Купить

Новый год в Эсфире: ёлка, магия и один упрямец. Елена Эйхен

АННОТАЦИЯ

Я — организатор праздников, приехала в магический город Эсфиру, чтобы подготовить главный новогодний фестиваль. Но сын правителя города с самого начала настроен против меня.

А когда ещё и магия выходит из-под контроля — леденцы начинают петь песни, гирлянды срываются с опор, а снежные духи устраивают настоящий хаос — нам приходится работать вместе и одновременно выводить друг друга из себя.

Но если мы не справимся до боя курантов, Новый год в Эсфире может не наступить вовсе.

ГЛАВА 1

Снег падал мягко и медленно, словно кто-то сверху встряхивал огромные пуховые подушки, создавая идеальный зимний вечер. Я стояла на ступенях старой станции и всматривалась в силуэт города, который меня ждал.

Эсфира… Город огней, магии и бесконечных историй. Место, где каждый праздник превращался в маленькое чудо.

Я глубоко вдохнула. Воздух здесь был особенным — холодным, но каким-то уютным, как объятие старого друга. Пахло свежей хвоей, ванильными булочками из уличных лавок и горячим шоколадом, который, кажется, продавали прямо на мостовой.

За спиной тихо скрипнули двери.

— Всё доставлено, госпожа Аэллина, — сказал возница-горбун, сгружая мой чемодан на снег. — Удачного праздника.

Я кивнула, благодарно улыбнувшись, и подхватила ручку чемодана. Первый шаг по мостовой отозвался лёгкой вибрацией в подошвах. Камни под ногами светились нежным голубоватым светом — магический поток, проходящий под землёй, согревал улицы и дарил им то самое сияние, которое можно встретить только в Эсфире.

Ладонь сама потянулась к шее, погладив мягкий шерстяной шарф — подарок мамы.

«Тебя ждёт новая глава, Аэллина. Не бойся».

Я улыбнулась своим мыслям, хотя сердце предательски колотилось. Меня пригласили сюда как лучшего «мага-декоратора», чтобы спасти главный городской праздник зимы. И, судя по письму с пометкой «Срочно», спасать там было что.

Мимо пронеслись сани — аккуратные, блестящие, с яркими гирляндами по бокам. Они мягко скользнули в воздухе, оставляя позади шлейф золотой пыли. Несколько ребятишек засмеялись, побежав следом и ловя искры ладонями.

В груди разлилось тепло. Вот он — город, где возможно всё.

Я подняла руку, останавливая пегаса. Он помог закинуть мой багаж, и вскоре транспорт уже нёс меня по заснеженным улицам. Дома проплывали мимо — то нарядные особняки с резными ставнями, то скромные лавочки с яркими вывесками. Улицы петляли, сужались и вновь расширялись, пока наконец не расступились, выпуская пегас на огромную главную площадь.

— Центральная площадь, барышня, — объявил водитель, притормаживая.

Я расплатилась и спустилась на мостовую, оглядываясь. Если сам город казался сказкой, то здесь царил настоящий кошмар декоратора.

В центре высилась полуготовая сцена с криво установленными подсвеченными колоннами. Повсюду валялись вскрытые коробки с магическим инвентарём, стопки перепутанных гирлянд змеились по снегу, словно цветные удавы. Рабочие бегали туда-сюда с таким видом, будто за ними гнались ледяные волки. Кто-то кричал, что «синий лёд» закончился, кто-то пытался закрепить огромную звезду, которая опасно кренилась влево.

Хаос. Абсолютный хаос.

И посреди этого безумия, словно скала в бушующем море, стоял Дэйрон Эверлин.

Сын правителя города. Главный распорядитель праздника. Я узнала его сразу — портреты висели даже в столице.

Он застыл возле огромных саней, высокий и широкоплечий. Чёрный плащ подчёркивал прямую спину, золотистые волосы припорошил снег, но он, казалось, не замечал холода.

О нём рассказывали столько, что хватило бы на целый сборник страшилок. Будто бы уволил прошлого декоратора за «недостаточно торжественный оттенок серебряного». Будто не умеет улыбаться. И будто — к сожалению — возмутительно хорош собой.

Последнее оказалось чистой правдой. Даже со спины от него исходила такая властная уверенность, что хотелось либо спрятаться в тени, либо немедленно сказать что-нибудь дерзкое.

Он обернулся резко, словно почувствовал мой взгляд.

Карие глаза сузились с раздражённым интересом.

Он сделал шаг навстречу, игнорируя суету рабочих вокруг.

— Вы… Аэллина из столицы?

— А вы — Дейрон? — я вскинула бровь, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Зима вас щедро украсила.

Крупная снежинка плавно опустилась ему на ресницы. Он даже не моргнул — просто смахнул её резким, отточенным движением.

— Вы опоздали.

Я демонстративно взглянула на часы на башне.

— На две минуты. Это не критично.

— Для Эсфиры критично всё, — отчеканил он ледяным тоном. — Ставка на эмоции, точность и атмосферу праздника должна быть безупречной. Мы не можем позволить себе расхлябанность.

Я прикусила губу, чтобы не усмехнуться. Ну и тип… Значит, про оттенок серебряного не врали.

— Раз вы так переживаете за атмосферу, начнём с того, что перестанем спорить, и займёмся делом, — парировала я, ставя чемодан на расчищенный пятачок брусчатки. — Судя по тому, что я вижу вокруг, времени у нас меньше, чем кажется.

Он нахмурился, но в уголке его губ мелькнуло что-то, отдалённо похожее на уважение. Или мне показалось?

— Не думал, что вы будете… именно такой.

— Какой?

— Уверенной.

Я чуть приподняла подбородок, глядя ему прямо в глаза.

— И это ещё вы меня не знаете.

Внезапно над нашими головами вспыхнула гирлянда — сама по себе, без всякой команды. Сначала один фонарь, потом второй, и вот уже целая дуга тёплых огней загорелась над нами, словно город решил вмешаться в наш разговор и поприветствовать гостью.

— Это не я, — тихо сказала я, поднимая взгляд.

— Я знаю, — также тихо ответил он, — Эсфира чувствует, кто приехал. — Он шагнул ближе, потом ещё, и я почувствовала тепло его дыхания на своей щеке. Гирлянды пульсировали в такт моему сердцебиению. — Знаете, что ещё чувствует город? — его голос стал низким.

Я не могла отвести взгляд от его губ. Вблизи они оказались неожиданно мягкими — контрастировали с жёсткой линией челюсти и холодным выражением глаз. Нижняя чуть полнее верхней, и когда он говорил, я замечала каждое движение.

— Что?

— Некомпетентность. — Огни вспыхнули ослепительно ярко, высвечивая его ледяную усмешку. — Я проверил ваше досье, Аэллина. Детские утренники в столице, украшение частных вечеринок для мелких торговцев... — он обошёл меня по кругу, как хищник. — Самое масштабное, что вы делали — свадьба какого-то купца третьей гильдии. И вы думаете, что справитесь с главным праздником Эсфиры? С магией, которая требует не просто расстановки гирлянд?

Я открыла рот, чтобы возразить, но он поднял руку и продолжил:

— Завтра в полдень. Покажете, на что способны. Когда провалитесь — а вы провалитесь — я лично отправлю вас обратно в столицу. На грузовых санях. С углем.

Он развернулся и зашагал прочь, бросив через плечо:

— Советую не распаковывать чемодан.

ГЛАВА 2

День выдался таким морозным, что даже воздух казался хрустящим, словно свежеиспечённая вафля. Снежные кристаллы вились спиралями, поднимаясь лёгкими вихрями над мостовой — город готовился к празднику, и всё вокруг будто светилось изнутри.

Я шла по центральной улице, крепко прижимая к груди планшет с чертежами. Сердце отбивало ритм чуть быстрее обычного. Казалось бы — работа как работа. Но сегодня всё ощущалось иначе: слишком много деталей, слишком мало времени и, честно говоря, слишком много людей, от чьих вопросов хотелось спрятаться под пуховым платком.

Я подняла глаза — над головой висели длинные гирлянды из крошечных магических сфер. Они тихо звенели, реагируя на моё настроение. Я улыбнулась. Ещё в прошлом году я была помощником, а сегодня — главный декоратор. Это, пожалуй, объясняло мою нервозность.

Но стоило мне свернуть за угол на главную площадь, как настроение споткнулось.

Возле огромного металлического каркаса будущей сцены стоял Дэйрон. Тот самый мужчина, который вчера ледяным тоном едва не заставил меня усомниться в выборе профессии. Он не просто разговаривал с рабочими — он командовал так настойчиво, будто все вокруг обязаны читать его мысли, прежде чем он откроет рот. Его высокая фигура в чёрном пальто резко выделялась на фоне праздничной белизны, а голос звучал так уверенно, что рабочие слушались беспрекословно.

Я на секунду замерла. Дэйрон стоял ко мне спиной, но я всё равно ощутила, как внутри что-то предательски дрогнуло. Не от симпатии, конечно. От раздражения. От того странного напряжения, которое возникает рядом с людьми, слишком уверено входящими в твоё пространство.

Я сделала решительный шаг вперёд, намереваясь заявить о своих правах на эту территорию, и тут же угодила ногой в рыхлый сугроб. Снег тут же доверху набился в ботинок, и я поёжилась.

— Прекрасное начало дня, — пробормотала я сквозь зубы, выдёргивая ногу.

Дэйрон обернулся. Наши взгляды встретились. В его глазах не было ни злости, ни ухмылки — лишь лёгкое удивление.

— Вы снова здесь, — произнёс он ровно, — Думал, сбежите после всего.

— Это вас не должно быть перед моими глазами, — парировала я, выпрямляя спину. — Площадь — территория декораторов. Если вы забыли.

Он чуть приподнял бровь, словно пробуя моё возмущение на вкус.

— Я здесь потому, что половина ваших подрядчиков не понимает, как закреплять силовые сферы. Хотите, чтобы вся конструкция рухнула вам на голову?

Я сжала планшет сильнее, чем требовалось.

— Я хочу, чтобы вы перестали вмешиваться, когда вас не просят. Я профессионал, Дэйрон. Хотите этого вы или нет. И я знаю, как работают эти крепления.

— Вы нуждаетесь в помощи, — спокойно заметил он, а затем вернул мне мои же слова: — Хотите вы этого или нет.

Я уже открыла рот, чтобы выдать колкую тираду о личных границах, но в этот момент воздух над нами предательски хрустнул.

Мы оба вскинули головы.

Тяжёлая гирлянда из магических сфер, которую рабочие закрепили на балке минуту назад, дрогнула, накренилась и, сорвавшись с крепления, полетела вниз. Прямо на меня.

Реакция сработала быстрее мысли. Ведь я — маг-декоратор, и падающий реквизит для меня не новость.

Я резко вскинула свободную руку, выбрасывая поток сдерживающей магии. Золотистая сеть вырвалась из пальцев, ударила в падающую гирлянду, замедляя её полёт. Сферы зависли в воздухе в полуметре от моей макушки, гудя от напряжения.

— Ха! — выдохнула я победно.

Но я не учла одного. Магия Эсфиры была нестабильной. Моё заклинание встретилось с дикой энергией города, и золотая сеть затрещала, рассыпаясь искрами. Тяжёлая конструкция рухнула вниз.

Я не успела обновить щит.

Зато успел он.

Сильная рука рывком обхватила меня за талию, буквально сдёргивая с места. Мир кувыркнулся, взметнулась снежная крошка, и мы вдвоём повалились в мягкий сугроб. Гирлянда с грохотом ударилась о брусчатку ровно там, где секунду назад стояли мои ноги, и рассыпалась по снегу дрожащим светом.

Я распахнула глаза. Дыхание сбилось. Сердце колотилось так громко, что казалось — его слышно на весь город.

Дэйрон нависал надо мной, опираясь рукой о снег, чтобы не придавить. Его лицо оказалось непозволительно близко. На ресницах таяли снежинки, а в холодных глазах цвета утреннего льда сейчас плескалось что-то совсем другое… почти тёплое. И, кажется, испуганное?

— Вы в порядке? — тихо спросил он.

Я моргнула, пытаясь вернуть самообладание.

— Я… я её держала, — выпалила я, чувствуя, как горят щёки. — Вы видели? Я почти её удержала! Просто магический фон здесь какой-то… рваный.

Уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке.

— Видел. Рефлексы у вас отличные, Аэллина. Но не стоит быть такой самоуверенной.

Он поднялся первым, затем протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его перчатку, и он легко, одним движением, поставил меня на ноги. На секунду он придержал меня за локоть, словно убеждаясь, что я не упаду снова.

От этого простого жеста по коже пробежали мурашки. Совершенно ненужные в рабочее время, между прочим.

Я тут же отстранилась, отряхивая пальто, будто это могло стереть произошедшее.

— Спасибо, — произнесла я, стараясь вернуть голосу твёрдость. — Но в следующий раз я справлюсь сама. Нужно просто откалибровать потоки.

— Конечно, — усмехнулся он. — Если хотите, чтобы праздник состоялся, вам придётся признать: в этом городе слишком много магии, чтобы всё шло по вашему плану. Если уж вы так хотите готовить город к празднику, то давайте… В общем, иногда лучше работать вместе.

И почему это он так переменился? Ещё совсем недавно грозился отправить меня обратно, а теперь… Или это ловушка?

— Мы не… вместе, — возразила я, поднимая из снега свой планшет. Слава богам, он был цел.

Дэйрон шагнул ближе. Слишком близко, нарушая все правила этикета. В его движении мелькнуло что-то хищное — едва уловимое напряжение мышц, готовность к броску.

— Разумеется.

Я замерла. Воздух между нами стал каким-то плотным, горячим. Казалось — ещё мгновение, и он воспламенится. Глаза Дэйрона потемнели, и в них плескалось нечто опасное.

— Осторожнее, Аэллина, — сказал он уже тише, и от этой обманчивой мягкости по спине пробежал холодок. Его взгляд скользнул по моему лицу. — Ваша привычка спорить с гравитацией становится традицией. А традиции в Эсфире… — он сделал паузу, и уголок его губ дрогнул в почти незаметной усмешке, — могут быть смертельными для тех, кто не знает правил игры.

Мои щёки вспыхнули ярче новогодних фонарей. Я резко отвернулась, делая вид, что изучаю схему проводки на экране планшета.

— Мне нужно проверить поставки в южном секторе. Работы много.

Я уже сделала шаг в сторону, когда он окликнул меня:

— И всё же… вы пойдёте через Лесной квартал?

Я обернулась, нахмурившись.

— Это самый короткий путь.

Он пожал плечами, но взгляд его остался серьёзным.

— Сегодня там сильная магическая активность. Непредсказуемая. Я бы на вашем месте выбрал другой маршрут.

— Я учту, — бросила я и быстро зашагала прочь, чувствуя спиной его внимательный взгляд.

Но стоило мне скрыться за углом пряничного домика, как уверенность испарилась.

Откуда-то из глубины Лесного квартала донёсся странный звук. Не ветер. Не шум веток деревьев. И даже не птичьи крики.

Будто кто-то тихо… смеялся. И смех этот был совсем не человеческим — звонким, переливчатым, как удары льдинок друг о друга.

Я остановилась. В груди зародилась тревога, но и любопытно стало очень.

— Что там происходит?.. — шепнула я.

В следующее мгновение между деревьями вспыхнул яркий, ослепительный свет.

Я сделала шаг к лесу, где скрывался Лесной квартал… и замерла. Идти туда могло быть опасно. Но пройти мимо.... А вдруг там сбоит иллюминация? Вдруг это те самые «непредсказуемые» духи, о которых я слышала?

И всё же страшновато…

Я оглянулась в сторону площади. Дэйрон всё ещё стоял там, разговаривая с рабочими. Нет, не стану его отвлекать. А то скажет, что я сама ничего не могу сделать, или и правда отправит обратно.

«Справлюсь сама», — твёрдо сказала я себе и повернулась к лесу.

И тут свет между деревьями дрогнул. Тысячи крошечных искр взвились в воздух, закружились в диком танце и на секунду собрались в один чёткий, пугающий силуэт. Маленькая фигурка, сотканная из холодного огня, подняла руку и отчётливо поманила меня пальцем.

А затем рассыпалась, оставив в воздухе лишь эхо того самого ледяного смеха.

Ноги двинулись сами — словно невидимая нить потянула меня вперёд, туда, где между заснеженными стволами ещё мерцали последние искры.

ГЛАВА 3

Разум кричал: «Вернись!», но внутри меня будто проснулся компас, стрелка которого бешено вращалась, указывая в самую чащу.

Стоило мне сделать десяток шагов, как звуки площади — крики рабочих, звон инструментов и даже властный голос Дэйрона — разом стихли. Всё погрузилось в тишину. Казалось, если я закричу, мой голос просто замёрзнет в воздухе, рассыпавшись крошечными льдинками, так и не долетев до цели.

— Глупая затея, Аэллина, — прошептала я, и собственное дыхание вырвалось изо рта неестественно густым облаком пара.

Свет между деревьями снова дрогнул. Та самая фигурка, сотканная из холодного огня, промелькнула за стволом вековой ели. Я прибавила шагу. Снег здесь был глубже, он не хрустел, а мягко принимал мои сапоги, словно заманивая дальше.

Внезапно деревья расступились, открывая небольшую, круглую поляну. В центре неё стояла старая каменная беседка, оплетённая сухими плетями дикого винограда. Но не архитектура привлекла моё внимание.

Беседку сковал странный лёд — не прозрачный, а иссиня-чёрный, с пульсирующими внутри искрами, словно в застывшем янтаре. Чёрные прожилки расползались по камню, и от них доносился переливчатый, ледяной смех.

Где-то я читала о подобном эффекте... Что же это было? Признак какой-то аномалии? Болезни города?

— Это точно не иллюминация, — выдохнула я, подходя ближе. Профессиональный интерес на мгновение вытеснил страх. — Энергетический затор.

Я протянула руку, собираясь вызвать стандартное диагностическое заклинание, которому нас учили в Академии праздников. Ладонь привычно потеплела, готовая выпустить золотистый свет, но стоило мне коснуться пальцами чёрного льда, как мир перевернулся.

Холод ударил под дых. Это не был мороз, который щиплет щёки. Это был холод пустоты.

Перед глазами вспыхнули образы, не имеющие отношения к реальности. Я увидела эту же поляну, но много лет назад. Снег шёл вверх, к небу. У беседки стояла женщина — её силуэт казался знакомым до боли в груди, но лицо расплывалось. Она держала за руку кого-то высокого, окутанного тенями. «Помни, Аэллина...» — прошелестело в голове, хотя губы женщины не двигались. — «Свет не горит без тени».

Я отпрянула, тяжело дыша. Иллюзия рассыпалась, но реальность оказалась не лучше.

Вокруг поляны начали сгущаться тени. Те самые «непредсказуемые» духи, о которых предупреждал Дэйрон, выходили из-за деревьев. Они не были похожи на милых рождественских эльфов. Это были вытянутые, полупрозрачные существа с глазами-льдинками. Их смех теперь звучал издевательски.

— Ну же, — я попыталась придать голосу уверенности, призывая магию. — Я просто хочу помочь. Я декоратор!

Я вскинула руки, выбрасывая «золотую сеть» — заклинание, которое обычно усмиряет буйные стихийные искры. Но вместо того, чтобы окутать духов мягким светом, моя магия при соприкосновении с их холодом просто… почернела. Она осыпалась на снег липкой, тёмной копотью.

Сердце замерло. Магия не может так себя вести. Это против всех законов.

Духи замерли, словно сами удивились, а затем начали сужать кольцо. Один из них, самый высокий, протянул ко мне длинные, похожие на сосульки пальцы. Я попятилась, упираясь спиной в ледяную беседку. Отступать было некуда.

И тут из глубины леса, откуда я пришла, раздался пронзительный свист.

Духи разом обернулись. На краю поляны мелькнул высокий силуэт в тёмно-зеленом плаще. Он не спешил на помощь, он просто стоял там, наблюдая. Я увидела блеск его глаз — странных, почти кошачьих.

— Помогите! — крикнула я, но голос сорвался.

Незнакомец не двинулся с места, лишь поднёс к губам что-то похожее на костяную флейту. Короткий, резкий звук — и духи отхлынули, растворяясь в метели, словно их никогда и не было.

Но радость была недолгой.

Чёрный лёд на беседке за моей спиной вдруг начал трескаться. С оглушительным звоном он разлетелся на тысячи осколков. Под ним открылась зияющая пустота — не стена, а провал в пространстве, абсолютно чёрная клякса, всасывающая в себя свет и воздух.

Меня потянуло в эту воронку. Ноги оторвались от земли.

— Аэллина! — этот крик был полон такой ярости и страха, что я вздрогнула.

Я увидела Дэйрона. Он ворвался на поляну, его лицо было бледным, а в руках горел настоящий боевой факел из чистого, белого пламени. Он бросился ко мне, протягивая руку, но между нами было слишком уж большое расстояние.

В этот момент за моей спиной, прямо из черноты провала, выросла огромная тень. Она не имела формы, лишь очертания чего-то древнего и могучего. Я почувствовала ледяное дыхание на своём затылке. Тень склонилась, и её голос, похожий на скрежет льда о камни, пророкотал прямо в моём сознании:

— Ты вернулась домой, маленькая искра. Пора зажечь истинный огонь.

Мир вокруг стремительно гас. Последнее, что я успела увидеть — расширившиеся от ужаса глаза Дэйрона и его руку, отчаянно тянущуюся ко мне.

Потом — темнота.

ГЛАВА 4

— Дыши, — приказал голос прямо над моим ухом. — Аэллина, дыши!

Я распахнула глаза.

Дэйрон нависал надо мной, закрывая собой небо. Его лицо было бледным, как мел, а в глазах, обычно холодно-спокойных, сейчас бушевал настоящий шторм.

Вокруг его пальцев всё ещё плясали языки чистого, белого огня — магия высшего порядка, которую используют только боевые маги или… очень напуганные наследники правителей.

— Я… — попыталась сказать я, но зубы выбивали дробь. — Я дышу. Кажется.

Он выдохнул — резко, шумно, будто сам только что вынырнул с глубины. Огонь на его руках погас, но тепло осталось.

— Ты в своём уме? — прорычал он. — Лезть в аномальную зону с обычным декораторским щитом?

— Я думала, это гирлянда коротит! — возмутилась я, пытаясь приподняться на локтях. Получалось плохо — руки дрожали, как желе на праздничном столе. — Откуда мне было знать, что у вас в парке порталы в преисподнюю открываются?

Дэйрон хотел что-то ответить, явно едкое, но тут со стороны деревьев раздался звук. Мелодичный, переливчатый свист. Мы оба резко повернули головы.

На краю поляны, прислонившись к стволу вековой сосны, стоял незнакомец в зелёном плаще. Он вертел в пальцах костяную флейту и выглядел так, будто просто вышел полюбоваться снегопадом.

— Красиво, — заметил он, кивнув на чёрное пятно, которое медленно затягивалось на месте беседки. — Громко, правда. Но эффектно.

Дэйрон поднялся, одним движением закрывая меня спиной.

— Лирен, — его голос стал ледяным, холоднее сугроба подо мной. — Ты был здесь. И ты позволил ей подойти.

Незнакомец пожал плечами. С его волос сорвалась шишка и, превратившись в маленькую белку, юркнула в кусты.

— Я наблюдатель, мой господин, а не нянька. К тому же… — он хитро прищурился, глядя на меня, выглядывающую из-за спины Дэйрона. — Печать сама позвала её. Ты же видел. Тьма не жрёт случайных прохожих. Она ждёт тех, кто… подходит по вкусу.

— Исчезни, — рявкнул Дэйрон. — Пока я не добавил твой лес в список дров для городского камина.

— Ухожу-ухожу, — Лирен шутливо поднял руки. — Не кипятись, снег растает.

Он подмигнул мне, поднёс флейту к губам, выдул одну единственную ноту — и растворился в воздухе, рассыпавшись ворохом сухой хвои.

— Кто это был? — спросила я, наконец сумев сесть.

Голова кружилась, как после карусели. Дэйрон обернулся. Гнев в его глазах сменился чем-то другим. Он окинул меня внимательным, сканирующим взглядом — от макушки до промокших ботинок.

— Тот, чьи шутки обычно заканчиваются проблемами для города, — коротко бросил он. — Встать можешь?

Я честно попыталась. Но колени решили, что на сегодня с них хватит подвигов, и предательски подогнулись. Я уже приготовилась к новому падению в сугроб, но Дэйрон подхватил меня под локоть. А потом, не говоря ни слова, просто поднял на руки.

— Эй! — пискнула я, инстинктивно хватаясь за лацканы его пальто. — Я могу идти сама!

— Конечно, — невозмутимо согласился он, шагая к выходу с поляны так уверенно, будто я весила не больше ёлочной игрушки.

— Если твой план — падать в обморок каждые три метра, то ты отлично справишься. Но у меня, к сожалению, сани ждут.

Я замолчала. Спорить, когда ты висишь на руках у самого красивого (и самого невыносимого) мужчины города, было глупо. К тому же… от него пахло так уютно. Морозом, дорогой кожей и чем-то неуловимо пряным, вроде корицы. Сердце, которое до этого колотилось где-то в горле, и теперь не хотело успокаиваться и становиться на положенное место.

— Ты спас меня, — тихо сказала я куда-то в воротник его пальто.

Он на секунду сбился с шага, но тут же выровнялся.

— Это моя работа, Аэллина. Обеспечивать безопасность в Эсфире.

— Даже декораторам?

— Особенно им, — хмыкнул он. — Иначе кто будет вешать эти нелепые золотые банты на ратушу?

Мы вышли к дороге, где ждали его сани. Не обычные городские повозки, а настоящие, представительские — чёрное лакированное дерево, серебряная обивка и пара белоснежных лошадей, которые нетерпеливо били копытами, высекая искры из брусчатки.

Дейрон усадил меня на сиденье, но сам не сел напротив, как полагалось по этикету. Вместо этого он расстегнул пуговицы на своём плаще.

— Не нужно, я не… — начала я, но меня снова никто не слушал.

Тяжёлая, подбитая мехом ткань опустилась мне на плечи, мгновенно отрезая от внешнего холода. Плащ хранил тепло его тела. Я утонула в нём, как в коконе. Дэйрон сел рядом, взял поводья, и сани мягко скользнули вперёд.

Эсфира готовилась к вечеру.

Мимо проплывали улицы, уже украшенные к празднику. В окнах загорались огни, витрины лавок сияли магическими иллюзиями: в одной плясали крошечные пряничные человечки, в другой — стеклянные шары сами собой меняли цвет. Пахло жареными каштанами и хвоей.

Город казался таким мирным, таким сказочно-уютным, что произошедшее в лесу начало казаться дурным сном. Я украдкой посмотрела на Дэйрона.

Он правил молча, глядя строго перед собой. Профиль у него был точёный, жёсткий, словно высеченный изо льда, но я помнила, каким горячим был тот огонь, что вытащил меня из бездны.

— Тебе холодно, — вдруг сказал он, не поворачивая головы.

— Нет, твой плащ очень тёплый.

— Я не про температуру, — он натянул поводья, пропуская стайку смеющихся детей, которые перебегали дорогу с бенгальскими огнями. — Я чувствую, как дрожит твоя магия.

Я прикусила губу. Моя магия действительно вела себя странно — она сжалась в комок где-то в солнечном сплетении и тихо скулила.

— Там… в той воронке… — начала я неуверенно. — Мне показалось, что я что-то вспомнила. Женщину. И голос. Дэйрон напрягся. Я увидела, как побелели костяшки его пальцев на поводьях.

— Морок, — отрезал он. Слишком быстро. — Тьма играет с сознанием. Показывает то, чего нет.

— А если есть?

Он, наконец, повернулся ко мне. В свете уличного фонаря его глаза казались почти чёрными.

— Аэллина. Эсфира — город древний. Здесь каждый камень помнит больше, чем написано в учебниках истории. Не нужно слушать шёпот из подвалов. Нужно слушать музыку праздника. Ты же сама говорила: мы здесь, чтобы дарить радость. И потом, ты ещё не доказала, что ты хороший декоратор. Вот об этом и думай.

Он говорил убедительно. Правильно. Но я почему-то не поверила ни единому слову. Он что-то знал.

Сани остановились у моего дома — небольшого особнячка с башенкой, который выделила мне мэрия. Дэйрон вышел первым, подал мне руку. Его ладонь была без перчатки, и от прикосновения «кожа к коже» меня снова прошило странным током — не магическим, а вполне человеческим.

Он проводил меня до самой двери. Но вместо того, чтобы попрощаться, вдруг положил ладонь на дверной косяк. Золотистые нити защитного заклинания вспыхнули под его пальцами, оплетая дверь сложным узором, и тут же впитались в дерево.

— Зачем это? — удивилась я. — У меня есть охранный амулет.

— Амулет от воров, — мрачно пояснил он. — А это — от гостей, которые не умеют стучать. Не открывай никому до утра. Даже если услышишь за окном пение ангелов или увидишь раздачу бесплатных пирожных.

— А если это будешь ты?

Уголок его губ дрогнул.

— Я не посещаю дома декораторов по ночам. Не предлагаю бесплатные пирожные. Я слишком дорожу городской казной.

Он уже собирался убрать руку, но вдруг замер. Его взгляд упал на моё запястье, которое выскользнуло из рукава его огромного плаща.

— Что это? — голос Дэйрона упал до шёпота.

Я посмотрела на свою руку. Там на внутренней стороне запястья, где кожа самая тонкая и нежная, проступил рисунок. Это был не синяк и не царапина. Узор. Тонкий, чёрный, похожий на трещину во льду или на искажённую снежинку. Он не болел, но от него тянуло холодом.

— Я… я не знаю, — прошептала я, пытаясь стереть его пальцем.

Бесполезно. Рисунок был под кожей. Дэйрон перехватил мою руку. Он смотрел на метку с такой смесью недоумения и ярости, что мне стало по-настоящему страшно — страшнее, чем в лесу.

— Она коснулась тебя, — глухо произнёс он. — Я вытащил тебя, но она успела.

— Кто — она? Тень?

Он поднял на меня взгляд. В нём больше не было ни иронии, ни начальственной строгости. Только открытая, звенящая тревога.

— Ты теперь не просто декоратор, Аэллина. Ты — маяк.

— Маяк?

— Для всего, что спит под этим городом. И для того, кто хочет это разбудить.

ГЛАВА 5

Замок щёлкнул, дверь открылась, впуская меня в тепло прихожей, где воздух был настолько пропитан корицей и мандаринами, что казалось — сейчас появится рождественский эльф с печеньем. Я шагнула через порог и вдруг поняла, что Дэйрон заходит следом.

— Позволишь? — его голос прозвучал низко, и в тишине дома показался неприлично интимным.

Я обернулась. Он стоял в дверном проёме — огромный, запорошённый снегом, похожий на тёмного рыцаря из тех сказок, после которых девочки начинают странно смотреть на плохих парней.

— Но… — я запнулась. — Ты же сказал, что не посещаешь дома декораторов по ночам.

Чтобы прочитать продолжение, купите книгу

79,00 руб Купить