Эксклюзивный автор Лолита Моро. Знаменитое ню

Эксклюзивный автор Лолита Моро. Знаменитое ню

14.11.2019, 22:55

Автор на Призрачных мирах: Лолита Моро

Рассказ: "Знаменитое ню"

Я люблю, как пахнет в таких местах. Масло, скипидар, старое дерево, бумага, пыль, ржавчина. Не важно. Здесь пахнет временем. Здесь видно, что оно идет. Старый красный телефонный аппарат. Звонит. Сердитая дама в черной юбке и кофте с вытянутыми карманами отвечает резкие слова в трубку на спиральном шнуре. Толстый парень перебирает подрамники у стены. Что ищет в старых эскизах? Еще несколько мужчин бродят по мастерской, заглядывая в углы и рассматривая все подряд.
– Ты кто? – резкий голос и стрекот мотора заставил меня обернуться.
Коротко стриженная белая голова. Волевое лицо в резковатых морщинах. Ясный взгляд темных глаз. Старая женщины глядела на меня строго. Электрическое инвалидное кресло затормозило в секунде от моих коленей. Папироса синеватым дымком тянула запах хорошего табака вверх. Мундштук чудом держался в измученной артритом женской руке. Яркий плед в индейских мотивах закрыл обувь на подножке.
– Ольга, – я чуть присела в книксене.
– Смотри какая, – старая дама оглянулась, ища. Через секунду за ручки кресла взялась ее подруга. Или родственница. Откуда мне знать. Серое трикотажное платье, туфли на каблуке. Обхватом талии она могла бы поспорить со мной. Бледное лицо в обрамлении темных гладких волос показалось смутно знакомым.
– Посмотри, Вера, какая девушка. Точно в стиле твоего отца. Он обожал таких. Писать, разумеется, ну и все остальное обязательно. Можно попросить тебя обернуться кругом, девочка? Ты не обиделась? Мне восемьдесят без пяти минут. Думаю, что могу тыкать уже всему свету, – хозяйка дома улыбнулась. С осторожностью, опасаясь все же моей реакции.
– Пожалуйста, – я отошла на два шага и сделала оборот на носках.
– Спасибо. Анна Владиленовна, – она протянула мне руку. Сунула папиросу в рот.
Я осторожно пожала.
– Вера Павловна, – представилась женщина за креслом.
Я снова назвала свое имя.
– Ты пришла посмотреть? Нравится что-нибудь? – старая дама вглядывалась снизу в мое лицо с веселым любопытством. Гадала про себя, каким ветром занесло чужую девочку в ее дом.
– Я ничего не понимаю в живописи, – легко призналась я. Тяжеловесный формат соцреализма не трогал меня никак. Но интересно. – А где же женские портреты?
– Проданы давно, – махнула сухой ладошкой Анна Владиленовна. Взрослая женщина за ее спиной следила внимательно за разговором. – Но кое-что могу показать, если интересно.
Не дожидаясь ответа, кресло покатилось к дверям.
В приватных покоях стоял сумрак и запах лекарств. Пробивался аромат сандала и чайной розы. Широкий коридор светил пустотой, полностью очищенный от мебели для свободы передвижения. В боковой нише бархатные полукресла подпирали пирамидой потолок. Четыре метра с лишним.
– Вот.
Незаметная дверь открылась сухим электрическим щелчком. Неяркий экономный свет. Кладовка. Анна Владиленовна тростью отодвинула в сторону чехлы с одеждой. На стене висела картина. Метр на метр. Где-то так.
– Как Даная у Климта, – брякнула я вслух, не подумав.
– Да. Павел не скрывал никогда, что увел у старого развратника позу и этот оттенок охры, – смех хозяйки перешел в кашель.
– Дождя нет. Девушка спит, – сказала я. Стекло отражало лампу на потолке. Неважно видно.
– Ну я бы не сказала, что она спит, – прокашлявшись, заявила дама. – Подойди поближе.
Барышня не спала. Открытый эротизм за гранью пристойного. Влажная откровенность доступного всем зрителям интима. Словно партнер вынул себя и завис на руках сверху, наблюдая. Или сел в кресло рядом, чтобы разглядеть досконально, как она корчится в сладкой муке. Расслабленные губы, красные, воспаленные соски. Подбородок дрожит. Скачут зрачки под веками. Какое-то страдание в опущенном уголке ее приоткрытого стоном рта. Короткое, почти незаметное касание кистью под нижним веком. Слеза? Словно что-то, какая-то внешняя мысль не дает расслабиться до конца. Гнетет. И нет руки, чтобы уцепиться, обрести защиту. Только секс. Только оргазм. Нет любви. Я провела пальцем по щеке несчастной. Пыль. Этот шедевр навещают редко.
– Как тебе это порно? – хриплый, старый голос за спиной.
– Очень красиво и очень грустно, – я не удержалась. Коснулась пальцем стекла на прощанье.
– Грустно? – хозяйка погасила свет в кладовке.
– Мне так показалось, – я не хотела откровенничать. Зря выступила. – Как она называется?
– Ответь почему тебе грустно, а я скажу название, – по-детски упрямо заявила старая женщина.
– Мама, девушка спросила из вежливости, – в первый раз открыла рот Вера Павловна.
Мы стояли в темном коридоре. Ждали, когда можно будет вернуться назад в мастерскую. Но Анна Владиленовна не спешила заводить свою волшебную коляску.
– Я всегда терпеть не могла эту жуткую гадость. Павел держал ее в мастерской в шкафу. Показывал друзьям-приятелям, считал чуть ли не лучшей своей работой. Когда его не стало, я думала, что продам ее первой. И не смогла. Спрятала за шубы в гардеробной, чтобы не наткнуться случайно. Так почему грустно?
– Девушка плачет. Понимает, что он трахает ее только для того, чтобы увидеть и написать оргазм. Он не любит ее. Она не любит его. Только секс. По сути, это довольно жесткая вещь. Но именно печаль не дает провалиться картине в, как вы выражаетесь, порно. Спасает от вульгарности, создает необходимую дистанцию между зрителем и полотном. Позволяет испытать широкую гамму эмоций: от вожделения до сочувствия. Возможно, я все это придумала. Простите, – я засмеялась. Заставила себя. Как же хорошо, что в коридоре темно. Картина произвела на меня впечатление.
– Ого! Вот это ты наворотила, девочка. Прямо как барышник-консультант, – мотор коляски загудел. Мы направились к свету за дверями. – Может быть, зайдешь в следующую субботу? Я привезу кое-какие вещи с дачи. Попробуешь продать, я плачу пристойный процент. С такими лихими байками у тебя должно получиться.
Старуха смеялась. Искренне и необидно.
– Подумай, девочка. Я не шучу. Приходи.
– Как же все-таки называется полотно? – мне нравилось шагать рядом с ее гудящим экипажем. Что-то во всем этом было. Я сделала попытку. – Оргазм?
– Нет. Не угадала, – она прищурилась на яркий свет мастерской.
Пьетро стоял у выхода и махал мне рукой. Я махнула в ответ.
– Кто тебе этот итальяшка? – тут же среагировала Анна Владиленовна.
– Мама, ты ведешь себя бестактно, – пыталась увещевать ее дочь. Разглядывала улыбчивого моего парня внимательно.
– Я работаю у него шофером, – посмеялась я. И зря.
– Из кирсановского гаража? – старая дама резала подметки на лету.
Я сделала непонимающее лицо.
– Картина называется «Ольга», – голос Веры Павловны прозвучал неожиданно четко в гуле разговоров. – До свидания.

Девушка 18+. Лолита Моро

51 просмотров | 1 комментариев

Категории: Проба пера, короткие зарисовки, рассказы


Комментарии

Свои отзывы и комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи!

Войти на сайт или зарегистрироваться, если Вы впервые на сайте.




Нина Запольская Нина Запольская

Красивый отрывок, но читать трудно. Слова падают, как холодные капли - медленно, не регулярно. Хочется всё переделать. Но красивый отрывок.

1 дней назад

Наверх