Крылья нужно заслужить. Valery Frost

Крылья нужно заслужить. Valery Frost

18.10.2015, 12:00

Проба пера на Призрачных мирах: Valery Frost

Рассказ: "Крылья нужно заслужить"

Низкий поклон Лане Ежовой за участие и сочувствие.

Февраль выдался дождливым. Противным. Промозглым. Сырым. Совсем не лютым…
Дима, по уже устоявшейся традиции хлопнул крышкой ноута и отправился в «Био-Ритм». Недалеко от работы, финансово удовлетворительно, морально и физически – абсолютный позитив.
- Димон! – Илья, проходя мимо, выдернул наушник из уха и протянул руку для приветствия. Дима, как умел, сильно пожал. – По дорожке для затравки?
- По дорожке девочкам в клубе предлагать будешь, - не зло осадил друга Дима, - а я – трусцой от инфаркта…
Оценив шутку язвительной улыбкой, Илья заткнул ухо музыкой и, толкнув друга плечом, широким шагом направился в кардиозал.
Ярко освещенное помещение с дорогими тренажерами было под завязку набито людьми: стройные девушки, дамы в летах, моложавые старички, накачанные стероидами молодые люди, тренеры и инструкторы – негде яблоком плюнуть!
Несколько рядов беговых дорожек и велосипедных имитаторов предлагали верующим в здоровый образ жизни поглощать информацию с плазменных экранов во время занятий или пялиться на прохожих. Дима предпочитал разглядывать улицу.
Кирпичное здание почти в самом сердце старого города, построенное несколько десятков лет назад, неоднократно реставрировалось и обновляло фасад. В очередной раз пройдя фейс-контроль, дом предстал перед циничной публикой в образе винтажного торгово-офисного центра с огромными тонированными стеклами-витринами на первом этаже. Прямо в лицо помолодевшего кирпичного пижона устало глядела одинокая троллейбусная остановка, в бумагах местных чиновников гордо величавшаяся «павильоном». На деле же оставалась все той же преждевременно состарившейся свидетельницей рождения великой эпохи Перестройки.
Асфальтовая река навсегда разделила судьбы двух неординарных построек. Оба шедевра архитектурной мысли были до жути одиноки, хоть и старались не показывать друг другу своей грусти, а наперебой рассказывали свои истории – в трещинках, в ржавчинах, в надписях, в звуках города…
- Я уже не впервые вижу ее здесь…
Слегка прищурившись, так, чтобы можно было разглядеть женское лицо сквозь блики на стекле, Дима кивнул на огромное окно. Друг не услышал – сердце стучало в груди и в ушах, музыка и механический шум тренажерного мотора дополняли какофонию био-ритмов.
В груди защемило – Дима дернул за шнурок, срывая магнитный ключ. Тренажер послушно выполнил команду и замедлился, пока полностью не остановился.
Илья удивленно вытаращил глаза и тоже дернул свой магнитный ключ:
- Ты чего?! – для нарцисса Ильи прерванный процесс тренировки раньше времени был сродни измене Родине.
- Красивая…
Непривычно нежные и мечтательные нотки в голосе друга повергли Илью в совершеннейший шок.
- Кто?!
- Та девушка. - Дима то и дело менял угол наклона головы, устремив взгляд на стекло.
Илья повернул голову, но разглядеть ничего не смог – в окне отражался полный света и людей зал. Пришлось проявлять чудеса ловкости и перемещаться на соседнюю дорожку.
- Не, - скривившись больше от того, что зря потратил время, чем от увиденного, Илья заблеял и вернулся на свой тренажер. – Не в моем вкусе…
Тренажер, пикнув, запустил встроенную программу, Илья, гулко застучав дорогой спортивной обувью, вновь окунулся в мир “Metallika”.
- У нас с тобой совершенно разные вкусы, - Дима покачал головой, когда до него донесся шум тяжелого рока. А сам все еще всматривался в ангельское личико белокурой статуэтки за окном.
Мало того, что ему приглянулся и задорно вздернутый носик, и длинные ресницы, из-за которых глаза казались еще больше, а взгляд становился по-детски невинным и слегка удивленным, так еще и ее милая привычка поджимать губы в моменты сомнений…
Девушка постоянно всматривалась вдаль. Бросала короткие взгляды на остановку…
Толчок в плечо отвлек Диму.
- Ну, ты чего тут еще?! – Илья был возмущен бездействием друга. – Уведут! Ей Богу, уведут!
Дима был согласен с другом на все 100%. Поэтому и сорвался с места, как ужаленный. В мгновение ока переоблачился в офисный наряд, по дороге засовывая руки в рукава пальто, роняя шарф и возвращаясь за ним, молнией выскочил из дверей и тут же оправился, надевая маску серьезности.
Незнакомка стояла к нему спиной, опершись одним плечом о стену дома. Воротник короткого пальтишка был поднят и укутан в большой светлой ряби шарф, широкий кант шапки обручем сжимал голову и не разрешал непослушным кудряшкам выбраться под падающий мокрый снег больше дозволенного. Затянутая поясом талия казалась осиной, а скомканные голенища сапожек подчеркивало стройность обтянутых чернильным каттоном ног.
Дима любил классику. Верил, что скромность красит человека. Скромный костюм от «G. Armani» – красит, скромная машина от «Toyota» - красит, скромный шарф от «Burberry» тоже добавляет скромности. Никаких ярких красок, вызывающих скосов и острых носков.
Сбросив с плеч напряжение, Дима нарочито медленным, слегка вальяжным шагом подошел к девушке, обогнув ее по дуге и встал ровно напротив.
В строгом взгляде мужчины она заметила отголоски жалости и сомнения.
- Девушка, - Дима сложил руки точно, как его учительница младших классов, когда собиралась отчитывать, но всем видом показывала, что она не в восторге от перспектив. – На вас поступают жалобы…
Незнакомка поджала губы и часто заморгала. От такого взгляда у Димы встал комок в горле. Сейчас молодая особа была похожа на нашкодившего щенка, не понимающего причин недовольства хозяев.
- Жалобы? – уточнила она, отрываясь от стены и сжимая двумя руками красочный стаканчик для американо. – Я не…
Степень растерянности белокурого ангела зашкаливала. Дима никак не мог попасть в ее фокус: она то и дело заглядывала ему за спину, переводила взгляд на остановку через дорогу, словно боялась кого-то пропустить…
Молодой человек и сам замешкался. План, который он успел выстроить в голове, сыпался, как карточный домик на февральском ветру.
- Я говорю, жалобы на вас…
Но девушка не слушала. Она, наконец, зацепилась взглядом за объект за спиной молодого мужчины, резко протянула ему кофе, почти ткнув стаканчиком в грудь, затем снова зачем-то бросила короткий взгляд на остановку…
Дима наблюдал за переменами в поведении незнакомки с нескрываемым любопытством и смущением.
Девушка сняла крышку с объектива фотоаппарата, сделал шаг в сторону дороги и повернулась лицом к большому окну, за которым бежали по дорожкам, крутили педали и маршировали на тренажерах люди. Поймав в объектив один ей видимый чудо-кадр, она нажала кнопку.
Вспышка на миг ослепила – Дима не был готов, заранее не разгадал маневра незнакомки. Одновременно со вспышкой послышался визг колес. Возгласы ужаса и удивления. Клаксон. Характерный звук удара.
Отвернувшись от немногословной собеседницы, мужчина обратил свой взор на место происшествия: на мокром темном асфальте яркими идеально круглыми пятнами рассредоточились пиццы; ветер нещадно трепал мгновенно промокшие картонные упаковки еды с доставкой; скутер, на котором ехал горе-курьер, лежал на боку, а сам водитель – на тротуаре. Вокруг него еще не собралась толпа, поэтому Диме было хорошо видно, как парень принял сидячее положение и сейчас стаскивал шлем. Судя по тому, как он активно мотал головой, отвечая на вопросы сидящей у его ног девушки, он не сильно ушибся самой важной частью тела. А остальное – заживет.
Шумно выдохнув, Дима вновь повернулся к незнакомке. Он и сам не заметил, как затаил дыхание. Впрочем, не он один: стоявшие до сих пор на свет красного светофора машины, начали нервно сигналить, подгоняя впередистоящих.
- Повезло пацану…
Мужчина сочувственно покачал головой и отхлебнул из стакана, забывая, чей кофе.
Девушка улыбалась. Доброй, по-настоящему искренне радостной улыбкой. Глядела на Диму и запаковывала фотоаппарат в чехол.
- Ух, ты! – хранитель американо опомнился, уставился на стаканчик. – Я должен вам кофе…
Утверждая больше, чем спрашивая, он приподнял одну бровь.
- Мне еще надо закончить работу…
Дима отчетливо видел – его визави пытается улизнуть. При этом продолжая очаровательно улыбаться. Она больше не заглядывала ему за спину, не косилась на остановку. На какой-то миг в голову мужчины закралось подозрение, что незнакомка ждала именно момента аварии. Но затем, отмахнувшись от несуразности – откуда ж ей было знать?! – молодой человек вновь пошел в атаку:
- Один кофе сейчас или я буду покупать вам его каждый день, пока…
- Не стоит угрожать, - перебила его девушка. Но в ее словах не прозвучало ни нотки предупреждения. – Один кофе сейчас мне не повредит. Чхи!
Кофейный рыцарь мгновенно проникся к незнакомке нежностью – захотелось обнять, закутать в плед, прижать к груди и не отпускать. Чтобы избавиться от наваждения, пришлось отвести взгляд и помотать головой. Прикрываясь поиском урны, мужчина повел незнакомку в сторону кафе.
- Меня Дмитрием зовут, - уже пропуская даму на входе в ароматно пахнущее помещение, сообщил провожатый. – А ваше имя?
- Анжи, - коротко улыбнувшись, девушка стащила с головы шапку. – Анжела.
- Вот так просто? – слегка съязвил образец галантности. – Анжела? С ударением на первый слог?
- Анжела Мур, - вроде оправдываясь, повела плечом молодая особа.
- Вы нездешняя?
Девушка плюхнулась на мягкие подушки сидения, положив рядом шарф и чехол от фотоаппарата, отрезая доступ к телу и заставляя дарителя горячих благ сесть напротив, закатила глаза к потолку, что-то вспоминая…
- Нет, я здешняя.
Ее манера улыбаться, говорить кротко, и даже робко двигаться умиляла нового знакомого и все больше распаляла желание обнять. Приходилось сдерживать порывы. От этого жесты самого Димы становились рваными, скованными.
- Тогда почему такое редкое для наших мест имя? Родители были фанатами футбола?
Красавица спрятала улыбку и отрицательно покачала головой.
Сидя напротив, Анжи с детской непосредственностью рассматривала черты лица нового знакомого. Он о чем-то говорил, шутил, слегка расслабился, то и дело склонял голову к плечу, задавая вопросы.
- Вы – фотограф! – в собственной манере утверждал, спрашивая, Дима. Анжела в ответ кивнула. – Вы делаете очень интересные снимки… Выставляли свои работы в галерее?
- У меня своя галерея. - Глаза девушки светились особым мягким огнем. Казалось, ей доставляла удовольствие игра в отгадывание: он задает вопрос, сам же отвечает, и главное – попадает в точку!
- У вас своя галерея? Где?! Я ее знаю? – Дима снова засуетился, но вовремя одернул себя. – Наверняка, я сейчас пью кофе с какой-то мировой знаменитостью, и сам того не знаю…
Анжела снова улыбнулась, прикрыла глаза, взмахнув длинными ресницами. И Диме вдруг показалось, что от этого взмаха подул легких соленый бриз. Свежий, как на берегу мыса Фиолент…
- Я не знаменитость… Совсем…
Анжи и сама удивлялась, как такое может быть? За много лет ни один человек не подошел с ней поздороваться, познакомиться… Никто не предлагал укрыться от дождя, выпить воды в жару…
- А где ваша галерея находится? Я бы с удовольствием посетил ее и посмотрел на ваши работы.
- Вы ведь не охранник в том спорт-клубе, правда? – Анжи перестала улыбаться. Вся ее наивность мгновенно улетучилась, взгляд стал настороженным, пальцы переплелись, сцепляясь в замок.
Дима не спешил с ответом. Его не смутила перемена в поведении девушки – напугала.
- Нет.
- Тогда зачем вы подошли? Зачем обманули?
- Хотел познакомиться…
- Зачем?
Мужчине очень захотелось расписать все пункты плана: познакомиться, пригласить на свидание - одно, второе, десятое, познакомить с Ильей, познакомиться с ее друзьями, дарить подарки, ездить вместе на море, сделать предложение, купить дом, посадить сад…
- Хотел угостить вас кофе, - и Дима снова склонил голову, вымаливая у Анжи улыбку.
Девушка рассмеялась, испугав молодого человека до чертиков: ему показалось, что Анжи прочитала чужие мысли, и теперь смеется над его наполеоновскими планами и трусостью – ведь он не озвучил свои тайные желания, а предпочел спрятаться за ложью.
- Спасибо… - и поди разбери, за что «спасибо» - за кофе или за сдержанность?

На следующий день Анжи была на своем посту.
- Димон! – Илья кивнул на окно. – Твоя краля снова тут!
Но друг его уже не слышал – бежал переодеваться.

Больше не было ни дня без долгих бесед и взглядов за чашкой горячего напитка. Погода сжалилась над несчастными – стала дарить солнечные снежные деньки. Молодые люди проводили время на катке или в кино, становились слушателями лекций по искусству и участниками мастер-классов по вытягиванию карамели.
- Как это у тебя нет телефона?! – возмутился однажды Дима, негодуя, что ему приходится заранее договариваться о времени встречи и не иметь возможности предупредить, что может задержаться.
- А мне он не нужен… - пожимала плечами девушка, вызывая у ухажера желание закутать ее потеплее. – У меня есть часы.
Дима закатывал глаза и настаивал на покупке. В ответ Анжи изображала строгость и предупреждала – никаких сюрпризов! Она не будет пользоваться телефоном. Лучше уж так – по старинке: назначил время, будь добр – успей вовремя!

- Ты покажешь мне свои работы? – проситель стоял у открытой дверцы машины, приглашая подругу сесть.
Вопрос заставил девушку замереть. Она слегка поджала губы и внимательно посмотрела на собеседника. Стараясь заглянуть ему в душу, сомневалась в принятии решения.
Дима ждал. И готов был ждать очень долго. Теперь он не желал больше быть одиночкой.
- Хорошо, - наконец согласилась Анжи и сделала шаг назад, немало удивив молодого человека. – Только мы поедем на троллейбусе.
Рядом открывалась и закрывалась дверь, выпуская на улицу людей и звон дверного колокольчика. С неба сыпалась мелкая крупа и тонким слоем засыпала припаркованные автомобили. Улица пахла настоящей зимой.
- А почему на троллейбусе?
Анжи улыбнулась. Что-то новое мелькнуло в ее взгляде и заставило Диму мгновенно сдаться.
- Отлично! – Он захлопнул дверь и нажал на кнопку пульта – машина отозвалась коротким писком. – Давно не толкался в общественном транспорте!
Ехать пришлось недолго – в старую часть города, где некогда стояли дома царской постройки, где высились стены Лавры, где шины автомобилей полировали брусчатку.
Анжи впервые позволила взять себя за руку. До этого времени она предпочитала, чтобы мужчина не нарушал ее личного пространства. Смущение, испытываемое ею в первые встречи, прошло. На место недоумения пришел интерес и желание разгадать загадку – зачем она ему?
На улице было тихо. Сумерки уже давно накрыли город, фонари окрашивали голые деревья хной. Шум транспорта затих, стоило молодым людям свернуть в улочку. Умиротворение, схожее с мудрым прищуром седовласого старика, закралось в душу и, уютно скрутившись клубком, замурлыкало кошачью колыбельную.
Мужчина вертел головой: он давно не был в таких местах – все больше по небоскребам и офисам-аквариумам…
Пока ее спутник глядел по сторонам, Анжи подошла к подъезду. Тяжелая деревянная дверь с легкостью поддалась напору – Дима не успел проявить галантность, пришлось наверстывать после.
Высокие потолки предусматривают длинные лестничные пролеты. Хозяйка галереи шла впереди, а ее гость на два шага позади глотал слюни.
Если бы не особое трепетное чувство, что вызывала в нем этот белокурый ангел, соблазнитель давным-давно уж затащил девушку в постель. Но в этот раз он решил все сделать правильно: сначала конфетно-цветочный период, потом первый робкий поцелуй, потом…
На последней ступеньке Дима врезался в девушку. Увлекся размышлениями. Случилась легкая потасовка с извинениями, неуклюжие попытки шагнуть в сторону, лишь заставляющие Анжи еще больше прижаться к своему спутнику.
В какой-то момент время стало осязаемым: шершавым, как кора дерева, тягучим, густым, как голос виолончели. В нем слышался крик о помощи и зов надежды.
Обладательница белокурых локонов подняла взгляд. Дима стоял очень близко. Настолько близко, что в мраморной прохладе подъезда она чувствовала жар, исходящий от его тела. Когда ее взор нечаянно упал на его губы, мужчина, все еще придерживая девушку за талию, начал склонять голову.
- Мы пришли, - Анжи испуганно отшатнулась и спрятала глаза.
Ничего подобного красавица ранее не испытывала. И это пугало до мороза по коже.
Зазвенели ключи, выдавая растерянность девушки. Она не сразу попала в замочную скважину, но стоило двери открыться, а знакомому запаху уюта родного дома пробраться теплой лапкой за шиворот, как все страхи мгновенно улетучились, и Анжи обернулась к Диме с уже давно знакомой доброй улыбкой.
Дима тоже успел собраться. Да, ему было не очень приятно, что его избранница отказалась от поцелуя. Да, ему было неуютно от того, что девушка испугалась, отшатнулась. Но… возможно, время еще не пришло…
- Я думал, мы едем в галерею, - внезапно опомнился Дима.
- Да, - полушепотом подтвердила Анжи и шагнула в дверной проем.
Гость последовал за девушкой, не понимая, как может галерея располагаться в квартире на третьем этаже?
Но уже через мгновенье изменил мнение. Во-первых, стоило включиться свету, как стены квартиры ринулись в стороны. Да, это, однозначно, оптический обман, но сколь же реальным оказалось ощущение искажения пространства!
Во-вторых, за дверью не было коридора, а сразу начиналась просторная комната с антресольным этажом и огромными арочными окнами в потолок.
- Здорово! – мужчина застрял на пороге, восхищенно открыв рот.
Мало того, что студия поражала размерами, никто бы не смог предположить, что в обычной сталинке можно сделать такую красоту, так еще и дизайнерская идея…
Все стены были увешаны фотографиями: начиная от стилизованных под старину, заканчивая огромными плакатами в полстены. Минимум мебели и максимум стеклянных вертикальных поверхностей, за которыми прятались фото-камеры, похожие на музейные экспонаты.
- Ого! – Только и хватало визитера на междометие.
Девушка-фотограф уже давно сняла обувь и прошла вглубь квартиры. Гость же мялся у порога, не в состоянии оторваться от созерцания диковинок.
У самого порога стояла большая рогатая вешалка. Именно на нее, даже не глядя, Дима повесил пальто. Проигнорировав предложенную домашнюю обувь, он скользил взглядом и пальцами по стене, изучая в подробностях снимки людей.
Выцветшие от времени, с заломленными уголками, пахнущие прошлым столетием, они разглядывали гостя с не меньшим интересом.
- Господи! – Дима прищурился, рассматривая дату на фото-карточке. – Какой год? Тысяча восемьсот сорок пятый?! Это копия? – ошалелый взгляд устремился на хозяйку квартиры – та покачала головой, улыбнувшись. – Настоящая?! – Дима снова наклонился к фотографии. – Абалдеть! Это ж сколько она стоит?!
Анжи пожала плечами, но вопрошающий не увидел – был всецело поглощен экскурсом в историю.
- Странно, - заметил через некоторое время он, - здесь только пары…
Анжи уже давно сидела на угловом диване и попивала горячий чай, позволяя исследователю оглядеться. Дима был первым гостем в ее обители. Не за много лет – вообще.
- Как здорово! – длинные пальцы бережно касались снимков, а взгляд перескакивал с одной детали на другую. Анжи засмотрелась на мужчину, невольно вспомнив, как почувствовала его запах, почти уткнувшись носом в его пальто там – на лестничной площадке. – Тут тоже подпись – Мур! Это твои предки делали фото?
Анжи молчала. Лишь уголок рта дернулся, растягивая губы в грустной улыбке.
- Вот тут – здорово получилось! – Дима ткнул пальцем в стену. – Тысяча девятьсот четырнадцатый. Слушай, но таких фото в то время не делали! – он обернулся смущенный и нахмуренный. – Тогда все должны были стоять по стойке смирно! Иначе не получалось.
- Нет, - Анжи предложила жестом чашку, но Дима отказался. – Тогда уже были «Кодаки», вон, как тот, - девушка направила взор на стеклянную полку, заставляя и Диму повернуть голову, - тогда уже можно было ловить моменты. А вот раньше… Тогда было трудно, да…
- О, тут тоже стоит подпись: «А. Мур.» - это твой дед, да, фотографировал? А как звали твоего деда? Алекс? А тут есть фото твоих родителей или бабушек-дедушек? – Дима сыпал вопросами, но не смотрел на Анжи. Продолжал изучать фото, поэтому и не видел, как девушка, не моргая, глядела на гостя, так увлеченно рассматривающего чужие лица. – Почему ты молчишь?
Дима, наконец, повернул голову к Анжи и выпрямился.
- Я сделаю тебе кофе? – она поднялась и, оставив свою кружку, направилась к шкафчикам на кухне. Тоже студио.
Только сейчас гость сообразил, что не получил ни одного ответа на свои вопросы. Он молча проводил взглядом девушку, молча обернулся к стене с фотографиями. И снова принялся рассматривать. Только теперь его больше не интересовали лица и одежды. Каждый снимок незримо напоминал что-то до боли знакомое, подсказывал, намекал, хотел быть разгаданным.
- Они… - Дима подпер рукой подбородок, постучал пальцем по губам. – Они все… - мужчина медленно шагал вдоль стены, не отрывая взгляда от фотографий, шел от более старых к более новым. – Это окно… окно…
На заднем фоне, действительно, вырисовывалось окно, а сами люди казались привидениями – слегка размытыми, смотрящими не в камеру фотографа.
- Это отражения! – чуть не подпрыгнул на месте Дима. – Это все – отражения в окне! В нашем окне! В окне «Био-Ритма»!
Ринувшись со своей догадкой вновь в самое начало, Дима, как сумасшедший, шевелил губами, дрожащими пальцами перебирал картинки.
- Анжи! – он резко обернулся к стоящей у плиты девушке. – Это же гениально! Два столетия историй в отражении стекла! О! И ты это не выставляешь по галереям?! Да ты станешь знаменитостью!
Глаза Димы лихорадочно блестели глаза. На негнущихся ногах он подошел к девушке.
- Твой кофе…
Через несколько минут сидящий в глубоком кресле Дима был благодарен хозяйке дома за простое напоминание, поначалу пригвоздившее гостя к месту, а затем, позволившее мягко приземлиться с небес на землю.
- И все же, как тебе удалось сохранить эту коллекцию?
- Ну, - Анжи неопределенно повела головой, - как видишь, мне удалось много чего сохранить.
- Это у вас такое семейное хобби? – визитер снова повернул голову к фотографиям. – Слушай, а ведь это здание в войну было разрушено…
- Ну, а потом его восстановили, - напомнила учительским тоном девушка.
- Ну, да… восстановили. Потом реконструировали. Потом модернизировали… Но все равно… Такое хобби…
- Это не хобби! – голос прозвучал мягко, словно прощая за ошибку. – Это работа.
- Это работа?! – мужчина отставил чашку. – И кто же за такую работу платит? Работа на несколько поколений?
- Ну, - Анжи снова пожала плечами, - такой работодатель у меня.
- И он хорошо платит? – Дима, наконец, обратил внимание на обстановку – мебель, аппаратура, жалюзи, ковры…
- Мне хватает.
- А счастлив тот, кому хватает… - невольный философ откинулся на спинку и тяжело вздохнул. – Думал, я уже много странностей повидал… Анжела Мур… Анжи Мур… А. Мур…
На последнем слове Дима запнулся. Его взгляд затуманился, застыв в одной точке. Окаменев, гость буквально перестал дышать. Нереальность догадки заставила его врасплох. Он пытался отогнать непрошенный страх, но он много странностей повидал на своем веку… Почему бы не случиться еще одной?
- Анжи?
- М-м-м?
- Ты – кто?
Девушка улыбнулась. Улыбнулась ангельски. Золотые локоны осветились светом включившегося фонаря во дворе, создавая ореол вокруг милого личика. Ямочки на щеках придали сходства с херувимами, изображенными на фресках больших соборов.
- Я – Анжела Мур, с ударением на первый слог…

Покоритель женских сердец испугался. Сбежал. Позорно бежал. Молча поднялся с кресла, неуклюже втиснулся в ботинки, схватил пальто и сбежал. Оставил Анжи в недоумении и смятении. Одну. С несколькими тысячами фотографий.
Долго брел по узким улочкам, натыкался на прохожих, потерял перчатки и шарф.
Из задумчивости его вывел звон колокольчика. Диме вдруг показалось, что рядом засмеялась Анжи.
Постояв некоторые время перед дверью в кафе, наблюдая, как выходят на улицу смеющиеся пары, Дима решил, что окончательно замерз и шагнул в теплые объятия кофейни.
Заказав крепкий черный кофе, сел за столик в углу и, достав из кармана смартфон, принялся рыться в поисковиках: его интересовало все, но с чего начать – никак не мог решить.
Начал с имени. Амур – седьмая по длине река в мире… Не то! Амур – в римской мифологии божество, соединяющее влюбленные сердца. Соединяющее мужчин и женщин…
Он поднял голову и уставился прямо перед собой. Перед глазами проплыли образы, увиденные в квартире Анжи: мужчины и женщины, одетые в костюмы своей эпохи, захваченные врасплох, глядящие в разные стороны.
- Нет! Такого быть не может! - пробормотал себе под нос, отхлебывая из чашки уже остывший напиток. – Не может…
А почему, собственно, не может? Потому что у Анжи нет крыльев и лука со стрелами? Потому что Дима – атеист? Потому что выглядит девушка лет на двадцать, а самой старой фотографии – почти двести лет? Поэтому не может?!
От размышлений отвлек толчок и куча извинений. Прощения просила девушка, нечаянно задевшая Диму, когда проходила мимо. Он рассеянно отмахнулся, провожая взглядом смеющуюся пару.
В какой-то миг, когда парень с девушкой уже вышли, заставив звякнуть колокольчик, Дима опомнился: бросил кофе, пальто на спинке стула и выскочил вслед за парочкой.
- Девушка! Простите! Девушка!
И девушка обернулась. Остановился и ее парень, удивленно глядя на взъерошенного выскочку.
- Вы меня простите, но я… Не могли бы вы мне сказать, как и где вы познакомились?
Молодые люди недоуменно переглянулись, но, видимо, решив, что сумасшедшему мужчине с горящим взглядом их ответ поможет излечиться, дружно улыбнулись:
- Он пиццу вез…
- Лопнуло колесо на светофоре…
- И он со всего размаху…
- …в ноги…
Дальше Дима не слушал. Он скакнувшего давления потемнело в глазах, заложило уши.
Покачивая головой в знак благодарности, развернулся и побрел в кофейню… Руки тряслись, ноги подгибались. Ребята спрашивали, не нужна ли помощь, но их никто не услышал - мешала вата в ушах.
Забрав пальто, Дима вышел на улицу и глубоко вздохнул – морозный воздух прочистил мозги. Вспомнился их первый разговор в другом кафе за чашкой кофе.
…«- Тогда зачем вы подошли? Зачем обманули?
- Хотел познакомиться…
- Зачем?»…
- Зачем… - мыслитель усмехнулся. – Зачем… Зачем мужчина знакомится с женщиной? Зачем Амур соединяет сердца?
«А сам Амур знает – зачем? Знает, что происходит, когда люди встречаются?»
Взгляд забегал – неужели сам помощник бога Эроса не знает, что такое «любовь»?
- Быть такого не может! – мужчина произнес возмущение вслух, заставив прохожих шарахнуться в сторону.
Расправив плечи, махнул рукой, тормозя такси.
- На Старую Арсенальную, пожалуйста.

Через пять минут он был на месте. Выходящая из подъезда девушка игриво улыбнулась, пропуская в дверь симпатичного молодого человека. Дима поблагодарил и помчался наверх, перепрыгивая через ступеньки.
Она не позволяла до себя дотрагиваться, отшатнулась, избегая поцелуя, с детским интересом глядела на целующиеся пары, а в кино тяжело вздыхала, когда герои оголялись – ей было скучно… Дима складывал кусочки мозаики, когда ехал в такси. И сейчас, взбираясь на третий этаж, снова и снова прокручивал в голове моменты, которые смущали.
Дверь была открыта. Не нараспашку, нет. Слегка поскрипывала, покачиваясь на сквозняке.
Блудный гость вошел бесшумно. Студия больше не освещалась. Одинокая настольная лампа светила в углу. За столом сидела Анжи. Работала. Еще одно фото было сделано днем, прямо перед встречей с Димой – снимок надо было отретушировать, отправить в печать.
Хозяйка обители не слышала, как вошел визитер. Возможно, была слишком увлечена работой, а возможно, льющаяся из нескольких динамиков музыка не позволяла услышать больше, чем шепот, о котором пел Алекс Клер…
Напряженная спина и зажатые плечи Анжи свидетельствовали о внутренней борьбе. Ей приходилось заставлять себя работать, чтобы не думать о Диме. Было трудно принять его решение уйти. Вот так внезапно ворваться в ее жизнь никто не смел. И никто не бросал…
Подобных эмоций Анжи не испытывала, даже когда в сорок третьем бомбили город и место ее постоянной работы превратилось в руины. Что изменилось? Зачем Дима вообще появился в ее жизни?
Легкий короткий стук оторвал Анжи от размышлений – она обернулась, но темнота не позволила ничего рассмотреть. Протянув руку к лампе, она наклонила ее так, чтобы луч света озарил комнату.
- Анжи… - прозвучало тихо и виновато.
- Дима… - прозвучало формально.
Гость выставил руку вперед, закрываясь от бьющего прямо в глаза луча света. Анжи пришлось встать и включить верхнее освещение.
- Во-первых, я должен извиниться, - Дима стоял обутый, с его ботинок стекал тающий снег, образуя лужу на паркете. – Во-вторых, - мужчина проследил за взглядом Анжи, - я это уберу.
Девушка хмыкнула. Стоя в нескольких шагах от гостя, сложив руки на груди, она ожидала продолжения беседы.
- Я дурак…
- Это в-третьих? – Анжи склонила голову – уже переняла привычку друга.
- Это в-третьих, в-четвертых, в сотый раз… - мужчина сделал шаг вперед, но напоролся на строгий взгляд хозяйки квартиры, и метнулся на место, спеша избавиться от обуви. – Я испугался.
- Чего?
- Тебя! – Голос мгновенно осип. – Того, кто ты! Ты меня понимаешь? – Его взгляд наполнился мольбой.
- Нет, - девушка поджала губы и покачала головой. Продолжая стоять, сложив руки на груди, она решительно не могла понять, о чем говорит гость. – Я тебя не понимаю…
- Не понимаешь… - Дима стал метаться: когда попытка приблизится к Анжи не удалась, он сбросил с плеч пальто, неаккуратно кинул его на диван, потер лоб: - Ты испытывала когда-нибудь страх?
Девушка отвела взгляд, коротко кивнула.
- Страх перед неизвестностью?
- Нет…
- Страх перед тем, что можешь что-то потерять?
- Нет…
- Тогда тебе меня, действительно, не понять…
Дима продолжал мерить шагами комнату.
- Знаешь, - мужчина остановился, махнул рукой в сторону девушки, - я вот тут понял, кто ты есть на самом деле. Но возник другой вопрос.
- Сколько мне лет? – ехидно заломив бровь, Анжи глянула на визави, расцепила, наконец, руки, и направилась к рабочему столу. Стоять на месте в то время, как гость мечется загнанным зверем, было неудобно.
- Да… Нет! – он отмахнулся от предложенного варианта. – Другой вопрос.
Анжи захлопнула крышку ноутбука, развернулась лицом к Диме, присела на край стола и снова закрылась, сложив руки на груди.
- Мне интересно, зачем ты это делаешь?
Анжи недоуменно нахмурила брови, оглянулась на компьютер.
- Я закончила на сегодня, - объясняя причину выключения ноутбука, Анжи снова посмотрела на Диму.
- Нет, - мужчина прикрыл глаза, усмехнувшись. – Зачем ты работаешь Амуром?
- Соединяю сердца, - Анжи пожала плечом.
- А зачем?
- Чтобы люди нашли свое счастье…
- А зачем? – Дима с каждым вопросом делал шаг, ступая мягко, заглядывая в глаза.
- Чтобы они были счастливыми…
- Нет, не то, - мужчина остановился. – Зачем это тебе?
- А-а-а, - понимающе протянула Анжи, опуская взгляд. Но в этом «а-а-а» прозвучало не только понимание, но и грусть. – Я хочу заслужить крылья…
Руки белокурого ангела расслабились, упали плетями вдоль тела.
- А зачем тебе крылья? – совсем севшим голосом спросил Дима, заранее страшась ответа.
Посланница небес не ответила. Оттолкнулась от стола, направилась к большому окну. Слегка отодвинув тюль, глянула на темное небо, прижимаясь щекой к оконному косяку.
- Хочу научиться летать… - От теплого дыхания стекло мгновенно запотело. – Хочу подниматься выше облаков, гоняться с ветром на равных. Хочу долететь до луны и дотронуться до звезд…
Дима стоял, как вкопанный. Ждал продолжения и боялся спугнуть мысль.
- Хочу испытывать трепет от покоряющихся мне высот. Хочу летать с другими… - Несостоявшийся херувим обернулась – в глазах стояли слезы. – Но я никак не заслужу…
Больше Дима ждать не стал – бросился к любимой, обнял и крепко-крепко прижал к себе.
- Анжи… Анжи… - шептал он, уткнувшись носом ей в макушку. – Крылья… чтобы летать… чтобы дотронуться до звезд… Глупая…
Девушка мгновенно напряглась. И уже через мгновенье оттолкнула Диму от себя, гневно сверкая взглядом.
- Глупая? Глупая?! Потому что трачу время на тебя, а не на работу! – Анжи метала гром и молнии. – Ты меня отвлекаешь! Ты мешаешь мне сосредоточиться!
Она сыпала оскорблениями, отмахивалась от мужчины, пытающегося заключить ее в объятия.
- Анжи… - добавляя в интонации упрека и немного угрозы, Дима склонил голову.
- Убирайся! – сказала, как выплюнула, девушка. – Убирайся! Тебе меня не понять!
Спорщик рассвирепел:
- Мне тебя не понять? Мне тебя не понять?! Да ты не понимаешь, что эти самые крылья могла бы добыть себе сама! Давным-давно! И не ждать подачек!
Анжела удивленно захлопала глазами. Дима, уличив мгновенье, подобрался к ней поближе, поймал за руку.
Красавица не заметила обманного маневра – была поглощена размышлениями. Дима, сам того не зная, запустил механизм, заставивший девушку окунуться в воспоминания двухсотлетней давности, перебрать все случаи, когда она – возможно! – упустила момент и не получила свои крылья.
- Анжи… - стоя слева от возлюбленной и держа ее за руку, Дима провел тыльной стороной ладони по ее щеке, пытаясь вернуть ее в реальность. – Анжи…
Она не реагировала: дышала ровно, но не моргала, ее рот слегка приоткрылся, на шее в такт сердцу билась жилка. Дима придвинулся еще ближе, дотронулся губами до ее виска. Выждал пару секунд, ожидая реакции – ничего… Осмелев, мужчина склонился к ее шее, двумя пальцами прочертил линию от мочки уха до ключицы – от движения локон пружиной подпрыгнул и задрожал осиновым листом. Анжи снова не подала признаков жизни. Дима сдвинулся, встал прямо напротив девушки, бережно взял ее лицо в руки, провел большими пальцами по подбородку, шее…
- Анжи… позволь, я подарю тебе крылья.
Ее ресницы затрепетали, как паутинки на ветру, она, наконец, перевела взгляд на мужчину – пустой, непонимающий, но уже подающий надежду на осмысление.
Дима слегка коснулся ее губ поцелуем. Даже не понял, каковы они на вкус. Но главное – девушка больше его не отталкивала. Он снова заглянул Анжи в глаза – теперь в них читался интерес. Опаска и ожидание.
Усмехнувшись, но мысленно, Дима снова поцеловал любимую в губы, скользнул, очертив их контур, выдохнул и снова отступил.
Анжи больше не смотрела на мужчину – она заглядывала внутрь себя. Доселе неведомые эмоциональные глубины души были затронуты, и теперь тонко пели, так, словно умелый скрипач ласкал струны своей возлюбленной Страдивари.
Сглотнув и вновь не ощутив протеста, Дима отпустил лицо Анжи, обнял за талию, прижимая к себе, и снова склонил голову, но не поцеловал. Рассчитывал, что девушка, не дождавшись продолжения, сама потянется к нему за поцелуем – и не ошибся…
Анжи нравились прикосновения Димы. Нравилось чувствовать горячие волны, исходящие от его тела, рук и губ. Нравилось дотрагиваться до него не только пальцами, но и тереться щекой, чувствовать напряжение его живота, упираться в его грудь своей грудью. И нравилось срывать с его губ поцелуи. Поэтому, не дождавшись очередной ласки, Анжи потянулась за поцелуем сама.
Когда ее дыхание смешалось с его дыханием, ученица бога страсти спросила себя, а почему раньше никто такого ей не предлагал – ведь здорово как! Ей внезапно захотелось зарыться пальцами в его волосы. Однако, перед тем как достичь желаемого, ее ладошка прошла путь вдоль руки, по пути открывая новые горизонты: каменная твердь мускулов, широкое плечо, расстегнутый воротник рубашки, колючая щетина. От кончиков пальцев и по всему телу разлилась волна, взбудоражившая весь организм и заставившая Анжи застонать. И испугаться…
- Нет! – Девушка оттолкнулась от мужчины, вырываясь из объятий, сделала шаг назад и, прижав руку к груди, опустила взгляд.
Дима видел – ей страшно, она пытается разобраться в чувствах, переполняющих ее, переливающихся через край. Но остановиться сейчас смерти подобно.
- Анжи… - он протянул к ней руку.
- Нет! Это неправильно! Ты не можешь подарить мне крылья! – жертва сомнений отшатнулась, а затем и вовсе попятилась назад, увеличила расстояние, спрятавшись за рабочим столом. – Уходи!
Он не мог сдаться. Оставить своего ангела сейчас одну…
- Анжи, милая…
- Я не милая!
Диму так и подмывало сказать – да, уж, конечно! Но приходилось быть деликатным:
- Анжи, ты даришь людям крылья, и сама не знаешь об этом! Я встретил тех двоих… Скутерист, развозчик пиццы – помнишь? Я их встретил: они вместе, и они счастливы, как никто другой!
- Ну и что?! – Девушка все еще хмурилась и никак не желала усмирять клокочущий вулкан.
Дима сделал шаг вперед – его визави тут же отошла.
- Найди хотя бы некоторых из тех людей, которых ты соединила, - Дима решил двигаться. Для начала – выманить Анжи из укрытия, затем – вывести на открытое пространство и снова взять в плен. – Они держатся за руки, они смеются, они целуются…
- И у них есть крылья? – съехидничала девушка. Она отодвигалась от решительно наступающего мужчины, но мысли ее были заняты собой, поэтому чужой маневр не был разгадан. – Они летают, да?
- Нам не видны их крылья… Да и не покажут влюбленные никому свои крылья, - Дима огорченно покачал головой, переступая упавшую на пол книгу, - они только друг другу их показывают.
Соблазнитель говорил ласково, словно пытался приручить строптивого зверя к своему голосу.
- Но я же не человек! Почему мне не было видно их крыльев?! – Снова взбрыкнула Анжи, спотыкаясь об ножку торшера.
- Человек или не человек – не это первопричина слепоты! – Дима начинал злится. – Ты не видишь, потому что не знаешь, когда смотреть!
- А то ты знаешь! – Анжи нашла новое укрытие – теперь она пряталась за колонной, поддерживающей мансардный этаж.
Диму замечание смутило. Он мог выпятить грудь и сказать – я знаю! Но тогда пришлось бы признавать и наличие опыта, и наличие бывших «окрыленных»…
- Я знаю, потому что я пробовал, - выкрутился соблазнитель. – И у меня опыта на порядок больше, чем у тебя!
- Ну и что?! – красавица сверкнула глазами, уворачиваясь от захвата.
- То, что я мог бы поделиться опытом! Анжи, ты не на той драке машешь кулаками! Ты ведь хочешь крылья?
- Не ври! Нет у тебя крыльев! Ты не Архангел! – Анжи бросилась к двери, ведущей в ванную комнату.
- Стой! – Дима успел. Дверь сыграла свою роль – она предательски открывалась наружу. Поэтому беглянка смогла лишь добежать, потянуть ручку на себя, но преследователь был проворнее и, подскочив со спины, резко захлопнул дверь, прижимая Анжи всем телом к стене. – Стой! У меня есть крылья для тебя…
Анжи, упершись лбом в косяк, уже не думала бежать. С двух сторон путь к спасению перекрывали сильные, пахнущие кофе руки Димы. Он тяжело дышал, уткнувшись носом в изгиб ее шеи, продолжал шептать о невозможном, с ее, Анжи, точки зрения.
- Закрой глаза… позволь мне, и я покажу, как светят звезды… Я покажу тебе тысячи миров и подарю долгожданные крылья, только позволь…
Анжи, прижатая его телом, еле сдерживала слезы разочарования. Она была готова сказать «нет», но не смогла – его рука скользнула вдоль тела, обвила лианой ее талию, погладив живот, а губами Дима коснулся кожи шеи у самой мочки уха, заставляя ее ноги подогнуться от нахлынувшей слабости.
Разум не мог сопротивляться. Тело, до сих пор не знавшее чужих прикосновений, требовало торжества справедливости. Анжи из последних сил призывала силы не покидать рассудок, царапала пальцами стену, но, когда Дима в порыве своей обжигающей страсти с силой прижал к себе, выдавливая последний запас воздуха из легких, воля окончательно покинула девушку – она сдалась. И опустила руки.
Лиходей мгновенно замер, отметив отсутствие сопротивления.
Анжи медленно повернулась лицом к мужчине, и не глядя ему в глаза, а лишь на его губы, прошептала:
- Покажи мне звезды, Дима…
- Я подарю тебе вселенную…
Отринув горячность, обуздав страсть, Дима вкладывался в нежность и трепет – он стал бархатным прикосновением, фанатичным поклонением, столпом мироздания, правителем вселенной. Он растворялся в чужих эмоциях и спасал захлебнувшуюся в чувствах Анжи. Он воздвигал престол и возводил властительницу судеб на царство в своем сердце.
Анжи отдавалась без остатка, выныривала из забытья лишь для того, чтобы набрать побольше воздуха и вновь погрузиться в омут блаженства на еще большую глубину.
Она научилась летать и открыла для себя новую вселенную с центром в самой глубине мужского сердца. Она обрела крылья и прокляла саму себя за то, что была столь недальновидной.
Дима оказался прав – она дарила крылья, будучи сама не в состоянии осознать сего. Она могла заработать крылья намного раньше! Она могла бы…
Постепенно приходя в себя, Анжи открывала и закрывала глаза. Мышцы тянуло от напряжения, но отдыхать совсем не хотелось. Девушка перекатилась со спины на живот, уткнулась носом в плечо Димы и заглянула ему в глаза:
- А у тебя в запасе много вселенных?
Взгляд Анжи изменился. Не было больше невинности, наивности, открытой заинтересованности. Теперь она смотрела словно через кружево вуали, скрывающее истинные помыслы проказницы. Дима неистово хотел и был готов сложить голову ради того, чтобы вуаль не становилась прозрачнее.
Когда сил на путешествия по звездам больше не осталось, а часы на кухне пискнули, оповещая о начале новых суток, Дима покрепче обнял Анжи и провалился в сон.

Девушку разбудил свет, бьющий прямо в глаза. Она сморщила носик, попыталась отвернуться, но вспомнила, что рядом спит первооткрыватель миров и сладко сопит – ей не захотелось неосторожным движением спугнуть сладкий сон. Поэтому красавица просто открыла глаза, чтобы обнаружить источник света и предпринять меры.
Свет струился с потолка. Отвоевывая у ночи лунную дорожку, он слепил только Анжи, струился широким ручьем, отбрасывая блики на книжные полки и ковры.
Девушка не могла толком сообразить, в честь чего явился ей божественный свет. Но ровно до тех пор, пока с потолка, используя световой луч в роли лифта, не начал спуск облаченный в белоснежные одежды крылатый ангел – страж небесного покоя.
Анжи открыла рот от удивления. Она более не заботилась о сохранности чужого сна – аккуратно убрала Димину руку со своей талии, поднялась с постели, не обращая внимания на наготу, выпрямилась в полный рост и смотрела на крылатое явление, забывая дышать.
- Сестра моя… - прошелестело ото всюду. – Сестра…
Короткое слово мгновенно обозначило принадлежность Анжи к роду херувимов, но девушка не смела произнести ни звука – внимала.
- Милая моя, - уже обретая материальную форму и сосредотачивая звук в одной точке, спустившийся с небес брат подошел к Анжи и сжал ладонями ее плечи. – Ты справилась с работой! – Он медленно поцеловал девушку в обе щеки, отпустил ее и, сделав шаг назад, оценивающе осмотрел.
Анжи ни капельки не смутилась. А новый ангел, сцепив руки в замок, вздохнул, пожав плечами.
- Ты готова принять наш дар и примерить, наконец, крылья?
Голос незнакомца с ореолом над головой звучал, как тысячи фанфар, заставил Анжи обернуться в испуге – вдруг проснулся Дима? Но нет… мужчина сладко спал, улыбаясь во сне.
- Я получу крылья? – наконец прорезался голос у девушки. Она с надеждой посмотрела на незнакомца с такими же кучерявыми, белокурыми локонами, как у нее самой. – Я получу свои крылья? – Прижав руки к груди, Анжи подалась вперед, навстречу раскрывшему объятия Архангелу.
- Все так, как ты хотела, милая! – по-отечески улыбнулся гость. – Но…
Анжи замерла. К такому повороту событий она готова не была. Пальцы, переплетенные между собой, слегка задрожали.
- Тебе ведь безразлично, какого цвета будут крылья? – Предложение было произнесено хоть и с вопросительной интонацией, но все же в вопрос уже был заложен ответ.
- Ну, - Анжи вытянула губы трубочкой, - неважно…
- Отлично! – Ангел хлопнул в ладоши.
Свет мгновенно померк – рассредоточился по комнате, сам же гость, словно по мановению волшебной палочки из небесного существа превратился в обычного человека – исчез нимб, загадочность.
– Я тут присяду? – и, не дождавшись разрешения от ошеломлённой девушки, принялся устраиваться в кресле.
Он снял белоснежный балахон, оставшись облаченным в деловой костюм, поискал место, куда бы пристроить накидку, но не найдя такого, просто бросил на пол. Затем все же сел в кресло, и закинул ногу на ногу. Сцепив рук в замок и уперев в них подбородок, он еще раз оценивающе оглядел нагую девушку.
– Отлично!
Не успела Анжи опомниться, как незнакомец снова щелкнул пальцами и Анжи вдруг почувствовала тяжесть, которая навалилась на спину, заставляя присесть. Испугавшись, девушка дернулась, вывернула шею, чтобы посмотреть, что там могло упасть ей на плечи, и обомлела – за спиной раскрывались два огромных крыла, красивые и стройные, как у черного лебедя, виденного ею не один раз на пруду в городском парке.
- Это мои крылья? – восхитилась Анжи, теряя равновесие и заваливаясь на бок. Сработал рефлекс – она махнула рукой, чтобы удержать равновесие, но вместе с рукой махнула и крылом, сметая все на своем пути – торшер, этажерку с кучей безделушек. Гость поморщился, испытывая дискомфорт от шума. Анжи снова обернулась к Диме – он продолжал крепко спать. – Мои… крылья… Как здорово…
Девушка готова была хлопать в ладоши и визжать от радости. Хотелось сорваться с места и полететь, обгоняя ветер…
Бросив короткий взгляд на окно, Анжи досадливо крякнула – в такую метель голой не полетаешь…
- Нравится? – с сокрытым интересом спросил гость.
- Очень!
- Ну, ты заслужила! – Незнакомец качнул головой и подмигнул.
- Значит, не зря я столько лет куковала под этим окном? – Анжи бросила взгляд на стену с фотографиями.
- А, это? – даритель крыльев проследил за мыслью. – Нет, это не считается…
Анжи вытаращилась на гостя:
- Как это – не считается?
- Да вот так вот – не считается. Я вообще из другой конторы!
У девушки отвисла челюсть.
- Я бы тебе поподробнее рассказал, но сейчас, прости, времени нет! – Гость поднялся из кресла, раскланялся, выглянул из-за крыла девушки, отмечая хитрую улыбку спящего на диване мужчины. – Димон и Амур… Нормально так!
Анжи обернулась к постели, а когда снова повернула голову, незнакомца уж и след простыл. Свет постепенно мерк, погружая студию в приятный мрак звездной ночи. По коже Анжи побежали мурашки. Она передернула плечами – крылья вновь пришли в движение.
Позабыв о сомнениях и непонятном упоминании двух имен гостем, новоиспеченный ангел вышла на середину комнаты, чтобы ненароком не сбить и не угробить еще какие-нибудь детали интерьера, и расправила крылья. Размах был колоссален.
Покружившись в одну сторону, затем и в другую, Анжи довольно быстро привыкла к габаритам и подвижности крыльев. Они откликались на импульсы, могли полностью закрыть девушку от холода, пахли полем и ветром, отливали смолью.
Дима наблюдал за Анжи из-под трепещущих ресниц и улыбался. Теперь в его чисто мужской команде соблазнителей появилась новенькая, крайне обольстительная особа, которая, если подучить, станет единственной и неповторимой в своем роде – ангелом искушения. Ангелом, который заслужил свои крылья честно.

967 просмотров | 3 комментариев

Категории: Проба пера, короткие зарисовки, рассказы


Комментарии

Свои отзывы и комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.




Владимир Вольный Владимир Вольный

Необычно. И интересно. Спасибо, Лера!

28.10.2015, 11:44


V_Frost V_Frost

Да, пожааалуйста
Всегда рада)

18.10.2015, 20:25


Татьяна Богатырева Татьяна Богатырева

Прелестный теплый и озорной рассказ. Спасибо

18.10.2015, 16:49

Наверх