Контракт на развод с драконом. Надежда Олешкевич

Оглавление

• АННОТАЦИЯ
• ГЛАВА 1
• ГЛАВА 2
• ГЛАВА 3
• ГЛАВА 4
• ГЛАВА 5
• ГЛАВА 6
• ГЛАВА 7
• ГЛАВА 8
• ГЛАВА 9
• ГЛАВА 10
• ГЛАВА 11
• ГЛАВА 12
• ГЛАВА 13
• ГЛАВА 14
• ГЛАВА 15
• ГЛАВА 16
• ГЛАВА 17
• ГЛАВА 18
• ГЛАВА 19
• ГЛАВА 20
• ГЛАВА 21
• ГЛАВА 22
• ЭПИЛОГ

АННОТАЦИЯ

   ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.

   ВОЗРАСТНЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ 16+

   "Контракт на развод с драконом" - роман Надежды Олешкевич, жанр любовное фэнтези, приключенческое фэнтези.

   Магические браки создаются раз и на всю жизнь, но порой так хочется свободы! И я, будучи метаморфом, притворяюсь оскорбленной женой и помогаю клиенткам получить желаемое.

   Новый заказ на первый взгляд самый обычный. Так-так, ваш супруг точно не дракон? Я с ними не работаю. Постойте, вы же говорили, что его зовут Андрэ Морис, а не Эдон Тонтэм. Да, я утверждала, что обману любого, но не племянника короля!

   Единственное, что нужно делать при его появлении - бежать сломя голову. Он не простит обмана и обязательно покарает меня. Только почему хочется оглянуться? Посмотреть ещё раз и... (какой ужас!) вернуться.

   © Олешкевич Надежда

   © ИДДК

ГЛАВА 1

   Человечка не понравилась мне с первых мгновений, как только вошла в мой кабинет. Она даже отдаленно не напоминала жертву.

   — С драконами не работаю! — предупредила я, терпеливо выслушав ее пожелания.

   — Я нанимаю вас, чтобы вы развели меня с мужем, при чем здесь его раса? — выгнула тонкую бровь аристократка. — За такую сумму, которую вам заплачу, могли бы хоть немного постараться.

   Досадно, когда приходится объяснять очевидное. Ничто не мешало ей подготовиться и хоть немного разузнать о метаморфах, прежде чем идти сюда.

   — Дракон способен распознать подмену. Я ни за какую сумму не стану рисковать.

   — Видимо, меня неверно проинформировали. Мне сказали, что вы лучшая во всем Дируме и способны на все. Однако выходит, что всего лишь посредственность, неспособная принять мой облик и произнести пару слов во время бракоразводного процесса.

   Знала бы она, насколько это «просто».

   Девушка схватила с круглого столика ридикюль, поднялась. Я не бросилась ее разубеждать словесными излияниями. Заказ был хорошим. Нужно действовать более грамотно, учитывая, что мне осталось собрать совсем немного средств, чтобы поехать-таки в Рорн, курортный городок на юге страны. Жаль только, не для отдыха.

   Я подалась вперед и обвила пальцами ее тонкое запястье. Нащупала нужные нити жизни, сознания, сущности.

   — Что вы себе позволяете?!

   — Что вы себе позволяете?! — повторила я точно таким же голосом и грациозно поднялась.

   Сейчас я выглядела идентично аристократке. Чтобы повторить ее внешность, мне не потребовалось много сил, ибо я потянула за фибры чужой души и позволила им слиться с моими, трансформировать меня. Как ни крути, но заказ мне нужен. Поэтому пришлось демонстрировать свои способности, дабы при хорошем исходе нашей встречи подменить аристократку перед судителями.

   Развод — дело прибыльное!

   Магические браки обычно неразрушимы, но ведь согласитесь, это вызов, а не препятствие. Столько жен терпели своих тираничных мужей, мечтали о свободе, однако не могли ее получить лишь потому, что таковы законы Арканума.

   А еще развод — это очень опасное дело.

   Но что мне оставалось?

   Тонкие брови, которые в моем истинном обличье были более широкими и слегка вздернутыми, теперь шли идеальной дугой. Карие глаза, обрамленные длинными ресницами, стали значительно больше от удивления, что на фоне фарфоровой кожи лица сделало их невероятно выразительными. С приоткрытых губ, одновременно моих и ее, сорвался возмущенный вздох. Говорю же, в присутствии копируемого объекта мне не нужно прилагать усилий, чтобы повторять его даже малейшее движение. Между нами словно стояло зеркало.

   Раздался громкий стук, и в кабинет без приглашения вошел Динар. Он посмотрел на клиентку, потом на меня, снова на нее. Мой помощник знал мои привычки. Для него не секрет, какой стул я обычно предлагала посетительницам и что порой для демонстрации способностей надевала на себя их сущность. Вот только вопрос задал почему-то ей:

   — Я вам еще нужен, илаи? Нэнси стало плохо, могу я отвезти ее домой?

   — Что с ней? — приняла я свой облик и подошла к рабочему столу, взяла из выдвижного ящика несколько купюр.

   — Несварение, съела что-то.

   — Отвези ее к иру Гонсему, пусть посмотрит. Обычное несварение не мучает несколько дней подряд.

   Динар поклонился и попрощался со мной, не забыл и про клиентку. Я проводила его до выхода из кабинета, чтобы передать деньги и плотно закрыть дверь. Помощник в последний момент выглянул из-за моего плеча и тихо проговорил:

   — Как я лихо притворился, что вас не узнал, илаи. Вам понравилось?

   — Иди уже, — недовольно покачала головой и выждала пару мгновений. Настроилась на деловой и, несомненно, сложный разговор. Заказ мне нужен! Направилась обратно к клиентке. — Как видите, в умении имитировать другого человека мне нет равных.

   — Однако с драконами вы не работаете, боитесь.

   — Все же я должна повторить вопрос: ваш муж дракон?

   — Нет, — вздернула девушка острый подбородок. — Однако то, что вы не берете заказы с ними, наводит на определенные мысли. Мне нужен самый лучший метаморф, который способен обмануть даже дракона.

   Не уверена, что здесь еще остались такие же отчаянные глупцы, как я. Представителей нашей расы давно выгнали из Дирума.

   — Позвольте объяснить, — приблизилась я к столику и без особой спешки заняла свой стул, жестом пригласила клиентку сделать так же.

   Налила себе и ей чаю. Поставила ближе к девушке чашечку.

   — Метаморф способен видеть другого метаморфа на подсознательном уровне, какой бы силой тот или другой ни обладали.

   — Значит... — сразу же подобралась аристократка.

   — Значит, что они просто видят, однако распространяться об этом не станут — таков негласный закон. Тем более сложно встретить в Дируме других метаморфов, нас уничтожили.

   Аристократка села, всем своим видом источая превосходство. Я предпочла не обращать на подобный нюанс внимания, потому как встречала подобное отношение чуть ли не во время каждого своего заказа. Вот только деньги нужны. И покинуть страну я тоже не могла. Что оставалось? Работать!

   — С драконами ситуация немного иная. Они отчасти тоже метаморфы...

   — Не надо сравнивать себя с драконами, уж не тот уровень, — недовольно заметила аристократка и взяла чашечку, сделала демонстративно маленький глоток. Поставила обратно.

   Дорогая ткань синего дорожного платья подчеркивала тонкую талию. В русых волосах, собранных в высокую прическу, красовались заколки с драгоценными камнями. Несколько завитушек красиво обрамляли худое лицо, касались острых ключиц. А между косточками на шее красовался зеленый кулон-капелька, на котором я уже пару раз остановила взгляд. Слишком простое украшение, выбивающееся из цельного образа.

   Мне пора насторожиться?

   — Я не сравниваю. Я рассказываю о причине, по которой не возьму заказ с участием дракона. Дело в том, что они чувствуют метаморфов почти так же, как мы чувствуем друг друга.

   — И что же, вы не смогли бы его обмануть? Подаете себя как профессионала своего дела, но в реальности простая актриса с некоторыми особенностями?

   Может, не нужен мне этот заказ?

   Я взяла чашку, чтобы дать себе пару секунд на раздумья. Всегда можно дождаться следующего, но когда он вообще будет? Нечасто богатые аристократки решались на развод и обман Арканума, а здесь как раз подходил курортный сезон, когда в Рорн стекается знать и двери всех заведений для нее открыты. Можно закончить мою миссию уже сейчас.

   Мой взгляд потянулся к зеленому кулону.

   — Есть способы ввести дракона в заблуждение, я их уже применяла на практике, — сообщила предельно ровным тоном, стараясь не вспоминать события тех дней. — Однако не стану браться за заказ, где целью будет представитель данной расы.

   — Так и быть, вы мне подходите, — сказала девушка снисходительно, словно это я навязывала свои услуги, а не ей самой они понадобились. Вот только большинство клиенток вели себя подобным образом. Разбалованные аристократки, что с них взять? — Рекомендации у вас отличные, мне посоветовала к вам обратиться Риния Годерби. Признаться, до сих пор не верится, что ей удалось освободиться от гнета ее деспотичного супруга. Поэтому и я доверю вам столь сложное дело, как мой развод.

   Не назвала бы его особо сложным. Но это моя работа, с которой мне приходится сталкиваться часто. Зато для окружающих расторгнуть брак — сродни второму пришествию Светлых, ведь Арканум неохотно разрушает магически образованные пары, для этого нужны весомые аргументы, которые я предоставляю и подтверждаю.

   — Сколько лет вы замужем?

   — Семь.

   Да, придется на заседании попотеть.

   — Но мы не живем вместе, — сразу заверила девушка. — Вскоре после свадьбы он отправил меня в пансион благородных девиц, чтобы я научилась быть настоящей женой своему мужу, откуда забрал только пару месяцев назад.

   — А почему хотите развестись? — задала очередной вопрос, помечая в записной книге ее ответы.

   Клиентка помедлила. Часто заморгала и даже опустила взор.

   — Мне нужно знать как можно больше деталей. Каждый нюанс важен. Вы же хотите, чтобы сие мероприятие прошло безболезненно и с наибольшей выгодой для вас? Какая причина развода?

   — Он ужасный человек, — произнесла аристократка шепотом.

   — Имя?

   Молчание. Девушка сделала несколько глотков чая, потрогала на своих коленях ридикюль, который теперь не стала убирать на столик.

   — Андрэ.

   — А дальше?

   — Андрэ Морис. Он землевладелец. Успешный землевладелец. Старый, неприятный, я не хочу с ним жить. Хочу получить свободу и свое приданое, потому что нет сил терпеть этого властного гада. Сразу же после свадьбы он обращался со мной как с бездушной куклой. Нарядил, показал своим друзьям и родным, а потом отправил в пансион за ненадобностью. Жуткое место, — расчувствовалась аристократка так, что пришлось протянуть ей платок.

   А вообще это была частая история, мне уже доводилось с чем-то подобным сталкиваться. И про пансион с его строгими воспитателями тоже слышала.

   — Не переживайте, мы все сделаем в лучшем виде. Вы не только получите свое приданое, но и часть накоплений мужа. Это станет приятным бонусом к свободе.

   — Спасибо. Я даже не знаю, как вас благодарить.

   — Еще рано. А пока давайте вернемся к обсуждению предстоящего дела...

   По мере разговора мне становилось все более жалко девушку. Бедная, она очень натерпелась от своего мужа, который даже позволил себе пару раз поднять на нее руку. Сложно представить, как можно обижать такую хрупкую и беззащитную особу.

   Но ничего, я добьюсь справедливости и сделаю все возможное, чтобы Андрэ Морис больше не посмел обидеть свою будущую бывшую жену.

   Мы составили договор. Подробно расписали пункты, после которых я перестаю заниматься ее разводом. Девушка даже оспаривать ничего не стала, сразу подписала его, перед этим потрогав кулон-капельку.

   Оплатила половину.

   — Мне потребуется ваша кровь, илаи Морис. И на время, пока я ношу ваш облик, вы будете чувствовать небольшой упадок сил.

   — Ничего, это несущественная жертва за новую жизнь, — воодушевленно произнесла она и поднялась. Посмотрела в окно, за которым уже подкрадывались сумерки. — Давайте закончим со всем сегодня, потому что второй раз вырваться к вам я не смогу. Берите столько, сколько нужно.

   Она протянула руку. Я не стала медлить, проколола тонкий палец, взяла несколько капель.

   — Берите больше, вдруг понадобится.

   Зачем? Сам процесс развода займет пару часов, не более.

   — Хорошо, — согласилась я и вскоре уже проводила девушку до двери, ощущая неясное волнение.

   Витория Морис оставила после себя двоякое впечатление. Чутье подсказывало подвергнуть ее слова сомнению, лично проверить каждую деталь, чтобы во время процесса развода в Доме Арканума не возникло никаких сюрпризов. Вот только все было слишком банально и привычно, так, как часто происходило в семьях аристократов.

   Отец выдал свою дочь замуж в раннем возрасте, собираясь подправить финансовое положение. Муж юной илаи оказался старым и неприятным гадом. Она терпела, не видела выхода из своего положения, а потом услышала обо мне от знакомой, которая находилась в похожей ситуации и теперь обрела независимость, и решилась на отчаянный шаг. Прошла проверку, получила пропуск-карточку. Явилась сюда. Поначалу отнеслась скептически, потому как мои услуги стоили немало, а потом убедилась, что я реальный метаморф и способна обернуть все так, чтобы она стала свободной.

   Вот только я не успела разложить по полочкам недавний разговор. В комнату ворвался взволнованный Динар, ведущий за собой рыдающую Нэнси. Он усадил девушку на диван, стоявший в углу возле пышного папоротника. Схватил графин, начал прямо из него пить воду.

   — Полагаю, лекарь сообщил нечто неутешительное, — догадалась я, прикрыв за ними дверь.

   Помощник вытер тыльной стороной ладони рот, взмахнул рукой, одним этим движением показывая всю степень своего негодования, и снова принялся пить.

   — Мне уже неспокойно, что произошло?

   — Это вышло случайно, мы не хотели, — сквозь рыдания сказала Нэнси и приняла у меня протянутый платок.

   — Рассказывайте, не тяните.

   — Нет, илаи, мы не станем нагружать вас своими проблемами, — с горящими глазами произнес парень, задумался на миг, словно его оглушило, и опять начал жадно глотать воду.

   — Случайно, честно-честно. Случайно! — мотала головой девушка, к которой я уже подсела и даже обняла. — Извините, мы подвели вас.

   — Динар, будь добр, поставь графин и расскажи, наконец, что вас двоих настолько расстроило. Хотя нет, лучше налей воды и принеси нам, — протянула я руку, собираясь напоить Нэнси.

   — Да, — зашагал к нам помощник, потом сообразил, что сделал не так, и вернулся уже с запрошенным стаканом. Сел с другой стороны от девушки. Облокотился на колени. Схватился за волосы и начал покачиваться взад-вперед.

   — На ум приходят мысли одна хуже другой, — поделилась я своими опасениями. — Не томите.

   Нэнси еще всхлипывала, но уже не так громко. Парень вообще словно находился далеко от нас, смотрел расширенными глазами перед собой.

   — Мы беременны, — соизволил он признаться.

   — Мы? — уточнила я и с трудом сдержала улыбку, потому что давно догадывалась об их взаимоотношениях.

   — Я не хочу снова заму-у-уж, — взвыла девушка.

   — Тебя никто и не зовет! — разозлился помощник, подскочил на ноги, но потом обессиленно сел обратно. — Илаи Бевис, как нам быть? У нас ничего нет, чтобы создавать семью, тем более растить ребенка.

   — Я же просила называть меня по имени.

   — Элиса, как нам быть? — повторил вопрос Динар.

   Я подбадривающе улыбнулась своим самым близким людям во всем Дируме, которые после смерти родных стали для меня настоящей семьей. Поправила прилипшие ко лбу волосы Нэнси.

   — Во-первых, вы оба должны успокоиться. Ты перестанешь разводить влагу, а ты не будешь поддаваться панике. Во-вторых, мы сейчас отправимся ко мне домой, приготовим чай, сядем за стол и неспешно обсудим данный вопрос.

   — Да что там обсуждать? Мы не можем! Где взять денег, как жить, тем более вы собираетесь закончить с разводами, нас бросить.

   Нэнси шмыгнула носом и закивала, полностью соглашаясь со словами парня.

   — Я только что получила более чем хороший заказ и могу дать вам с него... половину от оговоренной суммы. Если этого будет мало, то возьмем еще несколько, купим вам небольшой домик.

   — Нет, нет, нет, — замотала головой девушка. — Вы так долго шли к своей цели, а мы всего лишь помощники, ради нас не нужно все менять и портить.

   — Ничего не испортится и не поменяется, — помассировала я ее плечо, стараясь хотя бы так успокоить.

   — Ну, если так... — хотел уже согласиться Динар, но Нэнси взвилась:

   — Что?!

   Она ударила его по руке, потом еще подзатыльник дала. Парень схватил лежавшие на столике листовки и прикрылся ими, словно это способно помочь.

   — Какой же ты неблагодарный! Наша илаи каждый раз рискует, когда отправляется в стан врага, к самим представителям Арканума, а там ее в любой момент могут обнаружить, если не убить... Да что я в тебе такого нашла?! Ты завистливый, жадный, отвратительный.

   — Да, давай, во всем обвиняй меня. Сама вон воспользовалась услугами нашей илаи.

   — Ах, — оскорбилась девушка, хотя сказанное было сущей правдой, и прижала руки к груди.

   — Так, хватит! — подняла я ладони, чтобы утихомирить этих двоих, иначе их ссора может затянуться, а мне лучше лечь пораньше и выспаться перед важным заказом. — Хватит, я сказала!

   Пришлось схватить Нэнси за запястье, вырвать из пальцев Динара листовки. Только после этого парочка обратила на меня свои взоры.

   — Простите, — сразу же сжалась Нэнси.

   — Да, точно, простите, илаи Бевис, меня отравили Темные силы.

   — Просила же называть по имени, — напомнила я.

   Видимо, с чаем у нас сегодня дело не сложится. Придется вести разговор здесь и постоянно одергивать их, лишь бы не начинали говорить глупостей. Разве могла я их бросить в сложной ситуации? Нет, отказываться от своих планов не собиралась точно, тем более подвернулся такой удачный заказ, благодаря которому у меня на руках будет нужная сумма, к тому же скоро начнется курортный сезон в Рорне — идеальное стечение обстоятельств.

   Я поднялась, чтобы отложить подальше листовки, и заметила нарисованное там лицо ира Тонтэма, который смотрел на окружающий мир снисходительно. Поразительно, как им удалось передать этот взгляд.

   — Каков он, да? — кивнул на него Динар. — Такое заявить!

   — А что там? — вытянулась по струнке Нэнси, у которой от любопытства даже слезы высохли.

   — Печально, когда не умеешь читать, — наигранно вздохнул парень.

   — Хорошо, что ты у нас все умеешь. Так умеешь, что теперь с этими умелками непонятно, как жить!

   — Ой, вот не надо, сама меня спровоцировала!

   — Я-то?

   — Эдон Тонтэм порадовал жителей Дирума радостным известием, — прочитала я вслух, чтобы перебить разрастающийся спор. — Теперь жители королевства могут спать спокойно. Метаморфов среди нас больше нет!

   Я усмехнулась. Подошла к столу, где горело несколько свечей, поднесла к крохотному огоньку листовку. Та вспыхнула. Пламя вмиг разрослось, сожрало изображение мужчины вместе с его снисходительным взглядом и превратило в крохотный уголек, который плавно опустился на деревянную поверхность рядом с недавно подписанным договором.

   — Итак, раз уж чай в моем доме вы пить не желаете, тогда предлагаю его заварить здесь. Нэнси, помоги мне, — приказала я и направилась к выходу, потому что этих двоих сейчас нельзя было оставлять наедине.

   Возле самой двери взгляд невольно устремился к угольку. Я тряхнула головой. А ведь ир Тонтэм прав, скоро метаморфов в Дируме вправду не останется.

ГЛАВА 2

   — Вас что-то беспокоит? — не сдержала своего любопытства Нэнси, едва я в третий раз перепроверила разложенные на кровати вещи.

   Здесь были деньги, украшения, платья, аксессуары, несколько писем с пояснениями, куда мне нужно явиться для начала бракоразводного процесса. Посылка от новой заказчицы пришла ранним утром. Слишком ранним, чтобы я успела окончательно проснуться и быстро определить, чего именно мне не хватало.

   — Илаи? — повторно обратилась ко мне помощница, поставив на стол поднос с круассанами и ароматным кофе, от которого перед глазами немного прояснилось.

   — Сколько раз я тебе говорила, что ты не прислуга в этом доме, не надо делать завтрак.

   — Мне приятно позаботиться о вас, иначе кто еще это сделает?

   — Я вполне могу сама, — заверила девушку и снова осмотрела вещи. — Кулона не хватает. Зеленого кулона в виде капельки.

   Проверила под платьями, убрала несколько коробок с туфлями и шляпкой, распаковала до конца свертки. Да что там, даже начала осматривать пол и заглянула под кровать, ибо всякое случается, могло закатиться.

   — Вызвать посыльного?

   — Да, притом как можно скорее, — согласилась я и направилась к столу, чтобы написать короткое письмо для Витории Морис с просьбой отправить мне кулон.

   Зачастую аристократки не относились к моим словам с должной серьезностью. Они считали, что я способна менять не только внешность, но и одежду, украшения. Безусловно, все так. Можно взять предмет и создать для него другую видимую структуру, однако это будет подделка. Иллюзия! Поэтому я просила их присылать вещи, начиная от платьев и заканчивая теми же заколками, да даже ароматными маслами, которые использовали каждый день, чтобы создать как можно большее соответствие образу.

   И сейчас история повторялась. Обычная, казалось бы, безделушка, тот самый смутивший меня зеленый кулон, который вроде бы не имел никакой ценности. Вот только я поняла, в чем его особенность. Внутри была заключена магическая искра, достаточно маленькая и невидимая глазу, однако ощутимая на уровне восприятия энергетических потоков. Я ведь прикасалась к Витории и позволила фибрам ее души трансформировать меня. Уверена, это дешевое на первый взгляд украшение даже не появилось на моей шее.

   Нэнси приняла мое письмо, поспешила исполнить поручение. Я же начала приготовления к предстоящей поездке, потому как встреча в стенах Дома Арканума состоится уже завтра, а до Шиора путь неблизкий.

   Кровь, взятая особым образом. Крупицы души, заключенные в ней. Настроиться на звучание невидимой материи, зазвучать так же, стать другой, забыть себя. Я смотрела в зеркало и видела изменения. Статная русоволосая девушка с пронзительным взором зеленых глаз и стройной фигурой превращалась в миниатюрную аристократку, утонченную, невысокую, с белоснежной, едва ли не прозрачной кожей, небольшой грудью и узкой талией. По сравнению со мной она казалась невыросшим подростком. Но ничего, и не таких играли.

   Прибежала Нэнси.

   — Илаи, там вернулся посыльный.

   — Какой быстрый. А где письмо?

   — Он сказал, что возникла проблема.

   Я стряхнула с себя чужой облик, хотя лишний раз перенастраиваться на человека являлось затратным действом. Но ничего, сначала решу назревшую проблему.

   Вышла из спальни. В светлом холле с зелеными пышными цветами в широких горшках по обе стороны от двери встретила светловолосого паренька, удерживающего в руке кепочку и письмо. Он протянул его.

   — Ты не доставил, — выразила я недовольство, потому как заметила свою печать. — Почему?

   — Илаи Морис уже нет. Там сказали, что она час назад уехала из Тритэла и неизвестно, когда вообще вернется. Извините, конечно, но догонять я не буду.

   — А мог бы, — вступилась за меня Нэнси, но я подняла руку, чтобы она не продолжала.

   — Вы заплатите?

   — За то, что ты не доставил письмо? — возмутилась девушка.

   Я с укором посмотрела на помощницу. Она потупила взор, вжала голову в плечи.

   — Простите, пойду что-нибудь приготовлю. Или... — схватилась она за живот, потом прижала ладонь ко рту и вовсе убежала.

   Посыльный с удивлением проводил ее взглядом. Выпрямился, нервно смял кепочку.

   — Так заплатите?

   — Нэнси должна была заплатить сразу, как только отдала тебе письмо.

   — Да, но я возвращался. Это же целая дорога назад, мое время, — совсем уж нагло размышлял он, хотя взгляд бегал, не останавливался на мне.

   — Этого хватит? — достала я пару монет из небольшой шкатулки, стоявшей на высоком комоде возле входа.

   — Да, конечно, конечно, — обрадовался посыльный и протянул кепочку, в которую я бросила деньги.

   Он убежал, а я осталась стоять посреди холла. Посмотрела на свое письмо, решила смять его и выбросить в урну, но уголок поразительным образом полоснул меня по пальцу. Проступила бордовая капелька. Я удивленно хмыкнула. Чтобы обезопасить себя, подошла к чаше, что находилась рядом со шкатулкой, бросила туда ненужное послание, подожгла. Добавила сверху своей крови, которая соприкасалась с бумагой. Вряд ли здесь был какой-то заговор, вряд ли меня преследовали и таким банальным способом собирались создать магическую связь. Обычная случайность, однако я лучше приму меры, чем потом буду разбираться с последствиями.

   — Илаи Бевис, карета готова, — ворвался в холл Динар и размашистым шагом двинулся ко мне.

   — Двери!

   — Я собирался сразу вернуться, — указал он себе за спину. — А чего это вы здесь делаете?

   — Ничего особенного, — заверила я и взяла из верхнего ящика салфетку, приложила ее к пальцу. — Я уже много раз повторяла: в моем присутствии не оставляй двери открытыми.

   — Да, хорошо, сейчас закрою. Карета стоит возле парадного входа.

   Никак не отреагировав на его слова, я направилась в свою комнату, чтобы закончить с приготовлениями. Динар зашагал рядом, заглянул мне в лицо.

   — Вы слышали? Карета готова.

   — Мне не нужно повторять, — проронила я, чувствуя нарастающее раздражение.

   — Хорошо, тогда я пойду? Тщательно проверю лошадей, подковы те же, потом колеса, а то мало ли, нам по всяким мелочам остановки не нужны. Да?

   — Было бы неплохо.

   Меня все злило. А стоило зайти в спальню и задержать взгляд на кровати, как возникла мысль ничего из предоставленных вещей не надевать. Мне не составит труда создать подделку, притом настолько искусно, что даже дракон не отличит от оригинала. Вот только все это очень затратно по силам, придется дополнительно концентрироваться на ненужных предметах и потому быть не предельно внимательной.

   Чтобы развеять свои опасения, я нажала на рычажок в стойке кровати. Одна из стен пришла в движение, вместо нее появился застекленный шкаф. Я достала один особо ценный порошок, дорогой, который старалась использовать разумно. Посыпала все, что прислала Витория Морис. Застыла, дожидаясь реакции.

   — Ой, а чего вы так стоите? — заглянула в комнату помощница.

   — Нэнси, ты со мной не едешь.

   — Но как?!

   — Ты остаешься присматривать за домом, — сообщила я девушке и удивленно выгнула брови, потому что никаких следов магии на вещах не было обнаружено.

   Все чисто. Аристократка всего лишь выполнила свою часть договора и прислала все необходимое, а рано утром уехала, чтобы как можно дальше оказаться от своего будущего бывшего мужа, который точно придет в ярость после результатов бракоразводного процесса. Более того, он до последнего о нем ничего не узнает. Придет в Дом Арканума, получив обычную карточку-вызов, а там буду поджидать его я с «прекрасной» новостью.

   — Но как же? Благородной илае нужно женское сопровождение, чтобы полностью соответствовать образу. Вы сами говорили, что нельзя вызвать подозрений. И я с самого начала играю вашу служанку, хорошо играю.

   — Это не обсуждается, — была строга я.

   — Илаи Бевис, — часто заморгала помощница, собираясь расплакаться, вот только мое сердце не дрогнуло под таким напором, — это из-за моего положения? Я вам стала не нужна?

   — Нэнси, твои вопросы сейчас не к месту. Ты не едешь, увольнять тебя в моих планах нет.

   — Кофе хотя бы выпейте, — шмыгнула она носом.

   Времени на него не было. Да и вообще нежелательно отвлекаться на пустое. Пришлось быстро и при этом со всей сосредоточенностью собраться, не упустив ни малейшей детали.

   Очередная капля крови клиентки. Мысль на задворках разума, что не пройдет этот заказ гладко, хотя редко какие удавалось закончить без вопросов, недоговорок и мелких проблем. Я увидела в зеркале преображение. Настроилась полностью на тончайшие ниточки души Витории Морис, переняла ее суть, забыла о себе.

   Быть ею, говорить за нее, смотреть на мир большими карими глазами, являться хрупкой жертвой, над которой издевался муж. Ненавидеть его. Всем сердцем желать развода.

   Все пройдет хорошо!

   На шее между выпирающими косточками не хватало кулона. Мысли о нем не давали покоя, раздражение не утихало.

   Выехали.

   Динар удивился моему решению не брать с собой Нэнси, вот только спорить не стал.

   Дорога шла гладко. Я изучила письма, запомнила нужные сведения, предоставленные заказчицей, отвлекала себя от тревожных мыслей чтением небольшой книги о тонкостях магии.

   Когда в очередной раз оторвалась от своего занятия, отодвинула шторку и увидела массивные стены Шиора с зубчатым верхом и маленькими силуэтами постовых на них. Город расположился в низине. Над ним кружили птицы, разнося по округе свой многоголосый крик.

   Я надежно спрятала свое чтиво, вернула шторку на место. Вскоре почувствовала толчок кареты, которая почти сразу остановилась, и услышала мужские голоса с улицы. Раздался стук в дверцу.

   — Эй, дамочка, не желаете к нам выглянуть?

   — Странно, — пробормотала я и осталась сидеть на месте.

   Сюда пробрался худощавый юноша с бордовым платком, закрывающим половину лица. Он бесцеремонно ввалился ко мне, сел напротив.

   — Жизнь или денежки? — наставил в мою сторону даже не кинжал — простой нож.

   — Ну что там, кто там? — заглянул к нам еще один. — О, какая лапушка. Так и быть, если не желаешь ничего отдавать...

   Слишком долго я молчала. Чужой облик требовал действий, меня толкало завопить, бездумно выпрыгнуть из экипажа и побежать к воротам Шиора, требуя помощи у стражей города. Вот только нож настораживал. Не применит ведь...

   — Что вам от меня нужно? — спросила я дрожащим голосом, прижимаясь к стене кареты и уже нащупывая спрятанный на случай непредвиденных нападений кнут.

   — Денежки, — оскалился сидевший напротив меня разбойник, и я вздрогнула от болезненного стона, изданного на улице Динаром.

   — Не обращай внимания, лапушка, Медведь у нас добрый, сейчас только поближе познакомится с твоим непоседливым кучером. Ему очень хорошо, но ты и сама все слышишь, — ухмыльнулся второй. Вцепился длинными пальцами в дверной проем и подался ко мне, заставив едва ли не слиться со стеной, лишь бы оказаться от него подальше. — Только давай договоримся, что ты не будешь сопротивляться. Медведь такой, ему все равно, девушка или парень. Он хорошо делает всем без разбора.

   Подмигнул мне. Кивнул первому, и тот поднял нож для устрашения, стал приближаться.

   Я решила пока не трогать кнут. Слишком мало места, не хватит размаха, поэтому засунула руку в корзину, лихорадочно начала ощупывать содержимое, надеясь наткнуться на что-нибудь сыпучее и бросить в глаза разбойникам, однако попадались только булочки да фрукты.

   Не нашла ничего лучше, как ударить ближайшего парня по голове самой корзиной. Схватилась за край лежавшего под ней платка, который полетел в воздух и лег прямо на моего противника, закрыл собой обзор. Я воспользовалась устроенной суматохой и выпрыгнула на улицу с другой стороны кареты.

   — Куда собралась, илаи?! — словно из ниоткуда обрушился на меня еще один разбойник, повалил на землю.

   Я закричала во весь голос, начала царапать его лицо. Получила отрезвляющую пощечину.

   Дыхание перехватило, я пораженно округлила глаза. Стало по-настоящему страшно! Пришлось заканчивать с игрой ничего не умеющей аристократки, способной лишь бесполезно вопить и молить о пощаде. Я вывернулась, дотянулась коленом до паха мужчины, потом рванула клок волос с его головы.

   Он взревел, завалился на бок. Я молниеносно поднялась, но кто-то другой решил показать грубую силу и подхватил меня сзади за талию. Он рывком двинулся к карете, чтобы затолкать в нее. Совсем рядом раздался истошный крик Динара, от которого кровь застыла в жилах.

   Так, хватит! Я разозлилась, ведь здесь игрой даже не пахло, и ударила противника под ребра, добавила затылком под челюсть, с силой наступила каблуком на сапог. Уже собралась развернуться и окончательно его обезвредить, как почувствовала давление под ребрами.

   Стало тепло.

   Я пораженно опустила взгляд, увидела разрастающееся пятно крови на бежевой ткани дорожного платья.

   — Стражи! Скорее, делаем ноги!

   Разбойник собрался достать из моего тела нож, и я мгновенно взяла себя в руки. Схватилась за рукоятку! Подарив ему уничижительный взгляд, со всей силы оттолкнула парня и сделала несколько неуверенных шагов назад.

   — Это того не стоит, бежим, — оказался возле него второй.

   Он помог подняться третьему, который по-прежнему лежал на земле, держась за поврежденный пах. Из-за угла кареты появился упомянутый Медведь и грузно пробежал мимо.

   Я же пораженно стояла на одном месте, прижимая ладонь к боку. Смотрела в неверии им вслед.

   — Илаи, с вами все в порядке? — остановился возле меня восседающий на коне страж, одетый в черно-красную форму Дирума.

   Мимо проскакали еще двое, направились за разбойниками. А первый спешился и вовремя подхватил под руку покачнувшуюся меня, потому как следовало всецело соответствовать образу Витории Морис, которая точно упала бы в обморок.

   — У меня кровь, — безжизненно пробормотала я, словно находилась на грани смерти.

   — Да, сейчас мы вам поможем. Ританс, разберись с кучером, а я доставлю илаи в лазарет, тут ранение!

   Он усадил меня в карету, собрался вытащить из бока нож, но я так громко застонала, и мужчина отдернул руку, решил пока ничего не делать. Пообещал, что сейчас мне окажут помощь, ведь до города и песнь не спеть.

   Двинулись в путь. Я мысленно поблагодарила стража, который не додумался остаться в экипаже и лично присмотреть за умирающей аристократкой, хотя за пострадавшими дамами нужен тот еще присмотр. Из-за быстрой езды все сильно трясло. Периодически с улицы слышались голоса. Я же плохо поддающимися контролю пальцами уже держалась за рукоять ножа и собиралась с силами.

   Достала!

   Начала глубже дышать, прижала к ране валяющийся на полу платок, хотя он вряд ли подходил для этого дела. Вот только времени катастрофически не хватало. Следовало обработать лезвие, пока я одна, пока еще что-то соображала.

   Взять бы где-нибудь огонь...

   Перед глазами немного плыло. Однако я старалась действовать четко, чтобы точно успеть выполнить задумку. Вытерла кухонное оружие о свое платье. Откинула голову назад, зажмурилась из-за невероятной слабости и невозможности нормально контролировать собственные действия, а потом вновь собрала себя по крупицам.

   Удержать образ Витории Морис, очистить нож, лишь бы на нем не осталось моей крови. Я не успевала! Не отвлекаться на остановку экипажа. Надеяться, что стражи не станут проверять мою карточку-пропуск и просто позволят ехать дальше...

   — Илаи пострадала от нападения разбойников. Ей нужна срочная помощь! — услышала я разговор с улицы.

   Тени за шторкой. Сюда заглянул мужчина в форме как раз в момент, когда я спрятала в складках платья кухонное оружие и нацепила на лицо маску обессиленной девы. Для полноты картины застонала и повернулась так, чтобы была видна рана.

   — Езжайте!

   Страж захлопнул дверцу. Я стиснула зубы, достала нож и поднесла к глазам, стараясь рассмотреть на нем малейшие бордовые пятна. Но все расплывалось. Возможно, это из-за потери крови. Хотя была вероятность, что виной тому созданный образ хрупкой и не умеющей держаться из последних сил девушки.

   — Эл, это же смешно, — прошептала я и тряхнула головой.

   Начисто вытерла нож, спрятала его в потайной стенке кареты, туда же затолкала книгу и кнут. Проверила, чтобы нигде не осталось моей крови, но заметила бордовый отпечаток собственных пальцев на самой дверце. Зачем вообще ее трогала?! Снова стиснула зубы, приподнялась и, балансируя во время сильной тряски, стала избавляться от ненужных следов.

   Когда экипаж остановился, в голове окончательно поселился туман. Появился первый страж, снова помог. Мне удалось проследить, лишь бы моя рука ни к чему не прикоснулась, чтобы он сам не дотронулся до раны, не вымазался.

   Лазарет...

   Светло, тепло, приторно пахло чистотой. И карточку-пропуск не спросили, что уже хорошо. Но ведь еще могут.

   Я легла на кушетку, на миг позволила себе расслабиться, но потом вцепилась в образ Витории Морис и просто держалась за тонкие фибры одеревеневшими пальцами.

   Очнулась резко посреди ночи от настойчивого шепота. Увидела взволнованное лицо Динара, на котором плясали тени от свечи, с которой он надо мной стоял.

   — Илаи Бе... Морис, вы долго не приходили в сознание, я переволновался. Нам нужно отсюда уходить. Скоро утро, будет обход, проверка. И еще сегодня развод.

   — Да, спасибо, — часто заморгала я, чтобы вернуть нормальное зрение и хоть немного привести мысли в порядок. — Сейчас поднимусь.

   — Тише, погодите. Вы потеряли очень много крови, я даже слышал, что было заражение, но лекарь попался хороший, все сделал в лучшем виде.

   — Откуда знаешь?

   — Так залез в вашу палату через окно, спрятался под кроватью. Они потом со стражем разговаривали о вашем состоянии и этих, как его... прогнозах.

   — Как ты, с тобой-то все в порядке? Тебя ведь избили...

   — Ничего, илаи, жить буду.

   Меня клонило в сон. Так просто было бы вернуть привычный облик, быстро восстановиться, но сейчас я не могла снимать с себя образ слабой человеческой аристократки. Как же тяжело!

   — Илаи, это было настоящее нападение, я договаривался на кур в клетках.

   — Зато пропустили в Шиор без каких-либо вопросов.

   — Да, но вы пострадали. Так бы просто в карету залетели испуганные птицы, вы устроили бы возле самых ворот истерику, состроили бы из себя оскорбленную дамочку, ну, как обычно...

   — Спасибо, Динар, что рассказал очевидное, — разозлилась я скорее на себя, чем на него, потому что не смогла подняться ни с первого, ни со второго раза. — Помоги лучше.

   — Я по пути сюда раздобыл для вас восстанавливающее зелье.

   Какая тяжелая голова!

   Только благодаря парню мне удалось сесть. Я приняла бутылочку из темного стекла, которую он предварительно откупорил, принюхалась и попыталась разложить запахи на составляющие. Вроде бы не обнаружила ноток чистополоха. Глоток, второй.

   Силы начали с поразительной скоростью возвращаться. Правда, это не помогло с раной, вот только жить и действовать можно, а впереди важный заказ.

   Мы без особого труда выбрались из лазарета, предварительно уничтожив все вещи с моей кровью. Далее начался поиск таверны, хозяева которой примут нас в столь ранний час. Что удивительно, это не заняло много времени.

   Вскоре я уже стояла в высокой кадке и поливала себя из ковша теплой водой. Чувствовала бодрость. Готова была сворачивать горы, вот только понимала, что запала надолго не хватит.

   Обновив повязки, использовала другой комплект одежды, предоставленный заказчицей. Она ведь прислала несколько. Отстраненно подумала, что с раной могут возникнуть проблемы, если не сбросить человеческий облик, вот только из-за горизонта солнце уже показало свой розовый бок, а с телесными повреждениями вновь стать собой и потом уже вернуть внешний вид Витории Морис будет немного проблематично.

   За сборами время пролетело незаметно. Казалось, я только что вошла в таверну и с важным видом запросила организовать мне место для купания, как уже пришлось снова садиться в карету и ехать к Дому Арканума. Динар старался помалкивать. Сам выглядел неважно, уже успел купить новую одежду и привести себя в порядок. Довез до площади Справедливости.

   Трехэтажное здание встретило меня своей мрачностью. За время работы с аристократками и их разводами я привыкла к этим темным стенам, черным окнам, к зябкому ощущению, что уже на пороге сорвут маску с моего лица. Никогда не поддавалась неприятному чувству. Судители не узнают, кто я. Слишком хороша маскировка.

   Расправила плечи и направилась к ступеням, ведущим к двустворчатым дверям. Они открылись с тихим тиканьем механизмов. Я оказалась в просторном холле с высоким потолком, где полы настолько блестели от чистоты, что зеркально отражали все предметы и меня, идущую к стойке с управляющим.

   — Приветствую вас в стенах Дома Арканума, — завел долгое приветствие усатый мужичок, не отрываясь от чтения разложенных на столе листовок. — Если вы пришли для получения информационных сведений, то направляйтесь в первый кабинет. Если хотите зарегистрироваться на проверку, то следуйте во второй. Если...

   — Не проще ли узнать, что именно мне нужно, и сказать мой номер?

   — Мне не положено общение с посетителями. Я здесь для того, чтобы уведомить о всех возможностях Дома Арканума. Если вам назначена встреча с представителем... — продолжил он заученные фразы, словно заведенный механизм.

   Я дождалась необходимой мне информации и отправилась на второй этаж в тринадцатый кабинет. По пути встретила женщину с каменным выражением лица, быстро шагающую по своим делам.

   Вот никогда мне не нравилось это место.

   Постучалась в дверь. Дождалась позволения и с гордым видом вошла внутрь.

   — Илаи Витория Морис? — спросил седовласый мужчина с белой бородой, сидевший за широким столом в компании похожих, но не таких старых судителей.

   — Да, это я.

   — Документ и карточка-вызов.

   — Вот, — приблизилась я к столу и положила на самый край запрошенное, вот только не стала пододвигать ближе к ним, потому что я аристократка, упрямая и в крайней степени недовольная тем, как меня встретил распорядитель.

   Сидевший ближе всего мужчина хмыкнул, потянулся за документом, внимательно изучил его.

   — Ваше место слева, ожидайте.

   — Благодарю, уважаемые судители, — холодно произнесла я и направилась к указанному месту.

   Рана напомнила о себе тянущей болью в боку и приступом слабости. Но я благополучно дошла, заняла на небольшом возвышении стул с высокой спинкой.

   Серые стены давили. Все здесь казалось чопорным и мрачным, словно созданным угнетать, вселять тревогу и неуверенность. Узкие окна с особой жадностью не пропускали свет. Мебель была тяжелой, высеченной из камня.

   Я передернула плечами, хмуро глянула на мужчин. А те даже не обращали на меня внимания. Находящиеся в их руках перья царапали бумагу, с лиц были напрочь стерты эмоции. Это являлось характерной чертой всех служащих Арканума. Вроде бы главный после короля орган власти, но настолько отталкивающий, что с ним не хотелось иметь никаких дел.

   Мне в особенности!

   Сначала донесся звук тяжелых шагов. Потом скрипнули петли двери, впуская в зал под номером тринадцать мужа Витории Морис.

   Или не мужа...

   Что ОН здесь забыл?

   Точно не мужа.

   Дыхание участилось, руки похолодели, а с лица моментально схлынула кровь. Сердце затихло от страха, словно так его никто не услышит и вошедший сюда мужчина вообще не обнаружит меня.

   Не муж, он просто явился по важным делам, чтобы передать...

   — Ир Эдон Андрэ Морис-Тонтэм, — бросил на стол черную карточку вместе с подтверждающим личность документом и спросил не без возмущения: — Зачем вы вызвали меня?!

ГЛАВА 3

   Никогда не думала, что приду в восторг от узких окон. Что буду благодарна полумраку. Что из-за страха стать обнаруженной не просто драконом, а самим племянником короля за крохотные секунды успею сосредоточить все свое внимание на магических и жизненных потоках, на образе, на исполняемой роли и даже исходящей от меня энергетике. Что с невероятной скоростью соберу все нити души и спрячу глубоко-глубоко в себе, в созданный с помощью сырой магии лабиринт, который не позволит ни мне выбраться наружу, ни кому-то постороннему достучаться до моей сути, включая даже метаморфа.

   Сложное состояние. Мало кто такое мог воплотить в жизнь. И в нем много отрицательных моментов.

   Но иначе никак.

   Все, больше никакого опасения, что меня вот-вот разоблачат, навеянного настоящей сущностью. Лишь тихая ненависть к Эдону Тонтэму, но уже не моя — чужая. Все чужое, включая большинство мыслей и стремлений, которыми нужно как-то управлять.

   «Как, если ты полностью спряталась, Эл?» — последнее, что промелькнуло в сознании перед тем, как мужчина повернул ко мне голову.

   Часть его пепельного цвета волос была заплетена сзади в тонкую змейку косы, остальные же прикрывали широкие плечи. Его стать впечатляла. Белый камзол идеально сидел по фигуре, выделяя мощную грудь и узкую талию. Черные штаны из дорогой ткани подчеркивали крепкие ноги. Хорош, тут не поспоришь. Истинный представитель сильной расы. Он сейчас олицетворял власть, источал непоколебимую уверенность и будто был создан для того, чем занимается уже очень много лет, — карать!

   Его широкие брови при виде меня едва заметно дернулись вверх от удивления. Пухлые губы стали чуть тоньше, но лишь на миг. В серых глазах же...

   Этот взгляд надежно приковал к стулу железными оковами. Эдон не просто посмотрел, а заглянул внутрь, словно разрезал, вывернул и оставил в таком распотрошенном состоянии. Стало неуютно. Захотелось немедленно покинуть это место, только чтобы не находиться с ним в одном помещении.

   — Илаи Витория Морис подала заявление на развод в связи с невыполнением вами супружеского долга. Будьте добры, ир Тонтэм, займите свое место справа.

   — Развод, — снова посмотрел на меня мужчина, но теперь с толикой снисходительности, словно ему стало даже интересно.

   Мне тоже, кстати... было бы крайне интересно узнать, как заказчица обманула меня, вот только пришлось вовремя спрятать обратно свою любопытную сущность. Сейчас не время даже для мысленных вопросов. Дракон не должен уловить в моем образе ничего для себя нового. Холодное волнение. Трепет перед могущественным мужчиной. Желание подчиниться его силе и просто рухнуть на колени, чтобы молить о пощаде, потому что я посмела подумать о расторжении брака.

   Мурашки по спине от таких порывов.

   Я передернула плечами, потупила взор, чтобы было легче. Однако легче не становилось. Я каждой клеточкой тела ощущала присутствие дракона. Словно видела, с какой скоростью и как уверенно делал каждый шаг, как садился на стул, как бросал на меня недовольные взгляды.

   — Бракоразводный процесс между Виторией Морис и Эдоном Андрэ Морис-Тонтэмом объявляю открытым.

   Последовали ставшие привычными фразы. Представление по имени каждого судителя, нудные формулировки, предупреждения, что будет в случае клеветы и невыполнения предписаний Арканума. Нас покарают, да-да. Вот именно этот дракон, сидящий по левую руку от меня, найдет и покарает.

   Потом они затянули унылую речь о важности брака, словно переживали за сохранность семьи больше, чем те, кто сидел перед ними.

   Я не слушала. У меня была другая задача. Дышать! Что удивительно, не получалось нормально это делать, словно кто-то посторонний контролировал работу моего тела. Ни поднять взор, ни шевельнуть рукой или ногой, ни вообще открыть рта.

   А Эдон смотрел и смотрел на меня. Наверное, я казалась для него букашкой, посмевшей мельтешить перед глазами обратившегося дракона. Признаться, я себя чувствовала соответствующе.

   — Вы все поняли, илаи Морис, и принимаете возможные последствия в случае нарушений оговоренных правил?

   — Да, — прозвучало негромко, неуверенно, в чем-то даже жалко. Вот вам и аристократка!

   — Ир Морис-Тонтэм, вы все...

   — Да! — раздраженно перебил судителя дракон. — Приступайте уже, мне не терпится узнать всю степень разворачивающегося идиотизма.

   — Ир Тонтэм, вы в Доме Арканума, будьте вежливы, иначе придется вас оштрафовать или выгнать.

   — Простите, — с издевкой сказал он, и я позволила себе скосить на него глаза.

   Лучше бы этого не делала! Сердце ушло в пятки от тяжести брошенного на меня взгляда. Он ведь не стерпит моей победы. Не примет ее!

   — Могу обратиться к вам с просьбой, уважаемые судители? — с трудом заставила я себя вообще подать голос.

   Плохое... очень плохое состояние! Как нормально контролировать Виторию и от переполняющего меня чужого страха не сказать лишнего? А еще как бы мои слова не начали разниться с действиями.

   — Разрешаем.

   — Я прошу магической защиты для меня... — вот бы не продолжить фразу, чтобы именно себя обезопасить от гнева племянника короля, — илаи Витории Морис, от ира Эдона Андрэ Морис-Тонтэма.

   — Мы не вмешиваемся в отношения между супругами, — покачал головой правый представитель власти.

   — В случае если вы все же разведете нас и мы больше не будем являться мужем и женой.

   — Хорошо, в этом случае предоставим, — не без скепсиса согласился другой судитель, явно не веря в успех моей затеи.

   Признаться, у меня тоже были сомнения. До такой степени стойкие, что тянуло произнести извинения за потраченное у них время и малодушно сбежать, именно так поступила бы истинная Витория Морис. Но нет, я кое-как сидела на стуле и пока толком не шевелилась.

   Эдон так хмыкнул, что я едва не подпрыгнула на месте. Ужас! Неужели девушка настолько его боялась? Каждого слова, каждого движения, даже обычного взгляда. Вот до чего довел свою жену племянник короля! Неудивительно, что она после семи лет брака захотела развод и пошла на обман, каким-то образом заставив меня все же принять заказ.

   — Илаи Морис, в заявлении указано, что муж не выполнил супружеский долг.

   — Да.

   — Доказательства есть?

   — Конечно, я не утратила невинность, — должно было прозвучать уверенно, но нет, больше напоминало мышиный писк.

   — Темные силы, у нас ребенок есть! — воскликнул дракон, взмахнув в мою сторону рукой.

   Не паниковать. Сидеть ровно. Подумаешь, заказчица забыла уточнить один важный нюанс...

   — Он не мой, — прошептала на грани слышимости, потому что контролировать полностью образ Витории не представлялось возможным.

   Всего одна нить души пронизывала лабиринт насквозь, став для него основой. Только слова или только действия — иного не дано.

   Эдон так громко засмеялся, что я невольно вжала голову в плечи. Панические мысли атаковали меня в полную силу. Внутренний голос завопил от ужаса. Как в таком состоянии работать?

   — Моя жена немного не в себе, — произнес дракон, словно по щелчку пальцев став предельно серьезным. — Она решила привлечь мое внимание, и у нее это отлично получилось. А сейчас, полагаю, нам пора.

   — Проверьте меня на Камне правды, — предложила я, а голос едва на надломился в конце фразы.

   Из-за такого поведения мне вряд ли кто поверит. Нужно быть убедительной и верить в сказанные слова, чтобы они по итогу стали истиной. Как мне хорошо отыграть свою роль? Я даже следить за реакцией судителей не могла, потому что постоянно смотрела в пол и чуть ли не тряслась от страха.

   Ничего, и не из такой ситуации выходили. Восемь лет жила среди врагов, кое-как скрывалась от Арканума и самих карателей, а все потому, что... Так, не пускать в голову свои мысли! Справлюсь. Все сделаю!

   Пойду по грани.

   — Витория, достаточно! — с нажимом произнес Эдон.

   — Мы даем одобрение на проверку, встаньте в центр, — указал один из мужчин на место перед ними.

   Он сам поднялся. Наклонился, чтобы достать из-под стола тяжелую коробку. Поставив ее перед собой, выудил из недр стеклянную сферу с заключенной внутри магией, которая могла определять ложь. В спокойном состоянии она оставалась прозрачной. Стоило же соврать, как внутри начинал клубиться красный дым.

   И сейчас проблема в том, что я не могла до конца контролировать себя. Любое сомнение приведет к краху, а отточенные приемы не сработают.

   Я встала. Ноги показались ватными, не хотели нормально слушаться. Я старалась не смотреть на Эдона, а дракон ни на миг не отрывал от меня взгляда. Его пристальное внимание не давало покоя. Присутствовало ощущение, что он уже заметил нехарактерный его жене энергетический окрас или же «двойственность» нитей, свойственную метаморфам во время преображения внешности.

   Но нет, точно нет! Я надежно спрятала свою энергетику и нити души, уже не раз проходила проверку на Камне правды. Хватит волноваться!

   Или позволить себе это чувство, потому что оно было навеяно еще и образом аристократки? Если не бороться, то станет легче. Бояться, трястись, пусть голос остается тихим-тихим. Скажем, что всему виной запугавший меня до смерти муж.

   — Вы обещаете говорить нам правду и ничего, кроме правды? — уточнил судитель, стоило мне кое-как добраться до их стола.

   Вдобавок рана начала ныть. Так некстати!

   — Да.

   — Позволю себе напоминание, что за ложь будет назначен штраф. Учтите.

   — Понимаю, да, — закивала я, вдруг осознав, что мне нужно как можно скорее сесть. Могу не выстоять!

   Но как попросить подать мне стул? Я ведь гордая аристократка, которая сейчас слова не могла лишнего пискнуть из-за присутствующего здесь супруга.

   Потянулась к стеклянной сфере. Замедлилась на миг, показывая свои опасения, ведь все сказанное мной будет ложью, если подразумевать саму Виторию. Меня вычислят с первого же вопроса. Покарают!

   Как не сойти с ума от одних этих панических мыслей?

   Эдон будет жесток. Он не подарит мне снисхождения или понимания, даже не разжалобится на быструю смерть... Я внутренним толчком заставила себя дотронуться до Камня правды.

   В ладони закололо. Чужеродная магия проникла под кожу.

   — Ваш муж консуммировал брак?

   — Мы с Эдоном Тонтэмом никогда вместе не спали, — чуть ли не силком выдавила из себя, при этом неправильно назвав племянника короля. Нужно было полным именем, чтобы точно не возникло сомнения, что я — не она, не его жена.

   — А ребенок — не доказательство клеветы? Проверьте камень, он сломан, — не собирался сдаваться дракон.

   — Это не мой ребенок, — повторила я то, что говорила ранее.

   Никакой реакции сферы. Она оставалась прозрачной, показывая правдивость сказанных слов. Вот и вся хитрость моей работы: я просто говорила то, что относилось ко мне, а не к надетому образу. Все, теперь можно быть спокойной. Не закрепленный близостью брак, пусть и магический, не являлся полноценным и потому его без особого труда можно расторгнуть. Оставалось дело за малым. Дойти до стула, выдержать дальнейшие споры и обсуждения, добиться хорошего возмещения за семь лет, потраченных на этого мужчину. Непосильная задача какая-то. Мне сложно с голосом совладать, а тут еще отстаивать свою позицию нужно.

   Я собралась было отнять руку, вот только прозвучал следующий вопрос:

   — Зачем вы пошли на обман с ребенком?

   Судители смотрели на меня выжидающе. Средний так и вовсе отложил перо, собираясь всецело проникнуться выяснением обстоятельств разбираемого развода.

   — Потому что я не могу иметь детей... — пришлось стиснуть зубы, потому как без уточнения сфера может загореться красным, — от дракона.

   И от метаморфа, кстати, тоже. Нам важна парность.

   — Вы давно об этом узнали?

   — Давно.

   — Еще до брака?

   — Иру Эдону Андрэ Морис-Тонтэму о данной особенности ничего не рассказывала.

   Голова начала немного кружиться. Я вроде бы стояла ровно, как полагалось аристократке и супруге племянника самого короля, однако недавнее ранение проявлялось тянущей болью и сильной слабостью. Видимо, восстанавливающее зелье оказалось не лучшего качества, потому как его эффект должен был продержаться намного дольше.

   — Почему тогда согласились на этот брак?

   — Темные силы, ваш камень сломан, говорю же! — не выдержал дракон, и послышались тяжелые шаги.

   Приблизившись, мужчина сам снял мою руку и приложил к сфере свою.

   — Ну же, спросите теперь у меня, мы ведь должны узнать правду от обеих сторон.

   — Ир Эдон Андрэ Морис-Тонтэм, мы призываем вас к уважению. Будьте добры, займите свое место и не вмешивайтесь в процесс.

   — Спросите! Я докажу, что камень сломан. Один вопрос, и я сяду обратно на этот, чтобы его пожрали Темные силы, стул.

   — Вы консуммировали брак?

   — Да, я консуммировал брак с этой девушкой.

   Сфера засияла в самой середине. Из маленькой точки начали вырываться клубы дыма, заполнять весь шар. Дракон пораженно отдернул руку, повернул на меня голову.

   — А теперь вернитесь на свой стул!

   Племянник короля не сдвинулся с места. Я каждой клеточкой тела почувствовала, как он начал присматриваться ко мне внимательнее, потом и вовсе схватил меня за подбородок и заставил поднять голову, вот только я отвернулась, отступила. Притом это была не моя игра, а поведение самой Витории, которая поступила бы точно так же. А все потому, что я сама затаилась, словно мышка. Меня нет. Меня не существует! Только она: тело, душа, мысли, эмоции.

   Меня нет.

   Меня нет...

   — Ир Тонтэм, немедленно займите свое место! Еще одно предупреждение, и придется вас оштрафовать.

   — Штрафуйте, — небрежно бросил дракон, даже не повернувшись в сторону представителей Арканума.

   Заскрипели перья по бумаге. Я из-под полуопущенных ресниц заметила движение супруга Витории, который сделал шаг ко мне. Попятилась.

   — Ир Эдон Андрэ Морис-Тонтэм, вам назначен штраф в виде тройной нормы, а также сто часов работ на благо Арканума.

   — Впечатляющие у вас запросы, одной нормы было бы достаточно.

   — Это не вам решать.

   Дракон хмыкнул, я же опустила голову еще ниже, снова почувствовав на себе тяжелый взгляд. Потом Эдон словно вонзил в мою грудь руку и начал копаться там, погружаясь чуть ли не по самый локоть и прощупывая внутренние органы. Я с трудом сдержалась, чтобы не выставить стандартную защиту. Люди не умели подобного.

   — А теперь покиньте помещение, ир Тонтэм.

   — И оставить ее с вами наедине? — вместе с этим возмущением закончилось неприятное ощущение, и я едва не пошатнулась, будто из меня вправду достали руку. — Ни за что!

   Мужчина направился к своему стулу, опустился на него, словно являлся здесь главным и ничто ему не помеха. Конечно, истинный каратель, приближенный к власти. Уверена, он никого не принимал всерьез. Поступал всегда так, как считал нужным и... Хватит! Нельзя думать!

   Не сейчас.

   Меня нет!

   — Илаи Морис, подойдите снова к Камню правды, мы не закончили проверку.

   Где взять силы, чтобы сделать хотя бы шаг? Я чувствовала, что до падения осталось немного.

   Зато мой внешний вид можно было списать на сильное волнение. Тем более племянник короля своим выпадом только помог мне и наглядно продемонстрировал возможную причину нашего развода, даже не пришлось придумывать. А что самое важное — ответил на вопрос именно так, как нужно, не уточняя имени. Просто тут могла возникнуть проблема.

   Все идет хорошо. Все очень даже хорошо!

   Как выстоять на ногах?

   — Почему вы согласились на брак с иром Эдоном Андрэ Морис-Тонтэмом?

   — Меня никто не спрашивал.

   — Во время процесса бракосочетания каждому задается вопрос, согласен ли он по своей воле вступить в данный союз. Значит ли это, что вы солгали?

   Сколько можно допытываться? Обычно им хватало информации, что супруг не консуммировал брак, и проверки на Камне правды на невинность. Хотя верно, дело велось против племянника короля, а Аркануму невыгодно закрытие его в мою пользу. Возможен конфликт. Представители верхушки Дирума захотят показать свою силу, доказать правоту, надавить друг на друга. И так как передо мной сидели достаточно умные мужчины, сейчас они пытались избежать всего этого.

   Я не ответила. Лишь поджала губы и посмотрела на того судителя, что сидел по центру.

   — Илаи Морис, мы ждем.

   — Я вступала в брак с иром Эдоном Андрэ Морис-Тонтэмом по собственной воле, — сообщила я, и под моей ладонью заклубилась красным магия.

   Я испуганно оторвала ее от сферы, прижала к груди — именно та реакция, которая нужна. Вот в чем сила слов... Неважно, по собственной или нет, вся суть в первой части фразы. Правда, внутреннее ликование пришлось подавить, а одну-единственную нить души, которая отчасти справлялась с контролем речи, заставить свернуться в клубок и тоже спрятаться в созданном лабиринте.

   — Можете вернуться на свое место, илаи Морис.

   — Погодите! Я тоже хочу задать ей вопрос, — прозвучало зловеще, и меня окатило холодом страха.

   По вискам заструился липкий пот. Желание поскорее сбежать умножилось во сто крат — мне жизненно необходимо стало перевести дыхание и избавиться от пристального внимания дракона. Но как бы ни хотелось показать судителям свое возмущение, ведь я прошла проверку, все остальное можно считать оскорбительным, вот только сейчас попросту не могла шелохнуться. Даже сло́ва сказать была не в состоянии. Начала осторожно возвращать только что спрятанную нить. Рано обрадовалась!

   — Приложите ладонь к Камню правды, илаи Морис, — пошли на уступки представители Арканума.

   Мне они вряд ли позволили бы подобную вольность.

   Я подчинилась. Приблизилась, снова прикоснулась к стеклянной поверхности, под которой магия уже стала прозрачной.

   — Мы с тобой когда-нибудь танцевали? Будь добра, полным ответом, как делала прежде, дорогая моя.

ГЛАВА 4

   Узнал!

   Или нет?

   Почти с самого начала дракон заподозрил неладное, потому что не полный дурак и вряд ли страдал потерей памяти, учитывая, что у них с Виторией был общий ребенок. Но вот понял ли? В чем подвох с танцем?

   «Тише, Эл, твои панические мысли выдадут нас!»

   — Да, — ответила коротко, вот только не на первую часть фразы, а на вторую. Обязательно буду добра, постараюсь, по крайней мере.

   — Развернутую версию, пожалуйста, — от учтивого тона Эдона мурашки побежали по спине. Он словно раскрыл мою личность и сейчас попросту издевался.

   От побега меня сдерживала только слабость в теле. Благодаря ране я стояла на одном месте, словно подошва приклеилась к полу, потому что от малейшего движения силы покинут меня. Наверное, следует поблагодарить разбойников.

   Да, туман в голове, невозможно нормально работать, однако я никак не контролировала тело, а оно рвалось прочь.

   Ответ...

   Вот и настала самая сложная часть, когда нужно плести правду из нитей лжи и в нее безоговорочно верить. Порой получалось обойтись малой кровью и всего-то грамотно выстраивать предложения, но теперь данный способ не сработает. Есть еще один путь. Не хотелось к нему прибегать, но выхода нет.

   Я обернулась к Эдону. Позволила себе посмотреть ему в глаза и вспомнить. Рорн, курортный сезон, теплое лето. Беззаботные деньки, когда ты еще совсем ребенок и тебя не пускают на бал. Непонимание, что интересного взрослые находили в бесконечных танцах, ведь это очень скучно. Игра под раскидистым деревом в зеленом саду. И мальчик старше меня на несколько лет, который нагло вклинился в мое любимое уединение.

   Наш спор.

   Его желание доказать, что в танцах есть своя прелесть.

   — Да, я танцевала с Эдоном Тонтэмом.

   Он тогда был слишком мал, чтобы называться иром, ибо титул давался в Дируме в момент совершеннолетия. Второго имени я тогда еще не знала. А двойная или даже тройная фамилия — это роскошь, которой порой баловались богатеи. Порой они, можно сказать, покупали целый род и становились главой, брали из него девушек в жены для продления кровной линии, что и произошло с Виторией. В обратном направлении тоже работало. Арканум мог лишить человека всего, и тот оставался с одним только именем.

   Дракон опустил взгляд на шар, напряженно всмотрелся в сердцевину. Камень правды остался прозрачным. Я посмотрела на молчаливых судителей, которые явно не понимали, как им быть.

   По-хорошему, следовало бы засыпать меня вопросами, чтобы поймать на лжи. Но ведь консумации брака не было, значит, он являлся недействительным. Какой же разразится скандал!

   Так и представилось, какими заголовками будут пестреть листовки.

   Порадоваться бы, но сейчас не до этого.

   — Можете садиться на свое место, илаи Витория Морис.

   Я отняла от сферы ладонь, покачнулась, лишившись надежной опоры. Эффект восстанавливающего зелья бесследно исчез. Теперь нужно было набраться откуда-то сил, чтобы сделать шаг. Нет, сначала следовало развернуться.

   — Илаи Морис, вам нехорошо?

   — Нет-нет, — приложила я пальцы к холодному лбу и поразилась, насколько он влажный от пота.

   Нужно идти! Вот только я стояла на месте, не в состоянии совладать с телом. И дело уже не в образе Витории.

   Шаг. Нога подкосилась, пол начал стремительно приближаться. Но не успела я упасть, как почувствовала на талии сильные руки, которые придержали. Чужая ладонь немного сместилась. Я вскрикнула от боли.

   — Кровь? — удивился Эдон. — Витория, откуда у тебя кровь? Посмотри на меня.

   — Объявляю приостановку бракоразводного процесса.

   — Нужно помочь илаи.

   Я едва не застонала в голос, потому что мне осталось совсем чуть-чуть. Следует собраться с силами, заверить их, что со мной все в порядке. Там ведь немного выдержать, пока они объявят окончательное решение и разорвут магические нити брака между Эдоном и Виторией.

   — Нет, я могу...

   Дракон уже подхватил меня на руки и направился прочь из давящего своими серыми стенами помещения. Следовало запротестовать! Вот только веки налились свинцом. Мне с трудом удалось остаться в сознании, хотя побег от реальности стал бы сейчас отличным решением.

   Эдон будто не чувствовал веса моего тела. Выглядел угрюмо, быстро шагал. Мы миновали коридор, спустились по ступеням на первый этаж, прошли мимо распорядителя, который даже не поднял на нас головы.

   — Мы рады, что вы обратились за помощью в Дом Арканума. Надеемся... — его голос стих за закрывшимися за нами дверями.

   Нужно закрыть глаза. Сейчас самое время. Все равно ничего изменить не удастся.

   Вот только я неотрывно смотрела на карателя, который нес метаморфа на руках. И не думать об этом не получалось. Меня одолела такая слабость, что больше ничего не подчинялось мне, даже собственные мысли стали наглыми предателями.

   — Не расскажешь, где получила рану?

   — Разбойники. — Голос был не громче шелеста ветра в траве.

   — Под Шиором? Стражи знают?

   Мой взгляд скользил по мягким на вид губам, которые некстати захотелось потрогать. По волевому подбородку с едва заметной ямочкой. По ярко выраженной линии челюсти. Задержался на остром кадыке. Его движение вверх-вниз загипнотизировало, помогло опустошить голову.

   — Витория! — напомнил о своем вопросе Эдон, однако я не собиралась отвечать.

   Лучше поберечь силы. Все же остаться в сознании — правильное решение. Следует проследить за тем, что племянник короля собрался сделать со своей пока еще супругой.

   Нас ведь не развели!

   До чего же обидно. Я справилась, сделала все очень даже хорошо, никак не выдала себя. Должна была потратить пару часов, а в итоге оказалась на руках дракона.

   Что за напасть? Меня прокляли? Это наказание за решение взять хорошо оплачиваемый заказ, притом что до этого полгода сидела без работы? Не то чтобы у меня не имелось других источников дохода, потому как очень глупо полагаться только на аристократок, внезапно решивших поменять собственную судьбу и освободиться от супружеского гнета. Но тогда я не накопила бы нужную сумму за всю свою достаточно долгую жизнь.

   Мы приблизились к карете. Мужчина умудрился забраться в нее со мной на руках, должен был усадить на мягкие подушки, однако предпочел вместо них свои колени. Неужели любил жену? Как-то не особо верилось.

   Я видела его недовольство, как поджимал губы. Периодически опускала веки, потому что постоянно открытыми их было нереально держать. В какой-то момент дракон посмотрел на меня. И ведь нужно отвести взгляд, ведь выдержать этот зрительный контакт невозможно, вот только я слишком устала.

   Засыпала.

   Все же провалилась в забытье и очнулась от грозного голоса мужа Витории, который отчитывал доктора того же лазарета, из которого я сбежала этим утром. Стоило мне открыть глаза, как Эдон замолчал.

   — Не знал, что у меня настолько отчаянная жена, — произнес дракон и кивком отпустил мужчину, тот поспешил ретироваться.

   Желтые стены палаты навевали уныние. Приторный запах чистоты толкал на ужасное: попросить племянника короля открыть окно, чтобы впустить сюда свежий воздух. Вот только я не проронила ни слова. Не нужно этого. Вообще общение с драконом для меня противопоказано. Пора перекинуть нить контроля с речи на действия.

   — Витория, в чем твоя проблема?

   Я отвернулась, прикусила нижнюю губу, чтобы случайно ничего не произнести. В таком состоянии всякое может случиться. Но дракона мое поведение не устроило, он сжал пальцами мой подбородок и резко повернул к себе. Вот он, властный каратель во всей красе. Возвышался надо мной с прямой спиной, небрежно держал, смотрел снисходительно, именно так, как обычно его отображали на листовках с очередным кричащим заголовком про метаморфов и борьбу с ними.

   — Не желаешь объясниться?

   Пришлось оторвать руку от постели, чтобы прикоснуться к мужчине и попытаться прервать телесный контакт. Но ничего не удалось, он лишь сильнее сдавил подбородок.

   — Как ты обманула Камень правды?

   Главное сейчас — не паниковать. Нужно стойко выдержать предстоящий допрос, не проронить ни слова и потом снова отправиться в Дом Арканума, чтобы подать новое заявление. Надеюсь, они мне не откажут, придумав какую-нибудь нелепую причину, только чтобы не создавать конфликт с представителем королевского рода.

   Не удивлюсь, если это будет первый мой невыполненный заказ.

   — Витория, давай обойдемся без крайностей. Ты ведь должна понимать, что мне развод противопоказан, особенно сейчас. Что тебе нужно?

   Я все сильнее сжимала запястье мужчины, оттягивала его руку от себя. Он не поддавался, цепко держал за подбородок, смотрел прямо в глаза. Давил. Будто бы ломал мою волю своей мощной энергетикой. Мало какой человек выдержал бы подобное, и мне следовало полностью отыграть свою роль: расплакаться, начать выкладывать ему всю правду. А вместо этого я молчала.

   Молчала, ведь другого выхода из моей непростой ситуации не имелось. Да и была слишком слаба. Не могла отвести от него взгляда, потому что дракон будто бы на крючок подцепил меня.

   — Неужели настолько отчаялась, дорогая моя? Витория, как считаешь, сложно ли в Шиоре закрыть Дом Арканума? Тогда тебе снова предстоит унизительная проверка на Камне правды, но уже в другом городе, выдержишь? Хотя сначала нужно подать заявку на бракоразводный процесс, а по бумагам я числюсь жителем Шиора. И ты, кстати, тоже. Но если Дом Арканума здесь перестанет работать, то потребуется пропуск в тот же Дайс или Тритэл, а это ведь полная проверка личности. Справишься? — последнее прозвучало зловеще.

   Дракон всмотрелся в мои глаза, выискивая там панику. Вот только я была настолько ошеломлена его задумкой, что сейчас молила сознание вновь унести меня в спасительное забытье.

   Он не находил отличия между мной и Виторией, сейчас прощупывал почву, пытался вывести меня на эмоции. А я не открывала рта. Онемевшими пальцами держалась за его запястье. Казалось, если разожму их, то провалюсь куда-то и потом с трудом поднимусь.

   Не думать.

   Не реагировать.

   Уж точно не отвечать.

   Он все же отпустил мой подбородок. Недовольно поправив задравшийся рукав, подхватил стоявший неподалеку стул и переместил его ближе к кровати, чтобы сразу же на него сесть. Неужели собрался остаться? У племянника короля разве нет своих крайне важных карательных дел, разве не нужно спасать Дирум от метаморфов? Ах да, он ведь заявил, что их больше нет в королевстве. Плохо вы работаете, ир Тонтэм, очень плохо.

   Я посмотрела в потолок. Вскоре позволила себе пошевелиться, потому что лежать в одном положении было очень неудобно. Тем более рана немного ныла.

   — Не ожидал от тебя, Витория, подобной жестокости. Бросить родную дочь, отказаться от нее в присутствии Арканума. Не хочешь встретиться с Эл?

   Сердце екнуло.

   — Наша дочь как раз гостит у бабушки в столице, и они скоро поедут в Рорн. Присоединимся? Что-то слишком давно мы с тобой не проводили время вместе, и мне как раз не помешает взять отпуск. Как тебе идея?

   Я смежила веки. Мне стало тяжелее держать маску спокойствия, потому что нахлынули воспоминания из детства. Они редко вырывались наружу. Мне удалось затолкать их в самый дальний уголок сознания, чтобы покрылись толстым слоем пыли и превратились в серый фон, слились со стенами, перестали существовать. И вот стоило в процессе проверки выудить совсем крохотный клочок из полотна прошлого, как следом за ним полезли остальные.

   Слеза скатилась по виску. Я вздрогнула, почувствовав на коже шершавые пальцы, которые смахнули ее, пораженно распахнула глаза.

   — Теперь придется исполнять супружеский долг, — мрачно произнес мужчина, словно это сущее наказание, но он готов пойти на жертву.

   У меня вырвался смешок. Сказывалось перенапряжение!

   Эдон улыбнулся одними уголками губ, но в следующий миг вернул серьезный вид. Появилось давление. Дракон невидимой силой коснулся моего живота, проник внутрь, исследовал ноющий бок.

   — Мне поделиться с тобой кровью?

   Нет! Пожалуйста, нет!

   — Думаю, тебе известно, что в чистом виде она способствует быстрой регенерации тканей. Что с твоими глазами, Витория? Неужели настолько поражена? Видишь, я умею быть добрым.

   Это проверка... Всего лишь проверка! Никакой дракон не станет делиться своей кровью, особенно племянник короля и каратель, который борется с метаморфами. Просто на ней очень много завязано.

   В дверь постучали. Эдон отвлекся на заглянувшего сюда лекаря, а я вдруг почувствовала скользнувший по руке ветерок. Подняла глаза, увидела сидевшего на откосе окна Динара. Притом он, скорее всего, не знал о присутствии здесь самого ира Тонтэма, вот-вот подставит нас обоих.

   Я часто замотала головой, попыталась подать помощнику знак. Но тот продолжал осторожно толкать окно, собираясь вот-вот забраться внутрь. Наклонился вперед, даже чуть привстал, готовясь тихо спрыгнуть. Громко хлопнула дверь.

   — Я договорился, мы можем ехать, — сообщил дракон.

   Динар повернул голову, от удивления распахнул глаза и вовремя схватился за приоткрытое окно, зависнув над полом. Я прочистила горло, начала кашлять в кулак, чтобы отвлечь племянника короля от постороннего мужчины, пробирающегося в палату его жены.

   Эдон остановился надо мной, подозрительно сощурился.

   — Можно воды? — подняла к нему руку, и он будто все понял.

   Посмотрел на открытое окно, где уже не было видно Динара. Спешно обошел мою кровать и выглянул наружу.

   От ужаса у меня на затылке заледенело. Он ведь сейчас обнаружит моего помощника!

ГЛАВА 5

   Не обнаружив Динара, дракон прикрыл окно. Искоса посмотрел на меня, так что пришлось подавить облегченный вздох. Ничего не прочитав на моем лице, окинул взглядом палату, залез в каждый шкафчик, проверил все возможные выходы, даже заглянул под кровать.

   Назвать бы его параноиком, да только я сама разожгла этот костер и теперь должна была просто не сделать огонь ярче. Ему теперь все будет казаться подозрительным. Он станет испытывать меня, каждым своим действием бросать вызов.

   — Молчишь, — недовольно поправив задравшуюся рубашку, приблизился ко мне муж Витории.

   Склонил голову набок, внимательно прошелся взглядом по очертаниям моего тела под тонким одеялом, будто кто-то мог спрятаться там. Подошел ближе, возвысившись так, чтобы снова появилось ощущение, что он здесь главный, а я — крохотная муха, которую в любой миг прихлопнут.

   — Правильно, Витория, молчи, такой ты мне больше нравишься. Кстати, пить больше не хочешь?

   Я кивнула.

   — Голос пропал? Или после семи лет брака моя жена внезапно послушной стала? — направляясь к выходу, продолжал говорить он.

   Открыл дверь, ни на миг не выпуская меня из поля зрения, приказал немедленно принести воды. Притом сказал таким тоном, будто это вопрос жизни и смерти.

   Не прошло и пары минут, как мне предложили стакан, по стенкам которого бежали капельки. Тяжелый, скорее всего. Удержу? Но даже если так, то смогу ли унять дрожь в руках, не продемонстрирую ли наглядно свое волнение? Или не свое, а навеянное образом Витории.

   Вот этим мне не нравилось перевоплощение в аристократок. Они склонны к панике. В любой сложной ситуации сразу готовы пуститься в слезы и с рыданиями выдать свою ложь. Хорошо хоть во время развода я находилась на их месте, все контролировала, вела себя сдержанно и ничем не выдавала подмену. К тому же сам процесс обычно длился недолго, не более трех-четырех часов. И после мы с заказчиками не встречались.

   Безусловно, присутствовала опасность разоблачения. Я действовала незаконно, обманывала Арканум и тех же мужей, да и вообще была метаморфом, что вообще для жизни опасно. Пришлось обезопасить себя. Я с огромным трудом оформила себя жительницей Тритэла, куда посторонним попасть сложнее всего, включила в договор огромные компенсации и, что самое главное, использовала при подписании специальную печать, выданную Домом. Все было официально! В случае невыполнения своей части сделки аристократки попадали под кару Арканума. Подобной участи никому не пожелаешь.

   Они судили строго. Были непредвзяты. Порой назначали настолько суровое наказание, что проще покинуть королевство, чем выполнить его. Хотя кто должников отпустит?

   Эдон смотрел испытующе. Я же потянулась к предложенному помощницей лекаря стакану и сразу уронила руку, всем своим видом показывая, что слишком слаба. Девушка решила прийти на помощь, приподняла мою голову и приложила холодное стекло к моим губам.

   Как теперь не поперхнуться?

   Глоток, второй.

   Дракон явно желал, чтобы вода пошла не в то горло, а я закашлялась, хоть как-то расшевелилась. Но, к счастью для меня, все прошло успешно.

   — Попросите лекаря поторопиться, я не намерен долго ждать листок с рецептом.

   — Ир Тьор сделает все в ближайшее время, — учтиво поклонилась девушка и покинула палату.

   Эдон быстро унял свое раздражение, снова сел на стул. Мне ничего не оставалось, как опустить веки и попытаться уснуть, только чтобы скорее пережить грядущее испытание.

   Ни о каком разводе уже речи не шло. Витория нарушила сразу несколько пунктов нашего контракта, намеренно подставила меня, однако и я не довела начатое до конца, поэтому должна буду вернуть уже полученную плату. Да, почти доказала необходимость разрыва этого брака, прошла проверку на Камне правды, но ведь не добилась своего, не закончила. Значит, не сделала. Но ничего, это меньшее из зол. Впереди будут разбирательства.

   Правда, сначала выбраться бы из западни, имеющей свое имя.

   Ир Эдон Тонтэм!

   — Как плохо, что нет способов забраться человеку в голову, — словно разговаривал сам с собой мужчина. — Я могу коснуться своей силой твоей кожи, попробовать на вкус источаемую тобой энергию... — В этот момент я ощущала постороннее воздействие. Он задержался на моих висках, надавил на них, будто бы пытаясь проникнуть в запретное для него царство.

   Послышалось шевеление. Я не стала реагировать, но потом едва не вздрогнула от слов, произнесенных низким голосом на самое ухо:

   — Но ничего, есть много других способов. Как ты себя чувствуешь, Витория? Идти сможешь?

   Я просто покачала головой. Различила звук открываемой двери, топот ног.

   — Вот инструкции, что нужно делать, — сообщил лекарь. — Вашей жене сейчас желателен покой, чтобы все быстрее затянулось.

   Нет, мне необходимо просто избавиться от дракона и снова стать собой. А в облике аристократки никакие повреждения нормально не заживут. Рана будет долго кровоточить, беспокоить, высасывать все силы.

   Я сглотнула. Почувствовала, как кто-то сдернул покрывало. Открыла глаза, когда Эдон собрался снова взять меня на руки, и схватилась за его плечи. Мало ли, вдруг решит бросить на середине пути.

   Почему-то взгляд сразу задержался на его кадыке. Острый, словно лезвие ножа. Он загипнотизировал, выделяясь на загорелой коже крепкой шеи.

   Стоило нам попасть на улицу, я сразу же опустила веки и из-под ресниц попыталась отыскать Динара. Прятался за углом. Наблюдал.

   Увидев нас с Эдоном, он пораженно открыл рот, правда, не потерял бдительности и вовремя скрылся из поля зрения, потому как дракон решил проверить обстановку вокруг. Какой осмотрительный попался каратель.

   Вскоре мы скрылись в карете. Помощник выглянул из-за угла в тот момент, когда закрывалась дверца, и одним только взглядом показал, что будет следовать за нами. Все-таки правильно я поступила, что не взяла с собой Нэнси. Не нужны беременной женщине подобные переживания.

   Хлыст звонко рассек воздух. Послышался голос кучера, и лошади сдвинулись с места.

   — Лекарь сказал обеспечить тебе покой, Витория, — всматриваясь в мое лицо, сообщил Эдон. Его белые волосы были перекинуты на спину. На лице присутствовало мрачное спокойствие, а в глазах — снисходительность, как если бы ситуация с разводом никак не заботила дракона. — Мы могли бы отправиться домой, но лучше поберечь себя, лишний раз не двигаться. Сразу едем в Рорн. Согласна?

   Он увозил меня, чтобы не приводить свою угрозу с закрытием Дома Арканума в исполнение? Верно, чем дальше я от Шиора, тем меньше вероятность, что снова подам заявку на развод.

   Я откинула назад голову, прикрыла глаза. Мне нужен сон. Так проще будет вытерпеть долгую дорогу, в которой вряд ли выпадет шанс сбежать от Эдона.

   Мужчина хмыкнул. Понял, видимо, что сейчас ничего не добьется, а потому больше не разговаривал со мной.

   Карета сначала сильно тряслась по вымощенным булыжником улицам Шиора, потом поехала мягче, стоило выбраться за пределы города. Я хотела бы задремать, вот только каждая ямка или бугорок, на которые попадали колеса, откликались болью в ране. И ведь ничего с этим не сделаешь.

   — Чего хотели разбойники? — вдоволь понаблюдав за моими мучениями, все же поинтересовался дракон.

   А чего они могли хотеть? Золота, драгоценностей. Такие встречи на обычных дорогах — не редкость, потому как в стенах защищенных городов мало кто промышлял грабежом. Арканум внимательно следил за порядком. В этом вся суть пропусков и проверок, здесь нужно указывать, кто ты такой, чем занимался, для чего или к кому в гости приехал, а также ждут ли тебя там.

   — Раз уж на то пошло, тогда задам другой и более важный вопрос. Почему жена ира Эдона Тонтэма ехала без должного сопровождения? А что, если... — резко подался он вперед, оперся локтями на свои колени, тем самым оказавшись в непозволительной близости. Словно хотел разбить невидимую защиту или хотя бы оставить на ней трещины. У него это почти получилось, ведь мысль верна. — Разбойники не осмелились бы напасть на хорошо охраняемый экипаж, — ты не отделалась бы простой раной. Вдруг они попали бы не в бок, а в сердце, например? Потерять столь прекрасную жену в молодом возрасте было бы для меня огромной утратой.

   Дракон вздохнул. Сел ровно и теперь снова одним только взглядом проник внутрь, выпотрошил и оставил меня в таком состоянии. Словно уже все для себя узнал. Добился желаемого: поймал на неверном движении губ, взмахе ресниц, более долгом вдохе или дрожи рук.

   И попробуй пойми, заметил что-то или нет. Теперь сиди и теряйся в догадках, мысленно накручивай себя.

   Вот только я слишком долго жила на вражеской территории, скрывалась от кары драконов и даже обманывала Арканум. Если не быть уверенным в себе и своем деле — тебе успеха не достичь.

   Поэтому я просто опустила веки и в очередной раз сделала попытку уснуть. Отпустила тревожные мысли. Сосредоточилась на магически созданном лабиринте, снова и снова проверяя витиеватость ходов, чтобы Эдон точно не проник извне, а я случайно не вырвалась изнутри.

   Никто не знал о таком приеме, потому что он был тайной моего рода, нашей особенностью. В каждой семье, драконы то или метаморфы, имелись подобные. И о них не распространялись, держали в строжайшем секрете и порой умирали, так никому и не рассказав.

   Дорога оказалась изматывающей. Постоянная тряска, невозможность поспать, неутихающая боль в боку. А еще испытующий взгляд Эдона, который будто ждал, когда я сломаюсь.

   Мы остановились только ближе к вечеру. Заехали на постоялый двор, построенный посреди леса. Еще по пути к нему я заметила большую псарню, от которой разносился по округе громкий лай. Имелись загоны с другими животными. Я рассмотрела лошадей и кабанов, которых обливали, а потом натирали мыльной водой два высоких парня. Были еще какие-то большие птицы с мощными ногами, вот только мне не удалось до конца определить, страусы ли это.

   Навстречу нам сразу же вышел упитанный мужичок в надетом не по размеру камзоле. Пуговицы того и гляди не выдержат напряжения, отлетят.

   — Приветствую дорогих гостей в нашем «Беговом дворе». Вы приехали в самый подходящий час, — заговорил он, будто хитрый торговец, который намерен продать нам дешевые украшения по баснословной цене. — Завтра утром у нас состоятся гонки. Не желаете посмотреть, может, принять участие?

   — Сначала узнавай имя гостя, может быть, я представитель Арканума и приехал для того, чтобы прикрыть ваши игрища.

   — Ой, будет вам. Я же вижу, что люди... — Мужчина присмотрелся, пытаясь понять, может, перед ним настоящий дракон, но потом решил, что такая неудача на его голову точно не свалится. — Тем более у меня все законно, даже документы есть. А гонки — это развлечение для наших постояльцев и жителей ближайшей округи. Знали бы вы, кто к нам обычно заглядывает. Особенно всем нравятся забеги страусов. Кабаны, признаюсь, вызывают меньший ажиотаж.

   Эдон смерил мужичка взглядом. Ничего не ответил на «заманчивое» предложение, заглянул обратно в экипаж и собрался поднять меня на руки. И я почти воспротивилась, но слишком устала с дороги. Более того, устала чувствовать себя неповоротливым набором костей и мяса, который не в состоянии даже идти самостоятельно.

   Надо как можно скорее сбежать от дракона и вернуть свой истинный облик. Жаль, сделать в другой последовательности нельзя. Он сразу тогда увидит во мне метаморфа.

   — Нам лучшую комнату, ужин и теплую ванну, — быстро шагая к дому, закомандовал дракон.

   — А на бега останетесь? — засеменил за нами мужичок. — Уверяю, вам должно понравиться. Уже готовы кабаны и страусы, лошадей еще подумываем пустить, если будет достаточно желающих. Еще у нас есть натренированные кролики.

   Племянник короля остановился, развернулся вместе со мной. Посмотрел так, будто отчаянно пытался понять, это намеренное издевательство или человек попался недалекий.

   — С собаками пока работаем, их не пускаем в бега. Но это у нас в планах, да-да, в ближайших, — как ни в чем не бывало сообщил мужчина.

   — Нет, мы не останемся. Подготовьте комнату.

   — Вы не знаете, от чего отказываетесь, уважаемый ир. Это не отнимет у вас много времени, от силы пару часов. Зато какое развлечение! И ваша дама будет рада, — указал на меня мужичок, но потом нахмурился, сообразив, что сказал полнейшую глупость.

   Эдон не стал больше его слушать, зашагал быстрее в дом. Уверена, если бы не опускающиеся на землю сумерки, то он вернулся бы в карету и продолжил нашу поездку, только чтобы избавить себя от подобного рода предложений. Но то ли сжалился надо мной, то ли сам устал.

   — Скачки будут интересными. Вы такого никогда не видели. Кабанов мы пустим сначала одних, потом... представляете, посадим на них ездоков, — не унимался мужичок, следуя за нами по пятам. — Да-да, вам на лестницу. Нет, не на второй этаж, выше, третий. Все самое лучшее для важного гостя. Сюда, сюда. Со страусами будет еще занимательнее. Вы когда-нибудь видели этих птиц вблизи?

   — Довольно! — рыкнул на него дракон и, зайдя в выделенную нам комнату, раздраженно толкнул дверь ногой, так что та громко хлопнула.

   Стоило нам остаться наедине, мужчина недовольно выдохнул. Покачал головой и потом обратил на меня внимание.

   Первые пару секунд всматривался в мои глаза, намереваясь там что-то увидеть. Словно вспомнив, что нужно выудить из меня правду и измотать до такой степени, что я не смогу даже просто молчать, поинтересовался:

   — Витория, помнится, ты очень любишь животных, — произнес он, будто это было совершенно не так.

   По его интонации мне показалось, что я их или ненавидела, или сильно боялась. Неужели решит устроить очередную проверку?

   Он отнес меня к кровати, опустил на нее. Притом поправил под головой подушку, проявляя поразительную заботу. Вряд ли Эдон в жизни такой. Он скорее представлялся черствым и в чем-то жестоким, неприемлющим неповиновения и умеющим только брать, ничего не отдавая взамен.

   — Ты голодна?

   Это невыносимо! Скорее бы остаться в полном одиночестве и хоть немного отдохнуть.

   Мужчина начал расстегивать пуговицы жилета, повесил его на спинку стула. Распахнул ворот рубашки, закатал рукава. Когда постучали в дверь, впустил сюда подавальщицу с подносом и парней с полными ведрами воды.

   — Придется мне кормить тебя, Витория, — с сожалением произнес племянник короля, когда они закончили и вышли.

   Взял миску с кремовым супом, зачерпнул ложкой немного, поднес к моему рту. Я отвернулась, закрыла глаза. Не хватало еще выдать себя по вкусовым предпочтениям. А вдруг аристократка не ела ничего такого? Что, если она выбирала блюда по цвету или же любила только мясо? Возможно, вообще не ела его или же была непривередлива.

   Откуда мне знать? Имелась вероятность, что вся предоставленная девушкой информация — ложь. Непонятно, правда, зачем ей было подставлять меня. Витория настолько сильно хотела развода, что побоялась моего отказа и потому скрыла все важные детали своего брака? Решила, что при наличии ребенка я не найду способа, как выкрутиться? Да, цена оказалась бы значительно выше, и я тысячу раз подумала бы, брать ли этот заказ. Но ведь всегда можно найти выход из ситуации, объяснить нормально, дать мне весомые причины, почему с мужем невыносимо.

   — Тебе нужно поесть.

   Я не отреагировала, продолжила лежать с закрытыми глазами, уже ощущая, как наваливается тяжелая дрема.

   — Витория!

   Никакой реакции с моей стороны.

   — Что же, мне это не больше твоего надо. — Я почувствовала, как он поднялся с кровати.

   Раздались быстрые шаги, звук поставленной на стол миски. Я не успела обрадоваться, ведь удалось избежать одной из проверок, тем более дрема неумолимо затягивала меня в мир сновидений, как ощутила прикосновение к шее.

   Я распахнула глаза, с ужасом проследила, как Эдон споро принялся развязывать шнуровку на платье. Решила воспротивиться, но он ловко перехватил мою руку.

   — Не желаешь есть — твое право. Вот только без мытья я тебя не оставлю. Мне будет неприятно спать рядом с грязной женщиной.

   Он вернулся к начатому. Я замотала головой, собралась помешать.

   — Разорву! — пригрозил мужчина.

   Замены нет, мне придется ходить в испорченном платье. Это не было бы проблемой, если бы не рана и нарастающая слабость в теле. Казалось, я даже на ногах по-прежнему стоять не могу, не то чтобы пуститься на поиски другого наряда. А дракон явно свою помощь не предоставит.

   Но не позволять же ему раздевать себя! Я не готова оголяться перед взрослым мужчиной, хотя прожила немало. Да, мне уже было сорок два, но ведь я метаморф, моя жизнь дольше человеческой, к тому же из-за сложной жизненной ситуации у меня не было времени и желания...

   Сердце значительно участило ритм. Я поджала губы, обхватила немаленькую кисть племянника короля и сдернула со своего ворота. Хотела бы заявить, что справлюсь сама, но теперь вообще не контролировала речь, а потому кое-как приподнялась на локтях, начала развязывать шнуровку. Собралась всем своим видом показать, что мне не нужна помощь. Планировала кое-как добраться до принесенной сюда ванны, уже стоявшей за ширмой.

   У меня даже получилось. Шаг за шагом. Движение за движением.

   Спряталась от его глаз. Разделась. Уперлась плечом в стену, собираясь с силами, а потом снова начала борьбу.

   Вскоре платье оказалось на вешалке — тут все было предусмотрено для комфортного омовения. На плечико легла повязка, пропитанная заживляющей мазью. Я же, крепко держась за бортики, опустила одну ногу в воду, за ней вторую. Едва погрузилась полностью и с немалым облегчением позволила теплу окутать изможденное тело, как Эдон резко отодвинул ширму, представ передо мной без одежды.

   — Я решил искупаться вместе со своей женой. Ты не против, Витория?

ГЛАВА 6

   Щеки вспыхнули жаром. Я пораженно округлила глаза, пару непозволительно долгих мгновений глядя туда, куда смотреть некультурно даже замужней девушке. С трудом очнулась. Моментально села ровнее и прижала ноги к груди, чтобы ничего запретного не было доступно чужому взору.

   Невообразимо! Эдон Тонтэм напрочь лишен стыда!

   Отвернулась, чтобы сделать оскорбленный вид и за ним скрыть смущение. Все же смог он вывести меня из равновесия. Как теперь грамотно собой управлять, когда творится такое?

   Послышался плеск воды. Я собралась не реагировать на дракона, чтобы сам понял, насколько бесполезна его затея. Сейчас натешится и уйдет, оставив меня в покое. Вот только краем зрения заметила крепкие ноги, как каратель сел в ванну.

   — Тебе помочь помыться? — невозмутимо поинтересовался он и откинулся на спину, забросил руки на бортики, а еще...

   Не реагировать, не смотреть! На поверхности остались его колени, но ведь вода прозрачная, даже не приходилось всматриваться, чтобы разглядеть мужские прелести.

   Во мне боролось негодование со смущением. В щеках уже было до невозможности горячо. Я усиленно разглядывала стену, прилагая неимоверные усилия, лишь бы не обращать внимания на полностью голого племянника короля. Мысленно молила, чтобы пытка поскорее закончилась. У меня хватит выдержки. Я со многим уже справилась и с этим смогу. Самым правильным сейчас было встать и уйти, жаль, состояние не позволяло.

   Не совладаю со своим телом. Тем более вода поспособствовала расслаблению, будто вытянула последние силы.

   — Думаю, тебе лучше не мочить рану. — Эдон обхватил цепкими пальцами мой локоть и развернул меня, а потом и вовсе уложил спиной себе на грудь.

   Я завозилась. Прикрылась руками. Вспомнила, что снизу тоже нужно, положила туда ладонь. Мужчина внезапно затрясся, так что из ванны начала выплескиваться вода. Судороги? Ему плохо? Если возле меня умрет каратель, то начнутся разбирательства, станут искать виновных, подозрение сразу падет на Виторию, а там несложно будет вычислить меня. Нет-нет, мне ничего этого не надо. Вот только не успела я проверить, все ли в порядке с Эдоном, как он разразился смехом.

   — Знала бы ты, как мне нравится твое молчание, — закончив веселиться, произнес он и обнял меня под самой грудью, как раз над раной.

   Сдавил так, что едва не затрещали ребра. Я охнула в голос.

   — Лежи спокойно, Витория! Расслабься.

   Ему просто говорить. А я тут была вся на виду. Все наверху, ничего нормально не спрятать, к тому же я ощущала спиной его оголенную грудь, живот и то, что ниже. Нужно немедленно выбираться! Хватит терпеть его выходки, ведь он продолжит забавляться, изматывать, испытывать.

   Нет уж, Эдон Тонтэм! Не на того метаморфа напал.

   Я прикрыла на миг глаза, сделала глубокий вдох. Сложно было не поддаваться смущению и натянуть на себя броню хладнокровия. Вот только если не предпринять решительных мер, то издевательства дракона не закончатся никогда. Уверена, у него много важных дел, ведь он племянник короля, значимая персона в Дируме, которая борется с метаморфами, однако с самого Шиора не отходил от меня. Собрался поехать в Рорн. Обещал провести время вместе. Нет ничего хуже умного зверя. И я прочно застряла в цепких лапах.

   Стиснув зубы, я ткнула себя пальцем в зашитую рану. Из глаз брызнули слезы, удалось подавить стон. Подцепила нить, рванула ее, да так, что шов в один миг разошелся.

   — Ты в своем уме?! — взревел мужчина, моментально достав меня из воды.

   Во рту чувствовался металлический привкус из-за прикушенной губы. Я сильно жмурилась, старалась держаться и не плакать. Голова кружилась от невозможности даже просто дышать.

   До чего же больно!

   — Не думал, что моя жена настолько безумна, — процедил он, уложив меня в постель.

   Подхватив по пути полотенце, побежал к выходу, позвал на помощь. Я надавила ладонью на рану, чтобы остановить кровь, и перекатилась на здоровый бок, подтянула к груди колени. Спокойно, нужно немного потерпеть, сейчас пройдет. Я все выдержу.

   — Витория, — повернул меня на спину вернувшийся Эдон. В желании поддержать сжал мое плечо. — Дыши. Сейчас приведут лекаря, сказали, что он живет неподалеку.

   Кровь текла без остановки. Дракон с крайне недовольным видом всматривался в мои глаза и больше не выглядел снисходительным. Взволнованным, скорее. Видимо, вместе с моим поступком закончились шутки. Все предельно серьезно, и он это осознал.

   Мужчина словно опомнился, накрыл меня одеялом и сам стал одеваться, спешно натягивая вещи на мокрое тело.

   — Витория, я так или иначе выясню причину такого поведения. — Он сел обратно, притом с прямой спиной, держась как-то отстраненно.

   Наверное, происходящее его настораживало. Или возмущало?

   Хотя это не имело значения. Перед глазами стояла мокрая пелена, все уже расплывалось. Последние силы вытекали из меня бурной лавиной, сознание размывалось. Вот только вместо страха за собственную жизнь и возможное разоблачение появилось чувство облегчения. Все, пришло время отпустить ситуацию. Вскоре прибудет лекарь, наложит новый шов на рану, скажет пить особые отвары, посоветует покой. Придется подчиниться...

   Не думала, что внезапное недомогание станет спасением.

   Эдон вряд ли будет предпринимать попытки разоблачить меня, да и теперь точно не сможет. Я надежно спрятала фибры души в лабиринте, себя не выдам. Зато удастся поспать, отдохнуть и не страшиться очередных поползновений на тело Витории.

   — Кто надоумил тебя подать на развод? — задумчиво потер подбородок дракон. Опустил ладонь возле моего плеча, наклонился.

   Да, теплилась надежда на хороший исход, но сейчас меня выворачивало. Я едва не рыдала в голос, потому что боль не отпускала.

   — Сама ты никогда не осмелилась бы пойти против меня. Но сейчас не просто сделала это, так еще заявила перед Арканумом, что Эл не твоя дочь. Не верится, что ты настолько стала безразлична к ней.

   Его слова звучали через тугую пелену. Я не понимала, зачем он говорил это сейчас, когда я точно не могла нормально реагировать. Или же не нуждался в ответе? Ему важно было просто это сказать?

   Хотел запугать? Чтобы сказанное точно пробилось через защитную броню и закралось змейкой страха в сознание?

   В дверь постучали. Эдон выпрямился, громко позволил войти, а через пару мгновений я уже разглядела деревенского лекаря. Вот только не сразу поняла, почему он настолько похож на Динара.

   — Илаи потеряла слишком много крови, — голос тоже почудился знакомым.

   Но сейчас меня не особо это заботило. К ране прикасались. Было почему-то невероятно больно, очень пекло, хотя в лазарете Шиора все происходило достаточно незаметно, пока я спала. Сейчас же помещение наполнял ужасный запах трав, собранных где-то на болоте. От него слезились глаза.

   — Вы мешаете, уважаемый ир.

   — Профессиональный лекарь должен быть хладнокровным, действовать четко, не суетиться, а у вас трясутся руки.

   Я всмотрелась в лицо вызванного мне на помощь человека. Снова подумала, что он слишком похож на Динара, а потом поняла. Это он! Откуда-то взялись усы, одежда, словно снятая с чужого плеча.

   — Вот, выпейте, — наклонился ко мне помощник, но Эдон перехватил его руку.

   — Что это?

   — Укрепляющая настойка, способствует быстрой регенерации тканей. Сделана на выжимках чистополоха. Не мешайте мне, очень прошу.

   Я внутренне вытянулась, округлила глаза. Мне нельзя. У метаморфов непереносимость этой травы, потому как от нее сразу ослабевает наша магия.

   Динар наклонился ниже, посмотрел выразительно. Эдон же выпрямился, сложил руки на груди, внимательно наблюдая за происходящим.

   — Пейте, илаи, вам необходимо для нормального восстановления, — произнес помощник с нажимом на последнее слово.

   Пришлось подчиниться. Довериться! Я приоткрыла рот, позволила влить в него знакомый на вкус состав, напоминающий тот, который он давал мне перед походом в Дом Арканума.

   — Откуда рана? — полюбопытствовал Динар и поднял взгляд на мужа Витории. — Нечасто увидишь подобное увечье у девушки. Края ранее были зашиты. Илаи, нужно поберечь себя.

   Он уверенно отыгрывал свою роль, хотя был слишком наглым для деревенского лекаря. Те обычно молчаливы, предпочитали просто выполнять работу и особо не размениваться на разговоры. И следовало бы дать помощнику понять, что нужно вести себя немного иначе, вот только он словно ничего не замечал. Я дергала рукой, вздрагивала всем телом, когда он обрабатывал повреждения. Шипела, будто мне больно, хотя после нанесенного на кожу вонючего состава весь бок онемел. В нем полностью пропала чувствительность.

   — Вам никогда ранее не приходилось зашивать? — процедил Эдон, стоило Динару в третий раз промахнуться кончиком нити мимо ушка иглы.

   — Нет повода для беспокойства, — заявил ненастоящий лекарь и все же смог выполнить задуманное.

   Наклонился к моей ране. Я внутренне напряглась, ведь тоже не особо верила в мастерство своего помощника. Чувствовала сейчас огромную благодарность по отношению к нему, потому что силы благодаря принесенному мне восстанавливающему зелью стали стремительно возвращаться. Кажется, теперь я смогу не просто ходить, но и бегать. Осталось только разобраться с кровоточащим напоминанием о встрече с разбойниками.

   Кадык Динара дернулся. Я заметила, как нахмурился Эдон, который пристально за ним наблюдал. Не будь у меня о племяннике короля ранее составлено мнение, то подумала бы, что он сейчас переживал. Того и гляди выхватит иглу и начнет зашивать сам.

   Первый прокол. Я вздрогнула, но не потому, что больно. Из-за онемения вообще ничего не ощутила. Вот только помощник слишком выдавал себя. Кожа на лбу и над губой начала блестеть от проступившего пота. Руки сильно дрожали.

   Он ведь подвергся избиению со стороны Медведя, скорее все, был не в лучшей форме, а тут меня приходилось спасать. Внутри снова разлилась благодарность. Я опустила веки, чтобы не видеть действий ненастоящего лекаря. Теперь присутствовало только давление в боку.

   — Все, — после кропотливой и напряженной работы выпрямился помощник.

   Начал вытирать инструменты, складывать в походную сумку, которая вряд ли принадлежала ему. Неужели знал, что придется играть эту роль и заранее подготовился? Раньше ему не доводилось делать ничего подобного. Его действия обычно ограничивались выполнением обязанностей кучера, в то время как Нэнси была то моей подругой, то служанкой, то горничной, то вообще подопечной.

   — Илаи обязателен сон. Она потеряла слишком много крови, и если не дать организму самому восстановиться, то могут возникнуть неприятные последствия. Было заражение.

   — Как вы это вычислили, толком не исследовав рану? — не поверил дракон.

   — Я все же лекарь. Да, больше специализируюсь на животных, тут как раз их много, но людей тоже лечу. У меня уже натренирован глаз, — авторитетно заявил Динар. — Уединение и покой. Это самое лучшее средство, которое я настоятельно рекомендую.

   — Вы закончили? — холодно поинтересовался племянник короля.

   — Да, — засобирался ненастоящий лекарь.

   Он посмотрел на вымазанные в крови простыни, подарил мне красноречивый взгляд, безмолвно обещая проконтролировать данный вопрос и уничтожить все ненужные следы.

   — Выздоравливайте, илаи. Можно приоткрыть окно, чтобы в комнату поступал свежий воздух, он очень хорошо сказывается на общем состоянии больного.

   — И пустить сюда вонь, которая тянется от загонов с животными? О каком состоянии речь, если это будет настоящая пытка — окружить себя подобными запахами?

   Динар напряженно улыбнулся.

   — Это рекомендация, не более того. К запахам быстро привыкаешь, тем более на улице ветер, деревья рядом растут, они послужат небольшим заслоном.

   — Хорошо, а что по поводу звуков? Как моя жена уснет с открытым окном, если даже сейчас слышен дикий лай?

   — У меня есть с собой сонное зелье, — словно вспомнил нечто важное Динар и коснулся своего пояса. Выудил оттуда небольшой пузырек с переливающейся серебром жидкостью. Потом еще один, начал их перебирать, словно выискивая подходящий.

   Я постаралась не выдать себя внезапной радостью. Сразу же сделала умирающий вид, словно мне тяжело даже просто открывать глаза.

   Помощник же выбрал прозрачный, наклонился ко мне, влил в рот сладкий сироп, вряд ли имеющий какое-то особое действие. Зато потом начал суетиться, выронил свои стекляшки из рук, стал убирать все обратно, при этом «забыв» возле моей ладони тот первый, особенный.

   Волнение Динара стало чересчур заметным. Он пару раз прочистил горло, вытер нос, сделал много лишних телодвижений. Захотелось встряхнуть его и сказать, что все хорошо, ведь я успела спрятать пузырек и Эдон ничего не заметил.

   — Желаю вам скорейшего выздоровления, — поклонился мне ненастоящий лекарь. — Безмятежной ночи вам, ир. И приоткройте окно, свежий воздух пойдет вашей сестре на помощь.

   — Илаи моя супруга.

   — Ой, простите, не хотел оскорбить. Всего доброго. Выздоравливайте, — не переставал он кланяться, отступая к двери.

   Было заметно, как изучал расположение мебели в комнате, явно намереваясь пробраться сюда чуть позже. Я с трудом оторвала от него взгляд. Сделала в голове пометку, что нужно уделить больше внимания его подготовке, чтобы в опасной ситуации вел себя более сдержанно и хладнокровно. Притворилась умирающей от потерянного количества крови аристократкой. Ну вот, все налаживается.

   После ухода Динара сюда прибежали служанки. Слаженно прибрались в комнате, обновили испачканную постель, в то время как дракон держал меня, укутанную в простыни, на руках.

   Было неуютно. Хотелось поскорее избавиться от телесного контакта с карателем. Казалось, что он принюхается и уловит изменения в запахе его супруги. Все же в нем имелось звериное начало, благодаря чему мужчина более чувствителен к подобным мелочам, на которые люди точно не обратили бы внимания. Но нет, Эдон ничего подобного не делал. Терпеливо дожидался, когда девушки закончат. А они работали достаточно быстро и вскоре засобирались.

   — Так и быть, сегодня с исполнением супружеского долга повременим, Витория, — укладывая меня обратно на кровать, соизволил пошутить дракон.

   Я заметила через приоткрытую дверь, в которую выбегали служанки, поджидающего их Динара. Мысленно выдохнула, потому как он позаботится и уничтожит следы моей крови, и они не попадут в чужие руки.

   Эдон поправил мои волосы. Я же отвернулась, всем своим видом показывая, что собралась выполнить указания лекаря и крепко поспать. Хотя сейчас было время действовать. В теле ощущались силы. Следовало просто дождаться, когда уйдет или уснет уже сам каратель, а потом устроить побег.

   Я сжала переданный помощником пузырек. Осталось придумать, как его влить в рот племяннику короля. Всего половина порции, и мужчина не проснется до самого полудня. За это время я успею достаточно отдалиться, верну свой облик, даже немного восстановлюсь и потом вступлю в контакт с первой попавшейся девушкой, чтобы надеть на лицо новую маску и уже в таком виде ехать обратно в Тритэл.

   Мужчина недовольно вздохнул. Он подошел к окну, сложил руки на груди.

   Стоял. Созерцал открывающиеся виды, хотя должен был куда-нибудь уйти или тоже лечь спать. Более того, если дракон не отойдет, то сюда не сможет пробраться Динар, значит, мне не удастся выбраться на улицу и приступить к выполнению своего плана.

   Ничего, ему скоро надоест. Нужно просто подождать. Он вот-вот займется чем-нибудь более полезным, и тогда появится шанс.

   Я смотрела на очертания мужчины. Широкие плечи, узкие бедра. Он словно являлся эталоном красоты, и по его образу и подобию лепили скульптуры, которые обычно стояли на площадях перед Светлыми храмами.

   Время тянулось. Глаза сами собой закрывались. Я боролась с усталостью. Порой часто моргала, прогоняя дрему, и снова всматривалась в неподвижного Эдона.

   В какой-то момент в соседнем от карателя окне появилось шевеление. Птица? Хотя нет, уж слишком круглая и похожа на человеческую голову. Это случилось на самой грани, когда бороться со сном стало невыносимо.

   Неужели Динар все же решил залезть сюда? Он ведь выдаст нас. Видел же, что створки не открыты. Если все пошло бы хорошо, то я сама выглянула бы и позвала его, но нет, зачем-то решил самостоятельно действовать, как в случае с лекарем.

   Эти мысли пронеслись в голове и исчезли во мраке. Я же провалилась, а потом резко очнулась.

   Распахнула глаза и увидела стоявшего все в том же месте Эдона, вот только на фоне уже дневного света. Неужели за всю ночь даже не сдвинулся? Поразительная выдержка. Хотя чему тут удивляться, он ведь дракон. А представители его расы долгожители, им присуща некая медлительность.

   Мужчина обернулся.

   — Проснулась?

   Лучше бы и дальше спала!

   Я вдруг подумала, что во время сна племянник короля мог снова попробовать ко мне пробиться. Сразу же проверила внутренний лабиринт, не нашла никаких изменений и задумалась о Динаре.

   Обнаружил себя? Если Эдон до сих пор не сдвинулся с места, возможно, все обошлось. Или нет?!

   — Сейчас позавтракаешь, и отправляемся в путь, — развернулся на пятках мужчина.

   Направился к накрытому столу. Взял оттуда тарелку с вилкой, явно собираясь снова меня накормить. Сел на край кровати.

   — К сожалению, посмотреть на забег страусов сегодня не получится, ты слишком слаба. В следующий раз, согласна?

   Я поджала губы, отвернулась.

   Не буду есть. Нельзя.

   Эдон не стал настаивать.

   — Тебе раздобыли новую одежду. Оказывается, в этой глуши есть хорошие мастера, — выудил он из шкафа слишком простой для аристократической девушки наряд. Он больше подходил простолюдинке, чем жене племянника короля.

   Это очередная проверка?!

ГЛАВА 7

   Я поискала глазами платье, в котором прибыла сюда. Испачканное немного на боку кровью, оно совершенно не подходило для носки. Аристократка не надела бы такое. Вот только другой вариант, который предлагал Эдон, был не лучше.

   Белая блуза с рюшами на рукавах, юбка из плотного материала, но точно недорогого, да еще красного цвета. Это даже не платье. Витория ни за что не облачилась бы в подобное. Уверена, она скорее предпочла бы остаться здесь на несколько дней и вызвать кого-нибудь из ближайшего города, чтобы доставили ей нормальную одежду, чем надела бы этот, судя по появившемуся во мне отвращению, ужас.

   Я перевела взгляд на дракона. Не выразила никаких эмоций и отвернулась — пусть сам понимает, насколько все унизительно. Здесь не возникало сомнений, как именно следует себя вести.

   Каратель бросил одежду на мои ноги, прикрытые покрывалом. Встал у изножья кровати и сложил руки на груди, отчего его плечи сейчас казались еще шире. Интересно, он упражняется на мечах или занимается каким-то особенным видом физической подготовки? Я редко встречала настолько подтянутых и хорошо сложенных мужчин.

   — Если не в этом, то голой, Витория. Что выбираешь?

   Конечно, так я и поверила, будто позволит супруге расхаживать без одежды. Это удар по его чести. Скандал! Вряд ли он ему сейчас нужен.

   Молчание с моей стороны. Было заметно, что оно его злило. Наверное, Эдону впервые давали настолько сильный отпор и попросту не подчинялись. И кто, собственная жена, которая семь лет находилась под боком. Или не под боком, раз уж дело дошло до развода. Вероятнее всего, мужчина все свободное время уделял любимой работе, а супругу и дочь вовсе не замечал.

   Я одернула себя, потому что дала волю своим мыслям, а должна была в присутствии дракона контролировать абсолютно все.

   — Ты сама выбрала, потом не жалуйся, — сдернул с меня одеяло мужчина.

   Подошел к кровати, наклонился, чтобы на руки взять. Я прикрылась, начала кое-как отползать. Потянула за простыни, собираясь спрятать все сокровенное.

   — Если не хочешь, чтобы я тебя нес, тогда пойдешь сама. Голой. Справишься? — давил он своей энергетикой, прижимая одним только взглядом к постели.

   Я взяла соседнюю подушку, дабы превратить в мягкий щит, за которым не будет видно моего тела. Вот только дракон выдернул ее из моих пальцев, отбросил в сторону. Ринулся на меня.

   Нет, он не станет. Это очередная проверка, новое испытание, чтобы вывести меня на эмоции и добиться правды. Ему требовалось растормошить свою супругу.

   Я уже чувствовала подступающую панику, притом навеянную образом Витории. Лежать и просто молчать было проще всего. Теперь же требовалось еще что-то делать и сдерживать поток слов, который рвался наружу.

   Скорее бы это все закончилось!

   В моих руках оказалась вторая подушка. Она полетела следом за первой, а дракон неумолимо наступал. Уже опустился коленом на кровать, схватил меня за лодыжку, вот только не тянул на себя, хотя мог бы поступить грубо.

   В следующий миг муж Витории оказался сверху. Прижал меня своим телом к перине, зафиксировал руки над головой.

   — Тише, мы же не хотим, чтобы твоя рана снова разошлась, — проворковал он, скользя по моему лицу взглядом. — Тебе еще предстоит целый день в дороге, не трать силы на бесполезную борьбу.

   Жаль, не получится вылить ему в рот зелье. Оно было способно усыпить самого дракона, притом что на них вообще мало что действовало. Я вспомнила, куда спрятала пузырек вчера перед сном. Взмолилась, чтобы Эдон случайно не задел его, потому как наши руки находились рядом с тайником.

   Племянник короля не стал продолжать свое нападение. Поднялся на ноги, меня подхватил, притом настолько быстро, что я не успела засунуть пальцы между периной и изголовьем, где находилось мое маленькое спасение. Отнес к двери и поставил прямо перед ней.

   — Иди.

   Я прикрылась руками, но с места не сдвинулась.

   Это не слишком? Окажись Витория перед подобным выбором, не сдалась бы? Признаться, я совершенно не представляла, как именно поступила бы девушка, а потому сейчас следовало прислушиваться к собственным реакциям. Навеянные образом эмоции напоминали лишь страх и вопящую в сознании панику, когда невозможно принимать правильные решения. Я не находила ни капли уверенности, ни зачатков внутреннего стержня. Скорее всего, девушка дальше не пошла бы, прогнулась бы под напором мужа.

   Ничего не оставалось, как поступить соответствующе. Вжать голову в плечи, опустить взор. Развернуться и, тихо ступая босыми ногами по деревянному полу, отправиться за оставленным на кровати нарядом. Тем более мне выгоден подобный исход. Нужно забрать пузырек!

   Всем своим видом изображая оскорбленную аристократку, для которой ниже ее достоинства даже прикасаться к подобным вещам, я все же сдернула простыни, попутно схватив мое спасение из импровизированного тайника. Обмоталась белой тканью. Потом только, стараясь смотреть в пол, отправилась за ширму.

   Быстро оделась, насколько в моем состоянии это было возможно. Спрятала зелье в складках пояса, который сложила втрое и потом обмотала вокруг талии. Перед выходом дала себе минутную передышку. Ничего, справлюсь. И не такое переживали. Едва покинула свое укрытие, встретила испытующий взор мужчины, который за все время моего облачения с места не сдвинулся. Такое поведение насторожило. Правильный ли я сделала выбор? Вдруг Витория стояла бы до последнего и скорее вышла бы за пределы этой комнаты голой, чем надела бы наряд простолюдинки?

   Но прочь сомнения.

   Нужно быть уверенной во всем, что ты делаешь, и верить в создаваемую тобой ложь, чтобы в нее поверили другие.

   Я приблизилась к Эдону, теперь изображая жалкую человечку, которая ничего не может противопоставить дракону. Да-да, покорная и упертая. Волне нормальное поведение в случае опасности. Зажаться, спрятаться в себе, не реагировать на внешние возбудители, однако подчиняться, когда другого варианта нет.

   Стоило потянуть за ручку двери, как племянник короля резким толчком закрыл ее обратно. Приблизился со спины. Наклонился к уху.

   — Я не спущу с тебя глаз, Витория, — сказал он вкрадчиво, опаляя щеку дыханием, странно воздействуя на меня низкими вибрациями своего голоса. Мурашки побежали вдоль позвоночника!

   Стало почему-то душно. Я не повернула к мужчине голову, хотя именно таким был порыв. Продолжила смотреть на свои пальцы, сжимающие ручку, терпеливо ждала.

   А он подцепил локон моих волос, задев ставшую невероятно чувствительной кожу. Немного поиграв им, опустил ладонь мне на плечо, снова наклонился к уху, что сковало грудь от ожидания чего-то неприятного.

   — Ты не получишь развод, дорогая. Я намерен прожить с тобой долгую жизнь, на сколько тебя хватит, конечно же. Обещаю, потом никого не возьму в жены.

   Потому что такому самодовольному дракону никто не нужен? Конечно, он женат на своей работе, а все остальное — сопутствующие неудобства, которые приходится терпеть.

   Я посмотрела на мужчину. Почувствовала на себе тяжесть его взгляда, будто бы просела под нею, но выдержала, всем своим видом показала, что не сломлюсь. Да, подчинилась в случае с одеждой, но то сущие мелочи.

   Эдон вдруг подался ко мне. Опустил взор на мои губы, словно коснулся их на расстоянии, что те сами собой приоткрылись. По телу пробежала горячая волна, ударила в голову. Я немного растерялась. После удерживаемого в узде страха и бесконечного волнения не ожидала, что появится... влечение?

   Будто сама магия толкнула ему навстречу. Тело напрочь перестало подчиняться, внутри все сладко стянуло от жаркого предвкушения.

   Вот он, совсем близко. Всего немного нужно двинуться вперед. Сократить остаток расстояния, чтобы почувствовать его губы на своих, узнать вкус поцелуя самого Эдона Тонтэма, грозного карателя, одно имя которого навевало ужас.

   Я не шевелилась. Не давала волю низменным желаниям. Просто стояла, смотрела на дракона и, кажется, надеялась, что он доведет начатое до конца. Возможно, мне просто хотелось разочароваться.

   Вдруг у него губы твердые, что, если сам поцелуй с ним вызовет отвращение? Или нет? Есть вероятность, мне очень понравится, и тогда будет что вспомнить темными ночами, когда я снова останусь одна. Порой лучше сделать и пожалеть, чем жалеть, что не сделал.

   Нет!

   Я отстранилась, но дракон сжал пальцы на моем плече и вернул меня на прежнее место. Миг очарования развеялся. Его томный взгляд до краев наполнился недовольством.

   — Не играй со мной в игры, Витория, — произнес он, находясь в непозволительной близости от меня.

   Вот только она больше не будоражила, наоборот, холодила. А все потому, что вновь появился опасный каратель, который пришел на замену поддавшемуся влечению мужчине.

   — Тебе не справиться, — добавил он и сам открыл дверь, пропуская меня вперед.

   После сна и восстанавливающего зелья я чувствовала себя значительно лучше. Не то чтобы могла свободно перемещаться, но хотя бы двигалась, не прибегая к помощи стены. Возле лестницы рядом возник Эдон. Сам придержал меня за локоть, не предлагая надежную опору, а попросту превращаясь в нее. Я не сомневалась, что не столкнет, доведет до самой последней ступени. Возможно, и дальше не отпустит. Да, он собирался меня разоблачить и вытащить наружу правду, но в случае если оступлюсь, то вообще подхватит и на руках понесет.

   Это странно. Понимать, что каратель опасен, что именно из-за него приходится терпеть неудобства и крепиться с силами, но в то же самое время осознавать: не позволит упасть. Быть полностью уверенной в нем и одновременно видеть в мужчине врага.

   Я прогнала прочь непрошеные мысли. Ступень за ступенью начала преодолевать длинное препятствие, с которым сама с трудом справилась бы. Подумывала прибегнуть к помощи перил, но продолжала опираться на Эдона.

   От места нашего соприкосновения разливалось тепло. Было неуютно, все больше хотелось высвободиться. Я внимательно следила за каждым своим шагом, чтобы не оступиться и не покатиться кубарем вниз, но невольно поглядывала на длинные пальцы, которые крепко держали мой локоть.

   Будто уже поймал. Словно разгадал мою игру и понял, что я метаморф, а потому тащил на разбирательство в Дом Арканума. Или сам решил назначить для меня наказание и покарать, едва выйдем на улицу.

   На первом этаже мы миновали широкий коридор, направились к распахнутым дверям, за которыми слышался громкий лай из псарен. Обоняния сразу же коснулось все разнообразие запахов. Смесь природной свежести с вонью от животных.

   Раздавались людские крики. Скорее всего, все готовились к забегам. Нам же предстояло сесть в подготовленную для долгой дороги карету, вот только во дворе ее не было.

   — Эй, иди сюда! — Эдон подозвал стоявшего возле конюшен паренька. — Почему мой экипаж не подан?

   — Я не знаю, — сказал тот и вовсе убежал, словно испугавшись.

   — Так, — процедил дракон и, отпустив мой локоть, быстрым шагом направился выяснять причину задержки.

   — Ир Тонтэм, — выскочил ему навстречу взволнованный кучер.

   Я же обернулась в поиске Динара. Понадеялась, что он вчера не выдал себя, хотя был близок к нашему разоблачению. Не нашла его взглядом, прислушалась к разговору.

   — Наших лошадей нигде нет, их украли ночью, — отчитывался мужчина, все больше сминая в руках свою серую кепочку. — Я обошел весь постоялый двор, опросил всех конюхов и нигде их не обнаружил.

   — Договорись о других, мне все равно, кто будет запряжен. Главное, чтобы бежали.

   — В стойлах никого нет, уважаемый ир, — вжал голову в плечи кучер.

   — Этого не может быть! — не поверил дракон и отправился проверять.

   Тут из-за противоположного угла постоялого двора выглянул мой помощник. Он побежал ко мне, ведя за собой белого коня с черной гривой.

   — Скорее, илаи, мы должны успеть, — произнес он, приближаясь.

   Динар уже готов был подставить руки, чтобы помочь мне оседлать животное, вот только в этот момент на улицу вернулся Эдон. Пришлось опустить ткань юбки и сделать вид, будто едва стою на ногах. Динар тоже сориентировался, с хмурым видом начал меня отчитывать:

   — Вам нельзя подниматься с кровати, иначе швы снова разойдутся, я ведь говорил это вашему брату.

   — Мы друг другу муж и жена.

   — А вот и вы, доброе утро, — поклонился мой помощник, словно только сейчас заметил Эдона. Недостаточно хорошая игра, но его умение выкручиваться из ситуации меня уже радовало. Раньше Динар терялся и сразу замолкал. Это я его научила так поступать, потому что лучше ничего не сказать, чем выдать нас необдуманными словами. — Как вы допустили, что ваша жена сейчас на ногах? Ей нужен покой, сон, свежий воздух. Погодите, я немного запутался. Вы взяли в жены сестру? Зачем?

   — Витория мне не сестра, я уже говорил об этом?

   — Нет-нет, ничего такого не было. Я точно помню, что вы назвали ее супругой, а про другое опровержения не последовало. Прошу прощения, если чем-то оскорбил, я не намеренно, — видимо, помощник решил отвлечь дракона пустой болтовней, чтобы тот точно не заподозрил нашу с ним связь.

   — Это ваш конь? — перевел тему разговора племянник короля.

   — Да, я как раз приехал на скачки. Слышали, что здесь выпускают страусов? Мне это особенно нравится, бывал пару раз и вам советую. Но илаи лучше полежать в постели и вообще не вставать. Могу дать усыпляющего зелья.

   Посмотрите на него, подготовился. Я даже не подозревала, что Динар настолько вырос и осмелел. Теперь точно в жизни не пропадет и о Нэнси позаботится.

   — Зачем оно вам на скачках? — заподозрил неладное Эдон.

   — Нет же, оно у меня не с собой. Я здесь неподалеку живу, могу съездить домой и вернуться, как раз до начала заездов осталось время.

   Кажется, я вообще не дышала. Одно дело, когда контролируешь себя и свои слова, а совершенно другое — когда в игру вступают посторонние лица и могут сболтнуть лишнего. Врать тоже надо уметь. Следует помнить свою же легенду и не выходить за рамки уже сказанного, иначе все развалится от самой крохотной несостыковки.

   — Не нужно, — нахмурился дракон и обернулся. — Случаем, не знаете, почему в конюшнях нет ни одного коня?

   — Так скачки!

   — Да, но при чем здесь мои кони?

   — Чего не знаю, того не знаю, ир, — пожал плечами ненастоящий лекарь и, заметив вышедшего из постоялого дома хозяина, сразу же засобирался: — Прислушайтесь к моему совету, ир. Раз не хотите сонного зелья, то мне пора.

   Я мысленно поблагодарила Светлые силы за то, что подарили мне такого сообразительного помощника. Безусловно, в том была и моя заслуга. Он многому научился за время нашей совместной работы, а сейчас вообще оставался чуть ли не единственной нитью к моему спасению.

   Динар вовремя ушел, как раз успел сделать так, чтобы не встретиться с пузатым хозяином. Последний при виде нас сразу же расплылся в улыбке.

   — Вы все же решили остаться и поучаствовать в скачках?

   — Где мои лошади? — с толикой своей снисходительности поинтересовался Эдон.

   — Как же, готовятся к забегу. Идемте, чего мы здесь стоим? Особенно приятно, что вы согласились предоставить нам новую кровь, составить моим жеребцам конкуренцию.

   Племянник короля посмотрел так, словно собрался мужчину прихлопнуть. У меня самой вдоль позвоночника заструился холодный пот от опасения случайно под тяжелую руку попасть. Я сделала небольшой шаг назад. Эдон скосил в мою сторону взгляд, но потом снова вернул его обнаглевшему хозяину.

   — Если через пять минут мои лошади не будут запряжены в карету, от вашего постоялого двора не останется целого бревна. Я сожгу его своим дыханием, — последнее прорычал он, выдавая в себе опасного зверя, а потом снова вернул снисходительный вид. — Время пошло.

   — Так вы дракон? — сразу проникся ситуацией мужичок, заметно просел. — А я думаю, где раньше видел ваше лицо. На листовках, там что-то говорилось про метаморфов. Признаться, я особо не слежу, у меня здесь своих забот хватает. Но жена очень уважает вас.

   — Осталось четыре минуты, — ровным тоном произнес Эдон.

   Хозяин таверны спохватился, потрогал натянутые пуговицы своего камзола. Он взволнованно потоптался на месте, а потом побежал к конюшням раздавать указания.

   Племянник короля не остался без дела. Подозвал к себе кучера, приказал разузнать, кто разрешил трогать его лошадей.

   Я сразу заподозрила Динара, потому как ему было бы на руку задержать нас здесь подольше. Стало приятно, что у меня настолько деятельный помощник. Нужно будет как-нибудь его поощрить.

   — Тебя веселит данная ситуация? — заметил мимолетное движение моих губ Эдон.

   Вновь в ответ ему молчание.

   — Это все не случайность? Ты что-то знаешь? — сократил между нами расстояние мужчина и за подбородок приподнял мою голову.

   Пришлось отвернуться, чтобы не смотреть ему в глаза. Вот только меня взбудоражило внезапное осознание, что над тобой нависает дракон, сам каратель, который при моей неосторожности обрушит на меня кару Светлых сил. Или Темных, кто знает? Одна малейшая ошибка, и я выдам себя. Мыслью, взглядом, движением брови или губ, словом. Я понимала это и раньше, но под множеством навеянных образом Витории чувств все было немного приглушено, а здесь прорвалось.

   Я пошатнулась, борясь с желанием отступить. Выстояла.

   Нам пригнали карету. Эдону пришлось отвлечься и помочь мне забраться в нее. Я удобнее расположилась на подушках, готовясь к изнурительной поездке и чувствуя, как от сильного голода сводит желудок. Собралась откинуть голову назад и снова заставить себя поспать, но потом на улице началось настоящее безумие, а наш едва тронувшийся с места экипаж вовсе повалило на бок.

ГЛАВА 8

   Я не успела ничего понять, как Эдон вместе со мной упал на пол, то есть на дверцу, оказавшуюся снизу. Мужчина накрыл меня собой. Я уткнулась носом в его рубашку в треугольном вырезе камзола. Ощутила быстро сковывающую мое тело невидимым коконом силу дракона. Услышала безумный гомон животных с улицы, едва сдержала крик от резких толчков кареты, как если бы в нее врезались, пробегали сверху или вовсе перепрыгивали тысячи ног. Кажется, нас еще дергало из-за запряженных коней, которые дико ржали.

   — Цела? — скупо поинтересовался мужчина, притом с таким видом, будто ничего особенного не происходило. Вот это выдержка!

   Я кивнула.

   — Я накрою нас защитой и вытащу отсюда. Тебе придется обхватить меня за шею и крепко держаться. Сможешь?

   Сделала, как он сказал, хотя достать правую руку оказалось проблематично. Она застряла между нашими телами. Задела бок.

   — Что такое? Ударилась? Где-то болит? — приподнялся на локте каратель, и в стену кареты вдруг провалилась толстая нога страуса, едва не опустившись прямо на наши головы.

   Дракон ее в последний миг перехватил. Его рука стала переливаться голубыми чешуйками. Он напрягся, толкнул птичью конечность вверх, а сам начал покрываться магической рябью.

   — Я постараюсь осторожно. Не бойся, — наполнившимся звериным хрипом голосом произнес он и внезапно начал увеличиваться в размерах.

   Я подумала, что сейчас придавит, ведь надо мной все больше принимал очертания полноценный дракон. Он был в несколько раз больше меня. Мог раздавить одним неверным движением. Но нет, я вдруг поняла, что оказалась надежно зажата в его лапе. Вскоре карета развалилась на мелкие щепки. Зверь расправил крылья, так что перепуганные страусы закричали во всю глотку и начали разбегаться от нас в разные стороны.

   Кони валялись на боку, пытались подняться. Собаки лаяли, вырывались из псарен. Кабаны с диким визгом носились за пределами загонов, уродуя ухоженный газон перед постоялым двором. Но больше всего суеты наводили страусы. Они с немыслимой скоростью двигались по кругу, словно оглушенные или сильно испуганные, я понять не смогла.

   Дракон взмахнул крыльями, грузно оторвался от земли.

   На глаза попался встревоженный Динар, который сразу же вскочил на коня и уже пытался вывести его через творящееся перед домом безумие, вот только получалось очень плохо.

   Мы поднимались все выше. Я должна была впасть в отчаяние, ведь помощнику точно не удастся угнаться за Эдоном и потом найти меня. Но вместо этого хотелось откровенно смеяться.

   Метаморф в прямом смысле слова попал в лапы дракона!

   Вот только веселиться не было сил, потому как снова о себе дала знать слабость. Я даже не смогла толком понять, куда мы летим, хотя для этого нужно было всего лишь повернуть голову. Зеленые полотна деревьев, украшенные лентами дорог и змейками рек, золотые вкрапления полей, дополненные...

   Я медленно моргала. Все расплывалось. Меня уносило в очередной сон.

   — Витория. — Мужской голос вытаскивал из забытья, которым я уже наслаждалась.

   Никакой боли, борьбы, забот. Так темно и уютно, что можно вечно здесь плавать.

   — Открой рот, — настойчиво прозвучал приказ, и на моих губах появилось давление. — Глотай.

   Веки были такими тяжелыми. Я поднимала их, сквозь ресницы видела размазанное лицо, чем-то напоминающее того самого Эдона Тонтэма из листовок. Что он здесь забыл? Или это не он, а маленький мальчик из моего детства, в котором мы танцевали с ним под раскидистым деревом?

   Я помню, как он вел, как учил меня делать шаги, доверять ему и просто наслаждаться происходящим. «Давай, ничего не бойся», «Какая же ты неуклюжая, Эл!», «Я старше и точно знаю, что девочкам нравятся танцы», «Говорю же, и тебе понравится»...

   Кончики губ потянулись вверх. Я подняла руку, коснулась чужого лица. Провела по его щеке пальцами...

   — Давай, — проговорил дракон, — ничего не бойся.

   Во рту уже накопилось нечто теплое, но я неосознанно сдерживала себя. Не понимала, я все еще танцую с ним или наблюдаю за уже взрослым мужчиной с листовок, которые постоянно сгорали в пламени камина. Не все — одна, самая первая, которая попала мне в руки, лежала в выдвижном ящике рабочего стола, спрятанная под многочисленными папками и документами. Сложно определить, кто сейчас передо мной, потому что не было снисходительного взгляда. Он какой-то другой. Живой, не вымышленный.

   — Глотай!

   Я подчинилась. Жидкость полилась по гортани и устремилась к желудку. Она оставила после себя теплый, даже немного обжигающий след. Опалила все внутри, не задержалась на одном месте и будто бы впиталась стенками, чтобы попасть в мою кровь, добраться до каждого органа, согреть сердце и потом уже побежать вверх, к голове.

   Стало слишком хорошо, чтобы не превратиться в расплавленный воск свечи. Я снова погрузилась в сон, до того приятный, что хотелось блаженно улыбаться. Никакой слабости. Только парящая легкость.

   И танец...

   Раскидистое дерево, а под ним я, но уже не маленькая, в своем истинном обличье. Мои русые волосы распущены, тяжелыми волнами лежат на плечах. На мне темно-синее платье, подчеркивающее стройную талию и высокую грудь, которая при каждом новом вдохе поднималась над немного нескромным вырезом. Белые перчатки. Такого же цвета поясок.

   Передо мной Эдон.

   Белый костюм, словно подобранный специально под мой наряд. Синие пуговицы и вышивка по краям стильного камзола.

   Ни слова не сорвалось с наших губ. Мы одновременно сделали шаг навстречу, я подняла руки, готовясь к предстоящему танцу. Широкая ладонь легла на поясницу, мягко надавила на нее, притягивая к мужчине ближе, чем допускали приличия. Темный взгляд голубых глаз. Я не могла от них оторваться.

   Движение. Легкая улыбка на его устах, душевный порыв повторить.

   Творилась магия. Над нашими головами шелестела листва, создавая особую и неповторимую песнь природы. Мы кружились. Парили над коротко стриженной травой, вроде бы переставляли ноги, но под ними ничего не чувствовалось.

   Я не понимала, что происходит, да и не хотела понимать. Безоговорочно доверяла. Выверенные остановки, затяжные, напряженные. Необходимость прогнуться в спине, подставить под ласкающий взгляд уже грудь, заметить темный прищур. Потом выпрямиться, стать с ним наравне. Повести оголенным плечом и вызвать очередную улыбку. Игра, сражение, попытки