшей от нападени демонов, а затем наведением в ней порядка, в войну с кочевниками Анхайлиг ввязываться не имел возможности. Но и вампирам Дикие земли просто так отдавать не желал. Так и тянулась эта история уже много лет.

   И, как правильно отметил Ксандер, в ближайшее время заканчиваться не собиралась.

   Артур поморщился и с неудовольствием глянул на сына, но тот лишь развел руками. Мол, а я-то что сделать могу? Против Охотника мы бессильны.

   Архивампиру оставалось только мысленно ругнуться на давнего врага и признать, что в данном случае он действительно бессилен. И ведь даже смерти Анхайлига хрен дождешься! Тот являлся жрецом Посланницы бога смерти Грента богини Мораны, а значит, сам не помрет.

   — Пошли, — проворчал Артур. — Хотя бы продление нейтралитета подпишем. Потом будешь свободен до прощального бала. И не забудь на него надеть парадный мундир, нам семейство Охотника с помолвкой поздравлять.

   — Ага. Помню, — кивнул Ксандер, мысленно улыбнувшись.

   После ночной беседы с принцем Самсоном, которую тот, разумеется, не запомнил, на сегодняшний бал он придет с легкой душой.

   * * *

   А вот в душе Аделины с каждым часом все сильнее росло напряжение. Конечно, она надеялась на то, что Ксандеру удалось выполнить ее просьбу, но не волноваться все равно не могла. Тем более, когда среди прибывающих во дворец гостей появился старший брат.

   Родрика Аделина любила, но его прибытие являлось еще одним доказательством того, что одним балом дело не ограничится. Архимагу магической академии не так просто было ее покинуть: каждый выезд должен был иметь весомый повод и оговаривался с заместителями заранее. Отсюда следовал неутешительный вывод: отец не просто надеялся на возможность помолвки, он был абсолютно уверен в том, что принц Самсон Делатерийский попросит сегодня руки Аделины.

   Наряжаясь, Лина с неудовольствием вспомнила о последнем разговоре с отцом.

   — Нам нужно укрепить связи с дэлатерийцами, дорогая, — в ответ на возмущение Аделины, объяснял тот. — Замуж против воли никто тебя выдавать не станет, но эта помолвка нам выгодна хотя бы на словах. Так что, если Самсон все-таки сделает предложение, пожалуйста, не отказывай. Скажи «да» сейчас, а дальше будет видно.

   И Аделине пришлось согласиться. Хотя даже так, на словах, связывать себя с «колобком» она не хотела. Ну потому что противный он! А после помолвки пришлось бы лететь в Делатерит с ответным визитом, где непрерывно принимать знаки внимания и терпеть прикосновения принца. Может быть, даже поцелуи!

   Однако, когда Аделина заикнулась об этом Ведане, сестра лишь неодобрительно фыркнула.

   — Ты слишком придирчива, — упрекнула она. — Ну да, Самсон полноват, но характер у него нормальный. А ведь это как раз самое главное в человеке. Тем более в принце! Я бы на твоем месте…

   — Так пойди и встань на мое место, — перебив, огрызнулась Аделина. — Хорошо говорить, когда тебя это не касается.

   — Рано или поздно коснется, не переживай, — спокойно парировала сестра. — Никто из членов королевских династий не женится по любви. Только во имя долга.

   — Да ну? А папа с мамой? — парировала Лина.

   — Это исключение, которое лишь подтверждает правило. К тому же они были женаты еще до того, как взошли на трон. А твой титул уже при тебе.

   — Нужен он мне, титул этот, — буркнула Лина. — Куда лучше было бы без него.

   — Глупая ты еще, — в ответ бросила Ведана.

   На том разговор и закончился.

   Не поддержала Лину даже мама, слово в слово повторив слова отца о том, что: «Это всего лишь помолвка, дорогая, а не свадьба. Замуж без твоего согласия никто тебя не выдаст».

   Понял Аделину лишь Ксандер. Понял и согласился помочь. Единственный. Один из тех, кого вся семья учила лишь опасаться. Один из тех, кого ее учили убивать.

   Резко выдохнув, Лина отбросила неприятные мысли. Ксандер вызывал у нее только положительные эмоции. А если внушение архивампира сработает до конца, и Самсон не сделает ей предложения, Лина и вовсе готова считать Ксандера лучшим другом. И плевать на всех остальных!

   «Ну а со своей стороны мне стоит поменьше попадаться «колобку» на глаза, чтобы лишний раз не провоцировать», — решила она.

   Глава 3

   К сожалению, план Аделины почти сразу дал трещину. Несмотря на то, что огромный тронный зал был заполнен до предела, исчезнуть из поля видимости ей не удалось. Сначала пришлось под надзором вездесущей Веданы пройти вместе с «дорогими гостями» все официальные церемонии и выслушать все торжественные речи. А затем, когда заиграла музыка и гости потянулись танцевать, Лина даже шагу в сторону от семьи сделать не успела, как в голове раздался голос отца:

   «Далеко от Самсона не отходи. Танцуешь сегодня только с ним, поняла? Это очень важно!»

   «Да, пап», — уныло откликнулась она и с кислой улыбкой приняла руку принца-«колобка», которого буквально подтолкнул к ней король Бальтазар.

   Танцевал Самсон под стать своим габаритам — неуклюже и не особо хорошо. И если первые два танца были медленными, то на третьем, более быстром, он даже слегка задыхаться стал.

   Почувствовав, что это ее шанс, Аделина сразу по окончании музыки заявила, что ей надо немного передохнуть и поправить прическу. Самсон ожидаемо отказываться не стал. Наоборот, с видимым облегчением откланялся и поспешил к столикам с освежающими напитками и закусками.

   Лина же быстро огляделась и, улучшив момент, когда отец отвлекся на разговор с каким-то министром, а Ведана пошла на новый танец, скользнула за портьеру. Самое сложное позади! Теперь осталось лишь пробежать по галерее до конца и войти в небольшой зал, обычно используемый ее отцом для личных встреч. Сейчас по понятным причинам здесь было темно и пусто.

   Аделина облегченно вздохнула. Удалось!

   Несмотря на то, что балы Лина любила, сегодня она готова была просидеть весь вечер в темноте, лишь бы не сталкиваться с отвратительным дэлатерийцем снова.

   — Надеюсь, отец будет занят разговорами и хотя бы в ближайшее время обо мне не вспомнит, — прислушиваясь к грянувшему из-за стены новому вальсу, тихо пробормотала она.

   И тут же испуганно вздрогнула, увидев у окна, ведущего в галерею, мужской силуэт. Мгновение паники «неужели?..» сменилось облегчением, едва Аделина смогла разглядеть вошедшего. Не отец. Не брат. Всего лишь Ксандер.

   — Привет, — архивампир, похоже, изначально знал, что девушка находится здесь. — Что ты тут делаешь одна?

   — Тише ты, — прошипела Аделина и призналась: — Прячусь.

   — Хм. Так не любишь танцевать? — подходя ближе и тоже понизив голос, полюбопытствовал Ксандер.

   — Наоборот, люблю, — Лина тоскливо вздохнула, а затем поморщилась. — Но к «колобку» не пойду.

   — Почему именно к нему? — не понял он. — У вас ведь полно гостей.

   — Угу, полно. Только меня ультимативно заставляют все танцы отдавать исключительно Самсону. Я уже трижды с ним танцевала, я не могу больше! — Аделина сердито притопнула ногой. — Вот, едва вырвалась из-под всеобщего надзора под предлогом небольшого отдыха.

   — Н-да. Проблема, — Ксандер хмыкнул.

   А потом вдруг поклонился и, приглашая, протянул ей руку.

   — Что? — Аделина изумленно моргнула. — Танцевать? Здесь? С тобой?

   — А почему нет? — архивампир легко улыбнулся. — Никто же не видит. Давай, я неплохо танцую. Кажется.

   — Кажется? — Лина фыркнула.

   — Ну-у, когда-то меня этому учили, — чуть поморщившись, сообщил Ксандер. — Но практиковался я нечасто. Давай, заодно и проверю, помню ли я хоть что-то.

   От его шутливого тона всякая неловкость у Аделины как-то сама собой исчезла, и она уже уверенно приняла руку вампира. А что? Почему бы и нет, собственно? Даже мысли о том, что отец бы это не одобрил, принцесса отбросила. Ксандер прав: все равно ведь никто не видит.

   Спустя мгновение они уже кружились в вальсе под плавную музыку в лунных лучах пустого зала. И с первых же шагов Аделина поняла, что Ксандер изрядно скромничал насчет своих якобы слабых успехов. Партнером он оказался идеальным. Вел уверенно, умело, так, что Лина просто скользила и наслаждалась самим танцем, не думая ни о чем.

   Она даже глаза прикрыла, чувствуя лишь легкие направляющие касания и ритм. Не видя ни окутавшего их мерцающего маскировочного полога, ни пробежавших по галерее встревоженных стражников, ни полыхающих болезненным изумрудом, устремленных на нее и только на нее глаз архивампира…

   Пока доносившаяся из тронного зала музыка не стихла.

   Вальс закончился, а с ним пропало и внезапное волшебство момента.

   Аделина очнулась, будто вынырнув из зыбкого сна, и осознала, что замерла посреди зала в объятиях архивампира. А тот держит ее непозволительно близко для светской дистанции, почти интимно.

   И чувствуя, как его руки сжимают ее талию, Лина ощутила, как сердце заколотилось быстро-быстро, а по коже пробежали мурашки. Щеки вспыхнули от запоздалого смущения. Счастье, что в зале было темно!

   — Кажется… музыка закончилась, — выдавила она почему-то дрогнувшим голосом.

   — Да. Закончилась, — произнес Ксандер с легкой хрипотцой и снова замолчал.

   Лина подняла глаза и столкнулась с изумрудным взглядом, в котором читалось что-то… ненасытное. Будто Ксандер тоже только что очнулся от того же сна и теперь боролся сам с собой. И в этой напряженной тишине Аделина осознала пугающую вещь: ему не хотелось ее отпускать.

   А самое страшное — она тоже не хотела отстраняться.

   Однако архивампир все же медленно разомкнул объятия, и Аделина почувствовала, как холодок пробежал по коже там, где секунду назад было его тепло.

   Тьма вокруг стала почти ощутимой, как будто стены зала наблюдали за ней, осуждая мимолетную слабость. Аделина сделала шаг назад, чувствуя, как земля уходит из-под ног — не от головокружения, а от чего-то другого, куда более опасного.

   Правда, не успела она окончательно смутиться, как Ксандер спокойно, словно ничего особенного не произошло, произнес:

   — Пора возвращаться.

   Куснув губу, Лина все же не выдержала и зябко обхватила себя руками. Возможно, в том был виноват ночной воздух, проникавший сквозь открытые окна. Или…

   Резко выдохнув, предполагать что-либо иное она себе запретила. Ведь это был всего лишь танец! Такой же, как с кем угодно другим, даже с Самсоном.

   Однако от воспоминаний о принце-«колобке» на душе стало вдвойне гадко.

   — А, может, не пора? — пробормотала она.

   — Увы. Тем более тебя уже ищут.

   — Как ищут? Где? — Аделина нервно дернулась.

   Голова вмиг прояснилась, а сердце сжалось от страха, что кто-то мог увидеть все происходящее. Если отец узнает, то…

   — Не волнуйся, по галерее только стража пробегала, но я нас маскировочным пологом закрыл, — легко угадав ее мысли, успокоил Ксандер. — Однако против твоей сестры, которая отправила их сюда на твои поиски, этого уже будет недостаточно. А если ты не объявишься в ближайшее время, она сама придет.

   — Ее еще здесь не хватало, — Лина с досадой вздохнула.

   — В любом случае, переживать тебе не о чем. Я ведь обещал, что делатериец не сделает тебе предложения. Так что помолвки не будет.

   — Очень надеюсь, — на губах Лины появилась слабая улыбка. — Значит, осталось потерпеть только до конца этого вечера, и свобода.

   — Именно.

   — Ладно, потерплю. Пошли обратно.

   — Лучше вернуться по отдельности, — предложил Ксандер. — Чтобы никто не подумал ничего лишнего.

   — Да, ты прав, родителей нервировать не стоит, — спохватившись, согласилась Лина.

   — Иди первой. Я буду позже.

   Кивнув, Аделина быстро направилась к выходу из зала, и маскировочный полог вокруг нее рассеялся. Одновременно с этим Ксандер рванулся к окну и со всей возможной скоростью помчался в дальний конец парка. Когда его обнаружит отец, не должно возникнуть и тени сомнения, что все это время Ксандер находился именно там и в полном одиночестве. А в том, что его будут искать так же, как и Лину, архивампир не сомневался.

   Долго ждать и впрямь не пришлось. Отец объявился, как он и рассчитывал, и сразу начал с допроса:

   — Ты почему не в зале?

   — Знаешь же, что я не люблю светские танцульки, — равнодушно ответил Ксандер. — Тем более, весь тот зал нас на дух не переносит. Чувствовать все это и находиться среди них — не самое приятное занятие.

   — И тем не менее это часть нашей дипломатии, — напомнил отец. — К тому же сейчас состоится помолвка. Пошли.

   * * *

   Примерно такой же разговор состоялся и у Аделины. Едва она вошла в тронный зал, на нее вихрем налетела злющая Ведана.

   — Где тебя носит? — рыкнула сестра. — Что за игра в прятки? Стража с ног сбилась!

   — Не кричи, я всего лишь была в соседнем зале, — поморщившись, ответила Лина. — Просто решила отдохнуть от всей этой… показухи. Не знаю, с чего там стражники с ног сбивались, пусть зрение проверят.

   — Это не показуха, это часть твоей жизни. Отец ведь сказал тебе, что надо находиться рядом с Самсоном, а ты тут диверсии устраиваешь!

   — Да не устраиваю я ничего…

   — Угу, конечно. Пошли уже быстрее, — Ведана схватила ее за руку и потянула за собой.

   — Да куда торопиться? — фыркнула Лина. — «Колобок» уже после третьего танца с одышкой к столам отправился, не будет он сейчас танцевать.

   — Сейчас вообще никто танцевать не будет, — отрезала Ведана. — Да шевели ты ногами, отец нас ждет.

   «Неужели… помолвка?!» — от догадки по спине Лины пробежали ледяные мурашки.

   Но ведь ее не должно быть! Ксандер обещал, что ее не будет!

   Однако Ведана уже подтащила ее к трону, и принцессы встали по правую руку от отца. Тот сделал едва заметный жест рукой, и музыка в зале стихла.

   Взгляды придворных — и Аделины тоже! — как по команде устремились к королю Бальтазару Делатерийскому, его сыну и свите, которые медленно, торжественно, подошли ближе.

   Принц Самсон за время отсутствия Лины, к удивлению, успел переодеться. Его камзолы и раньше были весьма помпезны, но сейчас Самсон и вовсе блистал золотыми кружевами и вышивкой с драгоценными камнями, из-за чего выглядел уж слишком напыщенно. Особенно на контрасте с находившимся неподалеку Ксандером Вайленбергским, высоким, затянутым в темно-синий мундир с перевязью, на которой серебром была вышита коронованная виверна — герб их рода.

   «И пухлые руки Самсона не идут ни в какое сравнение с уверенными, сильными руками архивампира», — промелькнуло у Лины в голове.

   Вспомнив, как эти руки держали ее во время танца, а до этого еще и носили точно пушинку, Аделина почувствовала, как щеки вновь начало припекать, и поспешно перевела взгляд обратно на делатерийцев. О чем она только думает! Тем более, когда тут приближается катастрофа!

   А «катастрофа», точнее, делатерийцы, приблизившись, дружно остановились.

   Аделине стоило огромного труда растянуть губы в подобающей приличиям улыбке и не выдать внутренней неприязни.

   «Везет Ведане, — мысленно позавидовала она. — Ее предстоящая помолвка не касается! Вон, стоит с невозмутимым видом, как родители с братом. Или даже как вампиры…»

   Взгляд Лины невольно вновь скользнул в сторону Ксандера. Лицо принца Вайленбергского по-прежнему выглядело бездушной маской. Словно и не он еще недавно улыбался и подбадривал ее.

   А затем принц Самсон шумно глотнул воздух, будто собирался нырнуть в ледяное озеро, и сделал шаг вперед.

   — В-ваше Величество, — начал он, запинаясь, — я… я имею честь… то есть, мне выпала великая честь…

   Самсон замолчал, сглотнув. В зале кто-то сдержанно кашлянул. Король Бальтазар в явном раздражении за медлительность сына сжал кулаки, но промолчал — на этот раз он не мог вмешаться.

   Аделина перестала дышать. Неужели все-таки?..

   И тут Самсон выпалил:

   — Король Анхайлиг! Я прошу руки вашей дочери, принцессы Веданы! Клянусь честью, что буду беречь ее, как самый драгоценный дар, и что наш союз принесет мир и процветание обоим королевствам!

   Он просит руки… чьей?!

   Лина не поверила своим ушам.

   Как не поверили и все присутствующие!

   Во взгляде родителей промелькнула мгновенная растерянность, а Ведана так и вовсе вытаращилась на принца-«колобка», кажется, впервые в жизни потеряв над собой контроль.

   За спиной Самсона раздался подавленный стон Его Величества Бальтазара Четвертого.

   — Хм-м, — протянул отец, явно в спешном порядке пытаясь подобрать нужные слова. — Это предложение, принц, для нас оказалось, гм… весьма неожиданным.

   Самсон покраснел до кончиков ушей, однако сделал еще шаг к трону:

   — Я понимаю, что оно внезапно, Ваше Величество, но… но я уверен, что наш союз мог бы… то есть…

   — Принц Самсон, — Анхайлиг поднял руку, мягко прерывая его. — Ты — достойный юноша, и Делатерийское королевство — наш давний друг. Поэтому мы обещаем серьезно отнестись к этому предложению и рассмотреть его.

   Аделина едва не расхохоталась: это было еще лучше чем то, на что она надеялась! Словно где-то наверху кто-то из богов услышал крики Лины о несправедливости и прислал Ксандера, чтобы установить ее. Чтобы, как Лина и мечтала, сестра на себе ощутила всю прелесть королевского долга, о котором столько твердила! И чтобы отец тоже это прочувствовал сполна. А то старшая дочь у него, значит, в любимицах неприкосновенных ходит, а ей, Линой, он дырки в своей политике затыкает! Сам заварил эту кашу — вот пусть сам и выкручивается!

   Аделина с удовольствием слушала, как отец пытается избежать прямого отказа, который просто не мог дать ближайшему союзнику при всех.

   — К тому же вы с Веданой едва знакомы, — убеждал он. — Вам, несомненно, стоит лучше узнать друг друга.

   — Безусловно, Анхайлиг, — вмешался король Бальтазар, наконец вновь обретая дар речи. — Полагаю, нашим детям и впрямь необходимо получше узнать друг друга, чтобы точно увериться в своем выборе.

   Не сложно было догадаться, что он и сам ошарашен заявлением собственного сына, и теперь так же всеми силами пытается сгладить столь неприемлемое предложение. И глядя, как два попавших впросак короля-сводника словесно расшаркиваются друг перед другом, Лина не выдержала. Бросила быстрый радостный взгляд на Ксандера и мысленно выпалила: «Спасибо, спасибо, спасибо!»

   На его губах проскользнула мгновенная мимолетная улыбка.

   «Я ведь обещал, — коснулся ее сознания ответный тихий шепот. — А архивампиры всегда держат слово».

   Да, держат. В этом Аделина теперь окончательно убедилась. И когда переговоры закончились, устремилась в зал с легким сердцем. Жалела она теперь только о том, что с Ксандером еще раз потанцевать не удастся — отец запрещал контакты с вампирами. Хотя… а если бы разрешил, осмелилась бы она снова? Учитывая свою неожиданно эмоциональную реакцию на их танец?

   Пожалуй, все-таки нет. Точно не в нынешнем взбудораженном состоянии.

   Но ничего. Аделина понимала, что легко найдет партнера и без него. Ведь теперь она свободна от обязательств и наконец полностью счастлива!

   Совсем другие чувства испытывала Ведана, вынужденная теперь довольствоваться обществом принца Самсона. После озвученного предложения руки и сердца, тот не отходил от потенциальной невесты ни на шаг. Видимо, всерьез решил последовать совету «узнать друг друга получше».

   Но почему? Неужели Самсон так проникся рассказами Веданы о розах, что счел общее увлечение куда большим доводом для женитьбы именно на ней, нежели договоренность родителей о сватовстве к Аделине?

   Ведана даже рискнула спросить, почему. Но почти сразу об этом пожалела, услышав:

   — Вы настоящая принцесса, пример достоинства и изящества. Я искренне и всем сердцем полюбил вас, Ведана. И смею надеяться, что со временем вы ответите мне взаимностью. А ваша сестра… она замечательная девушка, не подумайте ничего дурного. Но несколько, гм, энергична. К сожалению, наши характеры совершенно не совпадают. Я боюсь, ей будет со мной, гм… не так комфортно. Совсем другое дело — вы. Я еще в розарии почувствовал родство наших душ.

   «Точно розы», — обреченно поняла Ведана.

   Хотя ей все равно казалось странным столь смелое решение обычно слабовольного принца. И пророческий дар до последнего утверждал, что помолвка пройдет, как и запланировано, с ее сестрой! Это ж насколько сильно принцу надо было влюбиться, чтобы так резко, одномоментно изменить собственную судьбу?

   Ведана сжала веер в руках, чувствуя, как шелковые ленты впиваются в кожу. Подумать только, родство душ! В розарии! Если бы принц только знал, что ее «страсть» к розам — всего лишь уловка, придуманная, чтобы сбежать от архивампира!

   Уловка, о которой Ведана теперь очень сильно жалела.

   Если бы она знала, что эта уловка приведет к подобному «взрывному» эффекту, то не отошла бы от Ксандера Вайленбергского ни на шаг!

   «Но ты не знала. Не почувствовала. Твой дар впервые тебя подвел!» — с досадой и раздражением на саму себя констатировала она.

   — Ваше Высочество, — осторожно начала Ведана, — но ведь вы почти не знаете меня. Разве можно быть уверенным в своих чувствах так быстро?

   Самсон улыбнулся с мягкой настойчивостью, которая не оставляла ей надежды на быстрое избавление.

   — Сердце не подчиняется времени и разуму, — с придыханием произнес принц, словно цитируя любовный роман. — Оно выбирает само. И мое выбрало вас.

   «О, боги, да он и правда верит в эту чепуху», — осознала Ведана обреченно и резко подняла взгляд:

   — А если я скажу, что не разделяю ваших чувств?

   Тот замер, будто не ожидал столь прямого вопроса. Но через мгновение лицо Самсона вновь озарилось той же настойчивой уверенностью.

   — Тогда я буду ждать. До тех пор, пока ваше сердце не оттает.

   Это было хуже, чем она предполагала. Раз принц настроен настолько серьезно, Аделина останется свободной, а значит — в опасности. Ведь пророчество не просто так требовало ее скорейшего бракосочетания. Без этого союза…

   Ведана едва не застонала, однако отказать Самсону не имела права. Не сейчас, когда еще оставалась надежда хотя бы отправить делегацию в Делатерит!

   «Ждать? — мысленно повторила она. — Что ж, мне тоже придется ждать».

   И слегка склонила голову:

   — Вы очень… целеустремленны, Ваше Высочество.

   В этот момент оркестр заиграл плавный менуэт, и Самсон, воспользовавшись моментом, протянул руку:

   — Не лишите меня счастья, принцесса.

   Отказаться без причины значило бы проявить грубость, а это было недопустимо. Поэтому Ведана согласно положила пальцы на его ладонь.

   Танцевать с Самсоном оказалось утомительно. Как и рассказывала Аделина, он двигался неумело, теперь абсолютно соответствуя прозвищу «колобок». А кроме того, каждый поворот, каждый шаг сопровождал восхищенными взглядами.

   — Вы изумительно танцуете, — отвесил комплимент Самсон.

   — Благодарю вас, — ответила Ведана механически, мечтая о том, как быстрее закончить этот дурацкий танец.

   — Ваше платье напоминает мне те самые розы, о которых вы рассказывали.

   «Двайна Пресветлая, да хватит уже о розах!» — мысленно взвыла Ведана, но губы сами сложились в любезную улыбку:

   — Как поэтично, Ваше Высочество. Хотя, признаться, я не задумывалась о подобном сходстве.

   — А еще мне кажется, что вы…

   Ведана перестала слушать. Ее внимание привлекла фигура в противоположном конце зала — Аделина, окруженная свитой молодых дворян, звонко смеялась над чьей-то шуткой. Свободная. Беззаботная. Совершенно не подозревающая о том, что пророчество уже начало искажаться.

   — …и потому я уверен, что наша встреча была предопределена свыше! — закончил, тем временем, Самсон, и в его голосе вновь прозвучала несвойственная ему решимость.

   К счастью, в тот же момент стихла и музыка.

   — Простите, я немного устала и хотела бы отдохнуть, — поспешно сказала Ведана.

   — Да, да, конечно. Я провожу вас, — тотчас засуетился Самсон и, подхватив ее под руку, повел к диванчикам и столам.

   Даже здесь отделаться от него не получилось!

   Заботу принца-«колобка» Ведана принимала с показной благодарностью, мысленно вновь и вновь проклиная собственную недальновидность.

   Время для нее тянулось невыносимо медленно. Каждый час, каждая минута в обществе Самсона казались испытанием на прочность. Приходилось отвечать на его любезности, поддерживать беседу о погоде, придворных сплетнях и, конечно же, о розах.

   Нет, ну надо же, как Самсона на них переклинило!

   А принц ловил каждое ее слово, каждый взгляд и улыбался при каждом удобном случае, словно искренне веря, что его чувства вот-вот будут разделены.

   Когда наконец часы пробили третий час ночи, и гости начали расходиться, Ведана почувствовала почти физическое облегчение.

   — Надеюсь, этот вечер доставил вам такое же довольствие, как и мне, принцесса? — провожая ее к выходу из тронного зала, поинтересовался Самсон.

   — Благодарю, бал был прекрасен, Ваше Высочество, — ответила Ведана, уже с трудом удерживая на губах положенную этикетом улыбку.

   А принц разулыбался широко и совершенно искренне:

   — Счастлив слышать. Буду с нетерпением ждать новой встречи.

   — И я, — кивнула Ведана и поспешила покинуть тронный зал.

   Все пошло не так, как планировалось. Совсем не так.

   Глава 4

   Наблюдая за тем, как Аделина счастливо кружилась и буквально парила по залу, ведомая партнерами по танцу, Ксандер испытывал двойственные чувства. Смотреть на счастливую девушку он мог непрерывно. Однако от вида того, что к Лине прикасаются чужие руки, и улыбается она другим, а не ему, в архивампире закипала злость.

   Благо, отец и остальные вампиры задерживаться на балу не захотели и решили покинуть его раньше официального окончания. Учитывая то, что вампиров люди особо не жаловали, это никого не удивило, зато Ксандеру позволило хотя бы отчасти успокоиться.

   Правда, почти сразу пришлось напрячься вновь, ибо едва они с отцом вернулись в гостевое крыло, закрытое магией от чужих ушей, тот задумчиво произнес:

   — И все же это было очень странно. С чего бы мальчишке срывать практически утвержденную помолвку?

   Ксандер с деланным равнодушием пожал плечами.

   — А я вот ничего странного в том не вижу. Ты ведь видел, как не похожи Аделина и Ведана? Аделина — вся в Анхайлига, вспыльчивая, резкая. А Ведана спокойная и рассудительная. Розы любит, опять же. Делатерийцу она намного ближе по характеру. А Аделину он просто боится. Не удивительно, что, вопреки изначальному решению отца, Колобок выбрал Ведану…

   — Кто? — удивленно переспросил отец. — Колобок?

   — Это Аделина Самсона Делатерийского так прозвала, а я услышал, — пояснил Ксандер.

   — Н-да. Ну допустим. Но почему он это сделал вот так, на виду у всех?

   — Это как раз очевидно и понятно любому парню, у которого есть властный отец, — хмыкнул Ксандер.

   — Да ну? — Артур Вайленбергский слегка прищурился. — Объясни.

   — Пап, ну ты же видел Самсона. Это мягкотелый парень, на которого явно давят. Самсон просто был в отчаянии и, понимая, что в обычном разговоре от отца ничего не добьется, увидел единственный шанс для себя хоть что-то изменить.

   — Бунтовать против семьи, значит, вздумал?

   — Ага. В меру своих весьма ограниченных возможностей, — Ксандер кивнул. — Я, кстати, Колобка вполне понимаю. Пожалуй, на его месте я сделал бы так же.

   — Да ну? — на губах отца промелькнула легкая усмешка, а в глазах сверкнули ледяные искорки.

   Почувствовав, что тема становится слишком опасной, ибо даже намек на возможный бунт в своей семье отец бы точно не потерпел, Ксандер тотчас поправился:

   — Слушай, ну речь об избраннице. О жене, одной на всю жизнь, с которой тебя связали боги. Никто из нас не согласился бы идти против своей природы и вместо той, что предназначена свыше, жениться по указке родителей на ком попало. Я эти человеческие заморочки с договорными браками вообще не понимаю. Хорошо, что у нас такого нет.

   Взгляд отца чуть оттаял:

   — Да. Тут ты прав, — признал он. — Хотя люди за свою жизнь могут жениться и не единожды, так что они менее категоричны в этом вопросе. И, кстати, так же не понимают нас. Для них поиски вампиром своей алианты — несусветная глупость, а невозможность иметь детей от кого-либо, кроме нее, вызывает лишь искреннее соболезнование такому ограничению.

   Ксандер скривился. Затем вспомнил о собственных проблемах, непосредственно связанных с этими самыми «ограничениями», и в душе опять зашевелился комок злости и горечи.

   — Скорее, искреннюю радость и пожелание всем нам поскорее из-за этого ограничения передохнуть, — буркнул он.

   — Не дождутся, — хохотнул Артур и, ощутив отголоски эмоций сына, ободряюще похлопал его по спине. — Мы все находим своих избранниц. И ты ее найдешь, не переживай.

   — Угу.

   Ксандер мысленно ругнулся сам на себя. Надо быть осторожнее и следить за проявлением эмоций при отце! Хорошо, что сейчас он истолковал их неправильно, но в следующий раз может так не повезти!

   Опасный разговор необходимо было срочно завершать.

   — Ладно. Пойду я, отдохну от этой человеческой толпы и буду собираться, — произнес он. — Мы ведь рано утром вылетаем?

   — Да, — подтвердил отец. — На рассвете, чтобы лишний раз не пересекаться с толпой придворных и гостей. Сам от них уже устал.

   — Вот и отлично. — Удовлетворенно кивнув и стараясь сдерживать излишнюю поспешность, Ксандер отправился в выделенные ему покои.

   Жаль, что он не мог так же уйти от собственных мыслей! Мыслей, которые стремились к Аделине.

   Избранница. Алианта. Та, что предназначена каждому вампиру богом смерти и загробного мира Грентом.

   Согласно легендам, когда-то очень давно он сжалился над человеком, потерявшим возлюбленную, и даровал ему возможность вернуть избранницу с того света. Дар Грента изменил мужчину — слишком много он впитал тьмы и магии смерти. Так появился первый вампир. С той поры любой человек, которого касалась воскрешающая сила вампира, становился подобным ему, хотя и не настолько сильным. И в этом крылась обратная сторона божественного дара. Да, ряды простых низших вампиров могли пополняться за счет обращения людей, однако Высшим вампиром можно было только родиться, причем исключительно от одной определенной женщины. Таково было условие их бога.

   Кроме того, статус ребенка напрямую зависел от статуса родителя. У низших вампиров рождались только низшие, у Высших — либо низшие, либо Высшие. Архивампир же мог появиться только в семье ветви правителей и лишь единожды. Именно поэтому их было так мало и становилось все меньше.

   Конечно, существовал и плюс: связь с алиантой делала вампира намного сильнее. Однако чем сильнее становился вампир, тем более остро он эту связь чувствовал.

   Как и ее потерю.

   А уж люди уничтожением избранниц без возможности их последующего воскрешения не брезговали! И если низший, в котором магии практически нет, мог просто годами оплакивать гибель любимой, то Высшего вампира его же собственная сила без алианты сводила с ума.

   И даже сейчас, когда Ксандер лишь почувствовал отголосок связи с Аделиной, он уже не мог найти себе места, находясь от нее вдали. Что же будет, когда он ее признает? Глядя в глаза, произнесет…

   Ксандер резко оборвал сам себя.

   Анхайлиг ненавидит вампиров. Попытка забрать и обратить в вампира его дочь закончится бойней похлеще давней Кровавой Сечи. Так рисковать Ксандер не мог, даже ценой собственной жизни.

   Однако он все равно хотел видеть Аделину. Ксандера тянуло к ней, и при мыслях о том, что скоро придется ее оставить, почти физически ломало. Он не мог улететь, не навестив девушку. Под любым предлогом!

   И Ксандер не выдержал, выскользнул из гостевого крыла, а вскоре уже стоял под окнами принцессы.

   Почти с облегчением увидел тусклый свет в ее покоях. Лина не спала. Замечательно!

   Уверившись, что девушка одна, он привычно подпрыгнул и спустя мгновение уже стоял в спальне.

   Лина, которая только недавно отпустила камеристок, сидела за туалетным столиком в накинутом поверх ночной рубашки халате и задумчиво расчесывала свои и без того гладкие волосы. Несмотря на насыщенный вечер спать ей не особо хотелось: количество адреналина все еще зашкаливало. Однако чем себя занять, Аделина не знала. Поэтому, когда за спиной внезапно материализовался Ксандер, она тотчас подскочила, даже не скрывая радости. Сердце девушки невольно забилось сильнее, заставив ее даже смутиться.

   — Что-то случилось? — спросила Лина, мысленно одернув сама себя. — Я уж думала, что мы теперь больше не встретимся. Вы же рано улетаете.

   — Ага. Вот и пришел попрощаться, — сообщил Ксандер, чувствуя внутреннее удовлетворение от того факта, что Лине нравится его общество, и невольно начиная улыбаться в ответ. — Ну и заодно решил, что надо на всякий случай проверить мой артефакт. Посмотреть, как он на тебе сработает, и, если что, поправить, чтобы потом не тратить на это время.

   — О? Давай! — глаза Аделины загорелись.

   Мар-шаэсс был тотчас извлечен откуда-то из глубин шкафа, после чего взгляд принцессы вновь устремился на Ксандера.

   — И как он работает?

   — Видишь, браслет состоит из двух частей? — начал объяснять тот. — Как только ты наденешь его на руку, он создаст точную копию твоей ауры. После этого верхнюю часть ты снимаешь и кладешь на пол. Сама отходишь и — оп. Все следящие заклинания, что есть, остались на сгенерированной ауре. Реальная же ты для всех перестаешь существовать до тех пор, пока вновь не соединишь обе части браслета и не деактивируешь его.

   — Вау! — восхищенно выдохнула Аделина, но тут же с беспокойством уточнила: — А ты? Тебе что, маскировка не нужна?

   — Ни одного архивампира невозможно отследить, Лина, — Ксандер улыбнулся. — Даже мы можем только связаться друг с другом, и все.

   — А по крови?

   — Слишком много Тьмы в ней. И… вторая ипостась блокирует.

   При последних словах он чуть запнулся, но Лина понимающе кивнула.

   — Знаю, наслышана, в обморок при мысли о вашем газообразном состоянии, в отличие от сестры, не падаю.

   — Газообразном?! — поперхнулся Ксандер. Так его еще никто не называл! — Аделина, это Тьма проявленная! Это…

   — Да, да, круть неимоверная, убийственная, и все такое, — отмахнулась та. — Но по факту, со стороны — дымное, подкопченное облачко.

   — Лина!

   — Чего? И не сверкай на меня глазюками, Ксан. Не я ж виновата в том, что вы так выглядите? Уж извини, как есть, так и говорю.

   — Лина-а, — простонал Ксандер, не зная, то ли продолжать сердиться на нее, то ли смеяться. Потом обреченно махнул рукой. — Ладно, считай, как знаешь. Главное, отцу моему, или еще кому из наших такое не ляпни.

   — Пфф, конечно не ляпну, — заверила Аделина. — Я ж не дура, этикету обучена.

   — Только из-за этикета?! Лина, тебя ведь убить за такую дерзость могут!

   — Не убьют, — беспечно улыбнулась девушка. — Папа и брат не позволят.

   Ксандер хмыкнул и признал: да, не позволят. Потом в очередной раз осознал, что связался с дочерью Охотника, и почувствовал, как настроение стремительно падает куда-то в бездну.

   — Ладно, демон с ним, — архивампир тряхнул головой, отбрасывая неприятные мысли. — Активируй браслет.

   Аделина кивнула и тут же нацепила артефакт на правую руку.

   Он тоже не чувствовал Лину! Точнее, чувствовал копию, созданную браслетом. Подделку, а не реальную девушку!

   В душе шевельнулась злость. Захотелось немедленно сорвать с Аделины артефакт. Сломать, уничтожить…

   — Эх, чувствую себя прямо ущербной какой-то, — глядя на собственную иллюзию, пробормотала Лина.

   — Почему? — спросил Ксандер, с трудом заставив себя успокоиться.

   — Потому что у всех есть какие-то бонусы, — пояснила девушка. — Вот вас отследить нельзя. У темных эльфов на всех членах Высших Домов с рождения тоже маскирующее заклинание стоит. И только я хожу под кучей наблюдалок всю жизнь. Ни шага влево-вправо. Тоска.

   — Родители беспокоятся о тебе.

   — Угу. Беспокоятся, — Аделина грустно вздохнула. — Вон, темные эльфы тоже беспокоятся, между прочим. Однако когда Алеорн с Ланатиэль приезжали два года назад, они с собой старшую дочь брали — Лауриэль. Так, несмотря на заботу, на ней такое же заклинание Сокрытия стояло! И ничего. А мне вот только на артефакт и надеяться теперь. Эх.

   — Зато не потеряешься, — пробормотал Ксандер.

   В этот момент он, как ни неприятно было это признавать, полностью поддерживал позицию Охотника.

   Лина, правда, не оценила. Только поморщилась.

   В заключении они снова обговорили, что встретятся здесь через два дня, и Ксандер ушел. Разговор с Аделиной и осознание того, что та чувствует к нему симпатию, несколько приободрили.

   «А в крайнем случае, я могу переместиться к ней в любой момент. Из дворца Лина никуда не денется», — заключил он и, уже практически успокоенный, отправился отдыхать.

   Зато Аделине до спокойствия было далеко. Теперь, увидев, как работает Мар-шаэсс, она жаждала проверить гномий артефакт в деле. Неужели ее и вправду никто не почувствует? Ни отец, ни сестра?

   Желание зудело так сильно, что Лина не выдержала и вновь активировала браслет. Затем, решаясь, глубоко вздохнула и выскользнула из спальни.

   Поскольку заклинанием невидимости Аделина не владела, необходимо было соблюдать крайнюю осторожность. Оценив предстоящий путь до отцовского крыла, а также количество стражи и возможной прислуги, которых можно встретить по дороге, она отодвинула ближайший гобелен и открыла тайный ход. Так будет быстрее и надежнее.

   Обступившая темнота не пугала: заклинание ночного видения Аделина выучила одним из первых, так что уверенно зашагала вперед. Несколько минут, три развилки, и вот впереди замаячила нужная дверь, ведущая в кабинет отца. С другой стороны, как помнила Лина, дверь была замаскирована под тяжелое старинное зеркало в массивной оправе.

   Аделина прислушалась и, убедившись, что в кабинете никого нет, шагнула внутрь.

   В отцовском кабинете она бывала нечасто, поэтому помнила его плохо, и как в первый раз оглядывала просторное мрачное помещение с тяжелой дубовой, почти черной мебелью, массивным столом посередине и обязательной статуей Посланницы бога смерти Грента богини Мораны в углу. Отец был ее жрецом и, по возможности, практически каждый закат солнца старался проводить здесь, в кабинете, исполняя своеобразный ритуал почитания.

   Ну и заодно избавляя остальных от проявлений самого пика раздражения своего и без того не слишком доброжелательного характера.

   Впускать кого-то без дела отец крайне не любил, а входить без спроса и вовсе не разрешал. И сейчас, стоя в темном помещении совершенно одна, Лина чувствовала, как от нервного возбуждения по телу пробежала легкая дрожь. Если отец узнает, что она здесь, будет не просто рассержен, а крайне зол!

   Однако прошла минута. Другая. Третья. Даже спустя пять минут разъяренный папа на пороге не появился! А это значило, Ксандер не врал: артефакт действительно работал! Аделина для всех следящих заклятий сейчас по-прежнему находилась в собственной спальне!

   Не удержавшись, девушка хихикнула и закружилась по комнате, пожалуй, впервые в жизни чувствуя такое желанное и прекрасное чувство свободы. Пусть короткое, пусть временное, но тем не менее! И все благодаря Ксандеру.

   Был бы он сейчас рядом, сияющая от счастья Лина бросилась архивампиру на шею от благодарности! И…

   Наткнувшись на угол дубового стола, Аделина ойкнула, а затем прикусила губу, сообразив, куда занесли ее излишне радостные мысли. Нет, целовать Ксандера — это уже слишком. Вот прямо совсем.

   Она даже головой замотала, словно вытрясая их из себя. А затем внезапно услышала голоса и приближающиеся шаги.

   Страх пронзил тело сотней ледяных игл. Отец?! Неужели все-таки почуял?! Или просто появились срочные дела?

   Аделина рванулась, было, к зеркалу, но внезапно глаза статуи богини Мораны вспыхнули, и два белесых луча уверенно указали на дальнюю портьеру.

   От изумления Лина охнула. Несмотря на то, что о богах она знала, проявление божественного присутствия увидела впервые. И как быть? Логика требовала быстрее сбежать через тайный ход, в безопасность. Но ослушаться указания богини?..

   Ослушаться Аделина не могла. Просто не посмела. Поэтому, осознавая, что совершает непростительную, преступную глупость, все-таки шмыгнула за портьеру.

   А спустя миг дверь кабинета распахнулась, впуская отца, маму, бабушку, брата и Ведану!

   От изумления у Аделины даже страх ненадолго отступил. Чтобы все семейство посреди ночи внезапно собралось? Зачем? И, главное, почему без нее?

   В том, что Лину на семейный совет не позвали, сомнений не было: зайди сейчас к ней кто угодно даже из слуг, и афера с артефактом вмиг бы раскрылась. А об этом никто и речь не вел. Обсуждали все совершенно другое:

   — Все равно не понимаю, что случилось с этим мальчиком, — с возмущенными нотками говорила бабушка. — Мы ведь обо всем договорились!

   — Любовь с ним случилась, — огрызнулся отец. — Я разговаривал с Бальтазаром почти полчаса, а затем и с его сыном. Парень упорно твердит, что влюбился в Ведану едва ли не с первого взгляда. Бальтазар ругается, но сделать ничего не может.

   — Демоновы розы, — пробормотала сестра. — Это все они виновны, я уверена. Будь они неладны.

   — Да, про розы он тоже много говорил, — отец с шумом выдохнул и, Лина была уверена, с трудом сдержал ругательство. Даже его лицо перед внутренним взором встало, с чернющими от злости глазами.

   — И что теперь? — уточнила мама.

   — Поездка под угрозой срыва, — скрипнул зубами отец. — А ведь мы должны были получить доступ к их храмам под предлогом тщательного осмотра для церемонии! Но теперь я даже не знаю, чем это оправдать.

   — Тем же самым, — произнес брат. — Самсон ведь все-таки сделал предложение. Пусть и не Аделине, а Ведане.

   — Но для этого придется взять ее с собой, — парировал отец. — А я не хочу, чтобы Ведана покидала дворец.

   — Папа, я готова, если это необходимо, ты же знаешь, — вмешалась Ведана.

   — Знаю, дорогая, — отец вздохнул. — Но опасность для тебя слишком велика.

   — Времени у нас тоже не слишком много, — отметила сестра. — И я в любом случае не погибну, это бы мы все почувствовали.

   — Ведана говорит разумные вещи. Это будет всего одна поездка под охраной. И ты будешь рядом, — добавила бабушка. — А вот Аделине теперь точно покидать дворец нельзя. Шанс на обеспечение ее безопасности этой помолвкой потерян, и желание убийц добраться до девочки только возрастет.

   — Дорогая? — отец все-таки сомневался.

   — Я не рада такому исходу, — медленно произнесла мама. — Но, похоже, это единственный вариант. Тебе необходимо осмотреть все столичные храмы делатерийцев лично. Кроме тебя никто не сможет почувствовать и найти божественный источник, ты же знаешь. Даже Родрик хоть и силен, но…

   — Но он не жрец Мораны, — сурово заключила бабушка. — Божественные знаки для него незримы.

   — Угу, — подтвердил брат. — Я бы и рад, но толку от меня никакого. Мы ведь пробовали уже.

   Еще один тяжелый вздох и мрачное:

   — Ладно. Раз других вариантов нет, пусть будет так. Но мне это не нравится.

   — Это никому не нравится, — мягко и с легкой грустью заключила мама.

   И от этой грусти в ее голосе Аделине стало неуютно. А еще стыдно.

   Правда стыд быстро исчез под волной раздражения и обиды. Аделина, конечно, никогда особо не вникала в политику, но сейчас ощутила себя чужой. Все семейство собралось обсудить нечто очень важное! Какую-то тайну! Причем изначально тайна была связана с ее помолвкой и, более того, с какими-то убийцами! Но никто ничего ей не объяснил.

   Да может, если бы ей сказали, что помолвка нужна для прикрытия и безопасности, Аделина бы и не спорила, и не пыталась ее избежать! Но никто — никто! — ничего не сказал.

   Вот Ведане сказали, а ей — нет. Лину использовали втемную, как будто она глупый маленький ребенок. О безопасности ее пекутся, но при этом продолжают дружно скрытничать! Даже под угрозой срыва всех своих планов!

   «Ну и пусть, — сердито выдохнула Лина. — Сами виноваты. Раз не хотят ничего объяснять, пусть сами и выкручиваются. Ведану отцу жалко, понимаешь ли. Ничего, съездит сестренка в Делатерит, не переломится…»

   Она осеклась, потому что опасения за сестру все-таки были оправданы. Схожесть с мамой у Веданы была не случайной. Так выглядели все Голоса богини Сульхи Вершительницы судеб, которой поклонялись, и от которой получали указания инквизиторы. Каждый Голос Судии оберегали и держали в закрытой цитадели без возможности ее покинуть. Маме в свое время это удалось лишь чудом. А затем, чтобы не дать инквизиторам забрать ее обратно, отцу пришлось даже убить одного из них. И потенциальная вероятность того, что Ведана может повторить судьбу матери, заставляла семью быть крайне осторожной.

   «Но, в конце концов, Ведана все же будет рядом с отцом. А папа при необходимости еще и не одного Судию убить сможет», — успокоила себя Аделина и постаралась отбросить неприятные мысли.

   К тому же коварное семейство уже покинуло кабинет, и Лине тоже пора было уходить. Выскользнув из-за портьеры, она благодарно взглянула на статую богини и прошептала:

   — Спасибо.

   Если бы не вмешательство Мораны, Аделина не услышала бы этот разговор и до сих пор оставалась в неведении. А теперь она хотя бы знает, что происходит в семье за ее спиной.

   Возвращаясь в свои покои, Аделина сердито кусала губы. Нет, подумайте только! Даже богиня посчитала, что она достойна знать правду! А отец с мамой — нет. Эх, жаль, нельзя в лицо им высказать все, что Лина думает о таком недоверии! Если бы не угроза раскрытия и последующего отъема артефакта, она бы точно не удержалась!

   Аделина шмыгнула в спальню. Подняв с пола половинку браслета, деактивировала поддельную ауру и убрала Мар-шаэсс в тайник.

   Удивительная все-таки вещь! Ведь никто ее так и не обнаружил. Не почувствовал. Ни отец, ни три пророчицы!

   Только теперь Аделина начала осознавать всю ценность добытого Ксандером артефакта. Ведь Мар-шаэсс — величайшая находка для любого шпиона или… или убийцы. И если при наличии у ее семьи множества врагов подобным артефактом еще никто не воспользовался, то он не просто редкий — штучный! И как его умудрился достать Ксандер?

   Хотя как раз только он, пожалуй, и мог добыть подобное. Человеческим магам вряд ли под силу забраться к гномам в сокровищницу, а вот архивампиру — вполне.

   «Тем более у Артура Вайленбергского с гномами хорошие отношения, они там какие-то горы Вайленберга разрабатывают», — вспомнила, забираясь в кровать, Аделина.

   Вот во время очередной делегации Ксандер, видимо, и смог проскользнуть туда, куда не положено. Он вообще на диво способный и сообразительный. Вон, Ведану вокруг пальца обвел играючи, да и остальных тоже. Ведь никто даже не заподозрил постороннего влияния на Самсона Делатерийского. Все абсолютно уверены в том, что Колобок и впрямь влюбился.

   «А еще Ксандер отлично танцует…» — мелькнула последняя мысль уже где-то на границе с реальностью, и Лина окончательно провалилась в сон.

   Глава 5

   В своих предположениях Аделина была права. Чтобы завладеть артефактом Ксандеру и впрямь пришлось проникнуть в сокровищницу гномов. Для этого сначала в один из даров, которые делегация вампиров привезла во время очередного визита, он вплавил каплю своей крови, чтобы получить точное расположение этой самой сокровищницы. А затем, для прохождения трех защитных контуров, использовал вторую ипостась, которую магия гномов не смогла ощутить.

   О том, сколько это могло принести проблем, Ксандер в тот момент старался не думать. Просто надеялся на везение и на то, что королевскую сокровищницу не проверяют слишком часто. К тому же артефакт находился в дальней ее части и, судя по слою пыли, не использовался лет сто, а то и больше.

   И удача Ксандеру не отказала: артефакт удалось вывезти, а затем и активировать без проблем. Осталось два дня, и в руках архивампира появятся собственные кости демона.

   «А еще я снова увижу Аделину».

   Последняя мысль грела вдвойне, отчего Ксандер чувствовал себя по-настоящему счастливым. Даже отлет из Карминии его настроения не испортил, ведь в мыслях Ксандер уже вновь возвращался в ночную спальню Лины. Не удержавшись, он даже начал тихонько насвистывать веселый мотивчик, что не преминул заметить отец, правда, интерпретировав по-своему:

   — Так соскучился по дому?

   — Ага, — легко соврал Ксандер. — Политика все-таки довольно скучная штука. Даже розарий обдумывать и строить мне будет куда интереснее.

   — Хм…

   — Что? Я вправду хочу сделать маме приятно! Розы — это потрясающие растения, — весомо заявил Ксандер.

   — Ну-у хорошо, раз так, — пробормотал Артур и отошел, слегка озадаченный такой настойчивостью сына. Он до последнего не верил, что идею о розарии Ксандер озвучивал всерьез. Ни один архивампир на его памяти тягой к растениям не обладал, а тут — надо же! Собственный сын сподобился! И ведь не скажешь, что гены матери взыграли. Тень хотя и любила цветы, но не настолько, чтобы оранжереи делать.

   Впрочем, на долгие размышления о странных желаниях Ксандера у Артура не было возможности. Пользуясь тем, что в ближайшие часы Его Величество никуда с дракон-экспресса не денется, советники почти непрерывно подходили обсудить то одно, то другое, начиная от размера торговых пошлин на следующий год, до планируемого нового торгового пути через земли кочевников. В общем, под конец Арт думал только о том, как бы перекинуть все дела на брата и наконец отдохнуть.

   Спрыгивая с дракона, он искренне жалел, что не может просто плюнуть на всех и переместиться порталом сразу к жене. Точнее, Артур, конечно, мог бы, и никто из вампиров слова бы не сказал на такое пренебрежение церемониалом торжественной встречи. Но в месте с ним был сын. Показывать Ксандеру дурной пример Артур не хотел. Поэтому только мысленно устало вздохнул и чинно направился к ожидающей их делегации.

   — Хм, а чего тут Ламинель забыла? — неожиданно тихо, но с нотками тревоги пробормотал шедший рядом Ксандер. — Она же последние лет шесть дворец не покидала…

   Но Артур уже и сам напрягся, заметив среди встречающих закутанную в черный балахон сгорбленную фигуру старухи. Древняя вампирша была жрицей их семьи, отвечающей за соблюдение традиций и озвучивание пророчеств. Прибытие ее в Драконью Лощину было действительно странным.

   Усталость мгновенно отступила, а шаги обоих архивампиров ускорились.

   — Ламинель? — приблизившись, Артур вопросительно посмотрел на нее. — У нас что-то случилось?

   — Хорошего дня, Ваше Величество, хорошего дня, мой принц, — с поклоном откликнулась та. — Событие и впрямь произошло. Очень значимое событие для всего королевства, о котором я хотела сообщить как можно быстрее, поэтому и поспешила сюда. Мой принц, — Ламинель перевела взгляд на Ксандера. — Я счастлива сообщить вам, что получила божественное знамение. Ваша алианта проявила себя. Вы можете начинать ее искать!

   Мгновение Ксандер смотрел на жрицу, осознавая ее слова, а затем едва не заскрипел зубами с досады. Старая карга все-таки почуяла то, что он так хотел скрыть! Хотя, конечно, с божественными предсказаниями не потягаешься.

   Но почему так рано? Что за невезение?

   — Невероятно! Так рано? Вот это везение! Поздравляем, Ваше Высочество! — одновременно счастливо загомонили окружавшие его советники.

   Даже отец, не сдержавшись, хлопнул сына по спине и воскликнул:

   — Это действительно замечательная новость!

   — Ага. С-спасибо, — выдавил Ксандер.

   — Ваше Величество! Прикажете созывать Венечный Бал? — тем временем уточнил кто-то из свиты.

   — Разумеется, — отец кивнул. — Теперь времени терять нельзя.

   — Сделаем со всей возможной скоростью, — наперебой заверили его вампиры. — Через два дня будем готовы!

   Два дня?!

   Ксандер мысленно выругался.

   Это рушило все его планы.

   * * *

   Аделина же планы строила с самого утра. Проснулась она, несмотря на насыщенную событиями ночь, рано и даже увидела из окна отбытие делегации вампиров. Пофантазировала, как вскоре проводит делатерийцев, а потом дождется прихода Ксандера и-и-и держитесь демонические кости!

   Чуйка у архивампира на покойников не чета человеческой, к тому же не зависит от поисковых заклинаний, которые могут ощутить маги из стражи или родители. А значит, многолетние поиски наконец увенчаются успехом. Должны увенчаться! И никому о них Лина теперь точно не скажет!

   «В конце концов у всех свои тайны, — утвердила она. — Раз от меня кучу всего скрывают, так и я на секреты право имею».

   В столовую Аделина вошла летящим шагом и с самым замечательным настроением. Вдвойне радовало, что завтрак сегодня был семейным, без посторонних, поскольку для делатерийцев предстоял торжественный прощальный обед. Можно было спокойно наслаждаться едой без опостылевшего принца-«колобка» и его свиты под боком. В тишине, думая о своем, а не о демоновых розах.

   — Хм, как интересно, — внезапно с удивлением прервала размеренный завтрак мама.

   — Ага, — поддержала ее Ведана. — Ну надо же, как парню повезло! Так быстро!

   — О чем вы? — как и всегда уточнил отец.

   В семье уже привыкли, что две прорицательницы первыми узнают все новости и зачастую начинают обсуждать их, забывая об остальных.

   — Наши дражайшие соседи из Вайленберга внезапно объявили, что созывают Венечный Бал, пап, — ответила Ведана. — Представляешь?

   — Да ну? — тот присвистнул. — Для Ксандера? Действительно быстро, повезло мальчишке. Артур алианту куда дольше ждал.

   — Ага, а их древнейший архивампир Левирон до сих пор ждет, хотя ему уже несколько сот лет, — хмыкнула бабушка. — Занятно, как распоряжаются их судьбами боги. Что ж, интересно будет посмотреть, кто достался этому мальчику. Артуру не повезло, так хоть у сына девушка должна быть нормальной вампиршей, да с огоньком.

   — И давно ты о судьбе вампиров Вайленберга беспокоишься? — фыркнул отец.

   — Ой, брось, мне просто понравился этот блондинчик, — отмахнулась та. — Такой милый, безобидный юноша, цветами увлекается, даже на вампира-то не особо похож. С ним, в отличие от Артура, у тебя точно проблем не будет. Все бы вампиры в таких выродились, стали бы безобиднее светлых эльфов.

   — Светлые эльфы не такие уж и безобидные, бабуль, — Ведана тихонько хихикнула.

   — В жизни, может, и да. А для нас, темных магов — очень даже безобидные, — парировала та. — Так что лично я желаю Ксандеру Валенбергскому скорейшей свадьбы и детей побольше. Таких же, как он сам.

   — Ну, если с этой стороны посмотреть, то, пожалуй, соглашусь, — с улыбкой кивнул отец.

   Аделина слегка поджала губы. Несмотря на то, что разговор ее не касался, почему-то стало неприятно его слышать.

   «А мы через два дня кости копать собирались», — с грустью подумала она.

   Увы, Ксандеру теперь будет не до костей. И не до Лины. У него там избранница, это куда важнее, чем детские забавы. Это взрослая жизнь.

   Вроде и надо было порадоваться за друга, но… не получалось.

   «Вокруг помолвки, разговоры о свадьбах и политических союзах — как это все скучно и уныло! — мрачно думала Аделина. — Ну почему мне не повезло родиться в какой-нибудь обычной семье? Сейчас бы поступила в академию магии и развлекалась вовсю, а не теряла единственного, с кем хоть ненадолго получилось отвлечься от проклятущего формализма и церемоний»!

   Спасибо, что Ксандер хотя бы успел избавить ее от жениха-«колобка»!

   Провожая делегацию делатерийцев и слушая, как отец обещает непременно в скором времени нанести им ответный визит вместе с Веданой, Аделина мысленно поблагодарила судьбу за это. А затем отправилась в комнату и вытащила из недр шкафа лопату. Вздохнула и решительно отнесла ее в розарий, бросив в ближайший кустарник у входа и поставив на давней детской мечте жирный крест.

   Она тоже попробует стать серьезной и жить взрослой жизнью, а Ксандеру пожелает удачи в поисках.

   «Надеюсь, бабушкины слова сбудутся, и избранница окажется его достойна».

   * * *

   Венечный Бал не являлся балом в буквальном смысле слова, ибо ни танцев, ни веселья на нем не было. Так поэтично назывались, по сути, массовые смотрины для любого королевского отпрыска. На него обязаны были явиться все свободные от отношений вампирши королевств, чтобы наследник мог как можно быстрее найти свою избранницу. Разумеется, если она была вампиршей.

   Если же алианты среди них не оказывалось, это значило, что наследнику предстоит искать ее среди людей. Или — в самом худшем случае — среди эльфов. Тогда в дело вновь вступала жрица семьи, стараясь почувствовать и подсказать, в каком из городов лучше начать поиски.

   Так в свое время случилось с Артуром Вайленбергским, и сейчас он очень надеялся, что сын этой участи не повторит. В конце концов и его отцу, и его младшему брату повезло обойтись только балом.

   И вот в течение следующих двух дней столица королевства Вайленберг стала центром притяжения множества женщин и девушек разного возраста и статуса. Все они стремились на огромную площадь, где в назначенное время должен был появиться архивампир Ксандер Вайленбергский и, оглядев их, сделать выбор.

   Или не сделать.

   «Но, надеюсь, этого не произойдет», — в который уже раз мысленно пожелал сыну удачи Артур.

   Тем более, что сам Ксандер, судя по мрачному виду все дни подготовки, похоже, в свою удачу не верил. Он вообще не проявлял никакого интереса к предстоящим смотринам, словно на встречу с собственной алиантой молодому архивампиру было наплевать. От разговоров с отцом на эту тему Ксандер ускользал и лишь на семейных обедах и ужинах изображал живость и внимание к словам матери о том, как украшают площадь и устраивают временные удобства для прибывающих вампирш. Мать Ксандер любил и не хотел зря тревожить.

   В общем, дурные предчувствия от излишнего равнодушия Ксандера терзали Артура все сильнее. Ну не может архивампир не желать найти свою избранницу! Это противоречит самой его природе!

   Оставалось надеяться, что вечер Венечного Бала все исправит.

   Вот только Артур и понятия не имел, что «исправлять» уже нечего.

   А Ксандер не мог ему этого сказать. Просто не мог решиться и не мог подобрать подходящие слова, чтобы все окончательно не испортить. Так что в обозначенный вечер мрачно нацепил парадный костюм и, сопровождаемый отцом, отправился на Бал фарса.

   Как и обещала мама, площадь и впрямь красовалась сиянием тысяч огней и непрерывно искрящимися в небе фейерверками. А на ней в напряженном ожидании ожидало множество молодых вампирш.

   Появление Артура и Ксандера Вайленбергских встретил одновременный шелест платьев и реверансов. Сопровождаемые восхищенными и почтительными вздохами архивампиры поднялись на центральное возвышение и расположились на двух стоящих рядом тронах. Артур повелительно взмахнул рукой и зазвучала медленная торжественная музыка. Девушки тотчас пришли в движение, начиная так же медленно и торжественно вышагивать вокруг постамента. Вся площадь одномоментно словно превратилась в огромную, сверкающую драгоценностями, пеструю от платьев воронку.

   Они шли, высоко держа головы и стремясь поймать взгляд Ксандера. Взгляд, в котором должны зажечься узнавание и интерес. Но…

   Артур вдруг понял, что Ксандер даже не пытается искать! Взгляд сына был рассеянным и устремленным вдаль, словно мыслями тот находился очень далеко отсюда. И это в такой-то важный момент жизни!

   — Какого демона, Ксандер? — тихо процедил Артур. — Мы сюда толпу вампирш ради тебя согнали, а ты даже не смотришь на них!

   — Угу. Не смотрю, — равнодушно согласился тот.

   — Ксандер-р! — Отец глубоко вздохнул. — Да какого ж демона с тобой творится?

   — Запоздалый переходный возраст. Или фамильное упрямство. Не знаю, — буркнул Ксандер. — Ты умный, придумай какое-нибудь объяснение сам, ладно?

   — Объяснение?! — Артур, не выдержав, уже в упор уставился на сына. — Ты хоть осознаешь свою ответственность перед королевством и семьей? Понимаешь, насколько это важно?

   Сердитые ноты в голосе отца Ксандер уже проигнорировать не мог.

   — Понимаю, — признал он. — Но ее здесь нет.

   — Ты даже не искал!

   — Я и так знаю. — Во взгляде Ксандера мелькнуло раздражение. — Здесь нет моей алианты. И не понимаю, чего ты так удивляешься. Сам-то сколько маму искал? И во сколько лет эти поиски начал?

   — Давай со мной не сравнивать, — рыкнул Артур. — Возраст тут ни при чем. Я жил свободно, только пока жрица нашей семьи молчала. Как только Ламинель сказала мне, что алианта появилась — я все бросил и начал поиски. Тебе она дала благоприятный прогноз сейчас. Так почему ты упрямишься?

   Ксандер тяжело вздохнул.

   — Да не упрямлюсь я, — устало сказал он. — Но здесь ее нет. Правда, нет. Моя алианта — не вампирша.

   Отец тихо выругался.

   Все-таки не повезло. Значит, придется идти длинным путем.

   — Ладно, — хмуро произнес он. — Завтра будем разговаривать с Ламинель.

   — А сейчас я могу идти? — впервые за эти дни во взгляде Ксандера, с надеждой устремившегося на отца, промелькнуло что-то живое.

   — Чуть позже, — буркнул тот. — Надо хотя бы для вида соблюсти традицию, иначе обзаведешься толпой разобиженных на пренебрежение вампирш. А я даже врагу такого не пожелаю.

   Представив такой исход, Ксандер ощутимо вздрогнул. Как-то он об этом и впрямь не подумал. Вмиг нацепив на лицо задумчиво-улыбчивое выражение, он принялся изображать интерес к проходящим мимо девушкам. В конце концов посидеть час-другой и впрямь несложно, а ночь впереди длинная.

   И большую ее часть Ксандер все равно проведет так, как хочется ему.

   * * *

   Это было сложно. Сложно не отвлекаться и стараться вникнуть в обсуждения родителями текущих дел за завтраком, а затем и за совместным обедом с министрами. Обычно на таких обедах Аделина сидела с отсутствующим видом и думала о чем-нибудь своем. Теперь же она вслушивалась в разговоры об очередных проблемах королевства с кочевниками, налогах, торговле и политической обстановке у соседей.

   Скучно. Нудно. Но важно для будущей «серьезной и взрослой» Аделины. Поэтому она терпела. Более того, за ужином даже сама вызвалась послезавтра съездить с отцом на встречу торговой палаты, когда мама сказала, что не сможет составить ему компанию из-за занятости в другом месте.

   Родственники удостоили Лину дружными взглядами, в которых кроме удивления промелькнуло сдержанное одобрение. А отец даже на похвалу расщедрился. В общем, спать Аделина отправилась гордая собой и усиленно отгоняя прочь мысли о том, как на самом деле ей все это не нравится.

   Понравится. Привыкнет и начнет находить что-то интересное даже в политике и экономике.

   «Главное начать, а там…»

   Внезапное чувство чужого присутствия выдернуло Лину из дремоты, заставив рывком вскочить на кровати. А затем с изумлением уставиться на Ксандера!

   И столкнуться с таким же ответным изумленным взглядом архивампира, разглядывающим ее ночнушку:

   — Лина? Ты спишь что ли? Мы ведь собирались сегодня кости копать.

   — Э-э, да. Но… я не думала, ты придешь, — пробормотала Аделина растерянно.

   — С чего это? — не понял Ксандер. — Я же сказал, что буду.

   — Но у тебя сегодня Венечный Бал. Поиск Избранницы и все такое, — Лина неопределенно взмахнула рукой.

   — Избранницы на Балу не оказалось. А «все такое» меня не интересует, я на «такое» уже давно насмотрелся, — отмахнулся Ксандер. — Так что, мы идем кости-то искать?

   — А… да, подожди немного, я соберусь только.

   Опомнившись, Лина спрыгнула с кровати и ринулась в гардеробную переодеваться.

   Наверное, она все еще хотела быть правильной. Но не сейчас. Сейчас в душе вновь зажглось радостное предвкушение, а в крови забурлило нетерпение, напрочь смывая остатки сна и все правильные мысли, которые Аделина вбивала себе в голову последние дни.

   О серьезном Лина подумает позже! А сейчас к ней пришел Ксандер. Пришел, несмотря на все свои важные дела! Значит, и дела Аделины подождут.

   Быстро нацепив первое попавшееся платье, а затем артефактный браслет, она вернулась к Ксандеру и бодро потопала к окну, бросив на ходу:

   — Я готова. Пошли.

   — Да. Сейчас. — Архивампир глубоко вздохнул, вновь подавив желание сорвать с Лины артефакт, и последовал за ней.

   Легко подхватив девушку на руки, он выпрыгнул из окна и помчался по знакомому маршруту к королевскому розарию.

   — Лопата там, в кустах, — когда они остановились у стеклянных дверей, произнесла Аделина и махнула рукой в сторону. Теперь она искренне радовалась, что, в стремлении отказаться от мечты, просто забросила лопату сюда, а не отнесла садовникам. Не пришлось тратить время на ее поиски!

   — Ага. — Поставив Лину на землю, Ксандер вытащил важнейший инструмент из кустарника. Затем открыл двери розария и галантно посторонился, пропуская девушку вперед. Густой аромат цветов тотчас окутал их плотным облаком.

   Тонкий серп луны поднялся уже высоко в небо и заполнял пространство вокруг рассеянным бледным светом, позволяя двум костеискателям уверенно идти, не прибегая даже к ночному зрению. И вскоре они оказались на месте.

   — Вот он, — прошептала Лина, указывая на памятный розовый куст, теперь уже почти совсем увядший.

   — Что ж, начинаем.

   Приблизившись, Ксандер сжал лопату и решительно воткнул в податливую рыхлую землю.

   Однако несмотря на то, что копать было легко, и куст оказался извлечен из земли довольно быстро, ничего, кроме нескольких небольших камешков и корешков под ним не обнаружилось. С сомнением оглядев приличных размеров яму, Ксандер принялся ее углублять, но вскоре остановился, понимая, что это бессмысленно. Война с демонами была не так давно, да и Аделина свой «трофей» обнаружила близко к поверхности. Значит, нужно копать не вглубь, а вширь.

   — Раскапывай соседние кусты, фиг с ними, — тихо произнесла Лина, придя к таким же мыслям. — Главное, потом успеть хотя бы как-то их обратно поставить и прикопать для видимости.

   Ксандер взглянул на нее. Пальцы Аделины слегка подрагивали от возбуждения, а глаза в рассеянном лунном свете казались абсолютно черными и, пожалуй, могли бы напугать обычного человека.

   Но не его. Архивампира они, напротив, манили и затягивали в темный водоворот, которому не хотелось сопротивляться. В котором хотелось утонуть. Умереть, чтобы не чувствовать собственного бессилия и…

   Ксандер резко выдохнул, заставляя себя вернуться в реальность.

   — Успеем. До утра еще полно времени, — заверил он и принялся копать дальше.

   Куст за кустом.

   Старательно. Усердно.

   Не позволяя безумию вернуться и подпитывая себя вторым, еще хоть как-то способным отвлечь желанием — поисками костей демона.

   А затем вдруг замер, ощутив, что лопата задела что-то твердое.

   — Что там? — вмиг отреагировала Аделина.

   Вместо ответа Ксандер легонько ударил лопатой снова и уже отчетливо услышал не привычный звякающий стук о камень, а тихий глухой скрежет.

   Не сдержав ликующего возгласа, Лина быстро присела, разгребая землю руками.

   И тогда они увидели ее.

   Кость была небольшой, наполовину пожелтевшей от времени, а наполовину обсидианово-зеркальной, будто отполированной тьмой. Хотя, пожалуй, так и было: в отличие от первой, старой находки Лины, эту часть демона явно жгло не обычное, а магическое пламя.

   Аделина осторожно подняла находку. Прикосновение к кости отозвалось неприятными мурашками и чувством мгновенного жара, будто та все еще хранила память об обрушенном на мертвого хозяина адском пламени. Хотя, может, это было простое самовнушение?

   Передав кость Ксандеру, Лина вопросительно посмотрела на него.

   — Что скажешь?

   Покрутив кость в руках, тот принюхался, затем неожиданно присел рядом с ямой и буквально уткнулся в нее головой так, что серебристые волосы рассыпались по земле. Сделал несколько глубоких шумных вздохов, а затем рывком поднялся и уставился на Аделину сияющими изумрудными глазами.

   — Скажу, что это офигеть, что такое! — выпалил Ксандер. — И что не было бы меня сейчас рядом, к тебе бы уже нагрянули инквизиторы!

   — Там еще кости есть? — Лина едва не подпрыгнула от радости.

   — До хрена! — подтвердил он. — Думаю… нет, я уверен, что можно будет собрать достаточно цельный комплект для того, чтобы потом поднять скелет!

   — Уау!

   — Но копать придется еще много, — предупредил Ксандер. — За день и даже за два не справимся, учитывая, что потом надо будет еще обратно эти все кусты рассаживать.

   — Ерунда! Через несколько дней отец с мамой и Веданой улетают в Делатерит. Тогда сможем тут хоть пол розария перекопать, бабушка сюда вообще не заглядывает, — с азартом поделилась Лина. Правда, почти сразу опомнилась и смущенно добавила: — Ну, если ты, конечно, не будешь занят.

   Ксандер легко улыбнулся и заверил:

   — Не буду.

   — Точно? — посомневалась Аделина. — А как же твои поиски алианты? Для вас ведь это важно…

   — У меня полно времени, и нашим раскопкам это не помешает, — заверил он. — В общем, не думай об этом. Лучше настраивайся на поиски. И не вздумай спать, когда я приду!

   — Да я теперь вообще, похоже, спать не буду, — поделилась Лина. — Какой тут сон вообще, когда рядом — такое!

   — Это да-а, — мечтательно протянул Ксандер. — Ладно, сейчас тогда давай я тут все в относительный порядок приведу и продолжим уже после отъезда твоих родителей. И насчет этой кости…

   — Храни ее у себя, — понимая, о чем он хочет сказать, сказала Аделина. — Так безопаснее будет.

   Да, она бы очень хотела оставить и эту находку, но понимала: слишком рискованно. И дело даже не только в родителях и сестре, которые могли учуять демоническую кость. Гораздо хуже, если нагрянут инквизиторы. Только архивампиры, находящиеся под покровительством бога смерти Грента, были вне их поля видимости. А значит, только у Ксандера кость гарантированно не будет обнаружена и уничтожена.

   Ну а в том, что скелетом демона он при необходимости поделится, Аделина не сомневалась. Она вообще больше не сомневалась в словах и действиях этого архивампира. Ксандер не причинит ей вреда, не обманет и не предаст. Лина не просто чувствовала, она была в этом абсолютно уверена, ведь у него уже было слишком много возможностей это сделать.

   Ксандер получил полный доступ во дворец. Ксандер находился рядом с Линой, когда она спала. Даже на руках ее держал несколько раз, вот как сейчас, на пути обратно в спальню, полностью пересекая даже личный уровень защиты. Но Аделина по-прежнему жива, а вампиры не штурмуют Карминию. Более того, Ксандер просто так, без обязательств, помог Лине избавиться от навязанного замужества.

   И какие еще нужны доказательства? Аделине — никаких! Их и без того более чем достаточно.

   Так что договаривалась с ним о новой встрече Лина с легким сердцем, а прощаясь, не выдержала:

   — Ксандер!

   — М-м? — тот, уже открывший портал, обернулся.

   — Я надеюсь, что тебе попадется хорошая Избранница и по характеру, и по… короче, нормальная вампирша, а не какая-нибудь проблемная эльфийка. В общем, желаю удачи, — смущенно завершила она.

   Взгляд архивампира полыхнул изумрудом. Лицо дрогнуло, на миг исказившись чем-то… Впрочем, промелькнувшую эмоцию Аделина не разобрала, лишь моргнуть успела, как на губах Ксандера заиграла привычная легкая улыбка.

   — Спасибо, Лина, — произнес он и исчез в портале.

   Глава 6

   Пытка.

   Это пытка — находиться рядом с Аделиной, слышать ее, чувствовать и не сметь ни взглядом, ни словом показать свое истинное отношение! Ему! Архивампиру, для которого запретов в принципе не существовало!

   Из горла Ксандера вырвался уже не сдерживаемый полурык-полустон. К счастью, около темного маяка, куда он переместился, никого не было, иначе точно последовали бы вопросы. Никогда до этого момента Ксандер не проявлял эмоций. Да он и не испытывал их настолько сильно!

   Ему нужно было отвлечься. Сбросить хотя бы часть напряжения!

   Открыв новый портал, Ксандер шагнул в тренировочный зал.

   К сожалению, несмотря на предрассветный час, он не пустовал. В дальнем его конце тренировались трое вампиров под руководством Даррена — главы королевской службы безопасности.

   Увидев Ксандера, все они тотчас склонились в почтительных поклонах, после чего троица поспешила покинуть зал, а Даррен приблизился, поприветствовав:

   — Ваше Высочество, хорошего утра. Не ожидал увидеть вас здесь в столь ранний час.

   «Я вот тоже не ожидал», — мысленно скривился Ксандер.

   Вслух же с деланным равнодушием бросил:

   — Привет, Даррен. Не обращай внимания, я так, размяться. Не спится после этого демонова неудачного Бала.

   И, схватив мечи, начал тренировку.

   Скорость, ветер… Ксандер ускорился на максимум, изматывая себя, в надежде, что хотя бы усталость позволит отдохнуть. Но достигнуть этой самой усталости архивампиру очень сложно. Даже спустя несколько часов он все еще был полон сил и, вконец разозлившись, с досадой отбросил оружие.

   — Вижу, вы не в настроении, — констатировал Даррен.

   Как оказалось, он до сих пор не ушел, а, облокотившись на одну из колонн, все это время наблюдал за Ксандером. Почему-то это разозлило. Проявление слабости даже при таком близком к семье вампире Ксандер допустить не мог. Отец и мама могли доверять Даррену сколько угодно, да и сам Ксандер знал, что вреда тот не причинит. Но, тем не менее, к этой части своей жизни подпускать никого не желал. Поэтому отрывисто выдохнул:

   — Не надо, Даррен. Ты правильно заметил, я не в настроении. И не желаю это обсуждать.

   Даррен не зря считался весьма проницательным вампиром. Он часто мог настоять на своем или вывести на разговор практически любого. Но сейчас лишь послушно склонил голову и предпочел немедля удалиться из тренировочного зала. Злость и опасность, которую пусть и не специально излучал Ксандер, заставили его всерьез встревожиться.

   Принц терял контроль. А потеря контроля архивампиром значила только одно.

   Даррен скрипнул зубами и быстрым шагом направился в крыло Артура.

   * * *

   Утро Аделина встречала в самом замечательном настроении. Даже несмотря на то, что остаток ночи не сомкнула глаз, она чувствовала себя бодрой и способной свернуть горы. О каком сне вообще могла идти речь после всего, что произошло?

   Ксандер от нее не отказался! Они нашли кости! А впереди ждут еще более глобальные открытия!

   Аделина с трудом сдерживалась, чтобы уже сейчас не ринуться вновь к розарию. Даже на прогулку отправилась в противоположный конец парка, чтобы случайно себя не выдать. Однако все внутри нее требовало действия — хоть какого-нибудь! И когда взгляд принцессы упал на плодовые деревья, ноги сами собой двинулись к ним.

   А почему бы нет, собственно? К примеру, вон те сливы, на верхушках, уже выглядят вполне созревшими!

   Сбросив туфли, Аделина подпрыгнула, подтянулась на ветке и шустро полезла на дерево. Благо, легкое летнее платье не мешало. Не прошло и пары минут, как Лина, устроившись между веток, вкушала первые сочные сливы.

   И была в этот момент абсолютно счастлива!

   — Ну вот, наконец, узнаю свою сестру, — внезапно раздался снизу знакомый голос. — А то в последнее время ты сама на себя не похожа. Я даже беспокоиться начала.

   Под деревом стояла привычно чопорная Ведана и с укоризной смотрела на нее.

   — Что значит, «не похожа»? — фыркнула Аделина.

   — Слишком серьезная и правильная ты стала.

   — Пф-ф, я что, не могу повзрослеть?

   — Можешь. Хотя, судя по тому, что я вижу сейчас, все же нет. Скорее, мои подозрения правдивы: ты что-то задумала и скрытничаешь, — Ведана подозрительно прищурилась.

   В душе Лины зазвенел тонкий колокольчик опасности. Она поняла, что и впрямь выглядит слишком странно со своими резкими метаниями от правильной Аделины до взбалмошной. Однако сейчас ей было что ответить.

   — А вы все как будто не скрытничаете, — огрызнулась Аделина и, спрыгнув с дерева, прямо уставилась на сестру. — Вы ведь с родителями первые от меня что-то скрывать начали. Я же не слепая и вижу!

   — Не понимаю, о чем ты, — Ведана с деланым равнодушием пожала плечами. — Если мы что-то и обсуждаем без тебя, то только политику, которой ты сама не интересовалась до последнего времени. Ну а я интересоваться обязана, как первая в очереди на престолонаследие, только и всего.

   «Врет ведь и даже глазом не моргнет!» — поняла Аделина, чувствуя, как в ней опять разгорается злость. Вслух же фыркнула, скривившись:

   — Политику? Это почему-то всегда «политика», когда речь заходит о моей судьбе!

   — О чем ты? — Ведана нахмурилась, но в ее глазах мелькнуло беспокойство.

   — Я слышала, как вы говорили о том, что мое замужество необходимо для того, чтобы решить какие-то наши проблемы, — выпалила Лина. — Но никто мне об этом и слова не сказал! Просто поставили перед фактом помолвки с Колобком и все!

   — Ты все неправильно поняла. Просто ты еще в таком возрасте… — попыталась смягчить тон Ведана, но Аделина уже закипела.

   — Ах, теперь мой возраст виноват? Для серьезных разговоров я мелкая, значит? Зато как выдавать меня замуж — так сразу взрослая становлюсь?! — зло выкрикнула она.

   — Да мы о тебе беспокоимся! Защитить пытаемся! — не выдержав, воскликнула и Ведана.

   — Защитить? От чего и кого? Как боевой маг я намного сильнее и тебя, и мамы! Это уж тогда я вас защищать должна!

   — Ты не понимаешь…

   — Да, не понимаю! Вот и объясни! — чувствуя, что сестра в кой-то веки дала слабину, продолжила наседать Аделина. — Какие у нас проблемы? Что от меня скрывают?!

   Но тут Ведана неожиданно отвела взгляд и, не свойственным ей тихим голосом, с запинкой произнесла:

   — Я… не могу этого сделать. Тебе лучше спросить у отца.

   От такой непривычной смены характера обычно всегда уверенной в себе сестры Аделина даже на миг растерялась.

   — Чтобы он сказал, что все в порядке и вообще это не мое дело? — по инерции буркнула она.

   — Ну сейчас это действительно уже не твое дело, — подтвердила Ведана бесцветно. — В конце концов помолвка тебе уже не грозит, так что это не имеет значения. Теперь тебе переживать не о чем. Развлекайся, как и раньше.

   «Не скажет. Никто из них», — окончательно поняла Лина и с бессильной досадой выдохнула:

   — А и буду! Буду развлекаться! И разбирайтесь со своими тайными проблемами сами, раз так, а я не желаю иметь с вами ничего общего!

   После чего развернулась и помчалась прочь от сестры, которая сейчас казалась более чужой, чем даже вампиры. Настроение резко испортилось, и Лине просто необходимо было остаться в одиночестве, чтобы успокоиться.

   * * *

   Осознавший, что тренировками спокойствия не достичь, а ненужное внимание это привлекает, Ксандер покинул зал и переместился в свое крыло. Сейчас ему как никогда требовалось одиночество и…

   Первый же взгляд, брошенный вперед, заставил архивампира недовольно прищуриться. У входа в спальню стояла Далая — его последняя любовница. Она была облачена в платье из серебристого шифона, подчеркивающее каждый изгиб стройной фигуры. Поза вампирши была безупречно почтительной: руки сложены перед собой, взгляд опущен, но в едва заметной полуулыбке читалась уверенность в том, что ее здесь ждут.

   — Ваше Высочество, счастлива видеть вас, — в голосе Далаи звучали томные вибрирующие нотки, которые раньше так нравились Ксандеру.

   А теперь безмерно раздражали!

   — Ты не звана, — холодно бросил он, проходя мимо.

   — Простите, — вампирша не подняла глаз, но сделала шаг вперед, следуя за ним. — Я лишь подумала, что вам, возможно, нужно отвлечься. Раз Венечный Бал окончился неудачей…

   Ксандер сжал зубы. Далая была удобна. Красива, хищна, она не требовала ничего, кроме удовольствия. И обычно этого хватало. Но сейчас даже запах ее духов — густой, сладкий, как перезрелый плод — вызывал у него отторжение.

   — Нет, — резко сказал он, даже не обернувшись. — Уходи.

   Невольно прорвавшиеся в голосе повелительные нотки заставили вампиршу вздрогнуть и исчезнуть в мгновение ока. Однако даже оставшись один, Ксандер не почувствовал облегчения.

   Не приносило спокойствия ничего!

   Ксандер хотел, жаждал вернуться обратно к Аделине.

   Перед внутренним взором до сих пор стоял образ Лины среди мерцающих цветов. Ее задорная улыбка и темный, затягивающий взгляд, от которого у Ксандера сжималось сердце. А еще запах лиловых роз, который теперь прочно ассоциировался исключительно с ней.

   Пожалуй, нужно найти именно эти цветы. Возможно, их запах подарит ему хоть немного спокойствия…

   Ощущение чужого присутствия вернуло Ксандера в реальность и заставило нацепить на лицо привычное беспечное выражение. А затем выйти из спальни навстречу к отцу.

   — Вижу, тебе не спится, — поприветствовал тот.

   — Ага, привет, пап, — кивнул Ксандер. — И хорошо, что ты зашел, я как раз хотел с тобой поговорить.

   — Что такое? — вмиг нахмурился Артур.

   Чутью Даррена он доверял, потому и поспешил разобраться с сыном. И сейчас был готов к откровенному разговору, но…

   — Хотел узнать, у нас есть кто-то, кто разбирается в розах?

   Артур изумленно моргнул. Вот всего он ожидал от теряющего самоконтроль Ксандера, но только не размышлений о цветочках!

   — Понятия не имею. Садовники есть, но насколько они разборчивы, даже не знаю, — пожал плечами он. — Никогда цветами не интересовался.

   — Ладно, сам поговорю. Может, из людей кого-нибудь толкового найду, — пробормотал Ксандер. — Да, лучше всего